Варяг

Один звонок должен решить все мои проблемы. И лучше бы Гарику поторопиться, если он не хочет быть уволенным. Это его работа – обеспечивать мою безопасность! И неважно, что я сам отослал их, решив сегодня немного отдохнуть и навестить любовницу. Он должен был предотвратить любое нападение на меня, за это они получают зарплату!

Время текло медленно, а я не мог перестать смотреть на женщину, пытаясь понять, что в ней не так. Разве нормальная женщина может так спокойно реагировать на ситуацию, когда ее держат в заложниках? Конечно, мне это только на руку, но где же слезы, мольбы о пощаде и просьбы отпустить?

Мой взгляд постоянно возвращался к ее лицу. Она была симпатичной: большие зеленые глаза, длинные ресницы, аккуратный носик, чуть вздернутый кверху, пухлые губы и высокие, чуть заостренные скулы. В ушах у нее были маленькие сережки-гвоздики, а на голове – гнездо из шоколадных волос. Но ее одежда… Это было ужасно.

Еще одним сюрпризом для меня стали ее просьбы принять душ, переодеться и поужинать. Я хотел отказать, но потом решил, что не стоит быть таким жестоким. В конце концов, это ее дом, и она имеет право делать здесь все, что захочет.

Я следил за ней, когда она вошла в спальню. Когда она взяла что-то в комоде, я насторожился. Но каково же было мое удивление, когда я обнаружил там комплект нижнего белья. Кружевного!

Я не смог удержаться от едкого замечания. Этот красивый кружевной комплект белья совершенно не подходил к образу этой женщины.

Не стал нарушать ее личное пространство и наблюдать, как она купается. Я не имею дурных манер и понимаю, когда стоит остановиться, а когда можно перейти черту.

Когда услышал испуганный крик женщины, то стремительно влетел в ванную и, не раздумывая, подхватил ее почти у самого пола. Оценил обстановку. Похоже, она поскользнулась, запуталась в занавеске и уже была готова упасть, когда я оказался рядом.

Я бережно помог ей принять вертикальное положение и внимательно вгляделся в ее лицо. Глаза с силой зажмуренные, кожа по-прежнему бледна, но мокрые пряди волос обрамляли ее лицо, делая его моложе и привлекательнее. Судя по тому, что я ощущал под своими руками, у нее были неплохие формы, которые она почему-то скрывала под бесформенной одеждой.

Взяв полотенце, я, преодолев небольшое сопротивление женщины, сорвал с нее занавеску, на мгновение оставляя ее обнаженной. И прежде чем закутать ее в полотенце, заметил упругую грудь, плоский животик, привлекательный пупок и треугольник темных волос там, куда мне не следовало смотреть.

Я уже собирался уходить, когда она заметила, что моя рубашка промокла от ее прикосновения. Я и не заметил этого. Мои мысли были заняты другим.

Увидев, какая красота скрывается под бесформенной одеждой, я подумал, что было бы неплохо провести время с пользой, пока Гарик не решит проблему с цепными псами Сидора. Но я сдержал себя. Никогда не был насильником, а судя по тому, как женщина смотрела на меня, ее мысли определенно не совпадали с моими.

И тут женщина снова меня удивила: она вдруг перестала быть скованной и испуганной, хотя я и раньше не замечал в ней особого страха. Она выскочила из ванной, сообщив, что принесет футболку. Пока ее не было, я снял пиджак, расстегнул рубашку и с удовольствием сполоснул лицо, хотя и сам был бы не прочь принять душ.

Когда она вернулась, держа в руках футболку, то замерла в дверях, внимательно меня рассматривая. Я усмехнулся, понимая, что именно заставило ее остановиться. Я прекрасно знаю, как женщины реагируют на мое тело, поэтому решил пошутить, но она не поддержала мою шутку.

Когда щелкнул дверной замок, женщина вздрогнула и посмотрела на меня немного испуганно.

Мне снова пришлось прижать ее к стене, чтобы она не начала звать на помощь. Мне нужно было время, чтобы обдумать дальнейшие действия. Но женщина снова меня удивила: она попросила дать ей возможность самой решить проблему.

Я сомневался. У меня не было ни причин, ни желания доверять незнакомке. Однако она не торопила меня с ответом, и я решил посмотреть, что именно эта женщина, чье имя я теперь знаю, попытается сделать.

Не хотелось быть свидетелем семейных разборок. Но я стоял за стеной и слышал каждое слово. Я был поражен, как женщина, которая еще недавно боялась произнести слово, теперь уверенно противостояла своему бывшему парню.

Когда я услышал ее вскрик и сиплый голос, я не выдержал и вышел из своего укрытия. Я не собирался вмешиваться в их разборки, но я не могу оставаться в стороне, когда мужчина обижает женщину.

Я схватил мужчину за руку и с силой сжал ее. Он вскрикнул от боли и ослабил хватку. Наташа отступила назад, тяжело дыша, держась за шею и с испугом глядя на своего бывшего.

– Закройся в ванной и не выходи, пока я не прикажу, – бросил ей, продолжая наблюдать за тем, как корчится от боли ее бывший любовник.

– Но?.. – голос ее дрогнул.

Она боялась. За своего неудавшегося жениха? Думает, я его убью? У меня, конечно, есть такое желание, но пачкать руки об такое ничтожество не хочется.

– На-та-ша, – протянул я так, что заметил краем глаза, как она вздрогнула, отступила в ванную и тут же захлопнула дверь. Без лишних слов, протестов и возмущений. Мне даже понравилась ее покорность.

Глава 8

Я медленно отступала от закрытой двери, не сводя с нее глаз. Сердце в груди билось, словно птица в клетке, готовое вот-вот выпрыгнуть наружу. Страх. Я впервые испытывала это чувство, находясь в руках бывшего. Даже когда незнакомец прижимал меня к двери, я не была так сильно напугана.

Этот вечер стал самым ужасным в моей жизни! Расставание, похищение и нападение уже бывшего жениха. Мысли в голове смешались. Я не знала, что и думать. Как быть? Что делать?

За дверью раздались голоса. Я попыталась прислушаться, желая узнать, о чем говорят мужчины. Но внезапно услышала какую-то возню, затем стук удара и протяжный стон, полный боли. Испуганно вздрогнув, сделала шаг к двери, но тут же остановилась, с ужасом глядя прямо перед собой.

Голоса звучали все громче и агрессивнее, и меня охватила дрожь – то ли от холода, то ли от страха. Я оказалась в подобной ситуации впервые и не знала, как себя вести. Может быть, стоит выйти и попытаться успокоить мужчин?

Обняв себя за плечи, я старалась успокоиться, но дрожь не прекращалась. Мне нужно было взять себя в руки, переодеться и выйти, чтобы узнать, что происходит. Но я не могла заставить себя сдвинуться с места.

Хлопнула входная дверь, и я вздрогнула, приходя в себя. Сколько же времени прошло? Мне казалось, что совсем немного, но я успела сильно замерзнуть, а ноги и спина ныли от долгого стояния в одной позе.

Дверь в ванную приоткрылась, и в нее заглянул мой похититель.

Я вздохнула с облегчением. Почему-то мне не хотелось увидеть вместо него Гришу. Кажется, теперь я буду держаться от бывшего на расстоянии. Ради своей же безопасности.

Мужчина окинул меня взглядом с ног до головы и удивленно вскинул бровь.

Я лихорадочно осмотрела его лицо на следы побоев и, не найдя их, заметно расслабилась. Значит, бывшему все же досталось. На моих губах появилась легкая улыбка. Я почувствовала себя отомщенным.

– И долго ты собираешься ходить в полотенце, На-та-ша? Мне, конечно, нравятся полуобнаженные женщины, но я бы на твоем месте не искушал судьбу, – проговорил он, продолжая улыбаться. Но тут же стал серьезным и приказал: – Одевайся!

Дверь снова закрылась, оставляя меня одну. Я выдохнула, только сейчас осознав, что задерживала дыхание во время его речи. Не желая больше испытывать судьбу, я быстро переоделась.

Однако выходить из ванной я не спешила. Приоткрыв дверь, я осторожно выглянула в коридор. Убедившись, что там никого нет, я вышла и замерла у двери, готовая в любой момент вернуться обратно. Немного постояв, переминаясь с ноги на ногу, я направилась на поиски своего похитителя.

Я нашла его в гостиной. Он стоял у окна, слегка отодвинув штору, и что-то там высматривал. Сейчас его рубашка была наполовину застегнута, и я вспомнила, что он не успел переодеться. Но, судя по всему, мокрая рубашка его уже не раздражала.

Не зная, как поступить, я замерла в дверях, нервно сжимая руки.

– Ты, кажется, что-то говорила об ужине, – прервал он молчание, продолжая смотреть в окно. Затем, повернувшись ко мне, добавил: – Я бы тоже не отказался перекусить.

Я кивнула, показывая, что услышала его, но не сдвинулась с места.

– Ты хочешь о чем-то спросить?

Вместо того чтобы кивнуть или ответить утвердительно, я решила сразу задать вопрос:

– Вы выгнали его?

– А ты надеялась, что твой бывший спасает тебя от моей компании? – спросил он, удивленно вскинув бровь. – Он часто поднимал на тебя руку? Вы поэтому расстались?

Я была в недоумении от его вопросов и не знала, что ответить. Его предположения были ужасны! Я бы никогда не позволила к себе такого обращения! То, что произошло сегодня, стало для меня настоящим шоком. За всю нашу совместную жизнь Гриша никогда не позволял себе ничего подобного. Он мог быть грубым и кричать, когда злился, но чтобы поднять руку…

– Нет, – ответила я, не уверенная на какой именно вопрос. Или же я просто ответила на все сразу. – Просто… Вдруг он вернется? Или вызовет полицию?

От этой мысли я почему-то испугалась. Даже немного опешила, потому что не сразу поняла, за кого именно: за себя или за своего похитителя.

– Он не рискнет вернуться, особенно в компании правоохранителей, если не хочет еще больше опозориться, – ответил мужчина.

Он отошел от окна, встал посреди гостиной и убрал руки в карманы, пристально глядя на меня.

– О чем вы? – нахмурилась я, не совсем понимая его.

– Он не сможет ничего нам предъявить. Он пришел к бывшей невесте, увидел ее с новым мужчиной и получил от меня по морде за то, что напал на тебя. На его месте я бы не стал рисковать и обращаться в полицию, если бы не хотел, чтобы надо мной смеялся весь полицейский участок, – произнес он совершенно спокойно. – К тому же ты можешь подать встречное заявление о нападении.

Я пристально взглянула на мужчину. Как он может быть настолько уверенным в своих словах? Ведь Гриша может поступить иначе, и тогда… Хотя что изменится? Мой похититель прав, своими действиями Гриша только навлечет на себя позор.

– Спасибо за то, что вы за меня заступились, – произнесла я.

Мне было сложно поверить, что я действительно благодарна человеку, который меня похитил. Но если бы не его помощь, я даже не представляю, чем все могло закончиться. А ведь он мог просто проигнорировать происходящее и позволить нам самим разобраться в наших с Гришей отношениях.

Мужчина не произнес ни слова в ответ, лишь кивнул, показывая, что принял мою благодарность.

– Я пойду приготовлю что-нибудь перекусить, – произнесла я, чтобы нарушить повисшую в комнате тяжелую атмосферу, и поспешила на кухню.

Я надеялась, что он позволит мне ненадолго остаться одной.

Глава 9

Пока я возилась на кухне, мне удалось немного успокоиться и сосредоточиться. Поступок Гриши заставил меня по-новому взглянуть на наши отношения. Чем больше я вспоминала те годы, что мы были вместе, тем больше странностей замечала в его поведении. Его злые взгляды, недовольные поджимания губ, шутки, которые тогда казались мне не такими унизительными, как сейчас.

Я поняла, что именно Гриша во многом виноват в том, кем я стала. Бесформенная закрытая одежда, минимум косметики и обязательно собранные волосы. Никакого общения с противоположным полом, возвращение домой сразу после работы. Его возмущение, если я где-то задерживалась. Я перестала поддерживать связь с друзьями, из-за чего они от меня отвернулись.

Я стала никем! Ни своего мнения, ни вкуса, ни друзей! А теперь еще и без жениха, который изменил меня под себя. Это открытие шокировало меня больше, чем присутствие незнакомца в моем доме.

– Не стой у окна, это может быть небезопасно, – голос мужчины прервал мои размышления, и я, вздрогнув, обернулась.

Он развалился на стуле, небрежно положив одну ногу на другую, его пальцы слегка барабанили по поверхности стола. Его глаза были полуприкрыты, на лице играла легкая ухмылка, создавая впечатление человека, который чувствует себя непринужденно.

Я была настолько погружена в свои мысли, что не заметила, как он появился на кухне.

Его привлекательность неоспорима. Но дело не только в его внешности – его убежденность в своих действиях и самоуверенность делают его еще более притягательным. Я сглатываю и опускаю взгляд на его широкие плечи и мускулистые руки, которые едва скрываются под белой рубашкой. Делаю шаг вперед и поднимаю взгляд на его лицо с мужественными чертами.

Замираю.

Он смотрит на меня, вопросительно приподняв брови. От этого на его лбу пролегли горизонтальные морщинки, которые делают его еще более привлекательным.

Резко отворачиваюсь и, подойдя к окну, торопливо опускаю жалюзи, ощущая, как смущение вновь охватывает меня, словно я глупая девчонка, застигнутая за чем-то неприличным.

Закусив губу, я пытаюсь взять себя в руки и не нервничать, возвращаясь к готовке. Я ощущаю его взгляд на себе, он словно прожигает меня насквозь и отчего-то нервирует. Все валится из рук, и это злит. Меня раздражают его пристальное внимание, собственное глупое поведение и чувство, будто я нахожусь в чужом доме.

В какой-то момент я вновь погружаюсь в свои мысли, и все остальное отходит на второй план. Я машинально готовлю ужин, накрываю на стол и сажусь напротив мужчины. Мои действия происходят на автомате, ведь это повторяется изо дня в день: готовка, встреча жениха с работы, ужин, сухое спасибо – и все. Гриша уходит отдыхать, а я остаюсь, чтобы навести порядок.

Я подняла глаза и взглянула на незнакомца, который сидел напротив. Он был спокоен, красив и загадочен.

Мне не нужно было смотреть в зеркало, чтобы понять, как я выгляжу. Мои волосы выгорели, а кончики были секущимися. Я никак не могла найти время, чтобы сходить в парикмахерскую. К тому же Гриша был против окрашивания волос. Усталость и недосып оставили под глазами синяки, а тело было немного истощено.

В студенческие годы я была яркой, веселой и жизнерадостной. Мне казалось, что моя жизнь будет счастливой и полной ярких моментов. Но сейчас я стала измученной работой и домашними делами женщиной, которая выглядела на все сорок. Как я докатилась до такого?

Вдруг я осознала, что рада расставанию с Гришей. Страшно представить, как сложилась бы моя жизнь, если бы я вышла за него замуж. В моих мыслях возник образ: я стою на кухне в цветастом халате, с платком на голове, с синяками под глазами от усталости или недосыпа, а вокруг бегают и кричат дети. За столом сидит Гриша и читает мне нотации, как обычно.

Меня передернуло, а лицо исказила гримаса ужаса. Не о такой жизни я мечтала. Если этот вечер закончится хорошо и я останусь жива, то обязательно изменю свою жизнь! К черту мужчин! Буду жить для себя!

– Надеюсь, ты сейчас думала не обо мне, На-та-ша? Потому что мне не понравилось то, что я увидел на твоем лице!

Его голос был спокойным, но почему-то у меня по телу пробежала дрожь. Я даже выпрямилась, но, поймав взгляд мужчины, снова ссутулилась и тихо ответила:

– Я думала о своем бывшем.

– Сожалеешь, что расстались? Зря! – сказал он.

Повернувшись к столу, он взял вилку и отломил кусочек от котлеты. Я наблюдала, как он подносит вилку ко рту и отправляет в него еду. Его губы смыкаются на вилке, и он медленно убирает ее и жует. Я не могу оторвать взгляд от его губ, совсем забыв о вопросе.

«Интересно, если он поцелует меня, щетина будет колоться? У Гриши никогда не было щетины, он всегда был гладковыбритым», – промелькнула странная мысль, заставившая меня растерянно замереть.

Я нахмурилась и опустила взгляд в тарелку. Почему я вдруг подумала о поцелуях с этим мужчиной? Бред какой-то.

Он по-своему понимает мое молчание.

– Что вы в них находите? Такие лощеные типы, как правило, не способны любить никого, кроме себя, и часто пользуются влюбленными в них девушками, чтобы улучшить или упростить свою жизнь, – говорит он, не указывая конкретно на меня, но явно намекая, что мой вкус просто ужасен. – Радуйся, что отделалась легким испугом.

Как будто я это не поняла! Но чтобы понять, что мы с Гришей не созданы друг для друга, мне потребовалось семь долгих лет! Нет, для этого мне понадобилось пару минут, пока он держал меня за горло, желая придушить.

Но я ничего из этого не стала говорить. Разве кто-то захочет признаваться в своей глупости? Вот и я не хочу!

– Вам не кажется, что моя личная жизнь вас не касается? – произнесла я с раздражением, опуская взгляд в тарелку и принимаясь за ужин.

Не стоило ему вмешиваться со своими нравоучениями, с этим и Гриша успешно справлялся.

Мужчина промолчал, но я услышала его хмыканье.

На кухне царила тишина, лишь изредка нарушаемая стуком вилок. Я старалась не смотреть на мужчину, размышляя о том, как долго мне придется терпеть его присутствие в своей квартире. Конечно, я была ему благодарна за то, что он заступился за меня и выставил Гришу за порог. Но если бы не он, то, возможно, ничего бы и не случилось. Ведь именно из-за него Гриша был так рассержен.

Я насторожилась и прислушалась. Где-то в глубине квартиры едва слышно играла знакомая мелодия. Я вскочила и хотела уже пойти на поиски мобильного, но тут же замерла, поймав на себе недовольный взгляд.

– Телефон, – произнесла я негромко, указывая на двери. – Звонит.

Его брови сошлись на переносице. Он повернул голову вбок, словно прислушиваясь. Затем, поджав раздраженно губы, поднялся и направился к выходу.

Я переступила с ноги на ногу. Мне хотелось пойти за ним и узнать, кто звонит. Может быть, это не имеет отношения к мужчине? А что, если звонят родители или с работы? Я сделала шаг к выходу, но остановилась, услышав негромкий голос мужчины. Хотя я не могла разобрать слов, я была уверена, что звонок предназначался именно ему.

Вернувшись к столу, я села, взяла вилку и стала ковыряться в тарелке. Есть уже не хотелось. Но я не рискнула выйти из кухни, опасаясь, что мужчине это не понравится. Поэтому я просто сидела и ждала, что он вот-вот войдет и скажет, что уходит.

Что я чувствовала от этой мысли? Не знаю, но точно не радость. Удивительно, но компания чужака больше не пугала меня. Скорее волновала. Мне внезапно стало интересно, кто он такой и от кого скрывается в моей квартире.

Глава 10

– Слушаю, – произнес я коротко, увидев на экране явно старого телефона знакомый номер.

Я подошел к кухне и на мгновение остановился в дверном проеме, чтобы посмотреть, чем занимается хозяйка квартиры.

Она сидела за столом, устремив взгляд в столешницу. Ее плечи поникли, несколько прядей выбились из пучка, который она снова попыталась собрать. Вырез футболки, которая была на пару размеров больше, чем нужно, сполз с ее плеча, обнажая бледную кожу.

– Люди Сидора задержаны до дальнейших распоряжений, машину убрали и замели все следы, – отчитался Гарик. – Будут еще какие-нибудь указания, Андрей Дмитриевич?

Я раздраженно поджал губы. Удивительно, как они могут медлить, когда нужно действовать быстро, и моментально решать проблемы, когда это не требуется.

Отчего-то мне не хотелось так быстро уходить. Эта измученная жизнью женщина меня заинтриговала.

За все время, что я здесь, она ни разу не впала в истерику, не проронила ни единой слезинки. Даже когда ее бывший пытался задушить, Наташа оставалась спокойной. Ее беспокойство о том, что он вернется с полицией, показалось мне странным. Мне стало любопытно, за кого она переживала больше: за себя или за него.

Я вспомнил, с каким удовольствием ударил ее бывшего по роже. Его полный гнева взгляд, пустые угрозы и ругательства, которые он произносил, вызвали у меня лишь кривую усмешку.

– Андрей Дмитриевич, куда мне подъехать, чтобы забрать вас? – голос Гарика вывел меня из задумчивости.

Перед глазами всплыл образ обнаженной женщины, которая пыталась прикрыться от меня. Ее изящные формы, огромные испуганные глаза, припухшие губы и мокрые темные волосы, ниспадающие на хрупкие плечи – все это было так живо в моем воображении.

Сейчас было бы разумнее уехать.

Я усмехнулся. Похоже, сегодня мне все же удастся избавиться от напряжения последних дней. И для этого мне даже не придется ехать к любовнице.

Отведя взгляд от Наташи, я ненадолго скрылся в гостиной.

– На сегодня ты свободен, – произнес я. – Заберешь меня завтра утром, адрес пришлю позже, – и завершил звонок.

Когда вернулся на кухню, то застал ту же картину.

– Мои планы немного изменились, и мне придется здесь задержаться, – произнес я, нарушая тишину. – Завтра утром за мной приедут.

Наташа подняла голову и посмотрела на меня.

Я прищурился, пытаясь понять, как она восприняла эту новость. В ее глазах промелькнул какой-то огонек, но тут же погас, заставив меня вновь задуматься о ее состоянии.

Возможно, с этой женщиной действительно что-то не так?

– Мне нужен адрес, – произнес я, присаживаясь за стол, и протянул ей телефон.

Наташа поджала губы, но все же взяла его и торопливо напечатала адрес, возвращая телефон обратно. Затем как ни в чем не бывало поднялась и начала убирать со стола.

Я удивленно вскинул бровь.

– Ты не против? – спросил я, стараясь быть вежливым. Все же это ее дом, а я здесь незваный гость.

Но она даже не посмотрела на меня! Лишь передернула плечами и, отвернувшись к раковине, начала мыть посуду.

– Как будто у меня есть выбор, – ее голос звучал безразлично.

В комнате воцарилась тишина, которую лишь изредка нарушали звуки льющейся воды и стука посуды.

Откинувшись на стену, скрестил руки на груди и наблюдал за ней. Пока неожиданно не осознал, что мне нравится вот так сидеть в тишине и смотреть на Наташу. Я чувствовал, что она рядом, и был спокоен, хотя обычно присутствие женщин меня раздражало.

Глупые ужимки, хлопанье ресницами, надувание губ, если я не обращал на них внимания или говорил что-то резкое, и их доступность. Когда не успеешь переступить порог квартиры, как она к тебе тут же начинает клеиться, особенно выпячивая грудь и стараясь привлечь внимание.

У меня было много любовниц, и каждая из них была похожа на другую. Все они были красивыми, ухоженными, с отличной фигурой, но без особых умственных способностей. Их привлекала не только моя внешность и хороший секс, но и деньги, дорогие подарки и возможное будущее, которое я никогда не обещал.

Наташа отличалась от них во всем. Сравнение с бледной молью или серой мышью очень точно описывает ее внешность. Поведение женщины и ее молчание также были необычными. Возможно, именно поэтому она зацепила меня?

Пока я вспоминал последнюю любовницу, Наташа домыла посуду и вышла из кухни. Я встал и последовал за ней, продолжая наблюдать.

Вот она прошла в спальню, присела на кровать, бросила на меня нечитаемый взгляд, а затем и вовсе прилегла, устроившись с краю и прикрыв глаза.

В очередной раз эта женщина меня удивила.

– Ты что делаешь? – вопрос сам собой сорвался с моих губ.

– Собираюсь спать, – коротко ответила она, даже не открывая глаз.

– И тебя не смущает, что в квартире посторонний мужчина?

– Смущает, – согласилась она и, приоткрыв глаза, продолжила: – Но это ничего не изменит, ведь вы не собираетесь покидать мою квартиру. Возможно, я бы составила вам компанию, но у меня был слишком тяжелый день и я ужасно устала. Поэтому будьте так любезны оставить меня в покое. И да, когда будете уходить, захлопните за собой дверь.

После этих слов она вновь закрыла глаза и, кажется, сразу же уснула. Судя по тому, как равномерно поднималась и опускалась ее грудь от каждого вздоха, она уснула мгновенно.

– Н-да, и на что я надеялся? – пробормотал я озадаченно.

Возможно, зря я отпустил Гарика. Впрочем, это легко исправить. Всего один звонок – и через час меня здесь не будет. Но почему-то мне не хотелось уходить, и дело явно не в женщине. Скорее всего, дело было в обстановке и во всей ситуации в целом. Этакая встряска в моей размеренной жизни.

Посмотрел на спящую Наташу и… лег рядом. Заложил руки за голову и уставился в потолок, размышляя о том, как докатился до такой жизни. Впервые я просто лежал с женщиной в одной кровати.

Странности продолжались.

Хотелось закрыть глаза и просто уснуть. День был действительно трудным, и бег по городским улицам давал о себе знать. Но я понимал, что не могу расслабиться, пока не окажусь в безопасности.

Лишь на мгновение я прикрыл глаза, чтобы дать себе пару минут отдыха, и сам не заметил, как уснул.

Сквозь сон я почувствовал, что мне трудно дышать. Я открыл глаза и попытался сесть, но у меня ничего не получилось. Осознав, что меня никто не душит, я немного успокоился и попытался понять, что происходит. Я приподнял голову и опустил взгляд, наткнувшись на темную макушку, покоящуюся на моей груди.