Выбери меня

Глава 5

Холодный тротуар обжигал кожу, пока я сидела, поджав ноги, и утыкалась лицом в ладони. Слезы текли, превращаясь в беззвучные всхлипы. Дрожь пробирала до костей – от холода и от боли. Вика сидела рядом, обнимая меня, прижимая мою голову к своей груди и ласково гладя по волосам. Я слышала ее тихие всхлипы, хотя и не видела ее лица.Вдруг раздался голос брата, полный тревоги: – Кира. Кира! Где Кира? – он выбегал из клуба, и сердце мое сжалось. Он не мог быть здесь.Я убрала руки от лица и повернула голову. Мой брат, весь в крови, стремительно бежал ко мне. Это его кровь? Нет, только не это. Он поднял меня с земли, крепко обнял. Каждое прикосновение отзывалось жгучей болью, словно обжигая кожу. Слезы хлынули с новой силой, и я разрыдалась. Женя тихо гладил меня по голове. Мы стояли так долго, пока я не начала немного успокаиваться. Он осторожно взял мое лицо в свои руки и заглянул в глаза. – Кира, скажи мне, что он сделал? Где больно? – его голос дрожал. Взгляд его скользнул от моего лица к шее. Глаза горели гневом, скулы напряглись. Заметив, что верхняя часть моей груди, открытая платьем, покрыта укусами и засосами, он снял свое пальто и накинул на мои плечи. Я ахнула, увидев его порванную рубашку и разбитые костяшки пальцев. – Я его сейчас убью! – прокричал брат и рванулся обратно к клубу. Испугавшись, я схватила его за руки и покачала головой. – Женя, нет… он не успел, – прошептала я.Вика, испуганно наблюдая за нами, лихорадочно рылась в сумочке. Она достала пачку сигарет и зажигалку, дрожащими руками пыталась прикурить. В этот момент я услышала рычание брата. Повернувшись, я увидела, как он смотрит на выходящего из клуба Пашу, а следом за ним, весь в крови и с перебитым носом, прихрамывая, шел Кирилл. Тогда я поняла: кровь на одежде брата принадлежала не ему, а Кириллу. Женя дернулся, расстегивая манжеты. Готовый продолжить начатое. Вика бросила неподкуренную сигарету и подбежала к нам, вставая перед братом. – Женя, стой! Не надо! – кричала она, упираясь руками ему в грудь. Но он, не слушая нас, не сводя глаз с Кирилла, двинулся вперед, наступая на него, словно хищник. Паша, заметив движение, остановился, за его спиной спрятался Кирилл. «Вот же трус!» – подумала я. – Эй, друг, не стоит. С него и так хватит, – сказал Паша, пытаясь остановить брата. – Я только начал. Кто позволил этому ублюдку трогать мою сестру? – прорычал Женя. – Да, это было неправильно. Но ты и так хорошо ему приложил, – ответил Паша.Мы с Викой стояли по обе стороны от Жени, держа его, несмотря на боль в запястьях. – Женя, пожалуйста, давай уйдем отсюда, – мой голос был тихим и хриплым. – Еще раз подойдешь к Кире, я убью тебя, сука, – угрожающе прорычал Женя. Кирилл ничего не ответил, было видно, что ему тяжело стоять на ногах. **** Мы пришли в общежитие уже после полуночи. Договорившись на вахте, Женю пропустили с нами и разрешили переночевать. В лифте мы ехали молча, а подруга крепко держала меня за руку.Зайдя в комнату, я сразу направилась в душ. Сняв одежду, встала под струи воды и, подняв лицо, заплакала – хотелось смыть с себя все его прикосновения. Рассмотрев себя в зеркале, я ужаснулась: шея и грудь были покрыты синяками и следами от зубов. Опустив взгляд на бедра, провела рукой по длинной кроваво-красной полосе и прикусила нижнюю губу от боли. На запястьях тоже виднелись темные отпечатки пальцев Кирилла.Надев халат и завязав его на талии, я еще раз взглянула на припухшие, красные глаза и шагнула к двери.– Женя, однажды он пробрался в нашу комнату и украл её трусики. Вот урод, – рассказывала подруга.Я остановилась и приложила ухо к двери, пытаясь подслушать разговор.– Вика, ты лучше объясни, как она оказалась с ним в одной комнате? – спросил Женя.– Честно, не знаю. Мы сидели и болтали, когда к нам подошёл официант с бутылкой шампанского и запиской. Когда Кира её прочитала, ей стало плохо, и она пошла в туалет. Я хотела пойти с ней, но она меня остановила. А через пятнадцать минут пришёл ты.– Что было в записке?– М-м-м… что-то вроде «Классно танцуешь». Точно не помню.Они замолчали. Я потянулась к ручке двери, чтобы открыть, но Женя продолжил:– Вика, пожалуйста, если он ещё раз подойдёт к ней, расскажи мне, хорошо?– Хорошо.Наступила тишина.Когда я вышла из ванной, увидела, что Вика с Женей сидят на её кровати, глубоко задумавшись. Не раздумывая, я легла на свою постель и укрылась с головой одеялом. Да, день рождения прошёл на славу. Рядом прогнулся матрас, и крепкая мужская рука опустилась на моё плечо, медленно поглаживая.– Кира, сестрёнка, как ты? – тихим, ласковым голосом спросил брат.Я не ответила, лишь вытащила руку из-под одеяла и показала большой палец.Ещё долго Женя сидел рядом, гладил меня и тихо разговаривал с Викой.– Вика, ложись спать, а я посплю в кресле, – услышала я перед тем, как провалиться в сон.Проснулась я уже поздним утром. Голова гудела, тело болело. Открыв глаза и не найдя рядом Жени с Викой, я приподнялась на локтях. Где они? Потерла глаза, взглянула на электронные часы и вскочила. Девять утра. Чёрт, проспала.Вика не разбудила меня и сама ушла в университет. Несмотря на ноющую боль по всему телу, я быстро подошла к шкафу и открыла дверь. Замерла, когда услышала тихие разговоры на общем с соседями балконе.Я осторожно подошла и медленно приоткрыла дверь, стараясь не создавать шума. На балконе стояли Женя с Викой, пили кофе и с интересом рассказывали друг другу о своих увлечениях. Что тут происходит? – подумала я, удивлённо наблюдая за ними.Женя первым заметил меня.– Кира, доброе утро! Как ты себя чувствуешь? – спросил он с нежной улыбкой.– Уже лучше, – честно ответила я, – только тело всё ещё болит.Брат напрягся и глубоко вздохнул, словно пытаясь сдержать эмоции. Я могла бы соврать и сказать, что всё в порядке, но в нашей семье есть одно правило – никогда не врать. И кому, как не родному человеку, я могу рассказать о своей боли. Вика заметила, что Женя начинает волноваться, и мягко коснулась его руки, пытаясь успокоить.– А, Вика, мы опоздали, – решила я сменить тему.– Вы сегодня останетесь дома, – сказал Женя твёрдо. – Тебе нужно отдохнуть и прийти в себя.Я понимала, что брат заботится обо мне, но сейчас мне не хотелось пропускать занятия. Хотя в таком виде появляться на людях было сложно. К счастью, сегодня пятница, и, возможно, за выходные синяки на шее станут менее заметными. Хотя кого я обманываю – они никуда не денутся.Я кивнула в знак согласия и, развернувшись, пошла варить кофе. Пока вода закипала, я пыталась собрать мысли. В голове всё ещё звучали слова Вики и Жени, а тело напоминало о случившемся болью и усталостью.Я сидела в кресле, обхватив обеими руками горячую кружку с кофе, когда они появились с балкона. Женя подошел, присел на корточки рядом со мной и, глубоко вздохнув, спросил:– Кира, может, поживешь дома до отъезда в Штаты?– Я не могу.– Почему?– Учеба.– Кира, ты же понимаешь, я за тебя переживаю. А если он снова начнет к тебе приставать, а меня не будет рядом?– Думаю, он больше не будет.– Надеюсь на это, – выдохнул он и продолжил. – Почему ты раньше мне об этом не рассказала?– Я не думала, что он решится на такое.Брат замолчал, глядя на меня с той нежностью и теплотой, что я помнила из детства. Но теперь передо мной стоял возмужавший молодой мужчина. В его лице я видела отца – такой же сильный и добрый одновременно.– Мне сегодня нужно будет возвращаться домой, я приехал всего на один день.– Как ты вообще узнал, что мы были в том клубе?– Хотел сделать тебе сюрприз. Мы с Викой договорились, что она сообщит мне, где именно вы будете и во сколько мне приехать.Я взглянула на подругу, которая тихо сидела на кровати и улыбалась. Удивительно, что она промолчала – ведь Вика и молчание были понятиями несовместимыми.– Я рада, что ты приехал. Не только потому, что ты меня спас, но и потому, что очень соскучилась.– Моя сестренка, – брат взял меня за руку и тихо сказал: – Я тоже по тебе скучаю.Сердце сжалось, к горлу подступил комок невысказанных слов. Хотелось плакать, но вместо этого я просто привстала с кресла и крепко обняла брата, уткнувшись носом ему в плечо.Первым отстранился брат. Помедлив, он опустил руку в карман брюк и вытащил бархатную синюю коробочку, явно предназначенную для украшений. Подняв взгляд на меня, он вложил коробочку мне в руку.– С днем рождения, – с небольшим опозданием поздравил Женя.– Спасибо, спасибо большое! – я заулыбалась, и брат ответил мне тем же.Я открыла нежную на ощупь коробочку и посмотрела на содержимое. Легко коснулась овального золотого медальона на тонкой цепочке, украшенного мелкими узорами. Затем достала его, повертела в руках и, заметив крошечную, почти незаметную кнопочку, нажала. Медальон открылся.– Ох, Женя!Внутри оказались две маленькие фотографии. На одной мы с Женей были совсем детьми, сидели обнявшись на траве возле дома и смеялись. Я помнила этот день. Как же его не помнить – у меня тогда выпал первый зуб… точнее, первый выбитый зуб, конечно же, благодаря Жене. На фотографии это было прекрасно видно – я без переднего верхнего зуба. Я хмыкнула, а затем рассмеялась. Как же давно это было, и в то же время – будто вчера.На второй фотографии были наши родители: улыбающаяся мама и папа, обнимающий ее сзади. Какие же они были счастливые. – Женя, это просто супер, спасибо, мне очень нравится.– Я рад, что тебе понравилось. Теперь мы всегда будем рядом, даже когда далеко.Вот теперь я точно заплачу. Слезы медленно покатились по моим щекам.– Эй, Кира, не плачь, – брат протянул руку и обнял меня.Мы стояли, обнявшись, когда сбоку раздались всхлипы. Мы повернули головы и увидели, как Вика сидит там же, на кровати, сложив руки на груди, и смотрит на нас, плача.– Иди сюда, – сказал Женя и махнул рукой, приглашая присоединиться.Вика быстро вскочила и двинулась к нам, с распростертыми руками. Она обняла нас обоих, и мы обняли ее. По сравнению с братом, мы казались такими маленькими. Он был не только больше и шире каждой из нас, но и выше почти на голову. Через пару часов, после завтрака и недолгих разговоров, брат вызвал такси и отправился на вокзал. Билет был забронирован заранее, так что спешка была ни к чему. Попрощавшись с ним, я попросила не рассказывать родителям о случившемся. Хотя, честно говоря, он и так бы промолчал. Мы с Викой чмокнули его в щеки, и он сел в машину, уехав.К счастью, вчера Вика позаботилась о его рубашке и каким-то чудом отчистила ее от крови и зашила. Я до сих пор не понимаю, как ей это удалось, но результат был налицо. Помахав вслед уезжающему брату, мы вернулись в комнату.Заметив, как "расцвела" подруга, я сразу поняла – все дело в моем брате. Ох уж эта Вика… Я наблюдала за ней, но мысли мои были далеко. Мне крупно повезло, что приехал Женя. Если бы не он, Кирилл точно довел бы свое дело до конца. Он бы меня изнасиловал. От одной мысли об этом становится страшно – я была буквально на волоске от этого.Что же будет дальше? Я не хочу, чтобы у брата возникли проблемы из-за меня, если Кирилл решит обратиться в полицию. Тогда об этом узнают все…Из своих размышлений меня вывела Вика.– О чем думаешь?– Вика, я переживаю. Если у Жени будут проблемы из-за того, что он избил Кирилла? Вдруг он обратился в полицию?– Думаю, он этого не сделает.– Почему?– Тогда проблемы будут и у него тоже. Он хотел тебя изнасиловать, Кира. Посмотри на эту ситуацию правильно. Женя его избил только по этой причине. Так что пусть теперь он боится.Почему я сама этого не поняла?– Ты можешь мне рассказать, что случилось? Если не хочешь, я пойму, – аккуратно спросила Вика.– Да, если честно, я сама толком не поняла, как это произошло. Он следил за мной в клубе, и не только там.– Он заманил тебя в ту комнату?– Нет, было по-другому.Я рассказала все. Вика сидела рядом, гладила меня по руке. По выражению ее лица я поняла, что она в ужасе от услышанного. Когда я закончила, подруга все так же сидела, уставившись в одну точку, не моргая.– Кира, это кошмар, – только и смогла вымолвить она. – Я не думала, что он на такое способен.– Он меня всегда пугал. Вчера днем, когда я была в библиотеке, он тоже там был и следил за мной. Когда я убирала книги, он перегородил мне дорогу и загнал в угол.– О, ужас, – сказала Вика, приложив руку к губам.– Но тогда мне повезло: что-то упало в соседнем ряду, он отвлекся, а я сбежала.– Гребаный сталкер. Да ему яйца оторвать нужно.Да, это было бы неплохо. Вика посмотрела на мою шею и загорелась гневом.– Надеюсь, ему хорошо досталось. Когда я увидела его после всего случившегося, он еле стоял на ногах. Так ему и надо. Козел! – с злостью рассуждала подруга.– А как вы поняли, где я была?– Когда ты ушла, я хотела пойти с тобой, но ты меня остановила. Я проследила, что ты пошла в сторону туалета. Ты задержалась, и я уже хотела пойти на твои поиски, но тут мне написал Женя, что он уже возле дверей клуба. Когда он пришел, мы вместе пошли к туалету, но тебя там не было. Мы начали искать в зале, прошли везде, но нет. Мы запаниковали и начали спрашивать у всех, описывая твою внешность и одежду. Никто тебя не видел, кроме девушки-официантки. Она рассказала, что ты пошла в другой туалет – в VIP-зоне. Мы побежали туда.Когда проходили мимо одной из комнат, услышали твои крики. Женя пытался открыть дверь, но она была заперта. Тогда он стал бить ногой и выломал замок. Как только дверь открылась, мы увидели, что Кирилл прижал тебя к дивану и закрыл рот рукой. Женя подбежал, схватил Кирилла за шкирку и откинул на стеклянный стол, который под ним разбился. Пока Женя разбирался с ним, я забрала тебя и вывела оттуда.– Ох… – выдохнула я, не в силах сказать больше.В тот момент я осознала, насколько хрупка и уязвима наша жизнь. Благодаря Кириллу она превратилась в кошмар, похожий на сюжет какого-то мрачного сериала про одержимого маньяка, который долго и настойчиво выслеживает свою жертву. Никогда не знаешь, с чем или с кем придется столкнуться. В такие моменты понимаешь, насколько женщины беззащитны перед лицом похотливого и больного ублюдка.Быть женщиной в мире, где правят мужчины, всегда опасно. Да, не все мужчины одинаковы, и я не знаю, с чем это связано, но страх и тревога теперь стали моими постоянными спутниками. Но скажу одно, ни одна жертва насилия не хотела чтоб её изнасиловали.

Глава 6

Остаток дня я провела в постели, уткнувшись в ноутбук и повторяя учебный материал. Впервые за долгое время я пропустила занятия. Сегодня утром, пока я спала, Вика позвонила старосте группы и сообщила, что я приболела. Конечно, проблем из-за этого у меня не возникнет, но реферат все равно придется сдавать лично. Завтра суббота, а значит, выходной. В университете будет немноголюдно, разве что те, кто занимается с преподавателями дополнительно.Пока я зубрила, Вика увлеченно читала книгу – наверное, очередной любовный роман. Я тоже люблю читать, но из-за постоянной занятости не всегда нахожу на это время.– Вика, тебе завтра нужно в универ? – спросила я.– Нет, а что?– Мне нужно сдать реферат, так что я завтра пойду.– Нет, я сама схожу и отдам его.– В смысле?– Забыла, ты же болеешь. Тем более, тебе сейчас лучше отдыхать.– Вика, со мной все в порядке.– Кира, лучше останься дома, хорошо? Тем более Женя попросил за тобой присмотреть.Опека. Я понимала, что они волнуются, но, честно говоря, перегибали палку. Да, вчерашний вечер был кошмарным. Я получила не только телесные отметины, но и психологическую травму. Но строить из себя жертву из-за какого-то неуравновешенного урода я не собиралась. Утром я еще была подавлена, но сейчас уже нет. К черту все! Я больше не собиралась тратить ни секунды на Кирилла. И ссориться с подругой тоже не хотелось, поэтому я решила согласиться.– Ладно, уговорила.– Вот так бы сразу, – подруга посмотрела на меня и продолжила: – Ты уже лучше выглядишь, чем утром.– Угу, все благодаря тебе и брату.Ох, как мило мы смущаемся.Подруга ничего не ответила, лишь послала воздушный поцелуй и показала сердце двумя руками. Доброта Вики не знала границ, и она была невероятно внимательной. Хотя порой она бывала взбалмошной и невыносимой, в трудную минуту она никогда не бросала. Как ей удавалось сочетать в себе столько противоречивых качеств, я просто удивлялась.– Кира, я знаю, что тебе сейчас не до этого, но меня просто распирает от желания рассказать тебе.Вот как я и говорила, Вика и молчание – вещи несовместимые.– Рассказывай, – я закатила глаза и улыбнулась.– Мне кажется, у нас с Женей наладилось общение. Ну, в смысле, раньше он меня не замечал, а сейчас совсем другое дело. Мы общались на балконе, он рассказывал о себе, я – о себе. Думаю, первый шаг сделан.– Ну, это же круто! – теперь я уже улыбалась во весь рот.– Ты еще планируешь поехать к родителям?– Конечно, поедем.– Ты не думаешь, что они могут заметить твои синяки и следы от укусов?– Я думала об этом. Придется одевать очень закрытую одежду.Я совершенно не хотела, чтобы родители узнали об этом. У них и так хватает забот на работе, а тут еще такое. Да, я их дочь, но спокойствие родителей мне важнее.На следующее утро Вика ушла сдавать мой реферат, а я осталась дома. Решила убить время, пока нет подруги, и посмотреть какой-нибудь фильм. Приготовила большую кружку кофе, уселась в кресло, положила ноутбук на колени и начала искать фильм ужасов. Идеально!Вдруг раздался стук в дверь. Я замерла и прислушалась. Второй стук. Быстро отложила ноутбук и очень тихо подошла к двери.– Кто там? – неуверенно спросила я.Зачем я вообще открыла рот?– Кира, это Паша, нужно поговорить.Вот кого я точно не ожидала увидеть. И как его только пустили?Немного помедлив, я приоткрыла дверь и, убедившись, что это действительно Паша и он один, распахнула её настежь. Остановилась в дверном проёме, скрестив руки на груди, и посмотрела на него.– Можно войти?– Если только ты не будешь распускать руки, как твой друг.Зачем я это делаю? Эти парни – ходячие неприятности. Хотя до сегодняшнего дня Паша мне ничего плохого не сделал, мне всё равно немного страшно.– Я не собирался этого делать.– Хорошо, входи.Он прошёл в комнату и огляделся.– Ты одна?– Да.– Это даже лучше.Надеюсь, он не имеет в виду то, о чём я думаю.Он прошёл глубже в комнату и сел в кресло. Глубоко вздохнул, готовясь начать разговор, и погладил штаны, словно смахивая с них пыль.– Кира, помнишь, я говорил тебе, что нужно остерегаться Кирилла? – начал он.– Да.– Я догадывался, что он не оставит тебя в покое, поэтому пытался за ним следить.Неожиданно…– Я видел вас в библиотеке, и это я скинул книги с полки.Мой рот открылся от шока.– Он следил за тобой почти везде.Ну, это для меня не новость.– Он проследил за тобой и до клуба. Так получилось, что тогда я был с ним.Да, Пашу я видела за столиком.– Уже в клубе он отошёл от меня, но я видел, что он разговаривал с одним официантом и что-то ему отдал.Понятно, он передал записку.– Я смотрел на вас, когда Кирилл куда-то ушёл. Даже не заметил, куда именно.Паша замолчал, по его лицу было видно, что он решается сказать что-то важное.– Я заметил, что тебе было плохо, и ты ушла. Тогда я начал понимать, что это дело рук Кирилла.Я не поняла, к чему он клонит.– Когда пришёл твой брат, они с Викой начали тебя искать. А я пошёл на поиски того официанта.Что вообще он говорит? Причём тут официант? Не понимаю…– Я его прижал, и он сознался, что Кирилл дал ему какой-то порошок и хотел подсыпать тебе.Текила… Пиздец…– Он сказал, что у него так тряслись руки, что половину порошка он просыпал мимо. Когда я это услышал, сразу побежал, чтобы остановитьКирилла, но твой брат нашёл его первым. Мне оставалось только разнять их.У меня подкосились ноги, и я плюхнулась на кровать. Он меня опаил…– Скажу честно, у меня еле получилось, твой брат вцепился в него мёртвой хваткой. Никогда не видел, чтобы так дрались.Я молча сидела и смотрела на Пашу, не веря услышанному.– Думаю, что он больше не сунется. Насколько я знаю, у него сломано два ребра и нос, не считая многочисленных синяков и ссадин.– Он в больнице?– Да.– И обратился в полицию?– Нет.Я выдохнула, словно камень упал с плеч.– Почему он преследовал меня?Действительно, почему именно я? Ведь вокруг него столько девушек.– Насколько я знаю, он заметил тебя ещё на первом курсе, но действовать начал только сейчас. Почему – не знаю. Думаю, из-за того, что ты привлекательная.В этот момент Паша встал из кресла и направился к двери, давая понять, что разговор окончен. Взявшись за ручку и повернув её, он помедлил, не оборачиваясь полностью ко мне, и сказал:– И возьми за привычку закрывать дверь на балкон.Затем открыл дверь и ушёл.Я осталась одна, обдумывая услышанное. Сердце колотилось, а мысли путались. Почему Кирилл так одержим мной? И что теперь делать? В голове крутились вопросы, а в душе поселился страх. Но теперь я знала правду – и это давало хоть какую-то надежду на защиту.Микроинсульт, кажется, не иначе. После ухода Паши я так и сидела, словно приросшая к креслу, пытаясь осмыслить услышанное. Неужели существуют люди, готовые пойти на всё, не задумываясь о последствиях? Я всегда считала, что подобное встречается лишь на страницах книг или в кино.Удивил и сам Паша. В нём, оказывается, есть что-то разумное и человечное, он не настолько прогнил, как я предполагала. Конечно, он всё ещё козёл, но, пожалуй, более добрый козёл. Я так и не успела сказать ему спасибо. Как ни крути, он хотел мне помочь.Я долго сидела, уставившись на остывшую чашку кофе, из которой уже не шёл пар. Желание смотреть фильм куда-то испарилось.Внезапно распахнулась дверь. На пороге стояла Вика с ключами в руках, её лицо выражало явное недоумение.– Я разве не запирала дверь? – спросила она. Подруга знала, что я всегда запираюсь, и незапертая дверь её насторожила.– Запирала, – тихо ответила я.Вика мгновенно поняла, что кто-то приходил. Её лицо резко изменилось. В считанные секунды она захлопнула за собой дверь и подошла ко мне, явно напуганная или, по крайней мере, растерянная.– Кто приходил? – спросила она, стараясь не поддаваться панике.– Паша.– Что?– Он пришёл поговорить.– Что?– Он мне всё рассказал.– Что?У неё, кажется, сейчас случится инфаркт. Впервые в жизни она была так немногословна.– Он рассказал, что Кирилл следил за мной, пока Паша следил за ним.– Кира, не тяни, прошу.– В клубе Кирилл подговорил официанта подсыпать мне что-то. И у него получилось, поэтому мне стало плохо.На моих глазах лицо подруги бледнело. Я всегда забываю, насколько она впечатлительна. Но выхода нет, нужно всё рассказать, иначе она не отстанет. Я начала сначала, повествуя всё по порядку. Вика сидела рядом, внимательно слушая. Во время моего рассказа я замечала на её лице целый спектр эмоций, сменяющих друг друга, как в калейдоскопе.– Вот же сука, – выдохнула она от злости. – Я всегда знала, что он урод.– Ещё какой. Хорошо, что он не появится в универе до твоего отъезда.– Только не говори об этом Жене, он взбесится.– Да, конечно.Решив, что с этой темой покончено, я сменила её.– Нам нужно будет отпроситься на пару дней.– Это не проблема. Ты говорила родителям, что приедешь не одна?– Да, они не против, ты им нравишься.– Ух. Это приятно. – Видеть её смущение было редкостью. Хотя я понимала, что ей просто не терпится увидеть Женю.– В среду мы уезжаем.– Путь предстоит неблизкий. ***** Выходные пролетели незаметно: мы валялись, смотрели фильмы и читали. Давно я так не отдыхала, и это было именно то, что нужно.Но отдых закончился, и мы вернулись на занятия. Все шло на удивление спокойно. Пашу мы видели каждый день, но он даже не подходил. Казалось, все возвращается на круги своя, и, черт возьми, мне это нравилось.Два дня пролетели как один. Мы написали заявления об освобождении от занятий и уже в среду утром были на вокзале.– Какой вагон? – спросила Вика, пока мы неслись к перрону.– Восьмой, давай быстрее, осталось пять минут!Московские пробки сводили с ума. Я то и дело поглядывала на часы.– Вот он, успели! – выдохнула я, задыхаясь.Проводник проверил билеты, и мы быстро запрыгнули в вагон. Поезд тронулся, и мы направились в свое купе. Оно оказалось пустым – похоже, поедем вдвоем.Устроившись на нижних полках, Вика полезла в сумку за едой.– Мы еще город не покинули, – рассмеялась я.– Я есть хочу.Наблюдая, как она достает вареные яйца, запеченную курицу, свежие помидоры и огурцы, я не могла сдержать смеха.– А соли в спичечном коробке нет?– Опа! – Когда Вика с важным видом протянула спичечный коробок, я чуть не упала от смеха.Весь вечер подруга колдовала на общей кухне, готовясь к поездке.– Вика, ты просто чудо! – Смех так и не утихал, живот уже болел.– Ну ты даешь! Что еще брать с собой в поезд, скажи?– Все это.– Правильно, это же классика!Я смотрела, как она разворачивает курицу из фольги, берет нож и отрезает ножку.– Тебе ножку или крылышко?– Крылышко.– Сейчас, подожди, я еще одноразовые тарелки и салфетки взяла, – она снова принялась рыться в сумке.Она действительно основательно подготовилась.Мы принялись за еду. Курица была восхитительна – я и не думала, что подруга так вкусно готовит. Наелись до отвала.После ужина мы сидели и смотрели в окно, провожая взглядом мелькающие пейзажи.– Сколько нам ехать? – нарушила тишину Вика.– Почти девять часов.– Нас встретят?– Да, папа и Женя.– Отлично! – Вика явно оживилась, мысленно уже будучи в Воронеже.Мой родной город, мое счастливое детство – столько всего с ним связано.– Как думаешь, у нас с Женей может что-то получиться? – Вот оно, влияние атмосферы поездки – сразу тянет поговорить по душам.– Это зависит от вас, – я не эксперт в сердечных делах, и она это знает.– Женя просто мой эталон: красивый, умный, заботливый, настоящий мужчина, готовый постоять за свою семью.– Да ты, кажется, влюбилась?– Кира, ты знаешь, что я к нему чувствую, но боюсь, что это чувство не найдет отклика.Я не знала, что ответить. Мне самой это чувство было дико – я никогда не влюблялась и не думала, что это произойдет в ближайшее время. Но я бы солгала, сказав, что не хотела бы испытать это. Мне тоже хочется любить и быть любимой. Может, это звучит банально и старомодно, но я жду того человека, при виде которого моя душа запорхает, как крылья бабочки.– Не нужно бояться, просто будь собой, и он поймет, какая ты замечательная на самом деле, – улыбнувшись и погладив меня по щеке, Вика погрузилась в свои мысли. Я последовала ее примеру, уносясь в мечты о том самом человеке, который заставит мое сердце петь.Поезд мерно покачивался, унося нас все дальше от суеты Москвы. За окном сменялись поля и леса, деревни и города, каждый пейзаж казался частью нашей истории. Мы обе молчали, каждая погруженная в свои размышления, но это молчание было наполнено пониманием и поддержкой.Вика, напротив, была полна надежд. Ее влюбленность в Женю была такой искренней и трогательной. Я хотела верить, что у них все получится. Она заслуживала счастья, и я надеялась, что Женя сможет разглядеть в ней ту замечательную девушку, которой она была.Время в поезде текло по-особенному. Казалось, что здесь, вдали от повседневных забот, можно было по-настоящему отдохнуть душой и собраться с мыслями. Я чувствовала, как напряжение последних недель постепенно уходит, уступая место легкости и предвкушению чего-то нового.