Белые глаза

– Женщина с белыми глазами, – Лукас увеличил на голограмме одну из фотографий из досье. – Она человек. Была человеком. Её ДНК проверили после инцидента в Берлине – стопроцентное совпадение с образцами Homo sapiens. Но глаза.

– Трансформация, – пробормотал Аким. – Но какая? Генетическая? Кибернетическая? Или.

Пронзительный писк прервал его. Сразу во всех терминалах, во всех имплантах. Предупреждение высшего уровня.

– У нас компания, – Софи резко дёрнула штурвал влево.

На сканере появились две точки. Быстро приближающиеся. Перехватчики.

– Военные? – спросила Элен.

– Не показывают опознавательных знаков. И идут на боевой скорости.

Элен активировала дальний сканер. Изображение перехватчиков увеличилось. Чёрные, без маркировки, с необычной конфигурацией крыльев. Не военные. Что-то частное.

Или что-то худшее.

– Они выходят на позицию для атаки, – голос Софи был ровным, профессиональным. Она переключила аэромобиль в режим уклонения, и машина резко накренилась.

Первая ракета прошла в метре от них, оставив за собой дымный след. Софи нырнула вниз, почти вертикально, используя гору как прикрытие. Перегрузка вдавила Элен в кресло.

– Они не предупреждают, не требуют посадки, – Лукас вцепился в подлокотники. – Просто стреляют на поражение.

Второй перехватчик открыл огонь из пушек. Трассирующие снаряды прошили воздух вокруг них. Один попал в хвостовую часть. Завыла сирена повреждения.

– Теряем стабилизацию! – Софи боролась с управлением. – Не продержимся долго!

Элен быстро оценила ситуацию. Они были в узкой горной долине, окружённые скалами. Перехватчики были быстрее и маневреннее. Шансов уйти не было.

– Аварийная посадка, – приказала она. – Там, впереди. Плато у подножия горы.

– Это будет жёстко!

– У нас нет выбора!

Софи направила машину к небольшому ровному участку, покрытому снегом. Двигатели захлёбывались, один полностью отказал. Аэромобиль падал, скорее падал, чем летел.

– Приготовьтесь к удару! – крикнула Софи и в последний момент выровняла нос машины.

Они врезались в снег на скорости, которая должна была убить всех. Аэромобиль пробил сугроб, зарылся носом в снег, перевернулся на бок и проехал ещё метров тридцать, оставляя за собой глубокую борозду.

Тишина. Звенящая, оглушительная тишина после грохота.

Элен открыла глаза. Голова раскалывалась. Во рту был привкус крови. Она повернула голову и увидела Софи, прижатую ремнями к креслу пилота. Живая. Дышит.

– Все живы? – её голос прозвучал хрипло.

Стоны в ответ. Лукас держался за сломанное ребро. Аким хромал, вылезая из салона через деформированную дверь. Но живы. Все живы.

Элен выкарабкалась наружу. Холод ударил в лицо. Они были высоко в горах, температура явно ниже нуля. Снег скрипел под ногами. Вокруг – только скалы, покрытые льдом.

И тишина.

Слишком полная тишина.

– Перехватчики, – прошептала Софи, вытаскивая из кобуры плазменный пистолет.

Два чёрных силуэта кружили над ними. Но не атаковали. Просто кружили, как хищные птицы, выжидая.

– Почему они не добивают нас? – Лукас дрожал, и не только от холода.

Ответ пришёл через минуту.

Из-за скального выступа появились фигуры. Восемь человек в чёрной тактической экипировке. Без звуков, без криков. Они двигались как тени, как призраки.

Элен увидела их лица. Вернее, маски на лицах. Чёрные, гладкие, покрытые странными светящимися символами – геометрическими узорами, которые пульсировали в такт с чем-то неведомым.

Софи подняла пистолет.

– Ни шагу!

Фигуры остановились. Одна из них, похоже лидер, шагнула вперёд. И сняла маску.

Элен увидела лицо женщины лет сорока. Азиатские черты. Короткие чёрные волосы. Знакомое лицо.

И глаза.

Белые. Абсолютно белые, светящиеся изнутри бледным молочным светом. Без зрачков, без радужной оболочки. Пустые и одновременно полные чего-то нечеловеческого.

– Элен Дюбуа, – женщина заговорила, и её голос звучал странно – будто исходил не только из её рта, но и из воздуха вокруг. – Мы долго ждали встречи с вами.

– Кто вы? – Элен заставила себя говорить спокойно, хотя каждая клетка её тела кричала: «Беги!».

– Мы? – Женщина улыбнулась, и в этой улыбке было что-то жуткое, неправильное. – Мы – те, кто увидел будущее. И понял, что оно неприемлемо.

– Вы стоите за кубами. За похищениями.

– Похищениями? – Женщина рассмеялась. Смех эхом прокатился по скалам. – Нет, дорогая. Мы предлагаем спасение. Ваша цивилизация умирает. Войны, голод, климатический коллапс, социальное неравенство Вы сами это знаете. Вы работаете в Институте. Ваша собственная система предсказывает конец.

– И вы решили ускорить процесс?

– Нет. – Женщина шагнула ближе. От неё не исходило тепла. Она была как проекция, как голограмма, но абсолютно реальная. – Мы решили предложить альтернативу. Эволюцию. Трансценденцию.

– О чём вы говорите? – Аким сделал шаг вперёд, забыв о страхе. Научное любопытство пересилило инстинкт самосохранения.

Женщина повернулась к нему. Белые глаза светились ярче.

– Мы нашли способ освободить сознание от биологической оболочки. Загрузить его в пространство, где нет боли, нет смерти, нет ограничений плоти. Цифровой рай, если хотите. Место, где все мы – единое целое. Где знания доступны мгновенно. Где время течёт иначе. Где человечество может стать чем-то большим, чем просто обречённый вид на умирающей планете.

– Вы превращаете людей в данные, – Элен почувствовала ярость, пробивающуюся сквозь страх. – Убиваете их тела и загружаете сознания в машину.

– Тела – это тюрьмы, – женщина говорила мягко, почти с жалостью. – Вы болеете. Стареете. Умираете. Страдаете от голода, от боли, от потерь. А мы предлагаем бессмертие. Единство. Совершенство.

– Это не единство, – голос Элен дрожал. – Это поглощение. Уничтожение того, что делает нас людьми. Наших различий. Нашей индивидуальности.

– Индивидуальность – иллюзия, – женщина протянула руку, и от её пальцев потянулись тонкие чёрные нити, такие же, как у кубов. – Вы всегда были частью систем. Семьи. Общества. Нации. Мы просто предлагаем следующий шаг. Логичный шаг. Добровольный шаг.

– Тогда почему вы нас атакуете? – Софи не опускала пистолет. – Почему сбиваете наш транспорт?

Женщина на мгновение замолчала. В её белых глазах мелькнуло что-то похожее на сожаление.

– Потому что вы знаете слишком много. Потому что можете помешать процессу. Но я не хочу вашей смерти. Я предлагаю выбор. – Она сделала ещё шаг. Нити извивались в воздухе, тянулись к Элен. – Присоединяйтесь к нам. Станьте частью будущего. Или оставайтесь здесь, в прошлом, которое умирает.

Элен смотрела на нити. Часть её – древняя, уставшая часть – хотела протянуть руку. Покончить с борьбой. Раствориться в чём-то большем. Забыть о боли, о страхе, о бесконечной усталости.

Но другая часть – та, что выжила в Сахаре, что видела смерть товарищей и продолжала идти – сказала «нет».

– Никогда, – прошептала Элен.