Иное отражение

Миранда Стоун

Иное отражение

Глава 1

Глава 1

Михаил был мужиком простым, не любил он пафоса и прочей ерунды. Сорок лет в мундире, из них двадцать пять – в уголовном розыске районного центра, научили его одному: мир кривой, люди – ещё кривее, а самое сложное дело всегда упирается в самую простую, чаще всего грязную, причину. Деньги, баба, земля. Всё.

На пенсию ему оставалось три месяца и четырнадцать дней. Он уже начал мысленно готовить банки под огурцы и присматриваться к лодкам в «Рыболове». А потом ему подкинули это дело. Вернее, не подкинули – швырнули под ноги, как кирпич с соседней стройки.

Дело лежало у него на столе в картонной папке, тонкое, почти пустое. И странное. Нет, не жестокое – жестокое он видел. И не запутанное – запутывать тут было нечего, фактов кот наплакал. Именно странное. Как заплатка не того цвета на старых штанах. Описание происшествия было таким бредовым, что Михаил сначала подумал, что кто-то из оперативников решил над ним, старым персом, подшутить перед пенсией. Исчезновение. Не человека – вещи. Старинного зеркала из музея-усадьбы «Горенки». Зеркало не украли – его, по словам единственной свидетельницы, ночной уборщицы, «оно само ушло». Следов взлома нет, сигнализация молчит. В протоколе её показаний стояли кавычки, и следователь, заполнявший бумаги, видимо, с трудом сдерживал хохот.

Михаил мрачно вздохнул, достал из нижнего ящика стола стакан, щедро налил в него чаю из потёртого эмалированного чайника и уже собирался открыть папку, как дверь в кабинет распахнулась.

Вошел начальник, а за ним – девчонка. Молодая, до невозможности. В строгом, но как-то слишком новом и идеально сидящем костюме, с взглядом, в котором читался непотопляемый энтузиазм и желание немедленно всех расколоть и спасти мир.

– Михаил Петрович, знакомься, – бодро рявкнул начальник. – Елена Сорокина, практикантка. Из московской академии. Прислали к нам… для обмена опытом. Направлена тебе в помощь по этому делу с зеркалом. Освежишь взгляд, что ли.

Михаил медленно, с чувством, отхлебнул чай. «Освежишь взгляд». Он посмотрел на сияющую Лену. На её блокнот в кожаной обложке и дорогую ручку. Он посмотрел на тощую, бредовую папку на столе.

«Прислали», – беззвучно повторил он про себя. Не иначе, как наказание свыше за все его прошлые грехи. Помощь. Эта кукла из института, которая, он был готов поклясться, слово «протокол» выговаривала с придыханием.

– Михаил Петрович, очень рада, – звонко сказала девушка, почти вытянувшись по струнке. – Я детально изучила все современные методики составления психологического портрета и криминального анализа. Готова приступить.

Михаил поставил стакан на стол. Громко. Поставил так, что эхо щёлкнуло по кабинету.

– Лера, – хрипло произнёс он. – Чай будешь? А то дело, считай, холодное. Как мой чайник. Надо греть.

Девушка замерла. Её уверенность на миг дала трещину, но лишь на миг.

– Спасибо, – сухо отказалась она от чая. – Я уже ознакомилась с материалами в коридоре. Михаил Петрович. – Она сделала едва уловимый акцент на отчестве, давая понять, что ошибку с именем заметила. – Если позволите, я сразу поеду в «Горенки». Осмотрю место и поговорю со свидетельницей.

Михаил, не отрываясь от папки, лишь кивнул. «Упертая», – беззвучно констатировал он про себя. Пусть едет. Посмотрим, что накопает эта московская шпилька в грязи после дождя.

Он толкнул в её сторону второй стакан, с отбитой эмалью. Девушка замерла, её уверенность на миг дала трещину. А Михаил тем временем открыл папку и уставился на первую страницу. На «само ушло». И подумал, что пенсия – это не просто три месяца. Это целая вечность, особенно если каждый день тебе в помощь присылают такое «освежение». И особенно если тебе поручают дело, которое пахнет не криминалом, а самой настоящей, патентованной чертовщиной.

Лена, Михаил Петрович. С натянутой улыбкой, поправила девушка. Я так по моему и сказал. Ничуть не смутились ответил майор. Ладно Ленок, поедешь в «Горенки» соберешь улики, побеседуешь с очевидцами. Справишься?– строго взглянув на девушку спросил майор. Он рассчитывал, что она увязнет в бумагах и разговорах с экскурсоводами.

Глава 2

Лена воодушевленная своим первым заданием, не стала медлить и отправилась в путь.

Приехав, Лена чувствовала себя уверенней вдали от тяжелого взгляда майора.

Музей ей показался очень величественным, белые колонны подпирали большущее здание, по бокам лестницы располагались изящные золотые фигуры Львов, блеск которых подчеркивало выходящее из за туч солнце. В воздухе пахло свежестью. Лена, стараясь не задеть чистейшие ботинки, аккуратно обошла лужу у порога. Её взгляд, обученный искать несоответствия, скользнул по фасаду: ни одной внешней камеры, только козырек над входом. Ставни на окнах первого этажа, судя по слою пыли, не открывались годами…

На пороге её встретил управляющий, и пригласил проследовать внутрь.

Я Кирилл Владимирович, меня не было в день преступления. Но была Катя… хм, Екатерина, она уборщица. Можете опросить её.Хорошо, только для начала я осмотрю само здание.

Осмотр Лена проводила тщательно, стараясь не упустить ни одной детали. Она обратила внимание на то, что система сигнализации на одном окне хоть и не была взломана, но имеет следы кратковременного перепада напряжения в ту ночь (данные с блока питания). Это не «чертовщина», а возможная техническая неполадка или умысел. Оставив пометку в блокноте Лена принялась опрашивать Екатерину:

Скажите, что вы делали в этот момент? Пол мыла, что же еще я могла делать. Удивленно спросила Катя. Ничего странного не замечали? Звук или может быть свет?Да нет, все как обычно. Ничего странного. А когда последний раз вы видели зеркало?Часов в шесть или семь я убирала эту комнату. Зеркало лежало на своем месте. Вот, буквально было здесь и… И пропало, понимаете.

Лена, раздражённо щёлкнув колпачком ручки, поставила в блокноте жирную точку. Получился жалкий список: пара бессвязных фраз Кати, замеры пыльных подоконников, схема комнаты, где на месте зеркала зияла пустота. Ни одного факта, за который можно было бы ухватиться.

По дороге обратно в тряском автобусе она бессознательно постукивала дорогой ручкой по корочке блокнота. Её грызла досада. Не из-за грязи за окном или бестолковой свидетельницы. А из-за мысли, что сейчас она вернётся к Михаилу Петровичу с этой пустышкой в руках. «Освежить взгляд», – ехидно вспомнила она слова начальника. Вот уж нет риска.

Инстинктивно она достала телефон. Если стены «Горенок» хранили молчание, может, их цифровое отражение окажется разговорчивее? Палец сам потянулся к иконке браузера. Сайт музея, группа «ВКонтакте» – здесь могло заваляться что-то важное. Что-то, что не увидел бы человек, не привыкший искать истину в лентах новостей и пиксельных фотографиях.

Глава 3

Лена почти влетела в участок, на лице её играла сдержанная, но торжествующая улыбка. Это был ещё не успех в деле, нет. Это была её личная маленькая победа. «Нашла! Отличная зацепка!» – ликовало что-то внутри. Она быстро взбежала по бетонным ступенькам. Второй этаж, вот его дверь. Лена громко постучала – чистая формальность – и, не дожидаясь ответа, вошла.

– Михаил Петрович, можно?

– Ну конечно можно, ты же уже вошла, – фыркнул в ответ майор, не отрываясь от вороха бумаг какого-то другого дела. Стакан с остывшим чаем стоял у его локтя.

– Ну что там, Ленок. Что нашла? – спросил он без энтузиазма, будто для приличия.

– Нашла! – твёрдо сказала Лена, подошла к столу и уверенно села в стул напротив. – Михаил Петрович, вы же говорили, уборщица выглядела вменяемой? А если она не лжёт, а… верит?

Майор медленно отложил в сторону папку и наконец поднял на неё глаза. В них промелькнуло нечто среднее между усталым интересом и готовностью к очередной порции ерунды.

– Верит. В Деда Мороза или в то, что зеркала ходят сами по себе? Говори конкретнее, времени нет.

– В конкретное, – не смутилась Лена. Она положила перед ним свой телефон, открыв скриншот страницы в соцсети. – Это страница нашей свидетельницы, Кати Ершовой. Смотрю я – женщина как женщина. Котики, рецепты, цветы на даче. Но если покопаться в группах, на которые она подписана…

Лена перелистнула изображение.

– Вот. «Тайны дворянских усадеб», «Призраки Москвы и Подмосковья», «Необъяснимое рядом». А вот самая интересная – закрытая группа «Мистика Горенок: история и легенды». Она состоит в ней пять лет. И там, за месяц до кражи, в обсуждениях активно муссировалась одна тема.

Михаил, хмурясь, потянул телефон к себе. Его взгляд скользнул по строчкам на экране.

– И? – буркнул он, но уже без прежнего откровенного сарказма. В его позе появилась лёгкая напряжённость.

– Легенда о «Зеркале сновидений», – выдохнула Лена, торжествуя. – Якобы тот самый наш экспонат. Бабушки-гиды её, конечно, рассказывают туристам для антуража. Но в группе её разбирали всерьёз. Говорили, что в полнолуние, если долго смотреться, можно увидеть не своё отражение, а «иной путь» или какую-то другую комнату. А ещё – что зеркало не украсть, оно само выбирает, когда исчезнуть.

В кабинете повисло молчание. Михаил отпил глоток холодного чая, скривился и отставил стакан.

– Интернет-бредни. Бабы треплются от скуки. К делу это не относится.

– Относится! – парировала Лена, её щёки покраснели от азарта. – Это же объясняет её показания! Она не сочиняет. Она искренне верит в эту легенду, потому что пять лет «варилась» в этих мистических разговорах! Её восприятие искажено. Возможно, она что-то увидела – тень, блик, обычное отражение в темноте, – и её мозг, запрограммированный этими сказками, выдал готовый сюжет: «оно само ушло»!

Михаил тяжко вздохнул, потеребил переносицу. Взгляд его стал рассеянным, он смотрел куда-то поверх головы Лены, в потёртые обои.

– Ладно… Допустим. Твоя версия про «веру» имеет право. Но к самому исчезновению зеркала это нас не приближает. Или ты хочешь сказать, что оно и вправду испарилось силой коллективной веры?

– Нет, – Лена покачала головой, ловя его взгляд. – Но это меняет фокус. Если не она, то, возможно, кто-то ещё из этой виртуальной тусовки? Кто-то, кто не просто верит в легенду, а решил её… проверить. Или использовать. Посмотрите, – она снова тыкнула пальцем в экран, – вот самые активные участники обсуждения. Трое. Никнеймы: «Gorenki_Spirit», «Белый_Барон» и «Следопыт_Архив».

Михаил Петрович взял телефон в руки, прищурился. Потом неожиданно фыркнул. Не презрительно, а почти с одобрением.

– «Следопыт_Архив»… Звучит как наш клиент. Любитель покопаться в старых бумагах. Мог нарыть что-то реальное, а не сказки. Контакты есть?

– Только внутри соцсети. IP-адреса и реальные ФИО нужен официальный запрос.

– Его и сделаем. По всем троим, – Михаил откинулся на стуле, и скрип пружин прозвучал как выстрел. Он оценивающе посмотрел на Лену. В его взгляде появилась тень, отдалённо напоминающая уважение. – Молодец, Ленок. Действительно, зацепка. Не та, чтобы сразу хватать за грудки, но… пахнет уже не только чертовщиной. Пахнет людьми.

Он толкнул в её сторону свой чайник.

– Грей. Пока чай закипает, распечатай мне всю эту болтовню из группы. И найди всё, что можешь, про этого «Барона» и «Духа». А «Следопыта»… его я, пожалуй, потяну сам через старые каналы. Архивных крыс и в реальной жизни пахнет пылью и нафталином. Их в городе всех наперечёт.

Лена не могла скрыть широкой, победной улыбки. Она схватила чайник направилась к кулеру.

– Так точно, Михаил Петрович!

– И, Лена… – остановил он её уже у двери. Голос его снова стал грубоватым, бытовым. – Молодец, что в соцсетях копнула. Только не зазнавайся. Пока это всего лишь фон для возможного мотива. Зеркало-то физическое. И его кто-то физически унёс. Найди мне этого «кого-то». Понятно?

– Понятно, – кивнула она, уже серьёзнея. Успех был сладок, но его вкус быстро сменился осознанием новой, более сложной задачи.

А Михаил, дождавшись, когда дверь за ней закроется, снова потянулся к той самой тонкой папке. Теперь он смотрел на строку «оно само ушло» не с раздражением, а с холодным, профессиональным интересом. «Вера – сильная штука, – подумал он. – Сильнее сигнализации. Могла ослепить свидетеля. А могла и подтолкнуть преступника. Интересно, к кому из троих мы сегодня наведаемся в гости первыми?»

Он достал из ящика блокнот постарше и потрёпаннее ленинского и начал делать первые пометки. Дело, наконец, начало греться.

Глава 2

Выйдя из участка, Лена просто шла по ул