Я сам решууу, или Мама, я подаю на развод!

Кира Юрта

Я сам решууу, или Мама, я подаю на развод!

Глава 1. Витусичка – это не я

– Витусичка, солнышко моё золотое, поздравляю с рождением сына! Тяжело было наверное?! Понимаю! Первенец! Выстраданный! Долгожданный! Ну ничего-ничего, теперь я рядом, я помогу, мама здесь… – голова свекрови просовывается в дверной проём, а дальше появляется роскошный букетище, скрывающий всё остальное.

Палата наполняется стойким ароматом роз. И можно подумать, что это очень мило и славно? Что нужно быть благодарной и за эти слова и за букет? Вот только есть одно крошечное но… Даже несколько но. И не таких уж крошечных.

Начнём с того, что Витусичка – это не я.

Это мой муж, Виталий, который, видимо очень страдал, сидя за дверью палаты, пока я двенадцать часов мучилась в схватках. А всю эту ох… какую сказочную речь произносит моя свекровь, протягивая этот самый огромный букет своему сыну, крепко его обнимая и даже не глядя на меня…

Ну а во-вторых, все в семье знают, что я не просто не выношу розы, у меня на них аллергия! К тому же в палате находится ещё и новорождённый малыш! Тот самый, к которому свекровь следом уже тянет свои немытые с улицы руки…

– Стоп-стоп-стоп, Антонида Филипповна! – останавливаю её, забирая кроху себе на руки. – Вы с улицы, прикасаться к ребёнку так нельзя. Мало ли, какие бактерии… – пытаюсь объяснить мягко, не акцентируя внимание на всём остальном.

Свекровь тут же надувается и обиженно смотрит на сына.

– Даже внучка не дают взять на ручки, – всхлипывает, а я ловлю укоризненный взгляд мужа. Но уступать не собираюсь.

– Помойте, пожалуйста, руки и берите на здоровье, – стараюсь сдерживать гнев, хотя внутри всё кипит.

Роды дались мне непросто, действительно первые, сложные. Чувствуя я себя отвратительно. И хотя предполагалось, что муж должен был быть рядом, он едва не упал в обморок, из-за чего врачи его выпроводили.

К слову сказать, я бы тоже с радостью вышла… И даже упала бы в обморок. Если бы это помогло как-то и он родил за меня. Но мне было выходить некуда. Ведь в этот момент из меня выходили…

И хотя обида на мужа осталась, я оооочень старалась её не показать и отнестись с пониманием. Всё же мне и самой было ужасно страшно. И это при том, что свекровь изначально была против партнёрских родов.

– Мила! Муж потом точно найдёт другую! Ну что ты выдумала! У мужчин слабая психика, она такое выдержать не может!

– Значит, зачать она позволяет, а присутствовать на родах, даже не рожать – нет? – парировала я, тогда ещё поглаживая круглый живот.

– Фу, какая бестактность! Витусичка, твоя жена говорит со мной без уважения!

– Мила! – просит мягко муж, вновь вставая на её сторону.

– Что Мила? – разворачиваюсь к нему. – Мы вместе сделали этого ребёнка? Не будет ли справедливо, если на родах тоже будем вместе? Разве мы с тобой всё это не обсудили? Так что ты молчишь?!

– Мама, – переобувается муж, глядя теперь на свекровь.

– Ой, что-то у меня давление… Водыыы, – картинно сползает та на диванчик.

Тогда тему мы поспешно закрыли, но муж всё же поехал со мной и заранее подготовил все анализы. Только всё равно не смог присутствовать полноценно. И этот момент я ещё планировала с ним обсудить. Потому как кто у нас тут сильный пол?! Это из меня натурально вышел человек, а он даже рядом постоять не смог? Хорошая же поддержка и опора…

А тут ещё свекровь нагнетает опять. К тому же этот раздражающий слизистую аромат…

– Вит, убери цветы, пожалуйста, у меня на них аллергия, возможно, у малыша тоже, – прошу спокойно, чтобы не допустить нотки раздражения. До взрыва остаётся и так только поднести списку.

– Ну что ты придумываешь, какая такая аллергия? Напридумывают сами себе проблем, разве же это болезнь? – закатывает глаза свекровь, как всегда обесценивая чужие неполадки со здоровьем, зато её мигрень – это ДАААА, вот это ПРОБЛЕМА.

Однако, муж, зная о моей реакции на розы, всё же выставляет букет прочь из палаты и смотрит на меня теперь немного виновато, пока свекровь моет руки и опять тянется к ребёнку. Вздохнув, позволяю ей его взять. Радует, что у сестры мужа тоже не так давно родился второй, а значит, у бабушки есть опыт держать таких крошек. Иначе бы я, честно, побоялась.

– Мой сыноооочек, – воркует она с МОИМ сыном.

– Внучок, – поправляю холодно, начиная снова закипать.

– Что ты ко мне цепляешься? – снова фыркает свекровь и отходит от меня подальше, малыш начинает хныкать, и я тянусь, чтобы забрать, но она пытается его успокоить сама. – Ну-ну, ты что, не узнал бабулю? Это же я, бабуля! Почему он такой нервный? Вот у твоей сестры ребёнок на моих руках не плачет! А этого вы уже настроили против меня!

Ага, как только родился, так сразу начали!

– Верните его, пожалуйста, – цежу сквозь зубы, а свекровь будто не слышит, ещё и отворачивается от меня. Муж получает злой взгляд.

– Мама, отдай сына Миле, – требует почти твёрдо.

– Так и знала, так и знала! – причитает она, возвращая.

Малыш сразу перестаёт хныкать на моих руках. Но свекровь не унимается.

– Ничего страшного бы не случилось! Ну поплакал бы немного! Лишь бы у меня ребёнка забрать!

– Это МОЙ ребёнок! – рявкаю, не выдержав.

– Мила!

– Сынок! – муж и свекровь выдают это одновременно, а я выдыхаю через зубы.

Откуда взять столько терпения?

Дорогие читатели, представляю вам свою новую небольшую историю-антистресс ಇ

Глава 2. Я подаю на развод

Чувствуя мою нервозность, малыш начинает попискивать.

– Нет, всё же у твоей сестры, ребёнок совсем спокойный. А этот нервный! Наверное, в мать… – не унимается свекровь.

– Мама, ему только несколько часов от роду, конечно, он нервный. Не говоря уже о том, что Мила тоже чувствует себя не очень пока. Давай ты зайдёшь позже?

– Выгоняешь мать?! – округляет она глаза.

– Прошу зайти позже, – старается муж сгладить углы.

– Я пришла поздравить вас!

– Милу ты поздравить забыла, – замечает он, приподнимая бровь, а я хочу его в этот момент расцеловать! Неужели дошло?!

– Забыла? – удивляется она. – Но я же цветы принесла! Вы всегда такие неблагодарные! Вот твоя сестра…

– Мы поняли, мама. Давай обсудим в другой раз? – Вит в кои-то веки показывает характер, за который я его и полюбила в своё время.

Ещё до знакомства с его семьёй, которое он оттягивал настолько, насколько мог.

– Она уже и тебя против меня настроила! – прикладывает руку к груди свекровь.

– Мама, вы переходите все границы, – цежу я.

– Вот именно! Никогда у меня с моим сыночком не было границ! Никогда! А потом появилась ты – и всё! Теперь я его не узнаю! Где подарки и цветы любимой матери? Где ежедневные звонки? Где просьбы советов?

– Я их не просил, – возражает муж.

– Ты просто всё забыл! Всё! Как только её встретил. Сразу семья отошла на второй план!

– Мила и есть моя семья, мама!

– Променял нас с сестрой на неё!

– У сестры муж и двое детей!

– И что?! Ей теперь не нужна помощь и поддержка брата?!

– А мне кто поможет?! – рявкает он.

– Ты – мужчина! Я тебя так воспитывала! Должен помогать слабым женщинам…

– Прекрасно, – сжимает муж кулаки. – Вот я и помогаю своей жене.

– Жена сегодня одна, завтра другая, сынок, а мать – она единственная!

Вот тут у меня челюсть чуть не падает. Она это всё говорит прямо в палате с нашим новорождённым малышом! В день его рождения! Когда я ещё не отошла даже!

– Мама, – муж набычивается.

– Не кричи на мать! – картинно взмахивает руками она.

– Вы забываетесь, – вмешиваюсь я. – И говорите обо мне так, словно меня тут нет! У нас с Витом семья. У нас ребёнок! Какая одна и вторая?!

– Ну мало ли, сегодня семья. Завтра… кто знает, – бросает на меня победный взгляд, ведь я поддалась на провокацию. – К тому же… Только мать может быть уверена, что ребёнок её, а отец… Тут дело такое…

До меня не сразу доходит, что она имеет в виду. А когда доходит, хочется встать и выволочь её за волосы отсюда.

– Выйдите прочь, – цежу сквозь зубы.

– Ты меня прогоняешь?!

– Вы обвинили меня в измене! В том, что ребёнок не от мужа!

– Я?! – она распахивает глаза. – Я такого не говорила! Витусь, я же не говорила?!

Муж переводит растерянный взгляд с неё на меня.

– Мил, мама наверняка имела в виду что-то другое, – тянет неуверенно, и у меня внури что-то взрывается.

– Это что например?! НУ?! – требую пояснений.

Он мнётся, чем бесит меня ещё больше. А свекровь смотрит победным взглядом, пока её сын не видит. Очевидно, ей доставляет удовольствие меня выводить.

От злости и бессилия скриплю зубами. Муж продолжает беспомощно озираться. А эта мадам гнёт свою линию.

– Вот видишь, как она на меня наговаривает? Видишь, кого ты выбрал? А ведь я тебе говорила… Говорила! У твоей сестры такая прекрасная подруга, влюблена в тебя как кошка! И очень уважительно общается со мной… Любит и ценит нашу семью! Нежная, уважительная девочка… – рекламирует ему прямо при мне какую-то левую бабу!

– У этой нежной и уважительной трое детей от разных мужиков! – вспыхивает муж, повышая голос на мать, но я слышу другое.

– То есть если бы их не было, то тебя ничего не смущает, что ли?! – прижимаю дрожащими руками пищащего малыша крепче к груди.

– Мила! Ну ты-то куда?!

А я только что родила ЧЕЛОВЕКА! И мне треплют нервы! И только было собираюсь произнести это, но свекровь опережает.

– Какая разница, Витусь? Дети – это же прекрасно. Кстати, она тоже передавала тебе поздравления, – и смотрит с намёком, многозначительно. Ну всё.

Моё терпение просто лопается с громким треском. Гормоны, стресс, пережитая ещё не до конца боль, страхи, сомнения – всё это наваливается, как огромный снежный ком! С меня хватит!

– А ну выметайтесь вон из моей палаты, – требую громко и чётко, обращаясь сразу ко всем. – И да, мама, вы своего добились! Я подаю на развод!

Глава 3. Неблагодарная эгоистка

– Неблагодарная! Эгоистка! Мы приняли тебя в свою семью, и вот чем ты нас отблагодарила! – заводится свекровь в пол-оборота, словно и правда подобрали меня на улице!

А мы с её сыном вообще-то познакомились на работе, где занимали одинаковые должности и оба претендовали на повышение! Теперь, из-за моего декрета должность выше занял он, а я вынуждена оставить карьеру ради семьи и нашего малыша, хотя бы на время. Но свекровь говорит так, словно я была бесперспективной нищенкой, а они снизошли до моего уровня!

– Мама, Мила просто себя плохо чувствует и лучше тебе правда выйти… – начинает было муж, но у меня от обиды глаза застилает слезами.

– Тебе тоже лучше выйти, Вит, – говорю твёрдо. – Вам всем лучше выйти! Потому что иначе мне придётся вызвать охрану в палату!

– Она угрожает мне, Витусь! – верещит свекровь.

– Не нужно его так называть! – рявкаю. – Он ненавидит, когда вы его так называете! И я тоже! Он взрослый тридцатипятилетний мужик! А не Витуся! – раскладываю все карты на стол. – Хватит относиться ко мне как к мебели! Я не племенная кобыла, призванная продлить ваш род! Будем честны, в наследство моему ребёнку замки и фамильные драгоценности не достанутся! Так что не нужно преувеличивать свою значимость! И да, наш сын – только наш! Вам он внук. Запомните уже. И хватит цепляться ко мне. Не нравлюсь – буду рада вас больше не видеть! Вас обоих! Так что хоть сегодня можете устраивать сыну свидание с вашей уважительней с тремя детьми!

– Витуся… – свекровь обмахивается напомаженными ручками, словно сейчас упадёт в обморок.

– Мила, ты говоришь что-то не то, – хмурится муж.

– Это ты что-то не то говоришь! – вспыхиваю. – ТЫ! Я твоя семья, мы, – бросаю взгляд на сынишку. – А ты позволяешь нас оскорблять! Молча слушаешь! Сколько можно? Если ты согласен, то…

– Я так не говорил!

– Ты молчал, Вит!

Мы смотрим друг на друга, и в моих глазах собираются слёзы. Он громко выдыхает и его плечи опускаются.

– Малыш… – зовёт меня и делает шаг ближе.

Я прикрываю глаза, капитулируя. Я так устала… Так хочу, чтобы он просто обнял и защитил…

– Она манипулирует тобой, – вмешивается свекровь, и это действительно последняя капля.

– Вышли. Вон, – открываю глаза и отталкиваю руки мужа, когда он пытается обнять.

– Мама, тебе правда лучше уйти, давай поговорим позже…

– Тебе тоже. Уходи, Вит. Мне плохо. Я хочу побыть одна.

– Витусичка…

– МАМА! – он резко оборачивается, и поняв, что дела пахнет жареным, свекровь выходит наконец. – Малыш, – всё же прижимает меня к себе. – Не обращай внимания, ты же её знаешь…

– Я больше не намерена терпеть оскорбления и унижения. Или ты разбираешься со своей матерью, или я подаю на развод!

– Ну какой развод, малыш? – муж нежно целует в волосы. – Да, она неправа. Но у нас сын… Мы же любим друг друга…

– В твоей любви я сомневаюсь, ведь ты спокойно случаешь эту ересь.

– Вот именно! Это же глупости, Мил. Неужели можно относиться к этому серьёзно? – муж снова хмурится, и мне хочется разгладить морщинку между его бровей пальцем, но вместо этого я отстраняюсь.

– Можно. Когда ты родишь САМ, а потом на тебя выльют ведро помоев, тогда поговорим. Уйди…

– Малыш, – муж растерянно смотрит, а его руки повисают вдоль тела.

– Уйди, Вит. Потом поговорим. Мне нужно выдохнуть. Я правда ужасно устала. И хочу лечь.

– Конечно, давай я возьму сына и тихо посижу рядом, – предлагает и тянет руки, но я не даю.

– Я хочу побыть одна. Подумать. Нужно ли мне это всё, – повторяю, а его лицо каменеет.

– Ты серьёзно про развод? Из-за мамы? – его брови приподнимаются.

– Я – да. И предлагаю тебе тоже хорошо подумать. А сейчас оставь нас, пожалуйста. Если в тебе есть хоть капля понимания… – мне правда тяжело находиться уже и рядом с ним.

– Что ж… Ладно. Я надеюсь, ты остынешь. Это всё гормоны, – он поджимает губы и всё же выходит, а я укладываюсь сама и кладу кроху рядом, давая грудь, чтобы успокоить.

Сынок тут же перестаёт попискивать, начиная мило кряхтеть. А я думаю… Готова ли я на самом деле развестись с ним? Могу ли я так поступить и оставить сына без отца фактически? Да, я очень его люблю, безумно, но его мать… Это просто невыносимо. И кажется, Виту реально придётся выбирать, или она – или я…