Убийство в осенних тонах

«Мы пошли Гремячью рисовать, ты с нами?»

Сердце радостно ухнуло, но она не дала себе согласиться сразу. Да, Макс симпатичный и веселый, но стоит ли ей тратить время на роман, который ни к чему не приведет? Это еще надо обдумать.

«Занята. Есть кое-какие дела. Давай вечером?»

«Ок. Жду :)»

Спрятав телефон, Маргарита оглянулась, решая, с какого заведения начать обход. В глаза бросилась вывеска “Уютный уголок”. Внизу приписка “Букинистика и антиквариат”. Картинки замелькали в голове, выстраиваясь в логическую цепочку. Пропавшая девушка, любившая читать, но судя по всему не имевшая возможности покупать книжные новинки. Ее переезд в один конец с двумя чемоданами, в которые вряд ли влезли еще и книги. Старое издание в доме, где его до этого не было. Букинистический магазин давал ответы на все эти вопросы. А значит, его точно стоило посетить прямо сейчас.

Глава 3

Магазин располагался в старинном здании из красного кирпича, с вензелями в стиле модерн на окнах и дверях. Маргарита отворила тяжёлую деревянную створку и прямо над ее головой мелодично пропел колокольчик. В лицо пахнуло запахом старой бумаги, полированной древесины и чего-то едва уловимого и сладковатого – то ли старый табак, то ли ладан. Помещение при входе было оформлено под дореволюционный магазин – высокий прилавок и антикварная касса на нем. Вдоль стен выстроились добротные старинные буфеты, за стеклом которых теснились фарфоровые фигурки и потемневшие от времени иконы. Все свободное пространство на буфетах и прилавке занимали различные антикварные вещицы – бронзовые бюсты, серебряные чернильницы, советские часы в форме корабля, потускневшие портсигары и столовые приборы, миниатюрные статуэтки балерин и офицеров, довоенные куклы, почему-то навевающие мысли о фильмах ужасов. Все помещение освещала теплая, почти янтарная лампа под старинным тканевым абажуром.

К огромной досаде Маргариты сотрудников в комнате не было, только у одной из витрин топталась парочка туристов. Следующая комната оказалась началом огромного книжного лабиринта – заполненные книгами узкие коридорчики расползались в разные стороны и переплетались друг с другом. Полки и стены были выкрашены в глубокие и насыщенные цвета: оливковый, бордо и охру. Повсюду между шкафами были устроены уютные закутки с креслом или стулом, как будто хозяева были заинтересованы не в продаже книг, а их вдумчивом чтении прямо на месте. Покупателей было мало – в отделе философии и истории бродил мрачный молодой человек в капюшоне, на ходу листавший книгу о мировых заговорах, а в отделе народной медицины суетилась совершенно круглая, немного лохматая женщина, одетая в странное платье с принтом Медного всадника. Петляющий коридор, по которому шла Маргарита, в очередной раз резко повернул и замкнулся маленькой комнаткой, тесно уставленной книгами по гаданию, картами Таро и разной магической атрибутикой – подвесками, кристаллами, свечами, наборами трав и тяжелыми каменными пестиками для их размельчения. В углу комнаты стоял низкий, крытый черным бархатом стол, за которым молоденькая девушка задумчиво гадала на картах. В воздухе висел густой запах ароматических свечей.

– Извините, – Маргарита приветливо улыбнулась, – я ищу кого-нибудь из сотрудников магазина. Мне нужно… кое-что уточнить.

Девушка кивнула, медленно поднялась и молча пошла обратно, жестом пригласив Маргариту следовать за ней. Она была очень молода, скорее всего студентка, невероятно хрупкая, с тонкими чертами лица и очень светлой, почти прозрачной кожей. Ее худая шея и запястья обеих рук были густо увиты многочисленными звенящими на ходу амулетами. Девушка вывела Маргариту обратно в комнату с антиквариатом, подошла к старинному прилавку и что-то нажала под ним. Раздалась негромкая трель и из глубины магазина появился паренек. В отличии от воздушной барышни, только что сопровождавшей Маргариту, этот обитатель книжного лабиринта выглядел более чем земным и реальным – полный, добродушный, с длинными волосами, собранными в низкий хвост, он был одет в футболку с надписью "Хакинг во имя добра" и яркие носки с ананасами, выглядывающие из-под джинсов. Девушка кивнула ему и все также молча уселась за прилавок.

–Добрый день, что-то выбрали? – паренек буквально лучился доброжелательностью.

– Честно говоря, у меня к вам небольшая просьба, – Маргарита торопливо вынула телефон и открыла галерею, – У меня подруга пропала, хотела узнать, может вы ее помните? Мне любая информация пригодится.

Она открыла фотографию Марины и показала ее пареньку. Тот взял ее телефон в руки и близоруко прищурился.

– Помню вроде. Марина звали, кажется. Но ее тут давно не было, с весны, наверное. Лиль, помнишь?

      Паренек развернулся и сунул телефон под нос молчаливой барышне. Лиля подняла зеленоватые глаза и мягко кивнула.

– Помню её, – сказала она неожиданно низким голосом, – Веселая была. Говорила, что у нас тут как в волшебном мире. Мы иногда болтали о жизни, о снах. А когда сирень зацвела ей смерть выпала…

Маргарита вздрогнула, а паренек осуждающие вздохнул и протянул обратно телефон.

– Вы ее не слушайте, – с виноватой улыбкой сказал он, – карта Смерть в Таро – это просто какие-то изменения, а не реальная смерть, так что не пугайтесь, Лиля любит нести всякое…

– А вы что можете сказать? – Маргарита с надеждой посмотрела в круглое добродушное лицо паренка.

– Да немного, наверное. Она первый раз давно пришла, еще холодно было и снег лежал, я сразу понял, что денег на покупки у нее нет, просто погреться заскочила. Она сказала, что любит детективы и фэнтези читать, но в квартире, где живет, только русская классика и собрание Ленина. Я ей предложил наш стенд книг на прокат – там можно взять любое издание за небольшой денежный залог, почитать и потом вернуть. Она обрадовалась и весной частенько к нам заходила, одни книги приносила, другие забирала, а потом пропала.

Маргарита насторожилась:

– А можно как-то узнать точную дату последнего визита, вы наверняка ведете учёт таких книг?

– Конечно, – раздался мужской голос позади.

Маргарита обернулась. За ее спиной стоял крепкий, небрежно одетый мужчина чуть выше ее ростом. Весь его облик – и пшеничные кудри, и ярко-голубые, как-будто чуть светящиеся глаза, неуловимо напомнили ей былинных богатырей из книжки, которую ей читала на ночь бабушка.

– Павел, – представился он, – Пройдем в мой кабинет, все базы там. Вадь, побудь здесь, ладно?

– Лилькина очередь, а я побудь – намеренно громко пробормотал паренек в ананасовых носках, но под взглядом Павла быстро осекся и обиженно засопел. Маргарита бросила взгляд на Лилю и заметила, что та смотрит на Павла с нескрываемым восторгом.

– Попала девочка, – подумала она, с трудом сдержав улыбку.

Кабинет с лаконичной надписью “Директор” находилась в первом же коридорчике, выкрашенном в сложный темно-вишневый оттенок. Внутри он резко отличался от остального магазина: стены светло серые, обстановка строгая, аккуратная, почти аскетичная. Простой деревянный стол, аккуратно разложенные папки, две металлические лампы, ноутбук. Над столом висели полки, на которых по размеру стояли папки, каталоги и записные книжки. Казалось, что здесь не было места случайностям или непорядку, всё имело свою функцию. Да и сам хозяин кабинета двигался по-военному точно, не делая ни одного лишнего движения. Войдя в кабинет, он кивнул Маргарите на стул, а сам погрузился в ноутбук.

Повинуясь журналистскому инстинкту, Маргарита огляделась, пытаясь узнать о новом знакомом как можно больше. На стене слева – пробковая доска с графиком, схемами и расписаниями. На противоположной стене – полка со спортивными кубками и несколькими фото. На одном из них Павел и еще двое мужчин примерно его возраста, все в лыжной форме с надписью “Псковский лыжный марафон”, на другом – огромный пес ньюфаундленд с медалью на шее. Третье фото на полке было явно старое – на нем совсем молодой Павел рядом со смуглой девушкой, оба в вечерних нарядах, через плечо – ленты “Выпускник 2002”. Со спины их обоих обнимали мужчина и женщина средних лет. Мужчина – с явной примесью какой-то восточной крови, женщина похожа на Павла, тот же нос и светлые кудряшки. Семья?

– Вот, нашел, – Павел развернул к Маргарите ноутбук и ткнул пальцем в таблицу, – 17 мая. Книга "Операция «Южный крест». Взяла Марина Ладынина. Не вернула.

Он поднял на Маргариту глаза и она поймала его взгляд: спокойный, цепкий, чуть прищуренный – как у человека, который привык внимательно слушать, не перебивая, и в голове уже строить логическую цепочку. Внезапно ее посетило дежавю. Ей много раз в жизни приходилось сидеть в похожих аскетичных кабинетах, слышать такие интонации и видеть похожие взгляды.

– Следователь? – внезапно спросила она у Павла, внимательно наблюдая за его реакцией.

– Бывший. Журналист?

Маргарита улыбнулась и пожала плечами.

– Тоже бывший. Неужели до сих пор заметно?

– Манера задавать вопросы выдала. Я ваших коллег за время службы немало повидал, думаю, как и вы моих.

Павел развернул ноутбук обратно и откинулся на кресле.

– Ну и учитывая все, что мы теперь друг о друге знаем, может ответите, зачем вам информация о последнем владельце книги? Или все еще будем придерживаться версии о подруге?

– Я не думаю, что вам….

– Давай уже на ты, – усмехнулся Павел, – а то я себя древним дедом чувствую. Давай, выкладывай.

Маргарита задумалась, но лишь на секунду. Нет смысла врать самой себе,если какая-то загадка в этой истории правда есть – одной ей это все не распутать, а бывших следователей, как журналистов, не бывает. Возможно, Павел сможет помочь. Или хотя бы разнесет все дело прямо сейчас своими аргументами и отговорит продолжать. Приняв решение, она разом выложила все – и про книгу, и про странную пропажу Марины, и про свои поиски.

К удивлению – и облегчению – Маргариты, Павел воспринял ее слова всерьез.

– Итак, – сказал он, дослушав ее до конца, – получается, пропала она между 17 и 20 мая. И паспортные данные у тебя есть. Это уже кое-что.

Он взял в руки карандаш и задумчиво постучал им по блокноту – видимо, сказывалась привычка записывать во время разговора. Помолчав, взял телефон и набрал чей-то номер.

– Миш, привет, – произнес он, когда из трубки послышалось невнятное бормотание, – можешь говорить? Да, нормально все….Слушай, мне тут одну барышню пробить надо, может у вас в “потеряшках” где числится? Ага, пиши. Дай ее паспорт – коротко бросил он Маргарите и она торопливо открыла нужное фото на телефоне.

– Пишешь? Ладынина Марина Владимировна, 1996 год рождения, выдан ДНР. Ок, спасибо. Фотку сейчас скину.

      Завершив звонок, Павел отправил фото и удовлетворенно откинулся на стуле.

– Это Михаил Васильев, мой друг, он все еще в СК работает, обещал по базам пробить. Вдруг кто о пропаже заявлял.

– А если нет? – не удержалась от вопроса Маргарита, – Я так понимаю, родных у нее тут не было.

– Вот тогда и решим. Может, коллеги или соседи.

Телефон зазвонил и Павел взял его ловким, размашистым движением.

– Да? Быстро ты. – Он выслушал, помолчал, коротко кивнул, хотя собеседник этого и не видел. – Понял. Спасибо.

Павел положил трубку и, слегка нахмурившись, посмотрел на Маргариту.

– Заявлений по Ладыниной не было, – сказал он. – Никто не искал. Но… В начале июня под Псковом, на заброшенной просёлочной дороге, нашли тело молодой женщины. Без документов. Личность не установили, но по приметам – это может быть она. Примерный возраст и цвет волос совпадают, но точно внешность сравнить нельзя, лицо неизвестной было обезображено. Причина смерти – огнестрел. В дело записали как неустановленную.

Павел встал и прошел круг по кабинету.

– Проблема в том, что пока нет заявления о пропаже – связать эти два дела неофициально нельзя. Марина оставила записку хозяйке квартиры, значит с точки зрения закона она просто уехала. Ты же даже не была с ней знакома, может для нее так исчезать – это нормально. А надпись в книге…. Мало ли откуда она могла взяться.

Маргарита пожала плечами.

– Мне кажется, тут все не так просто. Ты сам это понимаешь. Судя по постам и по тому, что мне сообщили ее знакомые, Марина переехала сюда в один конец, хотела новой жизни. Она гуляла, читала, любовалась городом. А однажды вечером она просто пропала. Оставила при этом часть своих и так немногочисленных вещей. И на связь больше ни с кем не выходила. А еще мы не можем отмахнуться от надписи. Ты уверен, что ее не было в книге до того, как она попала к Марине?

– Абсолютно, мы осматриваем арендные книги после каждого читателя, Вадик дотошный, он бы это зафиксировал.

– Вот видишь, – Маргарита упрямо поджала губы, – Знаю, ты скажешь, что у меня просто профессиональный рефлекс, но я чувствую, что должна ее поискать. Если я не права, то просто в какой-то момент обнаружу Марину живой и здоровой. А если права… возможно, я – единственный шанс убитой женщины быть хотя бы опознанной.

Павел задумчиво посмотрел в окно, а потом вздохнул и снова сел на кресло.

– Ты права. Если ты не против – давай попробуем поискать эту неуловимую Марину вместе,– мужчина неожиданно улыбнулся, – знаешь, у меня тоже есть профессиональные рефлексы. Для начала стоит осмотреть ее, а теперь как я понимаю, твою квартиру. Конечно, улик там спустя столько времени не найти, но может хоть на мысль какую натолкнет.

Телефон Маргариты зазвонил так внезапно, что она вздрогнула. На экране высветился номер Макса, и, чуть поколебавшись, она взяла трубку.

– Привет, – сказала она, стараясь говорить бодро, как будто не обсуждала сейчас возможное убийство. – Что-то случилось?

– Да нет, просто ты помнишь, мы вроде как хотели встретиться. Ты как, можешь?

– Могу, где тебя поймать?

Макс предложил пересечься у Гремячей башни, и Маргарита встала, намереваясь уйти. Павел проводил ее до дверей магазина и на прощанье протянул свою визитку.

– Напиши, когда решишь пустить меня на осмотр квартиры, – сказал он, – если ничего не найдем, хоть книгу мне вернешь.

      Маргарита благодарно улыбнулась на прощанье и вышла. Закрыв за новой знакомой дверь магазина, Павел задержался у входа, задумчиво глядя через витрину на улицу. Вся эта история казалась ему странной и нелепой, но чутье говорило, что стоит разобраться. Хуже никому не будет, а он… А он так давно что-то не расследовал, что уже забыл как это – строить версии и искать улики. Правда сейчас он вообще не уверен, что эту дверь стоит открывать снова.

– Ну что, помогли ей чем-то в поисках подруги? – спросил Вадик и вдруг добавил – Красивая женщина.

– Не заметил, – отчего смутившись бросил Павел и скрылся в своем кабинете.

Вечерний Псков был по-осеннему мягким. Небо уже подёрнулось дымчатым синим, но на горизонте ещё теплился отсвет заката. На улицах неспешно шли люди, но дневных беспечно слоняющихся туристов уже сменили идущие с работы местные – усталые, с сумками, с детьми, с мыслями о домашнем ужине. Фонари уже включились и отбрасывали на мокрый от недавней мороси асфальт тёплые круги света. Окна старых домов зажглись – как будто каждый дом делился своим маленьким светом и уютом. Маргарита и Макс долго гуляли по улицам, заглянули в кафе, где пили чай с мятой и говорили о пустяках. Мысли женщины помимо ее воли все время возвращались к Марине и ее загадочному исчезновению. Как это обычно бывало раньше, новое расследование целиком захватило ее мысли и мешало думать о чем-то или ком-то другом. Мама всегда говорила, что именно по этому она до сих пор не замужем. Макс, казалось, чувствовал, что она мысленно где-то далеко, и пытался всеми силами привлечь внимание, в какой-то момент даже показал фото дурацкой уличной инсталляции с надписью "Бессмертен тот, кто успел оплатить ЖКХ". Маргарита смеялась больше, чем следовало – просто потому что хотелось немного заземлиться и полнее прожить момент.

Она чувствовала, что за этот вечер их общение с Максом уже перевалило грань дружеского трепа. Каждый раз, когда он словно невзначай брал ее за руку или чуть обнимал за плечи, она чувствовала, как ее сердце начинает биться быстрее. И мгновенно перед мысленным взором возникали две старших сестры, не устававшие напоминать, что в ее возрасте нельзя тратить время на бесперспективные романы. А Макс для перспективы однозначно не годился – беззаботный и по сути безработный, явно не привыкший отягощать себя ответственностью. Маргарита с трудом себе в этом признавалась, но в отношениях ей уже давно хотелось не бешеных эмоций, а спокойствия, надежности и стабильности, того самого пошлого и банального крепкого плеча. В крепости плеч Макса она уверена не была.

Макс при переходе дороги взял ее за руку, но потом так и не отпустил. Теперь они шли по тротуару держась за руки, словно школьники, и Маргарита никак не могла понять раздражает это ее или все-таки волнует. Может, ну нафиг все эти жизненные расчеты и здравые подходы? Чем она рискует, закрутив короткий и необременительный роман, который ей сейчас так нужен?

Когда они дошли до её дома, Маргарита окончательно запуталась в своих эмоциях и решила распрощалась с Максом еще у входа во двор. Жизненный опыт говорил ей, что провожания до подъезда приведут к прощальному поцелую, а она пока не решила, стоит ли до этого доводить. На ее счастье, настаивать Макс не стал и сразу ушел, галантно поцеловал ей на прощанье руку, чем вызвал мимолетное сожаление о том, что она оказалась от продолжения.

Подойдя ближе к дому, она заметила, что у одного из подъездов все еще сидели две местные бабули, как будто был не октябрьский вечер, а августовский полдень. Одну из них Маргарита знала. Капитолина как-то там, бывшая одноклассница Веры Семеновны, к которой ей было велено обращаться “если что”. Что ж, похоже, такой момент настал.

–Добрый вечер, – сказала она старушкам и те приветливо что-то забормотали в ответ, – Я сегодня у Веры Семеновны была, привет вам от нее.

Обе старушки снова синхронно кивнули, словно привет предназначался им обеим, и даже подвинулись, давая Маргарите подсесть к ним. Она лихорадочно соображала, как повернуть разговор дальше, но в итоге просто решила сыграть на всеобщей любви старшего поколения к разговорам.

– Она мне про свою прошлую жиличку рассказала, та уехала и даже вещи свои здесь на Веру Семеновну бросила. И не попрощалась толком. Ужас просто.

Уточнять в чем именно ужас не понадобилось. Обе бабули одновременно придвинулись к Маргарите и заговорили, перебивая друг друга.

– Маринка? Помню ее. Худенькая такая, тихая, здоровалась всегда…

– Тихая-не тихая, а мужиков водила…

– Не мужиков, а мужика! Чтобы не водить, если у них любовь….

– Скажешь тоже, молодая девка, ей замуж надо, а она то одного, то другого….

– Да это один был, ты без очков и слона не разглядишь!

– А чего глядеть, если один рыжий и волосатый был,а другой темный и нос кривой. Как раз перед ее отъездом и приезжал…

Маргарита навострила уши.

– Так вы говорите, что перед отъездом она с каким-то мужчиной была?

– Ну да, – радостно оживилась незнакомая бабуля, а одноклассница Веры Семеновны раздраженно пожала плечами и отвернулась. – Она все с одним ходила, который рыжий, часто к ней приезжал, а как-то сижу я у окошка, чай пью, темно уже, время уже совсем позднее было, а у меня бессонница…Смотрю, а Маринка с чернявым каким-то прикатила. И грубый такой, вышел из машины, ее за локоть схватил и тащит чуть не силком. В подъезд вошли и все. Ну я чай допила и спать пошла. А Маринка потом уехала, видать, с хахалями разбираться не захотела.

Маргарита почувствовала, как внутри у нее все похолодело. Едва вернувшись домой, она достала визитку Павла, забила его номер себе в телефон и торопливо написала.

“Еще раз привет, это Маргарита. Поговорила с соседкам, по их словам, у Марины был постоянный парень, но перед исчезновением она приехала с новым”

Ответ на сообщение появился буквально сразу.

“Так может она с ним и сбежала?”

“А смысл? Вроде нынче с любовниками никто не сбегает”

“Слово нынче тоже вроде уже никто не использует”

Маргарита удивленно приподняла бровь. Неужели этот бывший следак флиртует с ней? Вряд ли. Она уже пару раз в жизни пыталась крутить романы со следователями и те были куда более прямолинейны. Отогнав ненужные мысли, она быстро набрала ответ, стараясь поддержать заданный Павлом тон.

“Свидетели говорят, он ее чуть не силой в дом тащил. Еще скажи, что это в порыве страсти”

В этот раз Павел ответил не сразу, словно пытался придумать, что написать.

“Так я могу квартиру посмотреть?”

Глядя на этот сухой ответ, Маргарита почувствовала себя дурой – нафига она пытается увидеть флирт там, где его нет?

“ Давай завтра, когда сможешь?”

“Только вечером, часиков в семь”

Маргарита отправила эмодзи с большим пальцем вверх и закрыла чат. Переписка оставила у нее странное смешанное чувство. Повинуясь скорее рефлексу, чем разуму, она села за ноутбук и набрала имя и фамилию Павла в поисковике. Уже минут через десять она знала все, что ей нужно. Несколько лет назад был следователем по особо важным, раскрыл несколько громких дел, потом исчез. Пара статей сопровождалось фото Павла в форме и Маргарита невольно задержала на них взгляд. Погоны ему явно шли, мистическим образом завершая сходство с былинными героями, которое так поразило ее при встрече. Только имела ли право она его дергать? Что если за надписью в книге ничего криминального нет и она зря все это затеяла? Этот торговец букинистикой когда-то был крутым следователем и ей не хотелось ударить перед ним в грязь лицом, тем более с дурацкой историей, которую она, возможно, сама себе придумала.

Маргарита нервно сделала круг по квартире и, наконец, уговорила себя успокоиться. Он согласился помочь, а значит не только она скучает по реальным делам. И если завтра они вместе обыщут ее квартиру и ничего не найдут – это будет не ее вина.

Глава 4

Утром Маргарита пошла с Максом на пленэр, а точнее – он ее туда увел. Сама она чувствовала, что руки больше не пишут, а затея вернуться к рисованию с каждым днем казалась все более глупой. Ну кого она обманывает? Она журналист, а не художник. И никакие пейзажи не заменят ей драйва, который она испытывает, когда раскручивает очередную историю. Решив не злить себя еще больше, Маргарита не потащила с собой мольберт, ограничившись любимым альбомом и набором для скетчинга.

Макс встретил ее на машине и повез куда-то к черту на рога, обещая невероятное приключение. Приключением оказалось небольшое и приземистое строение из красного кирпича где-то в пригороде.

– Знакомься, Псковский кирпичный завод! Ему 200 лет почти, – Макс выглядел запредельно довольным и даже каким-то вдохновленным, – тут мой прадед работал, потом дед! До сих пор по всей области дома из этого кирпича стоят, на них клеймо "Л" выбито, если заметишь – сразу узнаешь. Отец здесь в юности подрабатывал, а потом… потом все развалилось. А теперь снова работает. У деда юбилей скоро, я ему обещал пейзаж с этим заводом. Смотри, как красиво.

День был солнечный и по-осеннему хрустальный, желтые листья деревьев казались тонкими и почти прозрачными, их хрупкость выгодно оттеняла цвет старинной кирпичной кладки. Маргарита вынула линеры, и быстро сделала несколько набросков. Увлекшись рисованием, она постепенно перестала слушать веселую болтовню Макса, и погрузилась в размышления. Вечером Павел придет смотреть “место преступления”, которым возможно является ее квартира. В момент заселения Вера Семеновна сказала, что летом квартиру не сдавала, только убралась после отъезда предыдущей жилички. Маргарита напрягла память, но так не смогла вспомнить, меняла ли она сама что-то в квартире за время проживания. На ум пришел только стул, перенесенный из прихожей, где он мешался на ходу, на кухню. А значит, все в квартире выглядит приблизительно также, как в день исчезновения Марины. Оставалось надеяться, что хрупкая хозяйка драила арендное жилье не слишком тщательно и хоть какие-то следы остались. В конце концов, книгу она не нашла.

– А это кто? – вдруг услышала она прямо над своим ухом. Макс перегнулся через ее плечо и ткнул пальцем в рисунок. Маргарита опустила глаза и осознала, что, увлекшись, перестала рисовать завод. Вместо него на листке возник хорошо узнаваемый образ – слегка кудрявый мужчина за большим письменным столом.

– Никто, просто так – быстро ответила Маргарита. Отчего то не хотелось делиться с Максом историей ее знакомства с бывшим следователем. Тот в ответ лишь ревниво пошутил по поводу кудрявых мужчин и вернулся к своей работе.

Так, болтая, рисуя и слегка препираясь, они провели почти весь день. Близился вечер, а значит совместный с Павлом обыск квартиры, и Маргарите не терпелось вернуться домой. Едва зайдя в прихожую, она осознала, что невольно пытается взглянуть на квартиру глазами не бывавшего в ней человека. Она обошла все комнаты, стремясь как можно тщательнее убрать следы своего собственно здесь пребывания. Чтобы не смазывать картину, сказала она самой себе. И чтобы произвести благоприятное впечатление – подсказал внутренний голос. Против воли Маргарита ощутила лёгкую дрожь. Она не могла объяснить, чего именно ждала – встречи? Разговоров? Ответов?