Заложница времени: Предел

Элена Лин

Заложница времени: Предел

Глава 1 Кровавый лес.

Туман здесь был другим – не холодным, а будто тёплым, густым, живым. Он касался кожи, словно проверял, кто вошёл, и имел полное право не пропустить. Лес начинался внезапно. Не тропой, не границей. А ощущением, что воздух стал тяжелее, гуще, словно пропитан кровью. Кэтрин шагнула внутрь – и мир за спиной тотчас исчез. Город, жизнь, люди, запахи – всё растворилось, будто этого никогда не существовало. Время перестало существовать. Было невозможно определить прошел час или день.

– Как будто нас проглотили, – прошептала она.

Майкл кивнул, пристально всматриваясь в пространство между деревьями.

– Этот лес… реагирует на тех, кто владеет силой времени. Даже дыхание может стать для него вызовом.

Кроваво-красные листья тихо шуршали, но не ветром – шуршали сами по себе, как будто перешёптывались. Стволы деревьев вытягивались ввысь, переплетались, и казалось, что они двигаются, когда их не видишь.

Кэтрин сделала ещё один шаг – и на мгновение потеряла равновесие.

Мир дернулся. Деревья растянулись, как тени в заходящем солнце. Трава под ногами стала длиннее. Шаг эхом отозвался тремя ударами – словно она наступила не сейчас, а сразу в прошлое и будущее.

– Пап… что это?

Она остановилась, крепко сжимая кулаки.

– Первое испытание, – тихо ответил Майкл. Он прислушался к чему-то невидимому. – Лес играет временем. Он будет менять скорость, искажать восприятие, разрывать участки пространства. Не вздумай убегать – здесь каждый шаг должен быть осознанным.

– Прекрасно, – Кэтрин усмехнулась, хотя внутри все сжалось. – Место, которое может перемолоть нас без единого врага.

– А лес – и есть враг.

Тишина вдруг обрушилась тяжело, почти физически. Ни шороха. Ни ветра. Туман застыл. И время… тоже.

Кэтрин почувствовала, как воздух перед ней дрогнул – словно потрескалось стекло. Затем из трещины, прямо посреди пустоты, вышла она.

Она сама. Но старше на десять лет.

Та, что вышла, была похожа на призрак: волосы темнее, глаза – выжженные болью, морщины на лице. Женщина смотрела на неё так, словно видела самое страшное.

– Назад, – резко сказал Майкл.

– Что это?

– Лес показывает возможное будущее. Это иллюзия… но если ты поверишь в неё, она станет реальностью. Одна из ловушек, которая может тебя утянуть.

Старая Кэтрин медленно подняла руку. На её ладони – трещины, будто её кожа пережглась временем. Она открыла рот, и голос прозвучал так, будто прошёл через тысячи прожитых лет:

– Не иди дальше… ты… не вернёшься.

Кэтрин отступила, сердце утонуло в груди.

– Папа…

– Не смотри ей в глаза. Лес вкладывает в них твои страхи. Это не будущее – это то, чего ты боишься больше всего.

Но старшая Кэтрин шагнула ближе. И с каждым её шагом пространство вокруг них сжималось, как будто само время пыталось втянуть Кэтрин в свой капкан.

– Я не могу…сопротивляться.

– Не верь. – Он схватил её за руку. – Это единственный способ разрушить иллюзию.

Старшая версия приблизилась почти вплотную. На щеках – линии слёз, на руках – следы ожогов времени.

– Ты потеряешь всех, – прошептала она, слишком тихо. – Дэна, Мишу… мать… себя…

Кэтрин закрыла глаза и глубоко вдохнула, наконец вернув свое хлоднокровие:

– Нет.

На миг всё стихло. И иллюзия разорвалась, будто её проглотил лес.

Кровавые листья упали на землю, время снова пошло своим бегом.

– Это только начало, – сказал Майкл, уводя взгляд в глубь леса. – Кровавый лес показывает не опасности, а то, что может поломать тебя. Прошлое, будущее, страхи… В нём ты будешь бороться не с врагами. А с собой.

Кэтрин вдохнула глубоко, медленно. Их путь только начался. И лес уже знал, куда бить. От него нельзя было скрыть истинные мысли, а возможно Кэтрин нужно было именно это. Чтобы кто то показал ей то, в чем она сомневается. Сделал за нее выбор, который она не может сделать.

Из леса они вышли под вечер – усталые, будто прожили внутри него не несколько часов, а целую жизнь. Воздух стал легче, туман остался за спиной, и только слабый запах сырой земли напоминал, что Кровавый лес был не сном.

Неподалёку стоял старый дом – низкий, перекошенный, укрытый мхом и осенней листвой. Казалось, он уже давно никого не ждал… но всё же выдержал бы ещё одну ночь.

Внутри было пусто, но сухо. Прогнившие балки вели под потолок, окна затянуты паутиной, а в центре комнаты – старый металлический круг под очаг.

Майкл разжёг огонь – тихий, мягкий, потрескивающий.

Кэтрин опустилась на пол напротив, подогнув ноги и чувствуя приятное тепло, пробирающееся под одежду.

Некоторое время они молчали. Огонь освещал лишь их двоих, остальное помещение тонуло в тени.

– Ты выросла очень сильной Кэтрин, – заметил Майкл.

– Много чего произошло за эти годы. Возможно пережитое стало причиной того, что я выросла быстрее, чем должна. – Она улыбнулась грустно. – Я очень хотела тебя найти. И признаться, мной двигали не теплые чувства дочери. Скорее…Я думала, что когда найду тебя, получу ответы. Но вопросов стало ещё больше.

Майкл кивнул, затягиваясь воздухом, будто собираясь с духом.

– Тогда слушай. Ты имеешь право знать всё, без замалчиваний.

Костёр чуть громче треснул. В доме стало теплее, будто стены сами прислушивались.

– Историю образования силы я тебе рассказал. Продолжу с того, почему после возвращения из ловушки не пришел к вам. За мной охотились многие, – начал он спокойно. – Люди, которых ты не знаешь, хотя некоторых ты и встречала. Они хотели силу времени, даже не понимая, какой ценой она даётся.

Пауза.

– Один из них Вис. Наёмник, опасный, умный, мастер артефактов. Одним словом – хищник. Он знал о силе больше, чем должен был знать человек, не владеющий этой силой.

Когда Майкл произнес это имя, сердце Кэтрин кольнуло. Ведь его она знала прекрасно. Он был тем, кто на ее глазах убил важного человека— Сержа. Но она не собиралась беспокоить отца, своими ранами.

– Он хотел тебя убить?

– Он хотел использовать меня. И тебя тоже. Ему был нужен… ключ. А человек со временем внутри – идеальный инструмент.

Кэтрин поёжилась, хотя в доме было тепло.

– Сам Вис работал на ученого, чье имя неизвестно никому. Ходили слухи, что хозяин называл его "объект три шесть". Кто знает что в головах этих сумасшедших.

Майкл провёл рукой по лицу, будто смахивая тень прошлого.

– Безумец. Одержимый. Люди, которые работали с ним…хотя их сложно назвать людьми. Он проводил на них опыты, по их собственному желанию. Как и над собой. Владеть силой, единственная их цель. Однажды я попался в руки к одному из них.

Голос его слегка дрогнул – едва заметно, но Кэтрин почувствовала.

– Пап…

– Я выбрался. Но понял одно – за всей этой охотой кто-то стоял. Умный, терпеливый. Кому было важно не поймать меня, а… довести. Еще не знаю до чего именно. Возможно то, что мы здесь, тоже часть их плана. Поэтому нужно быть вдвойне на стороже.

Он посмотрел на неё.

– И я так и не узнал, кто это был.

Снаружи прошёл слабый ветер, дом тихо скрипнул.

– Поэтому я и поставил на тебя печать, – продолжил он мягче. – Я хотел защитить тебя, пока ты маленькая. Чтобы твой дар не откликнулся на детский каприз… или испуг. Чтобы никто не узнал о твоей силе и не начал охоту на тебя.

Кэтрин нахмурилась:

– Но печать причиняет боль от любви. Каждый раз, когда…

– Нет, – перебил он тихо, но твёрдо. – Это не обязательно любовь, Кэти.

Он пододвинулся ближе, чтобы она лучше его слышала.

– Печать завязана на твоём первом всплеске эмоции. Вероятнее всего, произошло какое-то событие, когда ты впервые почувствовала необходимость изменить время…твоим самым сильным чувством был не смех, не радость, не привязанность.

Кэтрин сразу вспомнила детство. И тот день, когда Серж упал с качели и потерял сознание. Она была уверенна…это был тот момент.

Майкл коснулся её руки. Прочитав мысли.

– Это был страх. Страх потерять. Маленький ребёнок, который почувствовал, что теряет кого-то важного… и печать впитала именно это. Поэтому сейчас, когда ты волнуешься за кого-то, когда чувствуешь угрозу… не любовь болит. Болезнь не в привязанности.

– А в страхе. – прошептала она.

И наконец-то она получила ответы, которых жаждала. Вот почему при сближении с Денисом, боль давила на нее. А с Мишей она чувствовала спокойствие. От касаний одного, сердце разрывало, а другой вызывал волнение и трепет. Денис всегда был тем, кого ей нужно было защитить и печать знала это.

Майкл кивнул.

– Ты боишься потерять тех, кто дорог. И печать реагирует… защищает тебя, как умеет. Криво, жестоко, но по-своему верно.

Кэтрин отвернулась к огню, всматриваясь в языки пламени.

– Значит и я могу все таки быть счастливой.

– Конечно… и будешь.

Он улыбнулся почти по-родительски.

– Любовь не приносит тебе боли, Кэти. Это страх приносит. И его можно преодолеть.

Огонь отражался в его глазах – тёплый, спокойный, такой, каким она никогда раньше не видела его. В голове сразу возник образ Миши. Теперь она осознала, что комфорт и легкость с ним, она пыталась превратить в любовь, чтобы убедить себя, что она нормальная и тоже способна любить.

Несколько секунд они просто слушали потрескивание дров. Каждый размышляя о своем.

– Пап, лес показал мне насколько силен мой страх. Как же мне преодолеть его?

– Ты должна осознать, что страх – это естественно. Он не делает тебя слабой. Он делает тебя живой.

Кэтрин медленно кивнула, всматриваясь в огонь, как будто там могла увидеть ответ. Или, по крайней мере, направление.

– А теперь… отдохни. Завтра будет тяжелый путь. И лес – это было лишь вступление.

Она улеглась на старое покрывало, а Майкл подбросил в огонь ещё одну ветку.

Дом чуть прогнулся под ветром, словно старик, который оберегает своих гостей. И впервые за долгое время Кэтрин позволила себе уснуть в безопасности – зная, что рядом сидит тот, на кого она может положиться.

Глава 2 Город, где спит время.

Утро пришло почти неслышно. Лишь тонкий луч света пробрался через трещину в оконной ставне и лег на лицо Кэтрин. Она моргнула, привыкая к теплу, и первое, что увидела – угасающий костёр и силуэт отца, задумчиво сидящего у стены. Он уже не спал.

– Ты всё утро так сидишь? – спросила она сонно.

Майкл оторвался от мыслей и улыбнулся – устало, но тепло.

– Хотел убедиться, что за нами нет слежки.

Кэтрин села, обхватив ноги руками, и какое-то время просто смотрела на огонь, который догорал тихими, уверенными искрами. Дом уже не казался пугающим – лишь старым свидетелем чужих историй.

– Куда теперь? – спросила она, поднимая взгляд.

Майкл глубоко вдохнул. Вот теперь в его глазах появилось то, что Кэтрин не видела раньше – не страх, но уважение к тому, что их ждёт.

– Город Прошлого, – произнёс он медленно, словно само название несёт вес времени. – Следующий шаг, без которого мы не доберёмся до жетона.

– Это из моих видений? Там, где башня… и женщина в старинной одежде?

– Да. Но будь осторожна: Город Прошлого – не место, где можно просто пройтись и уйти. Он хитрый. Он забирает людей тихо – не силой, а выбором. Он показывает то, что ты можешь потерять… или то, что хочешь вернуть. Это могут быть страшные моменты прошлого или еще более страшное будущее. Мои испытания были связаны с прошлым.

Кэтрин почувствовала холодок по коже.

– Иллюзии?

– Иногда. А иногда – нечто хуже. Там не мы управляем временем, а оно нами.

Он посмотрел ей прямо в глаза:

– И никто не выйдет оттуда таким, как вошёл.

Они собрали всё немногое, что у них было. Когда вышли из заброшенного дома, утренний воздух был чистым, влажным, и казалось, что мир после ночи стал другим. Более тихим. Более внимательным.

Некоторое время они шли молча. Кэтрин изучала отца украдкой. В нём всё ещё чувствовалась сила и выучка, но теперь она замечала то, что раньше было скрыто: трещины, оставленные годами одиночества и вечной беготни.

– Пап, – начала она осторожно, – тебе было очень одиноко?

Майкл хотел скрыть свои чувства, но глаза все же выдавали его. Казалось, каждый раз, когда он окунался в последние двадцать лет, они отзывались в нем тяжестью и болью.

– Не буду лгать. С того дня, как меня подставили, как я чуть не потерял Ванессу, как я попал в ловушку храма на десять лет…все пошло как по чьему-то злому сценарию. Я не мог вернуться к вам, не мог найти того, кто охотился за мной. В тоже время мне приходилось следить, чтобы вас никто не использовал и вы были в безопасности. Быть так близко к вам и не иметь возможности обнять, это было самым тяжелым.

Кэтрин понимала чувства отца. Ее рука невольно потянулась к его. Она хотела поддержать, показать, что теперь они рядом и справятся со всем вместе. Как только она коснулась его руки, рубцы со стороны ладони, резко кольнули ее. Она повернула руку к себе и подняла испуганные глаза на отца.

– Не думай об этом. Эти шрамы. Все уже прошло.

– Кто это сделал? Расскажи.

– Помнишь я говорил тебе про то, как попался одному из приспешников безумного ученого. Он пытался получить мою силу, читать мысли.

– Я знаю, каким способом они это делают.

– Знаешь?– Майкл не скрывал удивления.

– Это долгая история. На одной из миссий я была в его лаборатории и видела воспоминания.

– Да. Тогда и не стоит объяснять все. Но он оказался не слишком умелым, поэтому лишь ранил меня, но ничего не добился. Я смог сбежать.

На некоторое врем вновь воцарилась тишина. Она не напрягала, наоборот позволяла подумать, оценить, пережить то, что они оба узнавали друг о друге.

– В Городе Прошлого мы будем вместе? – вновь начала Кэтрин.

– Если честно я не знаю. Я был там один, прошел испытание и нашел башню. Что нас ждет, я не уверен.

Он задумался.

– Знаешь, что самое страшное? Не то, что можно погибнуть. А то, что можно забыть, куда идёшь. И ради кого.

Она замедлила шаг.

– А ты… когда был там… что видел?

Майкл сразу не ответил. Лишь спустя несколько секунд сказал:

– Видел.

Голос стал ниже.

– Я видел нас с тобой. Тебя – маленькую. Ты смеялась. В несуществующем будущем, которое я украл у самого себя.

Он покачал головой.

– Спастись было трудно. Очень трудно. Я хотел жить этими моментами. Остаться там. Смотреть как ты растешь. Наверное я смог вырваться лишь потому, что знал что нужен тебе настоящей.

Кэтрин не знала, что сказать. Но в его словах она услышала главное – не только опасность города, но и то, что отец отчаянно не хотел терять её снова.

Она шагнула ближе и тихо коснулась его руки.

– В этот раз ты не один. Мы пройдём вместе.

Майкл улыбнулся коротко, благодарно.

– Да. И поэтому у нас будет шанс.

Он остановился, развернулся к ней и заговорил серьёзнее:

– Когда мы войдём, Кэтрин, никаким эмоциям нельзя верить. Никаким воспоминаниям. Никаким голосам.

Он подчеркнул:

– Даже моему, если что-то покажется странным.

Она кивнула.

Странным? Её сердце болезненно сжалось – эхом печати. Но боль была слабее, чем раньше. Может, потому что вчера она услышала правду.

– Как выглядит город? – спросила она, чтобы разрядить тишину.

Майкл посмотрел вдаль, туда, где над горизонтом уже начинали подниматься тёмные силуэты.

– Серый. Тихий. Улицы будто вымыты дождём, которого не было. Дома – целыми кварталами, но пустые, но… живые.

Он подбирал слова.

– И там всегда вечер. Солнце не поднимается выше линии крыш. Время как будто… выдохнуло и не вдохнуло заново.

– И мы должны найти башню?

– Да. Она будет видна не сразу. Её нужно… разглядеть. Город покажет её после очередного испытания.

Кэтрин снова ощутила дрожь. Не от страха. От предвкушения – странного, почти сладкого. Она впервые в жизни ощущала, что идёт туда, куда давно должна была прийти.

– А если город меня попытается “удержать”? – спросила она.

Майкл посмотрел на неё с лёгкой гордостью:

– Тогда вспомни, зачем ты идёшь.

Пауза.

– И кого хочешь вернуть.

Сердце кольнуло болью – но не такой, как раньше. Печать будто вздохнула.

Миша. Дэн. Страх потери… и желание защиты.

Она кивнула.

– Тогда – вперёд?

– Да. К полудню мы дойдём до ворот.

И они продолжили путь, а впереди, почти незаметно сквозь утреннюю дымку, над землёй поднимался силуэт другого мира – серого, тихого, притягательного…

Города Прошлого.

Глава 3 Там, где время ломает сердце.

Город Прошлого встретил их тишиной – такой плотной, что каждый шаг отзывался в груди. Ворота, высокие и тёмные, казались вырубленными из единой каменной плиты. Ни рун, ни символов. Но когда Кэтрин коснулась холодной поверхности, мир будто моргнул.

И город открылся.

Она ощутила, как воздух стал тяжелее – влажным, застывшим, как перед грозой. Узкие улицы тянулись вглубь, дома с пустыми окнами нависали над ними, словно склоняясь ближе, чтобы услышать.

– Держись рядом, – тихо сказал Майкл, – здесь… нельзя терять фокус.

Они шагнули вперёд одновременно – и в этот же миг земля под ними дрогнула. Туман, поднявшийся с мостовой, словно рос из-под их ног. Он мгновенно заполнил улицы— густой, молочный. Кэтрин протянула руку к отцу – но пальцы схватили пустоту.

– Папа?! – её голос тут же поглотила белая пелена. – Папа!

Ответа не было.

– Чёрт… Папа!

Она сделала шаг вперёд – и мир изменился.

Туман исчез, будто его никогда не было. Перед ней стояла совсем другая улица – шире, светлее, будто полированная временем. И там – фигура.

Человек стоял к ней спиной, но она узнала его сразу. Даже если бы прошли годы. Даже если бы сердце её не дёрнулось. Толи от радости, толи от удивления, толи от испуга.

Алекс.

Он медленно обернулся. Его лицо – родное, спокойное, такое, каким она его запомнила – было словно застывшим между сожалением и неизбежностью.

– Кэт… – сказал он тихо, почти шёпотом.

Кэтрин не смогла выдавить ни слова.

Она просто смотрела на него, и внутри всё дрожало – недоверием, шоком, слабой, глупой надеждой, которая не успела умереть.

– Ты… здесь? – наконец произнесла она.

– Я шёл за тобой, – ответил он.

– Шёл? Но, зачем?

Он сделал шаг ближе, но она отступила.

– Не подходи, – сказала она резко.

Алекс сжал губы.

– Ты должна знать правду. Я следил за тобой. И за твоим отцом. Всё это время.

Слова ударили, как холодный удар по рёбрам.

– Следил?.. Зачем?

Он отвёл взгляд – и она впервые увидела в нём неуверенность.

Страх.

– Потому что я служу человеку, который охотится за вами, – сказал он прямо.

Без попытки смягчить.

Мир внутри неё треснул.

– То есть… всё? Всё, что ты делал? Всё, чему учил меня – это было… его приказом?

Алекс вдохнул.

– Я должен был приблизиться к тебе. Понять, как работает твоя сила. Защитить тебя… от других. Но в то же время… – он замолчал, голос дрогнул. – Я не хотел, чтобы всё стало так. Не хотел ранить тебя.

– Не хотел?! – её гнев вспыхнул, но он был слабым, потому что поверх всего поднималась другая эмоция.

Страх потери. Главная, первая. Самая разрушительная.

– Ты лгал мне каждый день?! – Кэтрин шагнула к нему. – Ты был рядом, зная, что всё – ложь?

Алекс встретил её взгляд – и в его глазах было что-то похожее на боль.

– Не всё, Кэт. Я… – он дёрнулся, будто хотел дотронуться до неё, но передумал.

– Я правда…Я не притворялся. Но я не имел права выбирать. Ты не понимаешь, кто стоит за мной. Это не просто игра. Он уничтожит вас. Тебя. Твоего отца. Он…

Но она уже не слышала.

Боль ударила резко – как раскалённый клинок в грудь. Печать, реакция которую она уже знала, в этот раз разошлась не тихим уколом…

А ревом. Разорвав сердце изнутри. Кэтрин вскрикнула и схватилась за грудь. Алекс бросился к ней – но она оттолкнула его так резко, что он едва не упал.

– Не трогай меня! – её голос сорвался, почти рвущимся криком. – Ты… предал меня. Меня. Мою семью. Всё.

Слёзы выступили сами, но она сдержала их. Она не позволит ему видеть. Печать вспыхнула ослепительной болью – и лопнула.

Мир вокруг дрогнул. Улицы рассыпались песком. Тени исчезли. Фигуры расплывались, будто нарисованные на воде. Алекс смотрел на неё – но его очертания начинали трескаться, как зеркало.

– Кэт… – прошептал он.

Его образ разлетелся на осколки света, растворившись, как несуществующее.

Туман исчез так же внезапно, как и появился.

Перед Кэтрин открылась другая улица – истинная. Город стал чётким, мрачным, неподдельным.

И она увидела её. Башню. Высокую, тёмную, стоящую как игла в сердце города. Теперь, когда печать была сломана, город не мог скрывать её.

Кэтрин глубоко вдохнула. Боль уходила, оставляя внутри пустоту – страшную, но ясную.

– Кэтрин! – знакомый голос прозвучал резко, тревожно.

Она обернулась.

Майкл выбежал из переулка – взъерошенный, тяжело дышащий. Он сразу схватил её за плечи, оглядывая, будто проверяя, цела ли она.

– Ты исчезла! Я… я потерял тебя! Ты в порядке? Что случилось?

Кэтрин сглотнула.

– Я видела… Алекса.

Майкл задержал взгляд.

Не удивление. Не отрицание. Понимание.

– Город показывает прошлое или будущее, – сказал он тихо. —Произошедшее… имеет значение. Но не значит что является абсолютной истиной.

Кэтрин замерла. Прошлое…Или будущее.

Что же она увидела? И почему от одной мысли об этом её сердце разрывалось сильнее, чем от печати?

– Кажется твоя печать треснула.

– Я предполагал, что такое может случиться. Чтобы пройти этот путь нужен полный контроль над энергией времени. Одно из испытаний должно было лишить тебя этого барьера.

– Поняла.

– Как себя чувствуешь?

– Пока что не понятно.

Майкл положил руку на плечо дочери, словно стараясь приободрить. Кэтрин слегка улыбнулась на его жест и они оба посмотрели вперед.

Глава 4 Путь к башне.

Дорога к башне пролегала по узкой каменной улице, будто вытянутой из старинного сновидения. Камни мостовой блестели, как будто их только что омыла прошедшая здесь тень. Над крышами домов висело низкое, почти металлическое небо, и казалось, что сам воздух был наполнен чем-то плотным.

Майкл шёл впереди, но шагал медленно, постоянно оглядываясь – словно проверяя, что Кэтрин не исчезнет снова. Он чуть прихрамывал, но не позволял себе остановиться. Она тоже молчала, её мысли были громче любого разговора.

Каждый шаг отдавался внутри тяжестью. Каждый камень под ногами напоминал ей голос Алекса.

«Я служу человеку, который охотится за вами…»

«Я должен был приблизиться»

«Прости…»

Кэтрин сжала кулаки сильнее, чтобы хоть что-то держать под контролем. Он не мог быть предателем. Не Алекс.

Он был для неё почти как старший брат – тот, кто помогал ей стать сильнее, кто смотрел на неё так, будто она способна перевернуть мир. Тот, кто защищал её даже тогда, когда она не просила. Его улыбка, его спокойствие, его постоянная готовность подставить плечо… всё это не укладывалось в образ человека, который холодно выполняет приказ.

Но если не мог… что значила эта иллюзия?

Майкл заметил, что она отстаёт, и замедлил шаг.

– Ты бледная, – тихо сказал он. – Это из-за того, что ты видела?

Кэтрин не сразу смогла ответить.

– Город… он показывает правду? – спросила она, не поднимая глаз.

– Не думаю, что хоть кто-то сможет дать тебе точный ответ – Майкл кивнул. – Иногда прошлое. Иногда – то, что может стать будущим. Или то, что мы боимся увидеть больше всего.

Она остановилась. Воздух вокруг стал тяжелее.

– Значит Алекс… может быть… это не он? Или это был просто страх?

Майкл медленно вдохнул и взглянул на неё внимательно:

– А ты что почувствовала?

Она отвела взгляд.

– Печать треснула.

Майкл удивленно посмотрел на дочь. Затем опустил глаза, словно стараясь оценить обстановку и правильность событий.

– И все? Я имею ввиду, что ты чувствуешь? Это правда или ложь?

– Я… не знаю, – сказала она устало. – Я не верю, что он мог… вот так. Хладнокровно. Он… не такой. Он был рядом, когда мне было плохо. Он не раз спасал меня. Он учил меня.