Некромантка дракону не по зубам

— Ну, я еще кое-что сделала, — призналась Айрис после недолгой паузы.

— Поставили в угол после того, как он в пятилетнем возрасте разбил вашу любимую вазу? — фыркнула некромантка.

— Я расстроила его помолвку, — заявила призрачная дама.

— Что? — Эмма от удивления села в постели.

— И я не жалею о содеянном, — решительно произнесла Айрис Санфоро. — Девица за спиной Гектора крутила роман с его лучшим другом. Я заставила внука проследить за ними. Он уличил невесту в измене и расторг помолвку.

— А вот это уже тянет на серьезный мотив.

— Знаю, но... Гектор тогда поблагодарил меня за то, что я открыла ему глаза на предательство друга и возлюбленной. А когда встал вопрос о передаче управления шахтами, я не оставила ему выбора. Я не могу отделаться от мысли, что он затаил на меня обиду. Гектор после смерти родителей замкнулся в себе. Он всегда был почтительным, спокойным и не доставлял проблем.

— На мое появление в доме он отреагировал не особо спокойно, — буркнула Эмма, осознав, что спать ей окончательно расхотелось.

— Глупости! Просто твои объяснения после инцидента с дверным молотком оказались несколько невнятными. Между прочим, этот артефакт Гектор сам сконструировал... И он извинился перед тобой в столовой, я слышала. Впредь никаких недопониманий между вами возникнуть не должно.

— Хотелось бы верить, что он больше не позволит себе сомневаться в моем некромантском опыте.

— Гектор, конечно, грубоват, но ничего против тебя не имеет, дорогуша. Мне даже показалось, что наоборот...

— Вам показалось! — поспешно выпалила Эмма и порадовалась, что Айрис не пришло в голову материализоваться. — А как насчет слуг? Вы успели сунуть нос в их личную жизнь или как-то сомнительно облагодетельствовать?

— Дворецкий унаследовал свою должность от отца. Семья Барнеттов уже три поколения служит Санфоро. Нареканий его работа у меня никогда не вызывала. Жалование ему повышается каждые два года, но контракт оформлен таким образом, что он в любой момент может попросить расчет.

Эмма молча кивнула.

— Об экономке я тебе уже рассказала, — продолжила Айрис. — Гленда до сих пор носит по мне траур. Между нами давно установились доверительные, почти дружеские отношения. Что касается служанок, Тина и Камила работают всего полгода. Болтливы, легкомысленны, но никаких конфликтов. Есть еще приходящий садовник, но даже вообразить не могу, зачем бы ему понадобилось меня убивать. Я немного занималась цветами, но в остальную его работу никогда не вмешивалась. Няня правнучек, работавшая здесь на момент моего убийства, уже уволилась.

— Это подозрительно! — тут же среагировала Эмма.

— Ничуть. Когда познакомишься поближе с Кларой и Вианой, поймешь, почему няни в этом доме не задерживаются дольше месяца, — хихикнула призрачная дама.

Некромантка припомнила проделку девочек за ужином и в досаде закусила губу. Если правнучки Айрис регулярно устраивают подобные каверзы, их няням можно только посочувствовать.

— А посторонние люди на момент вашей смерти в доме находились?

— Никого.

— Тогда самый очевидный подозреваемый все-таки Гектор, — сказала некромантка, заранее предчувствуя, что призрачная дама с ней не согласится. — После вашей смерти он стал главой семьи. Отпала надобность учитывать ваше мнение по деловым вопросам. Поскольку добычей магических кристаллов его вынудили заниматься вы, он мог давно втайне вынашивать идею продать шахты.

— Гектор не поступил бы так с сестрой и братом, он заботится о них.

— А что ему мешает позаботиться о них после продажи шахт? Он может поровну разделить вырученные деньги.

— Ему прекрасно известно, что деньги Розалинды пустит по ветру Найджел. А Бернард слишком беспечен, чтобы доверять ему хоть мало-мальски значительную сумму.

— А что мешает ему продать шахты и основать артефактную компанию, которая продолжит обеспечивать благосостояние Санфоро?

— Никак не могу понять, почему ты злишься на Гектора, дорогуша, — задумчиво произнесла Айрис.

— Я всего лишь пытаюсь разобраться с мотивом убийцы. А вам не нравится то, что самым очевидным подозреваемым стал ваш старший внук, — принялась объяснять Эмма, хотя ее слова больше смахивали на оправдания. — Напомню: вы сами просили меня найти убийцу и сами рассказали, почему ваши родственники могли решиться на преступление.

— Я просила найти убийцу, а не назначить. Насколько мне известно, у тебя нет никаких улик против Гектора, кроме твоего предубеждения.

— Нет никакого предубеждения. Просто ваш Гектор крайне неприятный тип.

— Или ты не злишься на него... и тут что-то другое?

— Спокойной ночи, госпожа Санфоро, — отчаявшись переубедить призрачную даму, некромантка поудобнее устроилась в постели и закрыла глаза.

— Сладких снов, дорогуша.

Айрис словно заранее знала, что сон Эммы окажется тревожным и недолгим.

Ровно в полночь дом Санфоро огласил душераздирающий крик.

Глава 7. Ночные приключения начинаются

— Что это было? — резко пробудившись, спросила Эмма.

— Это не я, — с самым невинным видом ответила Айрис.

Она сидела в изножье кровати и старательно прикидывалась безобидной старушкой. Некромантка нахмурилась, готовясь вслух предположить, что Айрис вновь и, судя по всему, вполне успешно, напугала родственников. Призрачная дама, словно угадав ход ее мыслей, посоветовала:

— Не мешкай, если хочешь узнать, что случилось.

Айрис, реши она воспользоваться своим состоянием, не составило бы труда выяснить, что произошло. Но Эмма не стала ей на это указывать.

Крик повторился. Некромантка вздрогнула. Кричавший человек определенно находился на первом этаже. Что заставило его испытать мощность голосовых связок среди ночи?

Тихо выругавшись, Эмма вскочила с постели и поспешно закуталась в халат. После некоторых колебаний она схватила с прикроватной тумбочки подсвечник с осветительным артефактом и выбежала из комнаты. Девушка успела сделать всего пару шагов, когда в противоположном конце коридора распахнулась дверь и к лестнице устремились Розалинда и Найджел. Они так торопились, что не заметили Эмму.

Некромантка решила попытаться выяснить, что стряслось, оставаясь незамеченной семьей Санфоро. На цыпочках добравшись до лестницы, Эмма прислушалась. Приглушенные голоса слышались со стороны столовой. Некромантка принялась спускаться, светя себе под ноги. Две последние ступени скрипнули оглушающе громко. В холле никого не оказалось, и Эмма двинулась в столовую.

На столе уже красовалась другая скатерть. А вот один из стульев словно изгой был отодвинут к стене. Он явно нуждался в ремонте — на сиденье виднелись клочки темной ткани. Эмма на секунду задумалась: пострадали только брюки Гектора Санфоро, когда он пытался избавиться от стула или нижнему белью тоже досталось? С ее лица не сходила ехидная улыбка до тех пор, пока, миновав столовую, она не оказалась на кухне. Эмма шла на голоса, но здесь ей пришлось помедлить и осмотреться. Некромантка обнаружила темный прогал распахнутой двери между старомодным буфетом и новейшим двустворчатым холодильным шкафом. Без раздумий она поспешила туда.

Узкий коридор принял непрошеную гостью с темным безразличием. Пришлось прибавить яркость артефакта в подсвечнике на максимум — из-за этого он начал тревожно мигать. Девушка медленно шла на звук голосов. Она миновала несколько дверей, удостоверившись, что каждая из них заперта. Голоса становились все отчетливее, в интонациях Эмме послышалась угроза.

К кому так спешно ринулись Найджел и Розалинда? Почему других обитателей дома не обеспокоили крики?

Наконец Эмма на цыпочках подкралась к последней двери. Замерев, она разобрала отдельные фразы.

"Мы что-нибудь придумаем"

"Это не повторится"

"Их давно пора приструнить"

Все это произнес Найджел Шун. Эмме не составило большого труда представить его разгневанную физиономию. Что вывело мужа Розалинды из себя? В ответ на все реплики Найджела слышались только чьи-то всхлипы и приглушенные причитания. Вероятно, плакала его жена. Эмма уже имела возможность убедиться в эмоциональности Розалинды. Она почти отчаялась услышать что-то важное, когда за дверью раздался другой голос:

— Я больше не собираюсь молчать, — произнесла женщина с такой решительностью, что вообразить, будто это Розалинда, не представлялось возможным. Вряд ли внучка Айрис когда-нибудь разговаривала с мужем в таком тоне.

Кто осмелился спорить с Найджелом? За этими размышлениями Эмма не заметила, что дверь за ее спиной бесшумно открылась. Все произошло слишком быстро. Широкая ладонь прикрыла ей рот, а мгновением позже некромантку бесцеремонно втащили в темный чулан.

— Что вы тут делаете? — возмутилась вполголоса Эмма, когда ладонь от ее лица убрали и она смогла увидеть человека, помешавшего ей подслушивать.

— Полагаю, то же что и вы, госпожа Норвуд, — тихо произнес Гектор Санфоро и сразу предупредил: — Не вздумайте кричать.

Голос его звучал вкрадчиво, и у Эммы забегали мурашки по спине.

— Я и не собиралась, — пробормотала она, смутившись своей реакции на мужчину.

— Вы едва не обнаружили себя, — Гектор бросил укоризненный взгляд на подсвечник.

— Я не виновата, что у вас в доме неисправные артефакты, — негодующе бросила Эмма. Она успела заметить обиженный взгляд Гектора ровно за секунду до того, как мигавший осветительный артефакт потух.

Оставшись в полной темноте, они оба замолчали. Эмма попыталась прислушаться. Если за дверью напротив и было сказано что-то важное, перепалка с Гектором лишила ее возможности узнать это. Сейчас оттуда доносились только приглушенные рыдания.

— Что происходит? Вам известно, кто кричал? — Эмма убедила себя в том, что ее достоинство начинающего детектива не пострадает, если задать Гектору Санфоро несколько вопросов.

— Тссс!

— Я видела Найджела и Розалинду. Что случилось? — продолжила расспросы некромантка.

— Тссс!

— Вы собираетесь отвечать на мои вопросы или нет? — потеряла терпение Эмма.

— Не собираюсь.

От столь лаконичного ответа Эмма пришла в негодование. Гектор выбрал для подслушивания дурацкое укрытие. Он затащил ее сюда лишь потому, что в темном коридоре мигающий свет артефакта рано или поздно привлек бы внимание и выдал ее присутствие.

Некромантка возмущенно засопела и слишком поздно осознала свою ошибку. В крохотной комнатушке, где она очутилась по вине дракона, хранились старые кастрюли и мелкая кухонная утварь, пришедшая в негодность. Все эти богатства, с которыми не захотела расстаться повариха, явно не один год копили на себе пыль. От нее у Эммы нестерпимо защекотало в носу.

По мнению некромантки, люди делились на две категории. Тех, кто чихает едва слышно. И тех, кто умудряется производить звуки оглушительной громкости. К своему огромному сожалению, Эмма относилась ко второй категории. Попытка сдержаться привела лишь к тому, что нос некромантки выдал нечто более протяжное, чем обычно. Опасаясь повторения конфуза, Эмма зажала нос рукой. Выглядела она при этом совершенно обескураженной и готовилась выслушать заслуженные упреки от Гектора Санфоро. Ради того, чтобы отругать ее за нарушенную конспирацию, он точно прервет молчание!

Однако глаза Гектора в темноте блеснули как-то совсем без укора, а дверь, которая до недавнего времени являлась центром интереса дракона и некромантки, распахнулась. Кто-то вышел в коридор. Эмма, смирившись с неминуемым разоблачением, затаила дыхание. Когда Гектор решительно шагнул к ней, она все еще зажимала себе нос. Внезапная растерянность сделала Эмму покорной. Она позволила взять себя за подбородок, отвести ладонь от лица и... поцеловать. Гектор приник к ее губам за несколько секунд до того, как их уединение бесцеремонно нарушили.

Поцелуй застиг Эмму врасплох. Только спустя несколько часов, выслушав едкие комментарии призрачной дамы, она признается себе в том, что целоваться с Гектором было головокружительно приятно. А пока... Стоя в пыльном чулане и ощущая на своем подбородке пальцы, не дающие возможности отстраниться, некромантка пыталась побольнее вонзиться ногтями в плечи дракона. Гектор в ответ на это лишь углубил поцелуй. Эмма зажмурилась и издала тихий стон досады, когда на пороге чулана появились три фигуры, вооруженные осветительными кристаллами. Непрошеные наблюдатели восприняли издаваемые девушкой звуки за проявление страсти.

В полной мере, прочувствовав на себе любопытные взгляды, Эмма прикусила наглый язык дракона. Гектор резко прервал поцелуй и отстранился от девушки.

— Ну и какого демона вам всем тут понадобилось? — спросил он, раздраженно глянув на сестру, ее мужа и Гленду Листар. Эмма моментально припомнила обрывок подслушанного разговора. Так и есть — угрожать Шуну разоблачением осмелилась экономка. Сейчас она, закутанная в клетчатый фланелевый халат, не имела ничего общего с вороной. Просто усталая женщина, привыкшая к трудностям и сознающая, что никого не заботит, каких трудов ей стоит с ними справляться.

Найджел и Розалинда тоже не походили на заговорщиков. На Шуне был зеленый бархатный халат с крохотными павлинами, вышитыми золотыми нитями. На его жене розовый шелковый халатик с кружевами по воротнику и манжетам. Все трое, словно для того, чтобы получше рассмотреть целующуюся парочку, держали в руках мощные осветительные артефакты.

— Мы не знали... Как неловко вышло... Прости, Гектор. И вы простите, госпожа Норвуд... — принялась лепетать смущенная Розалинда.

Эмма не потупилась, как полагалось скромной девице, которую только что застали в укромном уголке с мужчиной. Вместо этого она с интересом рассматривала тех, кого совсем недавно и не вполне успешно пыталась подслушать.

По лицу экономки было видно, что ей очень хочется отчитать Гектора и Эмму за неподобающее поведение. Найджел глумливо хихикал ровно до того момента, пока не встретился взглядом с шурином. После этого смешки Найджела превратились в нервный кашель. Он предпочел отступить на шаг, свалив на супругу необходимость оправдаться за вторжение.

— Мы услышали какой-то хлопок, словно что-то взорвалось... — объясняла она торопливо.

— И вы предположили, что источник этого звука находится здесь? — все тем же недовольным тоном спросил Гектор. Он бросил быстрый взгляд на Эмму, в котором отчетливо читалось предупреждение не вмешиваться в его игру.

— Нам так показалось. Вы тоже слышали этот звук? — растерянно произнесла Розалинда. Эмма, получившая новую характеристику своему неделикатно громкому чиханию, залилась румянцем и поджала губы. Отвечать Розалинде у нее не было ни малейшего желания.

— Айрис ненадолго покинула госпожу Норвуд, — проигнорировал вопрос сестры Гектор. — Сейчас она разгуливает по второму этажу, поэтому мы здесь. А по какому поводу вы тут собрались?

Рука Гектора совершенно по-собственнически легла на талию некромантки. Возмутиться Эмма не посмела. Ее поразило, насколько легко и непринужденно Гектор соврал относительно курсирующего по второму этажу призрака.

— Мы обсуждали наши семейные вопросы, — подал голос Найджел. По тому, как он выделил слово "наши" Гектору и Эмме должно было стать ясно, что речь идет о семействе Шун и воздержаться от дальнейших расспросов. Однако Гектор Санфоро повышенной деликатностью не страдал, что в очередной раз продемонстрировал, задав вопрос:

— Вы решили побеседовать среди ночи в кладовке, а сигналом к началу разговора стали крики госпожи Листар?

— Это наше личное дело! Вы с госпожой Норвуд тоже могли уединиться в местечке получше, чем этот чулан, — не выдержал Найджел.

— Дорогой, это неприлично! — попыталась осадить его Розалинда.

— Неприлично вмешиваться в наши дела и соблазнять девицу, которая... — продолжил распаляться Найджел. Пронзительный взгляд Гектора на этот раз на него почему-то не подействовал, зато слова экономки заставили замолчать.

— Ваши племянницы разлили магический клей в кладовке, господин Санфоро. Я зашла туда, чтобы проверить остатки припасов и составить список для завтрашней закупки в городе. Обычно я это делаю сразу после ужина, но из-за сегодняшнего происшествия в столовой припозднилась. Когда обнаружила, что не могу сдвинуться с места, запаниковала и начала кричать. Я давно говорила, что эти бестии таскают к себе в комнату ингредиенты для зелий, но меня не слушали ни их родители, ни их нянька, — сказала Гленда Листар, неодобрительно глянув на Розалинду и Найджела.

— Это правда? — спросил Гектор.

— Госпожа Листар преувеличивает, — натянуто улыбнулась Розалинда, а ее супруг согласно кивнул. — Девочки в последнее время действительно немного увлеклись зельеварением. Мы решили, что не стоит им препятствовать, дабы не заглушить тягу к знаниям.

— Они утащили к себе в комнату из библиотеки все книги по зельеварению. Дважды я ловила их возле ящика со средствами для неотложной целительской помощи. А кухарка жаловалась, что у нее пропали травы, заготовленные для вашей бабушки, — сказала экономка. Упомянув Айрис, она всхлипнула и печально опустила глаза.

— Вы обо всем этом знали? — Гектор не сводил глаз с Розалинды и Найджела.

— Они же просто дети... — попытался оправдаться Шун.

— Когда пропали травы? — впервые подала голос Эмма. Раз кухарка готовила для Айрис какие-то отвары, неплохо было бы выяснить, какими свойствами они обладали.

— Это случилось уже после смерти госпожи Санфоро. Должно быть, Клара и Виана взяли их, посчитав, что больше они никому не понадобятся. Они не хотели ничего дурного, — принялась оправдывать дочерей Розалинда.

Эмма считала безрассудством позволять детям экспериментировать с зельями. За годы учебы в академии она не раз становилась свидетельницей досадных ошибок студентов, которые оборачивались отравлениями и ожогами. Она сама однажды едва не спалила лабораторию, когда всего на минуточку отвлеклась от котла.

— Раз Клара и Виана столь любознательны, стоит отправить их в школу-интернат для юных магов, — заявил Гектор.

— Нет! Пожалуйста, не разлучай меня с детьми, Гектор! Я этого не вынесу, — воскликнула Розалинда, прижав руки к груди.

— Ты ими все равно не занимаешься, Рози, — не проникся Гектор.

— Мы сами в состоянии решить: отправлять детей в школу или нет, — заявил Найджел.

— Только оплатить их обучение вы не в состоянии, не так ли? — смерил его ледяным взглядом Гектор.

— Прекратите, пожалуйста! У меня сейчас начнется мигрень! — заныла Розалинда.

Обмен мнениями по поводу образования малолетних зельеварок прервал новый полный негодования крик.

Глава 8. Ночные