Хроники Аэриона 1

Иван Шулькин

Хроники Аэриона 1

Мир Аэриона: Война, Магия и Надвигающийся Распад

Эпиграф из «Хроник Архивариуса»:

«Магия Аэриона течет не из звезд или рун, а из самого сердца разумных существ. Мы – сосуды, а наши эмоции – источник. И как всякий источник, его можно отравить, исчерпать или… разбудить то, что пило из него в незапамятные времена».

Две Империи на Грани

Мир, известный его обитателям как Аэрион, расколот надвое великой горной цепью Хребтом Миротворца.

· Империя Алтария на востоке – государство логики, закона и иерархии.

Их общество построено на принципе «Порядка через Силу». Магия здесь – дисциплина, доступная элите. Сильнейшие ее проявления – магия Порядка, Воли, Структуры и Света. Алтарийцы верят, что только жесткий контроль над эмоциями и обществом может уберечь мир от хаоса. Их города геометрически совершенны, законы неумолимы, а армия дисциплинирована. Их символ – Золотой Орел со Скипетром, олицетворяющий власть и контроль.

· Королевство Велен на западе – земля страсти, интуиции и связи с природой. Здесь верят в «Силу через Единение». Магия Велена течет свободнее, она ближе к стихиям и внутреннему миру человека: магия Чувств, Роста, Иллюзий и Тени. Общество менее централизовано, правят советы знати и

магических орденов. Их сила – в адаптивности и яростной любви к своей земле. Их символ – Феникс из Дубовых Листьев, символ возрождения и стойкости.

Восемь лет длится Война Рваной Границы. Поводом стала спорная территория у подножия Хребта, богатая эмоциумом – редким кристаллом, способным усиливать и консервировать магию, основанную на эмоциях. Но истинная причина глубже: идеологическая непримиримость. Алтария видит в Велене рассадник опасного хаоса. Велен видит в Алтарии угрозу самой душе человечества.

Магия Эмоций: Дар и Проклятие

Магия в Аэрионе не нейтральна. Она

рождается из сильных, искренних чувств и окрашена их природой.

· Радость может исцелить раны или заставить цвести пустоши.

· Ярость разжигает огонь и закаляет сталь.

· Скорбь призывает воду и может создать непроницаемую пелену тумана.

· Любовь – самая мощная и самая капризная из сил, способная на чудеса защиты и творения, но оставляющая мага уязвимым.

· Страх – запретная, «грязная» эмоция для открытого использования. В Велене его магия табуирована как аморальная, в Алтарии – уничтожается как деструктивная и неконтролируемая. Но она невероятно сильна в разрушении и подавлении воли.

Обратная сторона: Использование магии истощает соответствующую эмоцию в самом маге. Злоупотребление гневом может привести к апатии, чрезмерное использование скорби – к эмоциональной пустоте. Поэтому маги учатся не только изливать, но и возвращать эмоцию, создавая цикл. Исключение – Страх. Его почти невозможно «вернуть», он оставляет после себя шрамы на душе и притягивает… темные взгляды.

Демон Распада: Пробудившийся Голод

Древние легенды, которые изучали лишь немногие архивариусы, говорили о Веке Равновесия. Тогда маги эмоций, Освещенные и Теневые, сотрудничали,

поддерживая баланс. Их общим врагом были Пустошающие – сущности извне, питавшиеся не жизнью, а эмоциональной энергией и магическим хаосом. Самый страшный из них – Анахарон, Демон Распада.

Он был побежден и запечатан в пустотах между мирами ценой великого единения. Печатью стала гармония – отсутствие крупномасштабного конфликта между магическими полярностями.

Война Рваной Границы, полная ненависти, страха и неконтролируемых выплесков магии, стала отмычкой для древней темницы. Анахарон проснулся. Он – не демон в классическом смысле, а антитеза жизни, хищник, который питается энергией конфликта, страха,

боли и магического хаоса. Его присутствие искажает реальность, превращая живых существ в одержимых тенью спаунов или выжимает из них эмоции до последней капли, оставляя лишь пустые, безумные оболочки.

Политические Игроки

· Совет Клинков (Алтария): Военная верхушка, считающая союз с ведьмой страха позором. Они хотят победить демона алтарийской дисциплиной, а потом покончить с Веленом.

· Орден Феникса (Велен): Маги-идеалисты, верящие, что демона можно изгнать силой жизни и радости. Они считают Элиану опасным пережитком и предателем.

· Культ Равновесия (Нейтралы):

Таинственный орден, существующий по обе стороны Хребта. Они столетиями ждали возвращения угрозы и верят, что спасение – в принудительном союзе противоположностей, каким бы болезненным он ни был.

· Торговцы Эмоциумом: Преступные синдикаты, наживающиеся на войне и незаконной добыче эмоциума. Для них демон – и угроза бизнесу, и потенциальный источник невиданной силы.

Настоящее Время

Война замерла в хрупком, неудобном перемирии. Не потому, что правители одумались, а потому, что солдаты с обеих сторон начали исчезать не только в стычках, но и в тишине ночных дозоров. Целые патрули находили

опустошенными – без ран, но с лицами, застывшими в безмолвном крике. Карты магических потоков показывают черные «пролежни» на теле мира – места, где магия искажена или просто отсутствует, выпита.

Страх, долгое время бывший лишь оружием на поле боя, теперь витает в воздухе самостоятельной, плотной субстанцией. Он проникает в города, в сны, в политические решения. И в этом отравленном страхом мире два самых несовместимых человека – солдат с запретной магией и принц с магией абсолютного контроля – становятся последней натянутой струной, на которой держится хрупкая надежда. Не надежда на победу одной стороны, а надежда на выживание всех.

Их мир не просто находится на грани войны. Он находится на грати распада самой реальности, где главной валютой стала эмоция, а главным хищником – тот, кто пришел на запах всеобщего страха.

Экспозиция

Пролог: Тень на поле брани

Холодное веленское утро впивалось в доспехи ледяными зубцами. Элиана «Тень» Валериан стояла на гребне холма, сжимая рукоять меча так, что кожаные перчатки скрипели. Внизу, в долине Туманных Костей, уже сходились в первом столкновении авангарды. Звон стали, крики, рёв малых боевых чар – знакомый адский

оркестр, под который она танцевала с шестнадцати лет.

Но сегодня в музыке войны был фальшивый аккорд.

Она не видела его, но чувствовала – тяжёлым, маслянистым комком в подложечке. Чужой страх. Точнее, море чужого страха, которое текло не от их линии, где солдаты гнали врага, а откуда-то с фланга, из густого, неподвижного леса. Там было тихо. Слишком тихо.

– Сержант Валериан? – Молодой лекарь, прикомандированный к их отряду, сжимал свой посох. Его собственный страх был тонкой, кислой ноткой в воздухе – боязнь боли, смерти, позора. Обычное дело.

Элиана не ответила, прикрыв глаза. Она впустила это чувство. Запретный приём. Её собственная магия – та, что скрывалась под маской безупречной военной выучки – шевельнулась, отвечая на зов. Она протянула невидимые щупальца сознания к тому лесу. И отпрянула.

Там не было просто страха. Был… восторженный ужас. Экстатическая, всепоглощающая паника, которая не парализует, а заставляет сердце биться до разрыва. Это не было естественным состоянием человека.

– Поднять тревогу, – её голос прозвучал хрипло, но чётко. – Немедленно. Фланговый лес. Это не засада. Это что-то другое.

Но было уже поздно.

Из чащи выползла не тень, а её противоположность – клочья сгущённого мрака, которые, казалось, пожирали утренний свет. Сущность, напоминающая гигантского паука с конечностями из ломаных копий и щитов павших с обеих сторон. Вместо глаз – две пульсирующие впадины, полные сияния битвы. Демон Распада. Позже маги дадут ему имя. Тогда же это был просто кошмар.

Он двинулся не на линии фронта, а прямо через них, к центру долины, где кипела самая жестокая схватка. Где эмоции были сильнее всего. Алтарийские гвардейцы в сияющих латах и веленские латники в зелёных

плащах разлетались, как щепки. Их мечи проходили насквозь, их магия огня и льда гасла, коснувшись его формы. Он не сражался. Он пировал. И с каждым поглощённым криком ужаса, с каждой вспышкой паники, он становился плотнее, реальнее.

Приказ на отход утонул в хаосе. Отряд Элианы оказался на его пути. Она видела, как капрал Лорн, учивший её когда-то ставить блок, застыл на месте, его глаза остекленели от безумия, прежде чем тёмная лапа прошла сквозь его грудь. Страх лекаря превратился в пронзительный визг – и вдруг умолк, поглощённый.

И что-то в Элиане порвалось.

Всю жизнь она сжимала свою магию в

кулак, прятала её в самой глубине, под замком дисциплины. Но сейчас дисциплина не работала. Вина, ярость и свой собственный, древний, детский страх – страх беспомощности, который она поклялась никогда больше не чувствовать – поднялись клокочущим потоком. Она не выпускала свою силу. Она разжала кулак.

Волна невидимого, но осязаемого ужаса хлынула от неё. Не направленная, а просто высвобожденная.

Мир окрасился в грязно-лиловые тона. Демон, шагавший к ним, вдруг замедлился. Вокруг него закрутились фантомы – не иллюзии, которые он пожирал, а тени из глубин его собственной, чужеродной сущности.

Элиана не знала, чего он боится. Она просто заставила его бояться всего. Его сияющие глаза-впадины сузились. Он издал первый звук – скрежет ломающегося пространства.

На мгновение воцарилась тишина. Её люди, те, что выжили, смотрели на неё не с благодарностью, а с окаменевшим ужасом. Они почувствовали это. Почти физически. И в их взглядах она прочла то, чего боялась больше смерти: узнавание. Ведьма. Тварь.

А потом мир вспыхнул синим.

С неба, точнее, с вершины скалы на алтарийской стороне долины, обрушился луч структурированного, чистого сияния. Он не бил, а облекал. Как невидимая форма, как идеальная

тюремная решётка. Хаос, исходивший от демона и от её собственной неконтролируемой вспышки, на мгновение застыл, зажатый в тиски чужой, невероятно мощной воли. Это был не удар, а приказ: Прекрати.

Демон взревел, вырвался, но его движение потеряло уверенность. Он отполз в лес, растекаясь, как чернильное пятно.

Элиана, дрожа всем телом, подняла голову. На той скале, в обрамлении развевающегося алтарийского штандарта с золотым орлом, стояла фигура в латах цвета морозного неба. Даже на таком расстоянии чувствовалась аура незыблемой, ледяной власти. Она знала этого человека по описаниям и

стратегическим сводкам. Кай Делос, Кронпринц Алтарии. Императорский Орден. Боевой маг уровня легенды.

Их взгляды встретились через задымленную долину, усеянную телами его и её солдат. Ни ярости, ни ненависти в его лице она не увидела. Только холодную, безжалостную оценку. Он видел. Видел её вспышку. Видел то, чем она была.

И в этот миг Элиана поняла: война со вчерашним врагом закончилась. Начиналась новая. И её самый страшный секрет теперь принадлежал не только ей. Он принадлежал человеку, который смотрел на мир как на шахматную доску, а на магию – как на инструмент, который нужно либо контролировать, либо уничтожить.

Сердце её бешено колотилось, а на губах выступил солёный привкус крови – она до крови закусила губу, чтобы не закричать. Её страх, её проклятая сила, затихая, шептала ей на усталое, израненное сознание одну простую мысль:

С этого момента ты мертва. Тень вышла на свет. И теперь за тобой придут.

Завязка

Глава 1: Плен и Приговор

Камера в алтарийской крепости «Велингард» не была сырой и темной. Она была безупречной. Гладкие стены

из отполированного серого камня, без единой трещины, ровный квадрат пространства, холодный, но чистый воздух. Этот порядок резал душу хуже любой темницы. Он был продолжением воли того, кто держал ее здесь.

Элиана провела здесь трое суток. Ее не пытали – не физически. Допросы вел невозмутимый человек в одеждах мага-архивариуса. Он задавал четкие, выверенные вопросы о том, что она чувствовала в долине, как именно остановила существо. Он называл это «существо», а не демон. Алтарийцы любили точность даже в названиях ужаса.