Лису хвост бережёт

Эдвард поморщился, стряхнул пепел и покачал головой: — Не, не пойду. У меня по пятницам семейный ужин. Ростбиф, знаешь… Дина готовит так, что язык проглотишь. Хоть какой-то от неё прок.

Келсо хмыкнул, будто принимая этот ответ, хотя в груди шевельнулось что-то похожее на раздражение — или облегчение.

— А ты? — буркнул Барли, не глядя на напарника.

— Меня тоже ждут, — спокойно ответил Келсо. И тут же в голове у него сам собой всплыл образ: пряный хаггис, тарелка, от которой идёт пар, рядом — стакан виски, янтарный, как старый огонь. Он почти почувствовал этот вкус.

Напарник никак не отреагировал. Только сплюнул на тротуар, будто избавляясь от горечи, и поправил воротник куртки. Они постояли ещё пару секунд, слушая, как город дышит где-то за спиной, а потом разошлись в противоположные стороны — каждый своей дорогой, каждый в свою тень. И каждый думал об одном и том же: напарник соврал. Конечно, он пойдёт на стрелку... Обязательно пойдёт и поделит с новичком сферы влияния, кинет старого напарника. А ведь они заранее договорились, что не пойдут. Чтобы унизить нового соперника — оставить его ждать в темноте, одного, с его амбициями и пустыми надеждами. Пусть поймёт, что с ними так нельзя. Пусть почувствует, каково это — быть брошенным. А за Лысым Тони уже пришли. Прямо сейчас ему весьма доходчиво «объясняют» как не хорошо стряпать дела за спиной Келсо и Барли.

Но теперь, когда ночь легла между ними тяжёлым покрывалом, оба знали: никто не останется дома. Никто не будет есть свой ростбиф или хаггис. Потому что в их мире доверие — редкость, а гордость — роскошь, которую они не могли себе позволить.

Глава 4

На этом воспоминания Келсон обрывались. Они с Барли расстались и спустя два часа Дина позвонила и сообщила, что Эдвард домой не пришёл, хотя именно об этих намерениях сообщил Келсо.

"Значит Барли сплутовал…" — думал Келсо, сидя в отделении. Он вернулся в полицейский участок после разговора с Диной. Сидя в своём кресле, он дымил сигарой и смотрел в стену. Его мысли были далеко. Он перебирал в голове события прошедшего дня, вспоминал многое из их совместного прошлого, случайно брошенные Барли фразы...

Как уже говорил Келсо, Барли был не из тех, кто может исчезнуть. Этот ублюдок будет цепляться за жизнь до последнего. Он никогда не был жертвой, он всегда был хищником.

А ещё Эдди был из тех, кто умел играть в тёмную. Его исчезновение могло стать частью его же плана. Если запахло жареным, он мог сам лечь на дно. Возможно, под ударом сейчас сам Келсо, возможно, убрать хотят именно Келсо, а Барли просто залёг на дно и ждёт пока уляжется пыль. Этот психопат мог пойти на сделку с Келлерсом, поделить с ним сферы влияния и единственным, кто стоял у них на пути, был Келсо. Келсо был уже не так молод, его давно хотели сдать в утиль, чтобы присвоить себе его район: дело всей его жизни, его детище, его идеально спроектированный лабиринт. Эта версия выглядела логичной. Слишком логичной.

Вторая версия была куда запутаннее. У Барли хватало врагов… Но кто именно решился свести с ним счёты, у кого хватило смелости или безумия, чтобы попытаться избавиться от Эдварда Барли, чьи руки были в крови долгие годы.

Если Барли убрали из чувства мести, то Келсо также был в опасности, ведь они всегда стряпала свои дела напару. Возможно, кто-то уже подбирал удобное место, где тело Келсо найдут не сразу.

Все складывалось в понятную картину. Почти. Но было что-то, что не давало ему поставить точку… Предчувствие. Каждый раз, когда он перебирал события последних часов, его мысли возвращались к одному человеку. Дина.

Она что-то знала. Или что-то скрывала. Но кое-что знал и Келсо. Ему слишком хорошо было известно кем был Барли и что творилось у них с Диной за закрытой дверью, чтобы считать Дину несчастной женой пропавшего мужа.

"Я пока не понимаю, что именно скрывает Дина, но, чем больше я думаю о ней, тем сильнее становится моё ощущение, что настоящий ответ находится не среди продажных копов и не среди наших старых врагов…" — Келсо откинулся на спинку кресла и только тогда понял, как сильно устал за сегодняшний день. Его тело ломило от боли, голова гудела, но расслабляться было рано…

Чтобы расставить все точки над «и» ему нужно было навестить одно своего знакомого, он всегда его выручал в запутанных ситуациях. К нему он и отправился.

Часть 3. Глава 1. Диана Барли.