Человечки

Ориби Каммпирр

Человечки

Частично по мотивам реальных событий

Это было странно, не знаю, как ещё лучше сказать. Мы не собирались идти сегодня на гору, не планировали подъём в такую погоду, даже толком не взяли еды и воды, только смотрели раньше на вершину – давно, но, повторюсь, идти и не думали. А оно взяло и случилось.

Это восхождение отличалось от всех, какие были на моей памяти. И не только на памяти. Даже в книгах и кино не встречалось ничего подобного… Такое лучше, и правда, не знать! Но это взяло и… она сама нашла нас. Огромная гора, которая…

А мы просто вышли в тот день погулять. Хотели пройти чуть дальше, чем обычно, подышать – поискать подснежники, крокусы и кизил. А получилось, обойдя лес, дошли до соседнего села, и даже поднялись над ним.

С пригорка открывался очень интересный вид – да что говорить, само расположение знакомых холмов и гор с правой стороны, а не с левой, как обычно, заметно меняло пейзаж и открывало много нового на горизонте. Это чувство захватывало, а ещё всюду расцветала и пахла весна… даже на вырванном недавним ветром кусте на каждой веточке виделись её частички.

И вот, на таком подъёме, энтузиазме, в обычный нежаркий и не солнечный мартовский день, взяв всего два печенька и крошечный термос, мы пошли фотографировать лес, который располагался в двух шагах по дороге.

Я не стану говорить много о том, как по пути встретилась очень странная ёлка, непонятные следы человека, и дорога начала уходить в непролазный бор, ибо это всё не то – не важно; как сидели потом и ели печенья с шоколадом, и хотели пройтись ещё по сухой опавшей листве босиком, но не решились. Это неважно потому, что лишь вместе всё оно превратилось в таинственный фон, длинный-предлинный пролог. Оно казалось долгим приключением, а оказалось только началом другого, атмосферой, а она – ещё намного-намного выше. Таинственная весна, которая так и летала в воздухе, новорождённая Весна прибавляла сил идти вперёд и не останавливаться на поворотах.

Вскоре показалось два огромных жёлтых кизила, затем – возвышенность, камни, кладбище, много пролесков и лишайников по дороге; пошли вперёд. Село отсюда не выглядывало из леса, хотя было ясно, что оно рядом – всё говорило о нём: слышался гул машин, петухи, даже ленточками красными тропку одну кто-то пометил – это было очень удобно после всесмывающего дождя.

Помню, что нашлись какие-то иные новые цветы, мы сожалели о забытой лопатке, увидели смешное огромное дерево, на которое даже получилось присесть, а затем… бесконечный лес, горизонт…

Из-за желания снова найти село, приходилось подниматься всё выше и выше, а оно оказалось под боком, но вот впереди возвышалась уже вторая гора. Мы, конечно, пошли туда, но почти без воды, потому что идти не планировали. «Пойдём, посмотрим, какие стены у этой горы – или в следующий раз? – помню, спросила я. – И ручей откуда течёт… откуда этот странный ручей…»