Разведка в Токио

Разведка в Токио

Глава 1. Белый в красном

Токио пах дождём, металлом и чужой смертью.

Она свернула в узкий переулок случайно – просто шла без цели, позволяя ночному городу уводить её всё дальше от людных улиц. Хотелось тишины. Хотелось раствориться в этом бесконечном шуме, где ты – всего лишь ещё одна тень.

Звук заставил её остановиться.

Глухой. Влажный.Так звучит тело, падающее на мокрый асфальт.

Она медленно сделала шаг вперёд – и увидела.

Тела лежали беспорядочно, будто их бросили как ненужный мусор. Некоторые были изломаны под неестественными углами, другие выглядели почти нетронутыми, если не считать крови. Её было слишком много. Запах железа бил в нос, смешиваясь с дождём и гарью города.

А рядом на асфальте прислонив спину к стене сидел он.

Парень с белоснежными волосами, словно выпавший из другого мира. Он сидел, слегка согнувшись, будто не сразу понял, что всё закончилось. Его живот был разорван, пальцы судорожно прижимали рану, но кровь всё равно стекала между ними, капала на асфальт, окрашивая воду в алый.

На фоне крови и грязи его волосы казались почти нереальными. Непривычно светлыми.

Он поднял голову.

Один глаз был прикрыт.Второй – алый, с чёрной склерой.

Лицо скрывала чёрная маска.

Гуль.

Он пошатнулся – и едва не рухнул. Инстинкт сработал быстрее разума: она бросилась вперёд и подхватила его за плечо.

– Эй, – сказала она тихо, но твёрдо. – Ты слышишь меня?

Он был холодным. И при этом живым – слишком живым, чтобы быть просто чудовищем из слухов.

– Почему… – выдохнул он хрипло. – …человек?..

В этот момент вдалеке завыли сирены. Протяжно. Узнаваемо.

CCG.

Она резко обернулась, оценивая улицу, пути отхода, тени.

– Потом, – сказала она уже жёстче. – Сейчас ты истечёшь кровью.

Она закинула его руку себе на плечо. Он был тяжелее, чем казался, и несколько раз почти падал, но она удерживала его, таща прочь от места бойни. Адреналин глушил страх. Мысли были холодными и чёткими.

Не здесь. Не сейчас. Не дай им тебя забрать.

Квартира была маленькой. Ничем не примечательной. Именно такой, какую никто не станет проверять.

Дверь захлопнулась. Замок щёлкнул.

Он сполз по стене на пол, оставляя за собой тёмный кровавый след.

– Не двигайся, – сказала она спокойно, словно делала это не в первый раз.

Она быстро оглядела рану, нахмурилась, затем направилась к кухне. Через несколько минут, уже с ножом в руках, она вышла из квартиры.

Вернулась так же быстро.

В ткань было завернуто человеческое предплечье.

Она бросила его перед ним.

– Ешь.

Парень вздрогнул. Несколько секунд он просто смотрел на неё – настороженно, недоверчиво. Он ожидал от человека крика, паники, отвращения. Но не этого. Не спокойствия. И тем более не «еды».

Голод оказался сильнее сомнений.

Он ел, стараясь не смотреть на неё. Стыд жёг сильнее, чем боль. Но тело реагировало мгновенно – плоть срасталась, кости вставали на место, боль отступала.

Она наблюдала внимательно. Слишком внимательно.

Не обычный гуль, – отметила она. – Слишком быстро.

Когда всё закончилось, он поднял взгляд.

– Почему ты меня спасла? – спросил он тихо.

Она присела напротив, не отводя глаз.

– Потому что я не считаю гулей монстрами, – сказала она. – Вы просто такими родились. Это не ваша вина. И я не считаю, что имела право оставить тебя там умирать.

Он нахмурился.

– Ты говоришь так, будто давно об этом думала.

– Думала, – кивнула она. – И ты сильно отличаешься от других гулей.

– Чем?

– Не знаю, – ответила она. – Пока что не знаю.

Он помолчал, затем спросил:

– Ты встречалась с гулями раньше?

– Да.

– И всё ещё жива? – в его голосе прозвучало недоверие.

– Более того, – сказала она ровно. – Одного я убила.

Он резко поднял взгляд.

– Ты врёшь. Ты слишком… – он окинул её взглядом. – Хрупкая.

Она усмехнулась.

– Он тоже так думал.

И она рассказала.

О слежке.О красных глазах, сверкнувших в темноте.О пустой платформе метро.О том, как сделала вид, что испугалась.И о толчке под поезд.

– Я не горжусь этим, – закончила она. – Но тогда я поняла, что не готова прощаться с жизнью.

Гуль смотрел на неё иначе. Впервые – с уважением.

– Значит… ты не боишься гулей.

– Я не боюсь смерти, – ответила она. – Я боюсь ошибок.

Она поднялась.

– Тебе лучше остаться здесь на какое-то время. Если не хочешь стать добычей CCG. Я иностранка – вряд ли им придёт в голову искать гуля в этом доме.

Она бросила ему полотенце.

– Но сначала – душ. И переоденься. Запах крови слишком сильный.

Он поднялся, но у двери ванной остановился.

– Почему ты не боишься меня?

Она прищурилась и улыбнулась.

– Ты что-нибудь знаешь о русских?

– Не особо, – признался он. – Слышал, что они бесстрашные. И… безбашенные.

Она рассмеялась.

– Всё именно так.

– Тогда объясни.

Она прислонилась к стене.

– В России есть байка, – сказала она. – Что мы любим заводить медведей как домашних животных.

Он моргнул.

– Медведей?

– Да. Больших. Опасных. Диких.

– И… люди не боятся, что медведь однажды убьёт их?

Она посмотрела прямо на него.

– Смерть – это плата за ошибку.

Он помолчал.

– Значит… я для тебя как медведь?

Она снова рассмеялась – мягко, почти тепло.

– Что-то типа того.

Он чуть улыбнулся и закрыл за собой дверь ванной.

Шум воды стих.

Она сидела на краю кровати, листая телефон, когда дверь ванной тихо приоткрылась. Он вышел – уже в чистой одежде, с полотенцем на плечах… и в маске.

Она подняла взгляд и чуть наклонила голову.

– Знаешь, – сказала она спокойно, – если мы собираемся какое-то время жить под одной крышей, было бы неплохо узнать друг друга.

Он напрягся.

– И?

– Для начала, – она мягко улыбнулась, – можно снять маску.

Он замер. Несколько секунд просто стоял, будто взвешивал риски.

– Не пугайся, – произнёс он глухо и, наконец, потянулся к ремешкам.

Маска упала ему в ладонь.

Она посмотрела – и на мгновение потеряла нить мысли.

Чёрт… Одноглазый гуль – большая редкость.

Он был красив. Не броско, не вызывающе – а так, как бывают красивы те, кто даже не осознаёт этого. Чёткие черты лица, светлая кожа, выразительные глаза. И голос – глубокий, спокойный – неожиданно усиливал это впечатление.

Парень мечты, – мелькнуло у неё в голове.

Но вслух она сказала лишь:

– Спасибо. Так действительно лучше.

Она улыбнулась – просто, искренне. И этого оказалось достаточно: он чуть расслабился.

– Меня зовут Ли, – сказала она, нарушив тишину. – Это сокращённо.

Он слегка приподнял бровь, разглядывая её внимательнее, будто пытался уловить что-то между строк.

– От…?

– Лилит. Лилит Романовская.

Он удивлённо усмехнулся – не насмешливо, а скорее с лёгким недоверием.

– Неожиданно.

– Мне часто так говорят, – она пожала плечами, будто это было нечто обыденное. – Двадцать шесть. Работаю айтишником. Удалённо.

Почти правда, – мелькнула мысль, но на лице не отразилось ничего лишнего.

– Я… – он на мгновение замялся, словно отвык представляться. – Моё имя Широ. Широ Акихара. Мне двадцать восемь.

Широ. Белый.Имя подходило ему удивительно точно – как будто было дано не случайно.

– Приятно познакомиться, Широ.

За окном было уже совсем темно. Город, ещё недавно шумный, будто затаился, пряча свои тайны под ночным небом.

Она бросила взгляд на часы.

– Сейчас слишком опасно высовываться. Да и поздно уже. Думаю… лучше лечь спать.

Он проследил за её взглядом и только сейчас заметил кровать. Потом снова посмотрел на неё.

– У тебя… одна?

– Угу, – она развела руками с лёгкой усмешкой. – Придётся потесниться.

Она выключила свет и, уже укладываясь, добавила почти шутливо:

– Надеюсь, ты не собираешься ко мне приставать.

Он заметно смутился, но быстро взял себя в руки, отводя взгляд.