Белая ведьма против!

Мария Милюкова

Белая ведьма против!

Глава 1

{Не злите женщину. Вы рискуете разбудить в ней ведьму.}

– Аглая, ви разбиваете мне сердце, – с ненаигранной заботой сказал Себастьян, многозначительно посматривая на тарелку с клейстером, которую он упрямо называл кашей. – Откушайте завтрак.

Утро и без того выдалось тоскливое – снега в этом году было мало, он быстро таял, почти сразу превращаясь в черную рыхлую грязь. Деревья торчали жуткими огромными вениками, и только зелёные ели немного скрашивали вид из окна. А ещё, пожалуй, вазы с цветами, – дворецкий упорно выставлял их на улицу каждое утро, украшая дом снаружи. А смысл? По мне, лишняя морока, лучше бы вату раскидал, и то веселее выглядело бы.

– Спасибо. – Я вежливо взяла тарелку и даже повозила по ней ложкой, – клейстер же! С детства ненавидела овсяную кашу!

– Аглая, я таки спешу напомнить, что домработниц и поваров ваша маман уже отпустила. Ми остаемся с вами вдвоём как Крошечка с Хаврошечкой. Кто би знал почему, но я таки не знаю.

О как?!

Я перевела взгляд на одетого с иголочки Себастьяна и медленно растянула губы в улыбке. Потому что чуяла, – врёт, зараза! Врёт и не краснеет!

– И таки шо ви на меня смотрите как кот на колбаску? – Всплеснул руками дворецкий. – Это всё ваша маман! И её маман! И маман её маман! Я тут ни при чём, кто би шо не говорил.

– Предки решили оставить меня здесь одну?

– Таки со мной!

– Это как наказание? – Догадалась я. – Сама буду готовить, сама убираться, сама запирать двери на ночь?

– И я буду вам очень помогать! Стараться изо всех сил.

Кулинарные способности Себастьяна ограничивались изготовлением клейстера, две другие причины лично для меня наказанием не были, потому я была права – меня оставили одну. Впервые за много лет. Счастье-то какое!

Или нет?

Чую подвох! А подвох в нашей семье мог быть только один, зато жирный – моё бракосочетание. Предки проели мне плешь своими намеками о замужестве и внуках. Каждое утро начиналось с нытья о том, что в доме тихо, что нет детского смеха и груды использованных подгузников, у них, понимаете ли, от этого мигрени и колики, а виновата я. Отступать предки не собирались, были настроены решительно, и тут взяли и решили устроить себе выходной?

– Да сколько влезет! – Определилась я и с вызовом положила в рот целую ложку каши. – И фсё равно замуф я не фыйду!

– Не вижу связи. – Наигранно вытаращил глаза Себастьян. – Мне фсё равно, я ни словечка ни сказал, нем аки рыбка.

А я эту связь видела. И ещё как видела!

Жила я за городом. В лесу. Сворачиваешь с трассы на единственную дорогу, едешь десять километров и упираешься в высокие ворота. Вот за ними и прятался мой дом. Старинный дом, красивый, в готическом стиле с башенками и лестницами, с огромными окнами и балконами. Много поколений семьи Белых видели эти стены. Когда-то моя земля носила гордое название «Белые Угодья», до этого – «Ведьмовы топи», сейчас называлась она просто – наша дача, а когда у родителей начинался очередной приступ паники из-за отсутствия внуков и они собирали здесь толпы неженатых мужчин (по официальной версии, – на костюмированный благотворительный бал, входной билет пятьсот тысяч), то особняк. Потому что девчонку с особняком в собственности выдать замуж проще, чем оную же, но с дачей. Желающих было много, но я всем давала от ворот поворот.

Приглядывал за домом (заодно и за мной) Себастьян. Или как он любил себя называть – дворецкий. Тот факт, что от дворецкого у него была разве что ливрея, а сам он без малого триста лет как помер, его не смущал. Себастьян был призраком с силой полтергейст. То есть, мог передвигать предметы, стучать по стенам, готовить еду, ныть и выедать мозг правилами этикета, в которых зачастую сам же путался.

Ах да, а ещё я – ведьма. Настоящая. Но в наше время рассказывать о таком, значит, загреметь в дурдом на пожизненное проживание, потому я тщательно скрываю правду о моей семье и делаю вид, что я обычная женщина.

Работаю я коучем, в свободное время отбиваюсь от предков, мечтающих о продолжении ведьмовского рода. В общем, живу скучно, монотонно и без выхода из зоны комфорта.

Объяснить родственникам, что найти мужика, который не свихнется от правды (а скрывать от мужа ТАКУЮ правду я не намерена!), сложно. Я бы даже сказала невозможно. Потому изредка все же поддаюсь на уговоры и хожу на свидания, чтобы порадовать предков, но сама в эту авантюру давно не верю.

И вот меня оставляют одну в наказание за неразумное поведение.

Серьезно?

Я восприняла это как подарок судьбы, и уже вознамерилась отдохнуть перед телевизором, как охранная система дома выдала предупреждение – на нашу дорогу заехала машина.

Себастьян принялся рассматривать потолок с таким усердием, что я как-то сразу поняла – опять двадцать пять!

– И кто едет, позволь узнать? – Отставляя тарелку, поинтересовалась я.

– Он. – Мгновенно сдался призрак. – Как говорит ваша маман: «Отец моей внучки».

– Имя у него хотя бы есть?

– Александр. – Важно заметил Себастьян. – Агриппина Александровна Белая, звучит же?

– Вы уже и имя для моей дочери выбрали?

– По наставлению маман маман вашей маман. Еще был вариант Ядвига, но его таки отмели, чтобы сохранить анонимность. Я сие считаю правильным решением, девочку непременно будут дразнить в школе Ягусей или Ягой.

– Отошли его. – Я вооружилась пультом, в надежде добраться до любимого сериала.

– Никак невозможно. – Энергично замотал головой призрак. – Александр таки уже воспылал чувствами и готов к размножению без претензий на брак и имущество.

Я поперхнулась. Закашлялась и уставилась на призрака:

– Чего?!

– Околдовали, опоили, выезд перекрыли. – Перечислил Себастьян, загибая пальцы. – Так шо, пока ви не исполните долг гражданина и не нарастите численность населения хотя бы на одного индивида, его отсюда не выпустят. Или пока не зародится лубоф. Но ето маловероятно, так шо я голосовал за первий вариант.

– Вот так, да?! – Сорвалась я, пылая праведным гневом. – В ловушку загнали меня?

– Абсолютно. Сам в шоке.

– Я же буду мстить. – Предупредила я, всё еще надеясь на конструктивный диалог.

– Потому всем живым сотрудникам выдана премия и выходной. Ми в доме одни.

– Подготовились, значит…

– Очень подготовились.

– И думаете, что я защиту не перебью?

– Очень думаем.

– И одного вредного призрака не изгоню?

– Таки ви меня любите, так что придумайте другую угрозу, в эту я не верю.

Я подошла к окну, выглянула на улицу. И почти сразу заметила здоровенный пикап, подъезжающий к главному входу. Пикап оказался странным, – красно-серым, с трубами над кабиной, прожекторами на крыше и зловеще пустым кузовом.

– Себастьян?

– Таки шо?

– Видишь этого здоровенного монстра на четырех колесах?

– Таки да. И шо?

– Знаешь, что говорят о мужиках, которые ездят на огромных тачках?

– Таки то, что они компенсируют размером машины свои… Ой! Аглая, я таки очень тебе сочувствую!

Я посмотрела из окна на мужика, выходящего из машины, и …возликовала!

– Да! – Заорала я.

Себастьян шарахнулся в сторону, и даже попытался прикрыть уши руками.

– Чегой орешь? Чего случилося? – Перепугался призрак.

– Да! О да!

Чему я радовалась? Тому, что впервые за эти года предки (хоть и случайно!) сделали всё как надо. Сами того не зная, они только что преподнесли мне самый лучший подарок – месть! Месть, возмездие, отмщение!

Из машины вышел Сашка! Сашка Черных, которого в школе я кроме как «Баран-Козёл» и не называла! Александр Черных, – отличник, хулиган, папин сынок, староста класса и чемпион школы по самбо! Сашка, который не давал мне житья вечными издевательствами, придирками, тычками и оплеухами! Я ненавидела его всей душой! За мой же портфель, который он вырвал из моих рук и опустил с размаху мне же на голову (тогда у меня, кстати, дар ведьм и проснулся, но не думаю, что это связано), за все обидные клички и отработку приемов самбо на нежной мне и без моего разрешения. За лягушек в пакете со сменкой, за запертый туалет после подсыпанного мне в компот слабительного, за надписи на доске, рассказывающие о моём «лёгком» поведении после уроков, за нарисованные глаза на стеклах моих очков, за подмешанную в тональный крем валериану (О, как я драпала от тех кошек!). Сашка меня невзлюбил с первого взгляда, он будто поставил цель – не дать мне житья, и уверенно к ней шел, издеваясь и злобно подшучивая! Сашка вырос и стал Александром – фитнес-тренером, окруженным фитоняшками и моделями, бизнесменом и при этом мизантропом. А я стала ведьмой!

– Говоришь, околдован, опоен и заперт? – С нехорошей улыбкой спросила я.

– Д-да. – Удивленно пролепетал призрак. – Таки я интересуюсь, а чего лицо такое довольное? Сошла с ума от горя?

– Ме-есть!.. – Прошипела я, вглядываясь в парня, растерянно осматривающего дом. – Спасибо, родственники!..

– Дурно мне. – Пожаловался Себастьян. – Таки дурно стало. Ой-ой.

– Не ойкай. Ночь будет дли-инная!..

ГЛАВА 2

Сашка не успел подняться по лестнице, как началась вьюга. Я лишь улыбнулась, разглядывая набирающую обороты круговерть, – отличать колдовской ветер от обычного научилась еще лет десять назад. Снег закружился, встал стеной, наметая сугробы. По стеклам поползли ветви инея, рисуя морозные узоры и закрывая мне видимость. Мороз крепчал на глазах. Скоро даже огромного пикапа будет не видно в белой бушующей стихии.

– Встреть дорогого гостя. – Приказала я призраку и помчалась на второй этаж, перепрыгивая через две ступеньки.

Одеться, нарядиться и мстить напропалую! Уи-и, даже настроение поднялось!

Я залетела в спальню, выхватила из ящика комода два новых комплекта нижнего белья, придирчиво осмотрела, – красный или белый? Пусть будет белый. Второй комплект бросила на кровать, распахнула двери гардеробной, осматривая запасы – что выбрать? Какой стиль? Какой цвет? Впервые я не была рада, что у меня столько вещей, – мозг сломаешь, пока выберешь.

Надо подумать.

Для мести выбрала легкое струящееся платье цвета белого серебра, очень провокационное, надо сказать, – лиф держался лишь на верхнем ободке бюстгальтера, открывая плечи и частично спину. Волосы распустила. А волосы у меня красивые, блестящие. Вопреки наследственности, а отвару крапивы благодаря. В уши – серьги-снежинки, в руки – клатч, на ноги – туфли. На шпильке. Тушь, чтобы глаза ярче казались, и немного перламутра на верхние веки. Помады – ноль. Мне целоваться скоро. Это в школе Аглая Белая была прыщавой толстушкой с очками на пол-лица, а сейчас я – ого-го! Без преувеличения. Зря я, что ли, на тренажерах умирала, в бассейне тонула и на обтираниях-масках страдала? Ох, и отомщу, держите меня семеро!

Пока я приводила себя в порядок, Сашка, который Александр, успел нагрянуть в дом и познакомиться с Себастьяном. Голос парня я не слышала, зато по ответам дворецкого легко представила всё, что там происходило.

– Из-за бурана дороги перекрыты, какая жалость; Вам таки придется переночевать здесь, какая радость.

– Ну что ви, в самом деле, мне не верите? Куда же ви потопали? Ну вот, упали прямо всем собой и прямо в сугробик!

– Ой, какая неприятность, аккумулятор сел, теперь ви точно здесь останетесь. Что? Новий купили вот прям токо шо? Я в шоке, вот такие нынче аккумуляторы делают!

– И телефон тут тоже не ловит, а что таки ви хотели – лес дремучий, мороз трескучий!

Я поразилась таланту Себастьяна устраивать диверсии и, дождавшись, когда хлопнет входная дверь, информируя о пленении Сашки в доме, припустила к лестнице.

Ну, держись, Баран-Козёл, я иду!

Явление меня народу должно было быть эффектным. Я ожидала увидеть восхищение в глазах Сашки при виде меня такой-растакой, спускающейся с лестницы: и чтобы волосы струились по спине, осанка будто я кол проглотила, ладонь непременно скользит по перилам, а бедра покачиваются. Прям как в сериале, который я смотрю. Там от вида главной героини, парня чуть ли Кондратий не хватил. В хорошем смысле.

А вот отвисшая челюсть в мои планы не входила. Тем более, если эта челюсть – моя!

На пороге стоял снежный человек. Огромный такой сугроб на двух ногах, при двух кулаках и о двух сверкающих гневом глазах.

Очень. Злой. Йети.

Это ж какой буран мои предки наколдовали, что парня так облепило?!

Себастьян оценил моё вытянувшееся лицо, понял, что ничего путного я сейчас выговорить не смогу и взял инициативу в свои руки:

– Госпожа Аглая, – манерно склонил голову дворецкий, привлекая внимание йети, застывшего на пороге. Йети тем временем начал оттаивать. Куски снега шмякались на пол, открывая мне вид на сапоги и брюки, и моментально превращались в лужу. Лужа росла. Йети зверел.

– Гостья этого дома. – Поспешила добавить я, перебивая болтливого призрака. Еще чего доброго узнает меня парень и вся месть коту под хвост. – А вы?

– А я попал. – Довольно грубо ответил мне гость.

Я еле сдержала гримасу отвращения – не изменился Сашка, каким был хамом, таким и остался.

– Я думаю, вам стоит переодеться. – Пропела я. И повела плечом. Выгнула бровь. Похлопала ресницами.

Только зря старалась, – Сашка ко мне чувствами не воспылал от слова совсем. Кажется, даже ещё больше разозлился.

Я перевела взгляд на призрака. Призрак пожал плечами. Понятно, сам не в курсе, почему парень не лежит у моих ног и не просит любви до гроба. Приворот не сработал?

Сашка встряхнулся, обрушивая остатки снега на пол. Отряхнул волосы и, на конец, посмотрел на меня. А я на него.

Что ж, за эти года Сашка вырос. Везде. Вымахал, я бы сказала. И в росте, и в плечах, и в том месте, где «мне по пояс будет». Еще одна примета разбилась о реальность, – размер машины никакого отношения к мужским комплексам не имеет. Мокрые и от того прилипающие к телу штаны бывшего одноклассника опровергали эту теорию.

– Аглая – редкое имя. – Произнес Сашка, просверливая во мне взглядом дыру.

– Верните брови на место! – С истерикой в голосе вставил Себастьян.

– С моими бровями всё в порядке. – Отрезал Сашка.

– А я таки и не вам это говорил! – Парировал призрак.

– А давайте выпьем чаю? – Отмерла я и, наконец, отвела взгляд от мокрых штанов гостя.

А не мне ли то приворотное зелье подлили, я интересуюсь? В утреннюю овсяную кашу, например.

– Я уезжаю. – Холодно откликнулся Баран-Козёл. – Приятно было познакомиться, думаю, разговор с госпожой Белой мы перенесем на пару дней.

Я задумалась.

Призрак крякнул.

Сашка развернулся, открыл дверь, шагнул через порог и …провалился в снег по пояс. Ого, намело!

– ***! – Непечатно выругался Сашка.

– Горячо поддерживаю! – Согласно кивнул призрак.

– И всё же, – чаю? – Снова пропела я.

Пока Сашка вылезал из сугроба, сотрясая округу ненормативной лексикой, я спустилась в холл и направилась в каминную залу, старательно качая бедрами, – метр влево, метр вправо. Себастьян отправился в сторону кухни, не забывая перебирать ногами. И хоть его шагов было не слышно, а тени дворецкий не отбрасывал, занятый выковыриванием снега из штанов Сашка этого не заметил.

И всё равно странно – приворотное зелье не подействовало. Или подействовало, но как-то не так? Предки напутали с ингредиентами?

Я прошла в зал, села на диван, скрестила ноги и посмотрела на топающего за мной Сашку из-под ресниц отрепетированным томным взглядом.

Ноль эмоций!

Да ладно?!

В моих планах парня соблазнить и на самом пикантном месте поморщиться, поохать над тем, что «размер – не главное» и отшить в стиле «это не из-за тебя, просто забыла выключить утюг, пора бежать». Так сказать, вдарить по самооценке со всей дури.

А что в итоге? Пшик?!

Сашка прошел через комнату, оставляя за собой мокрую дорожку, и остановился перед камином.

– И? Где? – Как-то растерянно спросил он.

– Что «где»?

– Чай. Огонь. Сухая одежда? Или я так и буду обтекать тут?

– Какой правильный глагол подобрал, заслушаешься. – Процедила я.

– Гостеприимство здесь не в ходу, я так понял.

– А ты хам, да? – Не выдержала я. – Или привык, что за тобой полчища нянек носится, чтобы слюнявчик вытереть?

– А ты у нас очередная силиконовая выскочка с раздутым эго? – В мягком и тихом голосе Саши проскользнула сталь. В серых глазах запрыгала ярость, хотя на губах играла улыбка. Так и хотелось расцарапать ему лицо и выдрать каждый волосок на его небритом лице. Пинцетом!

– Хамло.

– Кукла.

– Это не оскорбление.

– Поверь, это оно.

– А хто из вас двоих пойдет за дровами? – Влез Себастьян, возникая на пороге. – У меня виходной, если ви не в курсе.

Мы уставились на дворецкого с одинаковым изумлением.

– Ой, сколько вопросов на ваших лицах. – Восхитился призрак и принялся перечислять, загибая пальцы. – Дрова на улице, вода в колодце, чай на кухне, снег на крыше. Не перепутайте.

– И? – Не выдержала я.

– Это как? – Даже растерялся Сашка.

– Хотите чаю? – Терпеливо объяснил дворецкий. – Придется добыть огонь и воду. Заварочку, так и бить, я подкину.

– А чайников тут принципиально не держат? – Насупился Сашка.

– Вроде видела один. – Согласилась я.

– А ви погоду ту оценили? – Покачал головой Себастьян. – Снега намело всюду и даже больше. Особенно на проводочки. Они уже висят и вот-вот грозятся порваться. А чайничек без электричества…

– Хруп! – Сказал дом, и свет погас сразу везде и одновременно.

– …не работает. – Закончил призрак. – Вот. Кончилось электричество.

– Совсем? – Удивилась я.

– Приплыли. – Вздохнул Сашка.

– Таки я с вами солидарен и могу нарисовать карту как пройти к сараю с дровами.

– Спасибо. – Сжал губы парень. – Есть во что переодеться?

– Очень да. Но таки мой рабочий день закончен. Потому одёжу найдете сами. – Ответил призрак и исчез в темноте коридора.

Сашка уставился на меня. Я на Сашку. Через заиндевевшие стекла света проникало в зал катастрофически мало. Этак еще часам к трём дня дом погрузится во мрак.

– Что? – Возопила я в священном ужасе, когда поняла, что бывший одноклассник оценивающе меня разглядывает. – Я на улицу не пойду! У меня туфли!

Парень вздохнул. Осмотрелся. И отправился на поиски одежды, сжимая кулаки.

Он чувствовал себя здесь как дома! И меня это бесило! А еще он не смотрел на меня с придыханием и щенячьим восторгом. Что это за месть такая, если страдаю только я? И какого черта он носится по моему дому без спроса?!

Я соскочила с дивана и побежала за Сашкой; Благополучно потеряла его в сумраке коридора, но выглянувший из кухни Себастьян молча показал на лестницу.

Поднажать надо! Срочно!

Догнала парня уже на втором этаже. И не просто на этаже, а в моей спальне! Как из всех комнат он умудрился зайти именно в мою?!

– Ты извращенец? – Чуть не заорала я, когда этот нахал подошел к кровати и подцепил пальцем мое кружевное белье. Лежало же, никого не трогало!

– Мне говорили, что хозяйке этого дома лет сто. – Задумчиво заметил он, рассматривая красное кружево.

– И что, женщина не может любить красивое белье в этом возрасте?

– Не уверен, что хочу об этом думать.

– Отдай! – Я попыталась вырвать свои трусики из загребущих лап гостя, но меня нагло перехватили за руку.

Я сама не поняла, как оказалась к Сашке настолько близко. Очень близко. Возмутительно впритык! Моё шикарное платье тут же намокло, соприкоснувшись с его мокрой одеждой, по коже пробежали мурашки холода, затем я ощутила жар его тела.

– Не бузи. – Спокойно ответил он, мазнув взглядом по моим губам.

И отступил, швырнув трусики на кровать. Я осталась стоять и думать, – а то приворотное зелье точно ему подлили, а не, скажем, мне? Точно-точно?!

– Нашел.

– Что? – Не сообразила я и нашла взглядом Сашку.

А Сашка уже нашел мой ящик с мужской одеждой. Моим оружием массового поражения! Моим личным арсеналом! Я с любовью покупала каждую рубашку, футболку и штаны, оббегала все магазины для бодибилдеров и спорттовары. Не просто так, а умысла для! Очень удобно, знаете ли, вытащить с утра футболку с надписью «ММА» и случайно обронить задержавшемуся ухажеру, что она моего жениха, который сейчас где-то там на ринге бьет морду Тайсону, но, забыла сказать, как раз сегодня возвращается. Поклонников и кавалеров сдувало с кровати ураганом! Как правило, они мне больше не звонили. Что радовало меня и крайне огорчало предков.