Не выбирай меня, я злой!

Арина Сокол

Не выбирай меня, я злой!

Глава 1

Вот вам совет: никогда не пытайтесь забрать у курьера суши, когда одной ногой стоите в квартире, а второй – уже в открывающемся портале в иной мир. Итог предсказуем: вы остаётесь без ужина и с жуткой дезориентацией.

Я не падала. Я проваливалась. Сквозь радужный трэш, похожий на заставку к какому-то левому аниме. Последней моей мыслью было: «Чёрт, а заказ-то я уже оплатила!»

Приземлилась я на что-то большое, зелёное и очень твёрдое. И пахло это «что-то» дымом, потом и мужчиной, который не знаком с понятием «дезодорант», но зато явно дружит с мылом из сосновой коры. В общем, дикий, но чистый мужик.

– Твою мать! – выдохнула я, пытаясь отдышаться.

– Моя мать тут не при чём, – раздался подо мной низкий бас. – А вот твоё появление требует объяснений.

Я отползла и подняла голову. На меня смотрел орк. Да, вот так вот сразу и без прелюдий. Никаких клыков, зато имелись густые чёрные волосы, собранные в неопрятный хвост, пара пронзительных янтарных глаз и фигура, от которой бы вздохнула любая качалка моего города. На нём были лишь простые кожаные штаны и топор за поясом. Очень милый. Очень брутальный. И очень раздражённый.

– Э-э-э, – блеянно произнесла я, озираясь. – Это какой-то розыгрыш? Меня на скрытую камеру снимают? Привет, Настя Иблеева!

Орк поднялся во весь свой немалый рост. Моя голова едва доходила ему до груди.

– Меня зовут Боргар, – сказал он, скрестив руки на могучей груди. – И я не знаю, что такое «Иблеева». Но если ты упала с неба, чтобы объявить пророчество, то твой вид… – он скептически осмотрел мою пижаму и угги, – …не внушает доверия.

– А твой вид, Борька, не внушает мысли о чувстве стиля, – огрызнулась я, потирая ушибленное место. – Я Лиза, кстати. И где я, чёрт возьми, нахожусь?

– Ты в Грибных Гривах, – ответил он, как будто это что-то объясняло. – И у меня теперь проблема. Что делать с тобой? Оставить на съедение гоблинам? Или… – он прищурился, – …посмотреть, на что ты годна. Выживешь – значит, не зря с неба свалилась.

– Вау, выбор так выбор, – фыркнула я. – А есть вариант «вернуть обратно, у меня суши остывают»?

Боргар усмехнулся. Это было скорее похоже на рык.

– Не-а. Этот вариант не работает. Добро пожаловать в реальность, птичка.

Глава 2

Боргар оказался типичным мужиком – вместо тысячи слов просто развернулся и пошёл, бросив через плечо:

– Тащись за мной, птичка. Или оставайся завтраком для всякой ползучей мелочи. Выбирай сама.

Пришлось семенить за этим зеленым увальнем, который шагал так, будто участвовал в марш-броске спецназа. Представьте: сказочный лес из грибов размером с пятиэтажку, воздух пахнет, как в дорогом спа-салоне, а я в уггах и пижаме пытаюсь не отстать от двухметровой громадины с фигурой греческого бога, если бы тот был зелёным.

– Эй, Борька! – взмолилась я, спотыкаясь об очередной корень. – У тебя шаг как у жирафа!

Он даже не обернулся, только фыркнул:

– Шурши быстрее, а то здесь водятся твари, которые обожают хрустеть косточками хрупких людишек. Особенно в таких смешных носочках.

– И куда мы идём-то? В цивилизацию? У вас тут есть, я не знаю… кафе? Полиция? Пункт помощи потерявшимся попаданкам?

– Мы идём в мой клан, – буркнул он. – А там посмотрим.

Через несколько минут я уже висела на нем, как выброшенная рыбка. Легкие горели, ноги подкашивались, а до горизонта всё ещё было далеко. В какой-то момент я просто остановилась, упершись руками в колени и пытаясь отдышаться.

В это время из-за ствола гигантского гриба выскочило нечто мохнатое и шестиглазое, щёлкающее клешнями. Я вскрикнула и шарахнулась за спину Боргара. Тот даже не шелохнулся. Он просто посмотрел на тварь, и та, жалко пискнув, ретировалась обратно в темноту.

– Видишь? – сказал он, снова глядя на меня. – Бесполезная. Как птенец, выпавший из гнезда.

– Я не бесполезная! – возмущаясь, вылезла из-за его спины. – Я… я могу… Вообще-то, я могу составить квартальный отчёт в экселе быстрее всех в отделе!

Боргар уставился на меня с немым вопросом.

– И это должно меня впечатлить?

– В моём мире – да! – с вызовом сказала я.

– В твоём мире явно скучно, – заключил он.

Внезапно он развернулся и присел передо мной:

– Залазь.

– Что?! – выдавила я, смотря на его широкую спину.

– Залезай. Ждать тебя – только время терять. Или хочешь, чтобы мы до клана к следующей луне добирались?

Пришлось вскарабкиваться на эту гору мышц. О, боги! Кажется, я никогда не краснела так сильно. Он взял меня под коленки, и понес так легко, будто я ничего не весила. Пришлось обхватить его шею, чтобы не слететь. А он… пах! Смесью дымного костра, выделанной кожи и чего-то древесного. И был чертовски горячим. Сквозь тонкую пижаму я чувствовала каждый его мускул, каждое движение мощной спины.

– Ты вся напряглась, птичка, – усмехнулся он, и я почувствовала вибрацию его смеха своей грудью. – Боишься упасть?

– Боюсь, что у меня щёки сейчас воспламенятся от стыда! – выдавила я, стараясь отодвинуться подальше, но это было бесполезно – он держал меня крепко, как тисками.

– Привыкай, – бросил он. – У нас тут не до церемоний.

Когда мы наконец добрались до каких-то внушительных ворот с частоколом, меня ждал новый удар по самолюбию. Два таких же здоровенных орка уставились на нас с откровенным любопытством.

– Боргар, кого это ты привёл? Новую рабыню? – спросил один, оценивающе оглядев мои угги.

– Какая рабыня? – фыркнул второй. – Смотри, она в ночной рубахе! Наверное, беглая наложница из клана Бархатных Подушек.

Оба орка громко заржали. Один даже постучал рукоятью топора по своему наплечнику, давясь от смеха.

– Может, она у тебя теперь личная подушечка, Боргар? – просипел второй, еле сдерживая хохот. – Чтобы мягче спалось после битв!

Боргар сбросил меня на землю, как мешок с картошкой, и осклабился во всю свою ухмылку:

– Знакомьтесь. Лиза. – Он сделал паузу, явно подбирая слова. – Наша новая… ситуация. Разберёмся позже, что с ней делать. Добро пожаловать в клан Сломанного Клыка. Выживешь – посмотрим. Нет… – он многозначительно посмотрел на мои дрожащие ноги, – …скоро узнаем.

Я отряхнула свою многострадальную пижаму и посмотрела на этих громил. Ну что ж… Похоже, моё большое приключение начинается с унизительного появления в роли «ситуации». Но чёрт возьми, я ещё покажу этому самодовольному Борьке!

Глава 3

Меня привели в нечто среднее между казармой и хлевом. Длинное помещение из грубых брёвен, вдоль стен – лежанки, застланные звериными шкурами. Пахло мокрой собакой и чем-то кислым. Боргар махнул рукой в сторону свободного угла, где на полу лежала потрёпанная вроде волчья шкура, а в стене зияла дыра между брёвен, служившая окном.

– Вот твоё место.

Я осмотрела своё новое «жильё». Щели в стенах, сквозь которые свистел ветер, и сомнительная шкура, на которой, кажется, ещё сохранились следы предыдущего владельца.

– Постой! – возмутилась я, хватая его за руку. Мои пальцы даже не обхватили его запястье. – Ты не мог подыскать что-то… посветлее? И побезопаснее? Я тут одна, а вокруг… – я оглянулась на нескольких орков, которые с нескрываемым интересом наблюдали за нами.

Один из них, помоложе, с шрамом через глаз, осклабился:

– Боишься, крошка? Могу защитить. За отдельную плату.

Боргар повернулся к нему с таким видом, будто собирался раздавить.

– Это моя ситуация, Грот. Иди своим путём.

Грот зашипел, но отошёл. Я воспользовалась паузой:

– Я серьёзно! Где мне мыться? Где туалет? Что есть? Или вы тут росой утренней питаетесь?

Боргар вздохнул так, будто я потребовала построить дворец из марципана.

– Река в ста шагах. По нужде – любое дерево в лесу. Еда – в общем котле. Вечером.

Он развернулся и ушёл, оставив меня стоять посреди чужого мира в моей дурацкой пижаме. Я ощутила приступ паники. Река? А там не водятся зубастые твари? Дерево? А те самые шестиглазики? Общий котёл? Я представила себе нечто дымящееся и неопознанное, и мой желудок сжался.

Решила начать с малого. Осмотреть территорию. Сделала несколько шагов – и чуть не угодила в лужу непонятного происхождения. Резко отпрыгнула и столкнулась с кем-то твёрдым, но упругим.

– Ой, простите!

Передо мной стояла… орчиха. Немного ниже Боргара, но не менее внушительная. Её тёмно-зелёная кожа была покрыта изящными синими татуировками, а в спутанных волосах поблёскивали металлические бусины. Она смотрела на меня с нескрываемым любопытством.

– Так ты и есть… Ситуация? – у неё был хриплый, но приятный голос. – Я Зара. Слышала, как ты Боргара отчитывала. Смелая.

– Отчаянная, – поправила я её. – Это большая разница. А ты… ты не знаешь, где тут можно… э-э-э… помыться без риска быть съеденной?

Зара ухмыльнулась, обнажив короткие, но острые клыки.

– Река. Я тебя сведу. Покажу безопасное место.

Она повела меня по лагерю. Орки, мимо которых мы проходили, провожали нас взглядами. Кто-то ухмылялся, кто-то смотрел с безразличием, а кто-то – с явной неприязнью.

– Не обращай внимания, – бросила Зара. – У некоторых мозгов меньше, чем у лесного слизня. Держись рядом со мной или с Боргаром. Он привёл – он и отвечает.

– А он знает, что отвечает? – поинтересовалась я.

Зара рассмеялась:

– Пока нет. Но скоро сообразит.

Река оказалась чистой и быстрой. Зара действительно показала мне небольшой заливчик, скрытый камнями, где течение было спокойнее.

– Здесь безопасно. Только не заплывай далеко. Русалки в этой реке злые, как голодные гоблины.

Пока я с наслаждением умывалась (вода была ледяной, но это было лучше, чем ничего), Зара сидела на берегу и расспрашивала меня о моём мире. Про лифты, электричество, кофе и суши. Она ахала и ухала, как ребёнок.

– И вы всё это едите? И не умираете? Удивительно!

Вернувшись в клан, я почувствовала себя немного лучше. По крайней мере, у меня появился какой-никакой гид. Но главное испытание ждало впереди – ужин.

Общий котёл представлял собой чан, в котором булькало нечто коричнево-зелёное. Орки выстраивались в очередь, получая свою порцию в деревянные миски. Пахло это варево какими-то копчёностями.

Когда подошла моя очередь, повар (огромный орк с заляпанным жиром фартуком) плюхнул мне в миску густую похлёбку с кусками мяса и кореньями.

– Спасибо, – пробормотала я и, найдя свободное место на бревне, села рядом с Зарой.

Попробовала. Ожидала худшего, но на вкус это было съедобно. Напоминало густой мясной суп с ярким травяным привкусом. Я проголодалась настолько, что съела всё до последней крошки.

– Ну что? – подошёл Боргар, остановившись передо мной. – Выжила?

– Пока да, – кивнула я, вытирая миску кусочком хлеба, который дала Зара. – Ваша похлёбка ничего так.

– Это не похлёбка, – поправил он. – Это рагу из болотной ящерицы. С грибами.

У меня перехватило дыхание. Ящерица? Я только что съела ящерицу? Я почувствовала, как кровь отливает от лица.

Зара похлопала меня по спине.

– Не психуй. Вкусно же было? А вчера у нас была похлёбка из каменного крота. Вот это было жёстко.

Боргар наблюдал за моей бледностью с едва заметной ухмылкой.

– Не нравится наша еда? Можешь поймать себе что-нибудь.

В его голосе снова зазвучали эти противные нотки. Я встала, собрав всю свою гордость.

– Всё было прекрасно, – заявила я, глядя ему прямо в глаза. – Просто в моём мире мы обычно предупреждаем гостей, какое именно животное они едят. Это называется этикет.

Рот Боргара дрогнул. Мне показалось, он чуть не рассмеялся.

– Запомню, птичка. В следующий раз буду объявлять: «Сегодня на ужин – жареный прыгун с червяками». Этикет соблюдён?

Он развернулся и ушёл. Я села обратно на бревно, чувствуя, как дрожу от смеси гнева, унижения и странного возбуждения. Чёрт возьми, а этот увалень ещё и с чувством юмора!

Зара подмигнула мне.

– Нравится он тебе, да?

– Что? Нет! – возмутилась я. – Он невыносим!

– Конечно, конечно, – засмеялась она. – Именно поэтому ты вся красная, как спелая ягода. Ладно, идём. Спать пора. И предупреждаю – Грот, тот, что с шрамом, храпит, как раненый тролль. Привыкай.

Шагая за ней к нашему общему дому, я заметила несколько отдельных шатров, расставленных по краям поселения. Они выглядели куда уютнее нашего бревенчатого сарая: прочные кожи, аккуратно натянутые на каркас, у некоторых даже дымок из трубы вился.

– А это что? – ткнула я пальцем. – Апартаменты для особо важных гостей?

Зара фыркнула:

– Семейные живут. Не жить же им в общем доме, сама понимаешь… – она многозначительно подмигнула, – …кхм-кхм.

Я покраснела, всё поняв без лишних слов. Да уж, им действительно нужно отдельное жильё.

– А ты… – осторожно спросила я, – …тоже в общем доме живёшь?

– Как бы не так! – Зара гордо вскинула подбородок. – У меня свой шатёр. Достался после мужа. Пусть боги упокоивают его душу в вечной охоте, – она перекрестилась каким-то сложным жестом, – но я за свои годы заслужила право храпеть в одиночестве.

– Понятно, – пробормотала я, чувствуя, как жар разливается по щекам.

И тут меня осенило. Чёрт возьми, а ведь у этих орков есть своя личная жизнь, свои пары… И Боргар… Наверняка у такого тоже должен быть свой шатёр. И, возможно, своя… партнёрша для тех самых «кхм-кхм».

Почему-то эта мысль вызвала у меня странное раздражение. Ну да, конечно, куда такому мутанту без здоровенной орчихи!

– Что, птичка, завидуешь? – подколола Зара, заметив моё настроение.

– Да с чего бы? – фыркнула я. – Мечтаю жить в одном помещении с двадцатью храпящими орками!

Зара

Глава 4

Рагу из болотной ящерицы, как ни странно, усвоилось на удивление хорошо. Видимо, мой желудок решил, что после суши это не самое страшное испытание. Проблема была в другом. В том, что уснуть в общем доме было физически невозможно.

Общий дом оказался настоящим филиалом ада для сна. Грот храпел так, будто пилил дрова затупленной пилой. Кто-то на другом конце помещения громко и красочно рассказывал во сне о разделке какого-то тролля. А ещё… а ещё здесь кто-то постоянно пердел. С разной тональностью и громкостью. Я зарылась лицом в свою потрёпанную волчью шкуру, пытаясь заглушить звуки и запахи, и поняла – сегодня мне не уснуть.

И тут дверь скрипнула. В проёме возникла знакомая мощная фигура. Боргар. Он бесшумно прошёл внутрь, окинул взглядом помещение и направился к свободному месту у стены… прямо рядом со мной.

Он снял топор, поставил его у изголовья, и растянулся на своей шкуре, заняв всё пространство от меня до следующего орка. Он лёг так близко, что я почувствовала исходящее от него тепло. Я замерла, стараясь дышать тише. Почему он здесь? Почему не в своём шатре? У него что, нет… своей орчихи?

Холодный ветер из щелей в стенах заставлял меня ёжиться. Я дрожала, кутаясь в свой тонкий пижамный комплект, и пыталась хотя бы согреть нос. Вдруг Боргар повернулся ко мне. Его огромная рука легла мне на бок, а всё его тело оказалось почти вплотную ко мне.

– Замёрзла, птичка? – прошептал он прямо над моим ухом.

Я не успела ответить, как он накрыл нас обоих еще одной, не понятно откуда взявшейся, шкурой, а потом просто притянул меня к себе поближе. Оказаться в объятиях двухметового орка – это то, к чему ты никогда не готов. Я вжалась в его грудь, чувствуя, как горит всё моё тело от стыда и смущения. Он был твёрдым и горячим, как печка. Тепло от него разливалось по всему моему замёрзшему телу, и это было божественно.

– Ты… т-ты что делаешь? – просипела я, уткнувшись носом в его грудные мышцы.

– Грею тебя, – спокойно ответил он. – А то дрожишь, как листок на ветру. Мешаешь спать.

Мы лежали, и я пыталась не дышать. А он… он обнимал меня так естественно, будто делал это каждый день. Одна его рука лежала у меня на талии, другой он поправил шкуру, укрывая меня плотнее от сквозняка. Я чувствовала каждую мышцу его тела, каждый вдох. И ещё кое-что… что-то твёрдое и упругое, что вдруг привстало у него в штанах и настойчиво упиралось мне в бедро.

От этого осознания в животе закружились уже не мотыльки, а целые стаи летучих мышей, а по щекам разлился такой жар, что, кажется, могла бы обогреть весь этот проклятый общий дом. Это было в тысячу раз хуже, чем есть ящерицу!

В этот момент Грот издал особенно громкий храп. Я не выдержала и прошипела:

– Да как тут вообще можно спать?!

Грудь Боргара подо мной вздрогнула от тихого смеха.

– Никак. Привыкай, птичка.

– Почему ты здесь? – прошептала я, не в силах сдержать любопытство. – У тебя же, наверное, должен быть свой шатёр.

Он помолчал.

– Шатры только для семейных, – наконец прорычал он так тихо, что я еле расслышала. – А у меня никого нет. Поэтому я здесь.

В его голосе не было ни капли самосожаления, лишь простая констатация факта. Но почему-то именно это заставило моё сердце сжаться. Сильный воин, а спит в общем доме, потому что не с кем делить шатёр.

– А тебе разве не… кхм… не с кем его разделить? – проронила я, сразу же пожалев о своей несдержанности.

Боргар приподнялся на локте. Его лицо оказалось так близко, что я видела, как поблёскивают в темноте его глаза.

– А тебе какое дело, птичка? – его голос прозвучал низко и насмешливо. – Беспокоишься о моём одиночестве?

– Нет! – выдавила я, чувствуя, как горю заживо. – Я просто подумала… если вдруг есть свободный шатры… Может, мне один отдадут? А то я тут окочурюсь когда-нибудь.

Он снова тихо рассмеялся, и его дыхание опалило мне лицо.

– Хитро, – произнёс он. – Значит, ты хочешь шатёр, но без орка к нему в придачу?

Я попыталась отодвинуться, но его рука на моей талии не позволила.

– Я не это имела в виду!

– Жаль, – он снова притянул меня к себе, и теперь мой затылок лежал на его согнутой руке. Его голос стал ниже, с хрипотцой. – А то идея была ничего… Но сейчас лучше не двигаться, птичка.

Я почувствовала, как его напряжение стало ещё ощутимее, тверже, будто стальной прут сквозь кожу штанов. Он глубоко вздохнул.

– И не ворочайся. А то… неудобно..

И он замолчал. А я лежала, прижатая к его груди, и слушала, как бьётся моё безумное сердце. Его тепло окутывало меня, а рука по-прежнему лежала на мне – тяжёлая и тёплая. Это было до ужаса неловко. И до обидного приятно.

Засыпая, я подумала, что ситуация стала ещё сложнее.

Глава 5

Проснулась я от того, что кто-то грубо ткнул меня в бок. Открыв глаза, я увидела склонившегося надо мной Боргара. Я всё ещё лежала, прижатая к его груди, а его рука, кажется, уже срослась с моей талией, и теперь он смотрел на нас обоих, словно оценивая эту картину.

– Вставай, – буркнул он. – Солнце уже высоко.

Он отстранился так резко, будто держал в руках раскалённый уголь. На его лице – ни намёка на ночную теплоту, только привычная суровость. Что, скажу я вам, было чертовски обидно. Ну, правда! Пользуются тобой как грелкой, а утром даже спасибо не кивают.

Я потянулась и чуть не застонала – всё тело ныло от сна на твёрдом полу. Но хоть жива и не замёрзла. Спасибо и на том.

– Что, не выспалась? – раздался насмешливый голос.

Грот стоял рядом и ухмылялся.

– Может, тебе отдельную постель устроить? Или ты уже привыкла к нашей… общей?

Я вскочила, готовая пустить в ход когти, но Боргар шагнул между нами.

– Хватит, Грот, – его голос прозвучал спокойно, но с явной угрозой. – Иди завтракай.

Когда Грот ушёл, я хотела высказать Боргару всё о его внезапной холодности, но он уже шёл к выходу. Однако через пару шагов остановился и, не оборачиваясь, бросил:

– После завтрака Зара тебя переоденет. Надоело смотреть на твои тряпки.

Завтрак представлял собой какую-то густую кашу с ягодами. Сидя у костра, я ловила на себе десятки любопытных взглядов. Орки перешёптывались, но стоило мне поднять глаза – они тут же делали вид, что увлечены своими мисками. Точь-в-точь как школьники, рассматривающие новенькую. Чёрт, неужели все знают, как мы провели ночь? Хотя ничего такого не было! Ну, почти.

Ко мне подсела Зара с охапкой одежды.

– Ну что, как первая ночь в нашем гостеприимном доме? – спросила она, подмигивая.

– Прекрасно, – буркнула я. – Особенно концерт Грота. Надеюсь, он когда-нибудь подавится собственным храпом.

Зара рассмеялась.

– Вижу, ты уже освоилась. А как твой личный обогреватель? – она кивнула в сторону Боргара, который стоял поодаль и о чём-то разговаривал с другими воинами.

– Не знаю, о чём ты, – сделала я безразличное лицо.

– Конечно, конечно, – Зара ухмыльнулась. – Просто сегодня утром он ходит особенно напряжённый. И на тебя не смотрит. Интересно, почему?

Я покраснела. Вспомнила ночь, его твёрдое «напряжение»… Чёрт, а что, если другие тоже что-то заметили?

– Ладно, пошли, переоденем тебя, а то и правда выглядишь как беглая карнавальная танцовщица.

В её шатре меня ждал сюрприз. Несколько простых, но прочных рубах из грубой ткани, штаны, которые можно было подогнать пояском, и – о чудо! – кожаные полусапожки. Но главное – носки! Грубые, вязаные из тёплой шерсти.

– Вы носите носки? – не удержалась я.

Зара фыркнула:

– А что? Оркам застужать ноги нельзя. Воины без здоровых ног – как лучник без лука.

Пока я переодевалась, Зара распутала мои волосы и заплела крепкую косу.

– Чтобы не лезли в глаза. Хотя, – хихикнула она, – может, твоему Боргару нравятся растрёпанные?

– Он не мой! – вспыхнула я, но в новом облике почувствовала себя удивительно… своей. Удобно, практично. Даже симпатично, в своём роде.

Когда я вышла из шатра, Боргар как раз проходил мимо. Он остановился, окинул меня быстрым взглядом – от косы до новых полусапожек – и коротко кивнул:

– Лучше.

Наконец-то, думаю, сейчас он хоть что-то скажет. Может, извинится за свою утреннюю резкость. Или… не знаю, спросит, как я спала.

Но вместо этого он бросил мне суровый взгляд и сказал:

– Пойдёшь со мной.

– Куда? – удивилась я.

– В лес. Научишься хоть что-то делать. А то бесполезная совсем.

И пошёл дальше. Я стояла с открытым ртом, глотая возмущение. Ну ничего себе поворот! Ночью прижимается, а утром называет бесполезной?

– Не переживай, – подошла ко мне Зара и похлопала по плечу, – Это он так заботится.

– Какая же это забота? – возмутилась я.

– А ты как думаешь, почему он взял тебя с собой, а не оставил здесь, где полно таких, как Грот? – многозначительно подняла бровь Зара.

Через полчаса мы шли по лесу. Боргар двигался быстро и молча, а я еле поспевала, спотыкаясь о всё подряд.

– Эй, можно помедленнее? – пожаловалась я.

– Нет. В лесу медленные долго не живут.

– А куда мы?

– Покажу, как находить съедобные коренья и грибы. Мало ли что – не помрёшь с голоду.

Я чуть снова не споткнулась. Он правда решил меня учить? После того как назвал бесполезной?

– Почему ты вдруг озаботился моим выживанием? – не удержалась я.

Он остановился и повернулся.

– Потому что ты моя ответственность, птичка. Я тебя привёл – я и отвечаю.

– А ночью? – с вызовом спросила я. – Это тоже часть ответственности? Греть меня?

Его глаза сверкнули, но он лишь развернулся:

– Идём. Разговорами сыт не будешь.

Мы пришли на поляну, и Боргар начал свой «урок». Он оказался удивительно хорошим учителем – терпеливо показывал, какие грибы можно есть, какие коренья выкапывать. Я старалась запомнить, хотя мысли были совсем о другом. О том, как он ко мне прикасался, когда поправлял мои пальцы на каком-то корешке. О том, как пахнет его кожа на солнце.

– Вот это, – он протянул мне небольшой пучок листьев, – жуй, если заболеешь. Помогает от жара.

– Спасибо, – пробормотала я, беря листья. Наши пальцы соприкоснулись, и по руке пробежали мурашки.

Вдруг он насторожился.

– Тише, – прошептал он и резко оттащил меня за себя.

Из зарослей выполз шестиглазик – тот самый, с шестью глазами и щёлкающими клешнями. Я замерла, но Боргар не стал нападать. Он сделал шаг вперёд, громко рявкнул и ударил топором плашмя по стволу дерева. Древесина с треском лопнула. Монстр фыркнул и быстро отполз обратно.

– Их пугает громкий звук, – пояснил Боргар. – И резкие движения. Запомнила?

– Да, – выдохнула я.

На обратном пути мы шли молча, но уже без прежней напряжённости. Я несла корзинку с грибами и чувствовала странную гордость.

Когда мы вернулись, Боргар вдруг повёл меня не к общему дому, а к одному из шатров.