Поэма о генерале Ефремове

Ольга Синченко

Поэма о генерале Ефремове

ПОЭМА О ГЕНЕРАЛЕ ЕФРЕМОВЕ

Уныли цветы от жалости,

и дерево с тоской к земле

приклонилось.

"Слово о полку Игореве"

***

Страна велика, да автобусов мало.

В иные края без машины – никак.

Однажды я с сыном голосовала,

где сельская трасса впадает в большак.

Дорога не слишком была оживлённой.

Проедет ряд фур – и опять тишина.

Водитель, в свою иномарку влюблённый,

проносится, гордо взглянув из окна.

Но вот тормозит рядом с нами «девятка»,

видавшая виды. Мужчина шофёр.

И женщина рядом. – С меня пятихатка.

Подкиньте до К.? – О чём разговор!

Подкинем, конечно, но только не сразу:

заехать хотим ещё по пути.

Чуть далее съезд должен быть по рассказу,

где генерал легендарный погиб.

– Да, есть на дороге такой указатель,

но я никогда не бывала, увы.

А посетить интересно бы, кстати.

Мы тоже поедем, раз едете вы.

Хозяева с задних сидений убрали

армейскую куртку, фуражку, и вот,

мелькают деревья и тянутся дали,

в салоне беседа течёт.

– Я сам из военных, историю знаю,

когда выпадает в поездках бывать,

стараюсь разведать и посещаю

места, о каких доводилось читать.

Места героических подвигов то есть.

Я много, где был, а здесь в первый раз.

И он рассказал о Ефремове повесть,

за душу берущий рассказ.

***

– Когда в декабре сорок первого года

отбросили немцев назад от Москвы,

была эйфория известного рода,

и шапки ползли набекрень с головы.

Казалось, вот-вот разобьём супостата,

враг дрогнул, и скоро захватчиков мы

прогоним, как гнали французов когда-то,

вот также в начале зимы.

Из контрнаступленья, пошли в наступленье.

Летели приказы: быстрее, вперёд!

Без передышки, без пополненья.

И многое не принималось в расчёт.

А враг был не сломлен, скорей ошарашен:

«Блицкриг» не удался, «Тайфун» отражён,

по странам Европы пройдя лёгким маршем,

впервые с соперником встретился он.

И выплюнув зубы, ощерясь кроваво,

в чужое вцепился, как будто в своё,

грозил «стоп-приказ» отступавшим расправой,

и свежие части вставали в ружьё.

Всерьёз опасаясь судьбы Бонапарта,

крепил рубежи интервент,

под Ржевом и Вязьмой склонялись над картой

штабы группы армий «Центр».

Зеркально ход действий теперь поменялся:

вела наступление РККА,

а вермахт упорно оборонялся,

стремясь обескровливать наши войска.

Так начался сорок второй календарный

и первый военный продолжился год,

Ефремов ещё с октября командармом

назначен на Западный фронт.

Его 33-я армия верно,

вперёд продвигалась. С огромным трудом,