Сказки Прихопёрья

Ольга Лещинская.

Сказки Прихопёрья

ТОМ I

Боря и бобёр Хопёр

Вступление.

Россия —чудесная, Великая страна! Страна бескрайних просторов, где шумят мегаполисы и дремлют в тишине малые города. Страна, где текут могучие реки и светятся глади бесчисленных озёр. Это дом для многих народов и наций, каждый со своими легендами, песнями, обычаями и устоями, что переплелись в единую, богатейшую культуру.

Но не только людям принадлежат эти земли. В глубине её лесов, в шёпоте полей и на извилистых берегах рек кипит своя, таинственная и вечная жизнь. Здесь живут звери и птицы, рыбы и насекомые. У них есть свои заботы и радости, свои семьи и свои принципы, своя мудрость, данная им природой.

И есть то, что незримо связывает всех – и людей, и зверей, и шумные города, и безмолвные чащи. Это любовь к нашей общей Родине, к этой земле, что кормит, поит и даёт приют каждому.

И я хочу рассказать вам несколько историй о небольших городах, что стоят на берегу красивой и чистой реки. Чем-то эти города похожи друг на друга и на многие другие, но в каждом из них случаются удивительные истории. Истории о дружбе, верности и чудесах, что происходят порой совсем рядом, стоит только присмотреться.

Когда именно это произошло – никто не знает. Может, в прошлом году, а может, давным-давно… Но они были. Поверьте, они произошли на самом деле.

Глава 1. Легенда реки Хопёр.

Давным-давно, в те времена, когда мир был моложе, а чудеса бродили по земле как дикие звери, шёл по дремучему лесу одинокий старик. Звали его Хопр. Шёл он не спеша, прислушиваясь к шёпоту листьев и голосам птиц, впитывая мудрость древней земли.

В самой глухой, заповедной чаще, куда не ступала нога человека, он услышал необычный звук – не просто тихое журчание, а целый хор из множества чистых, звонких голосов. Подойдя ближе, он застыл в изумлении: из-под корней двенадцати древних, могучих дубов били двенадцать хрустальных родников.

И были эти родники не простыми, а волшебными, каждый – с особым даром:

Родник жизни – заживлял любые раны и врачевал болезни.

Родник Звериной Речи -давал зверям и птицам способность говорить на человеческом языке и понимать его.

Родник Силы- наделял крепостью духа и тела.

Родник Мудрости -открывал тайны и помогал решать самые трудные загадки.

Родник Памяти Земли- хранил истории всех, кто жил на этих берегах.

Родник Песни Ветра- делал музыку реки слышной для чуткого сердца.

Родник Любви – связывал судьбы тех, кто пил из него вместе.

Родник Веры - зажигал искру бесстрашия в душе.

Родник Радости – дарил умиротворение и счастье простым вещам.

Родник Доброты – благословлял на щедрость и взаимопомощь.

Родник Надежды- никогда не иссякал, даже в самую страшную засуху.

Родник Вечного Сна- даровал покой усопшим и помогал им перейти в иной мир.

Но каждый из этих чудесных потоков стремился своей собственной, одинокой дорогой, растекаясь по мху тонкими, беспомощными ручейками. Они терялись в лесной чащобе, так и не успев стать силой, и их дары пропадали, не принося никому пользы.

Старик Хопр был мудр и бесконечно любил свой край. Видя эту разрозненную красоту, он взял в руки лопату и принялся за великую работу. Он не стал заставлять родники замолчать или подчинять их. Он бережно разгрёб мох и глину, сложил камни, направляя упрямые, но родственные струи навстречу друг другу. Он соединил их двенадцать разных песен в одну могучую, гармоничную мелодию.

Так, из двенадцати волшебных родников, рождённых сердцем леса, силами и мудростью старца Хопра, появилась новая река. Она вобрала в себя все дары: силу, мудрость, исцеление, речь зверей, память земли, верную дружбу и любовь. Большая волшебная река побежала на юг, словно торопясь поделиться этими чудесами с миром. Воды её текли не прямо, а извивались прихотливыми петлями – будто река вспоминала свои родниковые тропки и хотела заглянуть в каждый уголок своего леса, чтобы ни одно живое существо не осталось без её благословения.

Люди, селившиеся на её берегах, с любовью и почтением назвали реку в честь её создателя – Хопёр.

И понеслись её воды через века, неся в себе память о двенадцати волшебных родниках, мудрости старца Хопра и крупицы волшебства в каждой своей капле. А те, у кого было доброе сердце и чистые помыслы – могли иногда услышать в её шуме то звериную речь, то древнюю песню, то почувствовать, как раны души и тела начинают затягиваться. И все знали: это течёт сама легенда.

И может быть, именно поэтому на берегах этой реки до сих пор случаются чудеса…

Глава 2. Балашов.

Самый большой город на берегу реки Хопёр – Балашов. А появился он не просто так.

Говорят, в старые времена, когда Русь отбивалась от врагов, жил-был богатырь по имени Василий Балашка. Много он повидал сеч, много ран получил. И вот после очередной славной победы дал ему командир награду – вольную грамоту и коня боевого, сказал: «Иди, Василий, куда глаза глядят. Земли у нас много – найди себе место под солнцем».

Взял Василий своего верного коня, что не раз выносил его из сечи, да и отправился в Дикое поле – туда, где, по слухам, земля сама хлеб родит, а в реках рыбы – хоть руками лови.

Долго ли, коротко ли, вышел он на берег реки широкой, вода в ней – чище слёз, а течение – как песня. Узнал Василий – это та самая река Хопёр, что из двенадцати волшебных родников рождается. Скинул он доспехи, искупался от дорожной пыли, воды испил – и ахнул! Старые раны, что годами ныли, затянулись, боль в теле – будто рукой сняло. Силы прибавилось, будто заново на свет родился. Коня напоил – и тот заржал молодцевато, будто снова жеребёнком стал!

Понял тогда Василий, что нашёл не просто место – нашёл благодать! Не зря реку ту Хопром зовут – она и вправду дар и надежду («упование») даёт.

Решил он тут остаться. Срубил крепкий дом, землю стал пахать. Женился на доброй девушке. И пошла у него жизнь ладная: хлеб родил – колос к колосу, птица и скотина плодилась, в реке рыбы – хоть руками бери.

Потянулись к нему и другие уставшие от войн ратники, искавшие тихой доли. Стали строить избы рядом. Так и вырос на берегу Хопра целый хутор. И назвали его в честь первого поселенца – Балашев хутор.

Жили там люди в достатке и мире. Земля-кормилица не только хлебом, но и сладкими, как мёд, ягодами-арбузами одаривала. А река рыбой да здоровьем. Слух о благодатном месте далеко разошёлся.

Дошёл он и до столицы, до самой императрицы Екатерины Великой. Удивилась она, услышав про хутор, что в Диком поле словно райский уголок вырос. И повелела мудрая государыня: «Не хутору там быть, а селу дворцовому, а там, гляди, и городу!»

Так по воле царицы и силе труда людского стал хутор Балашев сначала царским селом, а потом и уездным городом Балашовом. И стоит он с тех пор на берегу чистой, волшебной реки Хопёр – города, рождённого от богатырской удали, крестьянского труда и живой воды, что дарит исцеление и надежду всякому, кто с добрым сердцем к ней приходит.

Сама земля, благословлённая рекой, способна творить чудеса.

Глава 3. Бобрёнок Хопёр.

У самого истока реки Хопёр, там, где вода, рождённая от двенадцати волшебных родников, была особенно чиста, прозрачна и полна магической силы, жила дружная семейка бобров. Место это было особенным – здесь сама река была юной, и ее воды хранили первозданную силу.

Мама-бобриха нежно заботилась о своих малышах: с утра до вечера расчёсывала их пушистый мех и кормила вкуснейшими корешками. Папа-бобр был настоящим тружеником: он уходил на стройку плотины и добывал пропитание для своей семьи. Их бобрята, родившиеся в конце апреля, были ещё совсем крошками и только начинали учиться плавать.

Но той весной природа готовила испытание. Зима была очень снежной, и теперь под ярким солнцем снег таял не по дням, а по часам. Река Хопёр, вспоминая свою бурную родниковую юность, выходила из берегов. Вода, вобравшая в себя силу всех двенадцати ключей, поднималась всё выше, угрожая затопить уютную бобровую хатку. Мама-бобриха с беспокойством поглядывала на прибывающий поток.

И вот однажды ранним утром, когда родители ещё спали, самый любознательный из бобрят решил исследовать мир и выполз на солнечную полянку у входа. В этот самый момент недостроенная плотина не выдержала натиска разгневанной реки и с грохотом рухнула. Мощная волна, словно рука самого древнего духа реки, подхватила маленького бобрёнка и понесла вниз по течению.

Он отчаянно барахтался, работал всеми лапками и своим крошечным хвостиком, но сила потока была неумолима. Вскоре силы покинули его, и он, зацепившись за плавучую корягу, потерял сознание. Вода унесла его далеко-далеко от родного истока, пронеся через пороги и перекаты, мимо спящих деревень…

Когда бобрёнок открыл глаза, то увидел склонившийся над ним любопытный взгляд незнакомого зверька с умными глазами-бусинками и длинным гибким телом. Это была выдра по имени Варвара, которая жила в своей норе на берегу Хопра неподалёку от города Балашова. В её глазах светилась та самая нежность, что рождалась в Роднике Доброты

Желая помочь найдёнышу, Варвара принесла ему свежую рыбку, но бобрёнок лишь беспомощно отвернулся – ведь бобры, как известно, вегетарианцы. Тогда сообразительная выдра наломала свежих, покрытых нежной корой ивовых прутьев и протянула ему. Малыш с жадностью принялся их грызть, и силы начали возвращаться к нему.

Добрая Варвара не смогла оставить сироту. Она взяла его в свою семью, к своим собственным детёнышам. Так бобрёнок и вырос среди игривых выдрят, научившись от них ловко плавать и нырять. А так как принесла его сама река – та самая, что помнила его и его родных, – то и назвали его в её честь – Хопёр.

Но сердце всегда тянуло бобрёнка к сородичам. Он чувствовал зов реки и память о своём бобровом роде. Когда Хопёр подрос и окреп, мудрая Варвара, ведомая Родником мудрости , отвела его на тихое Бобриное озеро, где жили его дальние родственники. Те приняли сироту и научили всему, что должен знать настоящий бобр: искусству строительства прочных плотин и поиску лучшей пищи.

Бобёр Хопёр повзрослел, возмужал и постепенно стали проявляться его необыкновенные способности, данные теми самыми двенадцатью волшебными родниками у истока Хопра: врачебные навыки, доброта и мудрость, отвага и смекалка, а так же умении понимать людей и говорить на их языке.

Так бобёр по имени Хопёр и поселился на Бобрином озере, что находилось недалеко от Балашова, рядом с широкой, прекрасной и волшебной рекой, давшей ему имя, жизнь и волшебную силу.

Глава 4. Боря и бобёр Хопёр. Знакомство.

Лес в тот день был тих и прекрасен: пахло сырой землёй, хвоей и обещанием грибной добычи. Боря, увлёкшись сбором и поиском грибов, отстал от родителей и заблудился.

Вместо знакомой тропинки он вышел к озеру, такому тихому и сияющему, что дух захватило! Вода была тёмной и неподвижной, словно стекло, а посреди неё, как сказочный терем, стояла аккуратная бобровая хатка из ивовых прутьев и глины.

Сердце Бори заколотилось от любопытства. Оглядевшись вокруг – Боря забрался в хатку.

Внутри было удивительно: тепло, сухо и пахло свежесрезанной древесиной и мятой. Солнечный лучик, пробивавшийся через вентиляционное отверстие в крыше, освещал это идеальное убежище. Усталость после долгого страшного блуждания накрыла его как волна. Прислонившись к мягкой стене из древесной стружки, Боря закрыл глаза и уснул.

А тем временем бобёр – Хопёр возвращался домой. День был трудовой: пришлось укреплять плотину, и лапы гудели от усталости. Он мечтал о своём тёплом, сухом гнезде. Проплывая знакомым туннелем, он высунул голову и замер.

Пахло человеком.

–«Неужели охотники?»– подумал Хопёр. Он тихо подплыл к своей хатке , огляделся – никого.

Зашел в дом и…чёрные умные глаза бобра расширились от изумления! На его собственной постели из мягкой коры и листьев спал мальчик. Мокрый, с листьями и травой в волосах, но с безмятежным и доверчивым выражением лица.

Хопёр тихо вылез из воды и отряхнулся. Он был не злой, а скорее озадаченный. Он потыкал носом в Борину руку, тихо покряхтывая. Мальчик во сне что-то пробормотал и повернулся на другой бок.

Проснувшись в незнакомом месте, первое, что увидел Боря в полумраке хатки, была не морда, а пара самых внимательных глаз. Боря на секунду испугался, но умные и спокойные глаза бобра сразу его успокоили… Они смотрели на него без страха, с молчаливым вопросом.

Так они и лежали несколько секунд, глядя друг на друга: испуганный мальчик и озадаченный бобёр.

– Извини, – первым выдохнул Боря. – Я заблудился.

Хопёр, как будто поняв, ответил негромким, утробным звуком, похожим на ворчание, и осторожно протянул к мальчику лапу с запасом свежих, чуть влажных от росы ягод – малины и земляники – лучшее, что у него было. Ягоды были сладкими и душистыми, самыми вкусными, какие Боря когда-либо пробовал. Пока он ел, бобёр сидел рядом, наблюдая и кивая своей большой головой, будто убеждаясь, что его гостю нравится угощение. Страх окончательно растаял, сменившись чувством благодарности и удивления.

– «Меня зовут Боря. А тебя?»

– «Хопрр..,»– проурчал бобёр, удивляясь тому, что понимает речь мальчика.

–«Хопёр! Ты- Бобёр-Хопёр! Как здорово!»– воскликнул Боря

Бобёр кивнул и показал головой на выход.

– Тебе пора! – неожиданно для себя промолвил бобёр, – пошли, я провожу

–Ты разговариваешь?! – удивился Боря! –Вот это да!»

Хопёр пожал плечами, он сам был удивлён происходящим.

Они вышли из хатки вместе. Хопёр шел неторопливо, оглядываясь, чтобы мальчик не отстал. Он провёл его не той дорогой, по которой Боря пришёл, а более коротким, известным только ему и другим лесным обитателям пути – по протокам, заросшим ольхой, мимо старого поваленного дуба.

Вскоре сквозь деревья замаячили дома. Бобёр Хопёр вышел на бугор и встал на задние лапы, указывая своей мохнатой лапой в сторону тропинки. Его умные глаза смотрели на Борю с нежностью и пониманием.

– Это та самая тропа! – радостно воскликнул мальчик. – Спасибо, Хопёр!

Он хотел обнять бобра, но постеснялся и вместо этого просто помахал ему рукой. Хопёр тоже в ответ махнул ему лапой, шлёпнув своим широким хвостом по воде, скрылся в глубине озера.

Боря побежал по тропе, на сердце у него было и светло, и чуть-чуть грустно. Он обернулся, но увидел лишь рябь на воде. Теперь у него в этом лесу был секрет. И друг, которого никто, кроме него, не знал.

Глава 5. Сказка или правда?

Боря проснулся с ощущением, что в его жизни случилось что-то важное, словно он попал в сказочный мир! В комнату через окно лился тёплый солнечный свет. Мальчик присел на край кровати, и вчерашние события пронеслись в его памяти ярким калейдоскопом: заблудился в лесу, уютная бобровая хатка, спасительные ягоды и умные глаза нового говорящего друга.

–«Бобёр-Хопёр… мне приснился? Или он действительно существует?» – прошептал он сам себе.

Вечерний разговор с родителями, которые были на грани паники из-за его долгого отсутствия, казался таким земным и обыденным, что волшебство встречи начинало меркнуть. Чтобы убедиться, Боря достал с полки «Большую Энциклопедию», нашёл раздел про бобров и внимательно прочитал: «…питаются травянистыми растениями, листьями и плодами деревьев и кустарников…»

«Так значит, яблоки ему понравятся!» – решил мальчик и, недолго думая, нарвал в саду самых румяных плодов. Тайная надежда вела его по знакомой дороге к Бобриному озеру.

Выйдя на полянку, он с облегчением вздохнул, увидев знакомую хатки из ивовых прутьев.

-«Значит, всё это не сон!» – обрадовался он.

На этот раз Боря не решился без спроса заходить в чужой дом. Он почтительно остался на берегу.

-«Хопёр!» – осторожно позвал он.

Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь стрекотом сороки наверху. Из-за ствола старого дуба выглянула любопытная белка.

-«Хопёр! Это я, Боря! Ты дома?» – позвал он снова.

Не дождавшись ответа, мальчик присел на пенёк и надкусил одно из яблок. Аромат привлёк белку – она смело спустилась вниз и, встав на задние лапки, выпрашивающе посмотрела на Борю. Тот с улыбкой отломил кусочек и протянул ей. Белка схватила угощение и стрелой умчалась наверх.

И тут недалеко послышался тихий всплеск. Боря вскочил.

-«Хопёр! Это ты? Привет!»

Из воды показалась знакомая влажная мордочка с блестящими чёрными глазами. Бобёр вышел на берег, и его довольное покряхтывание не оставляло сомнений – он рад встрече не меньше Бори.

– Привет! Не ожидал тебя снова увидеть!– произнёс Хопёр, выходя из воды.

-Это тебе! – протянул мальчик яблоки. – Спасибо за вчерашние ягоды и приют!

Хопёр бережно взял подарок и одобрительно кивнул своей большой головой. Тут же с дерева спустилась уже знакомая Боре белка, встав на задние лапы перед бобром она произнесла: -« Вкусные яблочки, дай кусочек, Хопёр!

Из кустов показался ёжик –И мне! Делись, сосед!-произнёс он. Бобёр разломил одно из яблок пополам и разделил его между ёжиком и белкой.

Удивлённый Боря молчал! Надо же, звери разговаривают! Или он опять спит?

-«Ну, я пойду! – сказал Боря, чувствуя, что его визит не должен быть долгим. – До новой встречи!»

Он наклонился и крепко, по-дружески, обнял мохнатого спасителя. Затем, помахав на прощание ёжику и белке, радостно побежал по тропинке домой.

Сомнений больше не было. У него действительно был замечательный друг из самой настоящей сказки – бобёр по имени Хопёр. И эта сказка, пахнущая лесом, речной водой, сладкими яблоками и волшебством – только начиналась!

Глава 6. Дроби.

Боря плелся из школы, волоча ранец по земле. В дневнике у него был жирный «неуд» по математике. Он никак не мог понять, что это за «дроби» такие и зачем они нужны. Идти домой, где наверняка будут ругаться, совсем не хотелось. И ноги сами понесли его в знакомое, уютное место – на Бобриное озеро, где жил его старый добрый друг бобёр.

Проходя по лесной тропинке к бобровой хатке, Боря заметил дикую яблоню, усыпанную наливными яблочками. Он нарвал яблок и положил их в свой портфель— Хопёр очень любил яблоки. Но у хатки было пусто: трудолюбивый бобёр был на своей бесконечной стройке – укреплял плотину.

Боря присел на опушке перед озером. Лесные жители давно привыкли к мальчику, а Боря привык к тому, что они могут говорить – волшебство реки, рожденной от родника Звериной речи, было частью его мира. Пушистая белка, деловито потрусив мимо, остановилась, встала на задние лапки и посмотрела на него вопросительно: -«Привет , Боря! Яблочком угостишь?»

За ней из-за куста высунулся любопытный зайчишка, а следом, фыркая, подошёл колючий ёжик. Даже рыжая лиса, мелькнувшая вдалеке, лишь махнула своим пламенным хвостом и крикнула: «Приветик!». Все звери по очереди «здоровались» с Борей, а он угощал каждого кусочком яблока. Самое большое и румяное яблоко он бережно отложил для Хопра.

Вскоре из воды показалась знакомая влажная мордочка. Хопёр, вернувшись домой и почуяв друга, сразу поспешил к нему. Умные глаза бобра уловили грусть в позе мальчика.

– «Что случилось? Почему ты грустный?», произнёс бобёр, подойдя к мальчику.

– Я в школе получил «двойку», – вздохнул Боря.

– За что? – не понял бобёр.

– Ну, не понимаю я, что такое «дроби»! – с отчаянием признался Боря. —« Вот… это тебе..» – И он протянул другу самое большое яблоко.

Хопёр посмотрел на яблоко, потом на расстроенного Борю. И вдруг его глаза блеснули догадкой. Он взял яблоко в свои цепкие лапы.

– Вот смотри, – сказал он.

Острым крепким когтем Хопёр аккуратно разделил яблоко пополам.

– Сколько стало кусочков?.

– Два, – неуверенно сказал Боря.

– А теперь? – Хопёр разрезал каждую половинку ещё раз.

– Четыре! – уже увереннее ответил мальчик.

Тогда Бобёр отломил один кусочек и сделал вид, что съедает его.

– Я сейчас съел один кусочек. Это какая часть от целого яблока?

Боря на секунду задумался, и вдруг лицо его просияло.

– Одна четвёртая! 1/4!

– А два кусочка? – продолжил урок терпеливый Хопёр.

– Две четвёртых! Или… одна вторая! 2/4 или 1/2! – радостно выпалил Боря. – Я понял, Хопёр! Понял! Спасибо тебе! Ты настоящий Учитель!

Он обнял своего мохнатого друга, который смотрел на него с тихим, довольным одобрением. Грусть как рукой сняло. Теперь Боря не боялся идти домой. Он знал, что завтра на уроке он обязательно поднимет руку и исправит свой «неуд» на отличную оценку. Ведь ему объяснил это самый мудрый учитель на свете – его друг бобёр, чья мудрость и знания были дарованы самой волшебной рекой Хопёр.

Глава 7. Гербарий.

Боря учился в школе хорошо, а особенно он любил природоведение. Он был очень любознательным мальчиком, и окружающий мир казался ему бесконечно интересным, полным загадок и приключений. Поэтому, когда учительница Анна Ивановна задала на выходные собрать гербарий, Боря ни капли не расстроился. Он точно знал, к кому обратиться за помощью.

В ясную субботу он отправился на Бобриное озеро, к своему другу бобру Хопру. Бобёр был занят важным делом – заготовкой веток на зиму. Он с громким хрустом перегрызал толстую осину, но, увидев Борю, сразу отвлёкся.

Просьба мальчика несколько озадачила его. Хопёр был экспертом по коре и древесине, а вот тонкости в различии листьев были не его специальностью. Он почесал затылок лапой, задумавшись, и вдруг его глаза блеснули. Хопёр издал короткий, призывный свист.

Откуда ни возьмись, по стволу старого дуба стремительно спустились две пушистые белки. Они были абсолютно одинаковыми – две зеркальные копии с кисточками на ушах и любопытными глазками-бусинками, их звали Ирина и Арина.

–Сестрёнки,– обратился к ним Хопёр, – нашему Боре нужна ваша помощь! Ему нужны листья для гербария, самые красивые, с разных деревьев. Поможете?

Белки одновременно кивнули, словно были связаны невидимой нитью, и в мгновение ока исчезли в кронах деревьев.

Хопёр обернулся к Боре: – Они милые и очень добрые, всегда помогают в лесу. А ты не забыл про угощение для них? Вон, посмотри, как раз поспела малина. Пока Ирина и Арина собирают листья, можешь набрать им угощения».

Боря взял кусок берёзовой коры, как маленькое лукошко, и отправился на ближайшую полянку. Малина была спелой и сладкой. Он аккуратно нарвал целую горку ягод, попутно с удовольствием лакомился сам.

Вскоре белки вернулись. В их лапках и даже во рту были охапки самых разных листьев – резные кленовые, овальные дубовые, резные ясеневые, нежные липовые. Они были всех осенних цветов: зелёные, жёлтые, оранжевые и даже ярко-красные. Каждый лист был идеален! Боря с восторгом принял дар и высыпал перед трудолюбивыми зверьками душистую малину. Белки весело запищали и принялись за угощение.

Поблагодарив Хопра и его пушистых проворных помощниц, Боря бережно понёс свою драгоценную коллекцию домой.

Вечером он аккуратно разложил каждый листик, приклеил его на лист бумаги и старательно вывел подписи: «Дуб», «Клён», «Ясень», «Липа»… Гербарий получился не просто правильным, а самым красивым в классе. Анна Ивановна долго рассматривала коллекцию, удивляясь не только разнообразию, но и безупречному состоянию каждого экспоната.

–Пять с плюсом, Борис! – сказала она.– Видно, что ты подошёл к делу с душой и знанием леса!

Боря скромно улыбнулся. Он не стал никому рассказывать, что у него были самые лучшие помощники на свете – две белки-сестрички Ирина и Арина и его лучший друг – мудрец бобёр-Хопёр. Некоторые секреты дружбы стоит хранить только в своём сердце. А гербарий, получивший высшую оценку, стал для него не просто школьным заданием, а самым теплым воспоминанием о лесном волшебстве, которое всегда ждало его на берегу светлой и чистой реки Хопёр.

Глава 8. Парашютист.

Город Балашов, стоящий на берегах реки Хопёр, – большой и интересный. В нём кипит жизнь: работают мельницы, фабрики и заводы, учатся студенты в разных училищах. Но самое знаменитое из них – лётное. Сюда со всей страны приезжают влюблённые в небо мальчишки, чтобы научиться управлять большими самолётами.

Каждую весну у курсантов наступает жаркая пора – экзамены. Они поднимаются в небо на самолётах и совершают прыжки с парашютом. В один из таких дней Боря, как обычно после школы, направлялся к своему другу бобру Хопру. Над головой гудел вертолёт, из которого один за другим выпрыгивали и раскрывались парашюты, словные гигантские белые цветы.