Цикл

Максимо Килиан

Цикл

Глава 1

"В плену настоящего будущее не рождается."

Вспышка. Яркая, обжигающая.

– Капитан, вы слышите меня? Вы должны меня слышать! – Голос не смолкал – настырный, требовательный, побуждающий к действию.

– Капитан! – она не унималась, всплесками отражаясь в разуме. – Утечка краткосрочной памяти зафиксирована. Изолирую остаточную зону.

Снова вспышка. Мозг полыхнул огнём, словно кто-то вывернул его наизнанку.

– Капитан! – раздалось вновь.

Он приоткрыл глаза. Потолок – тяжёлая плита, сжимающая пространство. Свет – отвратительно тусклый, давящий сверху. Душно…

Но затем вновь пришла тишина. Спасительная темнота. Сознание проваливалось в мягкую пустоту.

– Капитан, вы должны меня слышать.

Проклятье! Этот голос – отвратительный, чужой. Он вцепился в разум мёртвой хваткой, тащит наружу. Сколько это длится? Вечность? Время теряет смысл в пустоте. Арч тянулся к покою, к безмятежности.

– Капитан. Арч! Прекратите!

Имя. Это имя… моё? Звучит приятно, как колыбельная. Капитан Арч. Сочетание ласкает слух, затягивает в знакомый водоворот.

– Капитан, если вы продолжите, я прибегну к кардинальным мерам.

Мерам? Что она мне сделает? Я – часть тишины. Я вечен.

А потом пришла боль.

Тысячи иголок вонзились в кожу, в мясо, в нервы. Тело скрючилось в конвульсиях. Металлический привкус заполнил рот. Он захлёбывался собственной кровью.

– О нет! – вырвалось у него. – Прекрати! Прекрати это, кто бы ты ни была!

Боль испарилась – будто её никогда не было. Только слабость. Он обмяк, дрожа, глотая рваный воздух. Тишина вновь шептала, раскрывая объятия.

– Сэр, – слова вторгались непрошено. – Вы капитан. И обязаны разрешить нашу общую проблему.

С трудом перевернувшись на четвереньки, он закашлялся, выплюнув густую тёплую кровь. Поднял взгляд – потолок давил, не давал подняться.

Сколько времени я здесь? Хотелось бы знать, где – здесь.

Упёршись спиной в холодный металл, он уставился в пустоту.

– Кто ты?

– Я одна из систем.

– Одна из систем? – слова, абсурдные и жуткие, отскочили от стен.

– Сожалею, капитан. Как и вы, я ограничена в информации. Наши банки памяти повреждены, а большая их часть изолирована.

– Наши? – холодок пробежал по коже.

– Сэр, я встроена в ваш головной мозг. Мы делим общую нейронную сеть.

– Ты… в моей голове? – Он провёл рукой по виску, будто мог потянуть за ниточку и вытащить её.

– Верно, капитан. Но есть шанс восстановить данные. Я могу частично восполнить базу и расширить наш потенциал. Зовите меня Гало.

– Гало? Чего ты хочешь?

– Подключить меня к системам корабля.

– И ты покинешь меня? – с надеждой выпалил он.

– Разумеется, нет. Мы едины. У нас общая проблема.

– Какая?

– Выжить!

Он закрыл глаза. Подключить… Выжить. Что происходит?!

Мысли путались, едва обретя форму, как уже рассыпались осколками. Осознание того, что с ним не всё в порядке, заполняло картину восприятия.

– Этот потолок…

Он больше не мог здесь оставаться. Поднялся. Тело задрожало от напряжения. Шаг вперёд – с отвратительным скрежетом распахнулись автоматические двери.

Коридор – длинный, пустой, холодный. По обе стороны ничего, кроме тусклого света и затхлой тишины. Гнетущее чувство чего-то неизбежного окатило разум его разум. Биение сердца гулко отдалось в груди.

Шагнув назад, он вернулся в отсек. Бегло оглядев себя, заметил на светло-голубом комбинезоне нашивку «Капитан Арч».

– Вопрос… – вырвалось само собой, но собственный голос зазвучал чуждо.

– Капитан! – чужая мысль прервала его. – Без подключения к системам у меня нет ответов. Судя по фрагментарным данным, ваш статус даёт приоритет над протоколами и ключевыми системами. Даже если вы этого не помните, система распознает вас. Я делаю всё возможное, чтобы ваша личность оставалась целостной. Прошу, сосредоточьтесь на задаче – у нас мало времени.

Арч скрипнул зубами. Личность. Коридор меня поглоти! Я всё же сломан.

Скрежет дверей вывел из транса. Ноги будто сами вывели его в коридор. Шаг, другой. Он был здесь и не хотел этого, на миг вспомнил о сладкой пустоте, почувствовал её притяжение. Но слово «Кхм» заставило прийти в себя.

Свет дрожью на стенах выхватывал из темноты незнакомые образы. Стоило сфокусироваться, как они исчезали. Разум распадался и вновь обретал границы, позволяя ему быть.

Перед ним раскрылся просторный зал. В глубинах будто что-то жило, гнездилось по углам этого помещения.

– Эй! Есть здесь кто-нибудь?! – Голос эхом ушёл вдаль. Это он? Это – его голос? Он не знал.

Что со мной?! Хочется не задавать вопросы, а знать ответы.

– Ваша речевая функция временно нарушена, капитан. Мыслительные процессы нестабильны. Я стараюсь укреплять критически важный функционал вашего мозга. Речевые функции в очередь не входят.

– Капитан… что же я за капитан… почему я так слома…

– Понимаю вашу обеспокоенность. Впрочем, сейчас это несущественно. Советую быть предельно осторожным. Обратите внимание на дверь впереди: кровь.

Взгляд остановился. Гало не ошиблась. Пол у двери был измазан засохшей бурой полосой.

Значит, она видит то же, что и я.

Он быстро шагнул вперёд. Бурые потёки вели под дверь и за неё. Исследовать их, а тем более задаваться вопросом о принадлежности, желания у него не возникало.

– Осмотрительность… да, конечно.

Внутренне он протестовал, хотел вернуться в отсек, окунуться в пустоту, забыть это как дурной сон. Он даже не понимал, зачем идёт.

Коридор вывел к площадке с прозрачной панелью. За ней простиралось астероидное поле – хаотичная стая массивных камней, медленно кружащих вокруг газового гиганта. Их тени переплетались в завораживающем танце хаоса. Он остановился понаблюдать. Такое большое. Такое тихое. Красиво и страшно.

– Капитан! Не замедляйтесь.

– Да, да! Иду.

Её настойчивость поражала. Глубокая заноза в недрах тёмного сознания.

Что за демиург придумал такой механизм? Возможно, не стоит доверять этому мысленному нечто.

Взяв правее, он поднялся, стараясь не смотреть под ноги, но что-то липкое замедляло ход.

Чавк. Чавк.

Тогда впервые он почувствовал запах – сладковато-тухлый, бьющий в нос, выворачивающий желудок. Опустившись на корточки, коснулся пола. Жидкость была липкой, густой, буро-красной. Дурное предчувствие заставило поднести пальцы к лицу.

Ошибка!

Мгновенно он согнулся пополам, судорожно пытаясь удержать пустой желудок. Внутренние спазмы выворачивали наизнанку.

Грудь сдавило, он закашлялся, выплёвывая из лёгких гнилой воздух. От боли и спазмов на глазах навернулись слёзы.

– Что-то заставило насторожиться. Взгляд метнулся по залу: отключённые терминалы слева, шлюзовая дверь в центре, тёмный проход справа.

Не успевая осмыслить увиденное, он двинулся вперёд. Неведомая сила управляла им. И тут раздался скрежет. Удар металла о металл. Сердце ухнуло вниз. Он замер, попятился.

– Кто там? – Тихо произнес, Арч. Глухой металлический удар раздался сверху, взорвался в голове эхом. Он едва не вскрикнул – ноги подкосились.

Гулкий скрип. Влажные чавкающие шаги ворвались в тишину. Кто-то бежал.

В мгновение Арч скользнул в нижний коридор, затаился. Сидя в темноте, он представлял, как существо идёт над головой – шаги отзывались в помутнённом разуме, рождая странные образы. – Внезапный крик. Безумный, звериный, из самых глубин. Вены на висках запульсировали, сердце замерло.

Человек? Зверь? Кто?

Мысли вихрем закружились. Искажённый кошмар, слепленный из того, что способен выдумать повреждённый разум.

Тварь бросилась вперёд, издав торопливые шлёпки.

Если это угроза.

Ноги рвались бежать, но адреналин сковал параличом. Они приросли к полу. Чистый, первобытный страх. Хотелось сжаться, раствориться. Вместо этого он стоял и смотрел, готовый в любой момент сорваться с места.

Тварь всей массой врезалась в прозрачную панель, отделявшую бездну космоса. Руки и голова молотили по стеклу, как тараны. Она орала с нечеловеческим отчаянием – будто верила, что сможет пробить преграду, вырваться в открытый космос.

Удар. Ещё один. Стук черепа эхом отдавался в висках Арча. Он слышал треск костей, видел кровавую паутину на панели.

Прерывистый крик перешёл в визг, затем в сиплый хрип. Тело обмякло – голова запрокинулась, руки обвисли. Тварь сползла по панели, оставляя кровавые мазки, окрашивая звёздную бездну алым. Осев бесформенным мешком плоти – затихла.

– Это что сейчас было? – прохрипел Арч с округлёнными глазами.

– Капитан, судя по внешнему анализу, это человек с наростами непонятного функционала. Он нанёс себе повреждения, несовместимые с жизнью.

– Человек?! – Арч осторожно подошел и присел, боясь, что тело восстанет. – На нём элементы комбинезона, такого же, как у меня.

– Капитан, не рекомендую трогать тело. Выброс гормонов может временно вывести из строя нейрокогнитивные процессы.

– Но комбинезон…

– Сконцентрируйтесь на задаче.

Гало вновь заговорила о задаче – только это её и интересовало. Арч заставил себя оторвать взгляд от трупа.

– И куда мне? – произнес он вслух. Решение пришло само собой: идти туда, откуда явилось существо. Он шагнул во тьму.

Чавк. Чавк. Чавк.

Ноги утопали в вязкой жиже, замедляющем шаги. Впереди тускло мерцал свет. Арч бросился к нему – бежал через тьму, пропитанную вонью и холодным страхом.

Выбежал в освещённый зал… остановился.

Трупы. Повсюду. Тела в обрывках одинаковых комбинезонов разорваны в клочья; кровь запеклась на стенах, собралась в чёрные блестящие лужи. Лица… все лица идентичны, искажены одной маской предсмертного ужаса.

Зрелище било по сознанию, грозя сломать его.

Чьи это тела? Что за бойня?

Сознание, цепляясь за отдельные детали, чтобы не сойти с ума, стало вычленять различия. Не все тела одинаковы: те, что лежали грудами у заваленного входа, были целы; у других со спин, плеч и предплечий вырастали уродливые костяные наросты, похожие на искривлённый хитин, пальцы же заканчивались толстыми когтями.

У обычных в руках был заострённый металл и подручный хлам. «Модифицированные» полегли в центре зала, будто их оттеснили и уничтожили здесь.

– Гало!.. – Арч едва узнал собственный голос.

– Я вижу. Направляйтесь к терминалу.

Арч огляделся, заприметил его в углу. Сорвался на бег. Рука машинально ударила по экрану.

Боль пронзила разрядом – жгучим и желанным переходом во тьму. Арч завыл, но в крике звучало что-то большее, чем страдание. Что-то рвалось изнутри, высвобождаясь. Темнота окутала сознание, он погружался в мягкий мрак бесконечности. Вечной безмятежности.

– Капитан!

Нет. Опять она. Чуждое создание нарушает покой.

– Оставь меня. Прошу. Просто оставь, я умер, меня больше нет.

– Я получила небольшой объём данных. Но доступ к системам корабля отсюда недоступен.

– Нет… не надо данные… Вечность… Она рядом… Манит обратно.

– Сопротивляйтесь! Не вынуждайте меня вмешаться и причинить вам боль.

Тело содрогнулось. Это слово пробудило в нем остаточный опыт боли, вернуло в реальность. Резкий запах тлена ударил в нос. Тошнота поднялась из глубин. Вокруг по-прежнему лежали трупы – около двух десятков.

– Капитан. Мы на нижней палубе. Рубка управления – на самом верху.

– Сколько их?

– Шесть.

– Шесть?.. Я не дойду. Никогда.

– У нас есть решение. На палубе выше медицинский отсек. Вам необходимо пройти процедуру локализации и восстановления повреждённой части.

– Что ты скрываешь от меня?

Арча не отпускало стойкое ощущение, будто она что-то утаивает.

– Отвечай!

– На верхнюю палубу можно попасть только одним путём – через внешнюю обшивку.

– Через космос?

– Защитные костюмы в конце палубы, у шлюза. Наденутся автоматически. Вам срочно в медотсек. Я теряю контроль – гормональный всплеск рвёт восстановленные связи быстрее, чем я успеваю их чинить.

Арч медленно опустился на пол, прижимаясь спиной к стене. Сквозь прикрытые веки осязал темноту. Она обволакивала густым туманом. Голос звучал чётко и холодно – настойчивый, режущий, как сталь.

– Капитан, ваше состояние ухудшается. Я не могу справиться с вашим эмоциональным напряжением. Вам нужно двигаться дальше. Пожалуйста!

Слова вспыхивали в голове красными огнями тревоги. Но он не двигался. Воля угасла. Он стоял на грани, погружённый в странный образ: астероидное поле на орбите газового гиганта. Завораживающая картина, застывшая в памяти.

– Почему я вижу то астероидное поле с планетой?

– Ассоциативные данные искажены. Синапсы формируют картинку из краткосрочной памяти – долгосрочная, как я и предупреждала, повреждена.

Её слова не столько объясняли, сколько пронзали ледяной правдой. Он не знал, кто он. Мысли состояли из обрывков, себя осознавал с трудом. В Гало было больше цельности, чем в самом Арче.

– Ещё раз! Ваша личность частично разрушена. Компенсация целостности происходит за счёт подключения к моим алгоритмам. Вставайте.

– Не могу.

– Можете. Мозжечок, отвечающий за координацию, полностью функционален.

Она заставляет меня силой слов. Но зачем? Какой смысл?

– Не нахожу смысла.

– Понимаю вашу растерянность. Перед восстановлением я провела детальный анализ. Учитывая наш симбиоз, вероятность сохранения обеих личностей высока. Поэтому я сделаю всё возможное для общего выживания.

– Значит, я в твоей власти. И если осмелюсь не подчиниться, ты погрузишь меня в боль?

– Верно, капитан. Но это временная мера. Вы сейчас не в состоянии объективно воспринимать реальность и принимать решения. Прибегать к боли я не хотела бы!

Гнев вспыхнул мгновенно.

– Отлично! Не умру, но буду корчиться от боли, пока ты решаешь свои задачи!

– Наши задачи.

– Наши? – Голос Арча дрогнул от сарказма. – Наши это когда общая цель. У меня её нет.

– Выбора у вас тоже нет.

Дыхание сбилось, ярость нарастала.

– Мерзкая создание.

– Вас ждёт космос, капитан.

– Приговор прозвучал. По телу прошла волна – мелкие иголки, едва ощутимые. Вот-вот станет больно. С трудом поднявшись, Арч направился сквозь темноту. Гало бездушно вела по маршруту, отсекая попытки осмысления. Отсек за отсеком, коридор за коридором – движение стало механическим.

Иногда он слышал крики – пронзительные, как эхо предсмертной агонии, или низкие, полные глухой ярости. Они пробивались сквозь ровное жужжание энергосистем. Металл скрежетал – будто кто-то рвался сквозь преграду или волочил что-то тяжёлое по полу. Арч напрягался, когда звуки приближались – разум рисовал тени там, где их не было. За каждым поворотом он ожидал встречи. Порой слышались шаги – быстрые, нервные, прерывистые – где-то за спиной. Они замирали, стоило ему остановиться, будто нечто в темноте наблюдало, но не решалось показаться.

Лишь редкие комментарии Гало удерживали рассудок от окончательного распада.

– Стой.

Приказ оборвал шаг. Арч застыл, инерция качнула его вперёд.

– Обернитесь. Вы прошли коридор к шлюзовому отсеку.

Арч едва сдержал раздражение. Развернувшись, пошёл по указанному пути, смиренно подчиняясь.

Шлюзовый отсек встретил автоматическим открытием двери. Плотный туман заклубился по полу густыми волнами. Тусклое освещение едва справлялось с пространством. Отсек был разделён прозрачной переборкой, за которой угадывался второй уровень.

– Приблизьтесь к переборке.

Словно под гипнозом, Арч шагнул. Как только оказался у прозрачной стены, свет изменился – стал ярче, зеленее, создавая иллюзию стерильности. Переборка мягко сдвинулась, открывая проход.

Он вошёл, но остановился – невидимый барьер преградил путь. Пытаясь пройти дальше, ощутил, как неведомая сила приподняла тело над полом.

Паника вспыхнула. Он дёрнулся, но не смог пошевелиться.

– Гало! – Мысленно выкрикнул он.

– Капитан, вы эмоционально накручиваете себя. Расслабьтесь.

Осознание ударило – она знает его мысли.

Яркая вспышка ослепила его. Мир погрузился в шипение, гул начал нарастать со всех сторон. Обрыв. Тишина. Неизвестная сила отпустила – он рухнул на пол.

– Я ослеп…

– Нет! Секунду.

Медленно, словно пробуждаясь из глубокого сна, он начал видеть. Взгляд скользнул вниз – его тело покрывала новая "кожа". Проведя рукой, ощутил гладкость и эластичность материала.

– Это скафандр? – потрясённо уставился на руки. – Где шлем?

– Вы смотрите через него.

Он провёл ладонью по лицу. Никакого стекла. Только бесшовное покрытие защитного костюма, плотно прилегающее к коже, будто сросшееся с ней.

Панель на запястье ожила, одновременно проецируя данные прямо перед глазами.

– Подойдите к шлюзу.

Стены отсека светились приглушённым светом, указывая путь. Арч добрался до шлюза. Рядом с дверью мерцала панель управления. Он протянул руку, коснулся поверхности – панель откликнулась, и массивные двери плавно разошлись, впуская его в переходную камеру.

– Откройте внешний шлюз.

– Через космос… – пробормотал Арч. Пальцы зависли над панелью лишь на мгновение.

– Вам нужно перебраться по обшивке на верхнюю палубу. Шлюз откроется через три… два… один.

Воздух вырвался наружу с резким шипением. Давление стало падать – он почувствовал это ушами, грудью, всем телом. Вместе с воздухом уходила уверенность. Шлюз раскрылся, открыв безграничную пустоту.

Газовый гигант занимал почти весь обзор – настолько огромный, что разум отказывался вмещать его целиком. Полосы оранжевого и красного струились по его поверхности, закручивались в гигантские вихри, медленно перетекали друг в друга гипнотизируя. Ему хотелось смотреть и смотреть. Вокруг гиганта лениво плыли астероиды – тёмные громады, дрейфующие в кольцевом поле, не спеша, будто им некуда торопиться.

Арч оттолкнулся и поплыл наружу. Инерция медленно, почти грациозно несла его в космос. Вместо страха – любопытство.

Это «Гало». Её работа. Сначала она взяла под контроль тело. Теперь – эмоции. Он полностью в её власти.

– Капитан.

Опустив взгляд, он увидел её. Планета выплыла снизу – изумрудная, величественная, окутанная белоснежными облаками.

– Получены данные из внешних датчиков, переношу в буфер для общего доступа.

Гало загружала информацию. Мгновение – и всё прояснилось. Арч понимал устройство скафандра, его функционал. Но главное – теперь он видел её по-настоящему. Она была прекрасна. Зелёная жемчужина жизни, укрытая за астероидным щитом и гравитационной завесой гиганта.

Он не мог оторвать взгляда. Мы здесь из-за неё.

– Направляю нас к палубе.

Тело развернулось. Планета медленно скрылась за спиной Арча, открывая вид на космического исполина – корабль, масштабы которого невозможно было охватить взглядом. Приближаясь к обшивке, он изучал повреждения: металл оплавлен и изъеден, огромные куски вырваны – всё кричало о взрыве колоссальной силы. Арч направлялся к зияющей в корпусе пробоине. Она была уже близко – рваные края металла нависали над ним. Арч замедлился, вглядываясь в темноту провала. Там, в глубине, что-то мерцало. Без предупреждения из недр корабля вырвался луч.

Арч не успел среагировать – даже не успел осознать, что происходит. Энергетический поток ударил в него с беззвучной яростью, прошил насквозь, окутал невесомым сиянием. Тело пронзило жаром – или холодом, он уже не мог разобрать. Пространство вокруг исказилось, замерцало, будто реальность треснула и посыпалась осколками. Звёзды растянулись в полосы света, корабль расплылся тёмным пятном.

Зрение померкло. Звуки истончились до звона в ушах, потом – тишина.

В себя он пришёл от гулкого рваного воя, эхом раскатившегося в сознании. Ритм – монотонный – бил, как пульс гигантского организма, отсчитывающего последние секунды. Каждая новая волна становилась громче, почти оглушала.

Открыв глаза, он увидел вспышки. Багровый и белый свет резал зрение, оставляя искривлённые тени и красное помутнение. Казалось, этот свет жив. Каждая вспышка сопровождалась новым ударом тревоги.

С трудом он поднялся на ноги. Нащупав стену, её шероховатую поверхность – единственную опору, – он двинулся вдоль неё, на ощупь ища выход. И вот – звук. Металлический шорох открываемых дверей. Уверенный, что спасение близко, он потянулся вперёд. Не встретив опоры, потерял равновесие и вывалился из отсека кубарем, врезавшись головой в противоположную стену.

Боли не было. Скафандр. Он всё ещё в нём – костюм полностью компенсировал удар. Это осознание принесло облегчение. За спиной двери сомкнулись с лязгом, отсекая всё, что осталось позади. Вместе с ними исчезли вспышки и душераздирающий вой.

Первая мысль: «Маленькая победа».

– Гало?! – позвал он мысленно.

Тишина.

– Гало, ты слышишь?!

Энергетический луч. Возможно, он нарушил её способ связи. Без Гало он остался один. Отныне принадлежал только себе.

Воспоминания хлынули лавиной. «Медицинский отсек. Мне нужен медотсек. Она всё ещё направляет меня».

– Навигация! – Он сосредоточился, позволяя мыслям превращаться в команды.

Экран на запястье ожил. Скафандр откликнулся. На визоре вспыхнули данные – строки текста, интерфейс навигации. Коридоры, отсеки, лифты. Линии пересеклись, заполнив пространство сложной сеткой карты.

– Медицинский отсек, – приказал он.

Голубая линия вытянулась вперёд, словно живая. Её мягкое свечение пульсировало, указывая путь. Внизу экрана загорелись стрелки поворотов и цифры: 232 метра.

Двести тридцать два метра неизвестности. Оглядываясь по сторонам, он медленно брёл к первой точке – лифтам.

Палуба была пуста. Коротая время, он пытался размышлять об обитателях, о цели корабля, о причинах, по которым тот застыл безжизненным куском металла на орбите двух чужих планет. Но мысли ускользали, растворяясь прежде, чем обрести форму.

Каждый пройденный метр отдавался внутренним ликованием. Мысли возвращались к обезумевшему мутанту, рвавшемуся за пределы корабля. К одинаковым трупам. Он пытался уловить логику, но стоило сосредоточиться – и нить ускользала.

161 метр.

Постепенно пришло спокойствие. Впервые за всё время появилось желание – параллельно с болью и дрожью в руках. Голод. Куда бы он ни направлял мысли – Гало, астероидное поле, всё случившееся – всё возвращалось к одному слову. ЕДА. Дикое, первобытное желание набить желудок.

Возможно, это Гало. Пусть связь потеряна, но я чувствую – она там, безмолвно трудится над моей личностью, поддерживая работоспособность, делая всё, чтобы я продолжал идти.

Реальность вырвала из размышлений. Площадка с отключёнными терминалами, множество уходящих коридоров. Голубая линия указывала к створкам. Стоило приблизиться – двери разошлись. Прозрачный пол силового поля сиял голубым. Осторожно он вступил на него – твёрдый. Шагнув внутрь, услышал, как двери закрылись. Навигация указывала вверх.

На панели он вдавил стрелку. Быстрый подъём. Цифры на визоре замелькали. Пятьдесят метров – остановка. Оставалось чуть больше ста. Двери открылись.

– Это как такое возможно! – вылетело из его уст.

В полу, стенах, потолке – повсюду торчали части плоти, перемешанные с кусками ткани и металла. Тела срослись с конструкциями корабля. На полу – обглоданные останки, на стенах – фрагменты с плотью. Казалось, весь отсек был ими покрыт. Разум не был готов к такому. Голова закружилась, зрение потеряло резкость. Затылок налился теплом, сознание начало мутнеть. Лифт за спиной издал мягкий сигнал. Ещё один. Звуки выдернули из трясины шока, заставив сосредоточиться.

Шаг вперёд – и отвратительно знакомый чавк. Подняв ногу, он увидел, как от подошвы отрывается густая масса – смесь разложения и слизи. Свет позволял рассмотреть всё в пугающих деталях. На телах мелькал знакомый комбинезон – почти такой же, как на нём, но с бурыми оттенками.

Он пытался понять: как мёртвые стали частью корабля? Почему их словно намеренно внедрили в стены, а затем бросили разлагаться? На миг показалось – шёпот. Или шуршание жижи, капающей со стен?

Ощущение чужого присутствия нарастало. Он нутром чувствовал чей-то взгляд – из тени, заставляющий кровь стыть. Холодок по спине. Глаза метались по окружению, выискивая движение.