Я здесь

Вадим Корниенко

Я здесь

Глава 1. Жизнь на автопилоте

Бывает, человек просыпается утром, идёт в ванную, делает кофе, смотрит на экран телефона, одевается, выходит из дома – и не помнит ни одного момента. Всё сделано, всё привычно, всё вроде бы правильно. Но ощущение такое, будто внутри пусто. Будто что-то важное прошло мимо внимания. Будто сам человек не присутствовал в собственной жизни.

Это состояние сложно заметить сразу. Оно подкрадывается незаметно, превращается в норму. Мы живём, не чувствуя. Мы действуем, не осознавая. Мы существуем, но не находим смысла. Автопилот включается ради выживания, экономии сил, защиты от лишних переживаний. А потом – становится основной программой.

Кажется, что мы просто идём по течению: работа, заботы, рутинные обязанности, цели, которые надо реализовывать. Всё движется вперёд, но контакт с реальностью будто разорван. Есть ощущение, что жизнь происходит сама собой, а мы лишь бегущие рядом наблюдатели.

И однажды появляется странное, пугающее чувство: а где в этом всём я?

Чем больше скоростей в жизни, тем меньше мы замечаем. В современном мире присутствие стало редкой роскошью. Мы привыкли спешить, решать, достигать, сравнивать, прокрастинировать, прокручивать ленту новостей, погружаться в мысли или тревоги.

И всё это – разные формы отсутствия.

Мы словно заключаем союз с диссоциацией – способностью отключаться от опыта, который кажется слишком нагружающим или скучным. И чем дальше мы от себя, тем труднее возвращаться.

Существует несколько основных причин, почему мы перестаём быть в настоящем:

Мозг стремится к экономии энергии

Последовательность привычных действий – это минимальные затраты. Привычка думать и переживать меньше всегда кажется выгоднее.

Эмоциональное избегание

Иногда проще «не чувствовать», чем выдерживать острую или неприятную реальность. Автопилот защищает от боли – но вместе с ней блокирует радость.

Стресс и выгорание

Когда ресурсов мало, организм отключает всё, что не нужно для выживания: творческое внимание, интерес, тонкую чувствительность.

Информационный шум

Мы перегружены данными, мнениями, ожиданиями. Здесь нет места тихому присутствию – мозг работает в режиме постоянной обработки.

Затянутое планирование и тревога о будущем

Мы настолько поглощены тем, что ещё не произошло, что пропускаем то, что есть прямо сейчас.

Пережевывание прошлого

Мы мысленно переписываем свои ошибки, проигрываем сцены, которые уже завершились. Жизнь превращается в зацикленную пленку.

И чем дольше мы живём в этих стратегиях, тем сильнее теряем контакт с собой и моментом.

Мы перестаём замечать запах утреннего воздуха. Пропускаем вкус еды. Не слышим, как звучит собственный смех. Не чувствуем прикосновения близкого человека. Не замечаем, что тело давно посылает сигнал: «Стоп, мне тяжело».

Мы теряем способность удивляться. Утрачиваем радость. Жизнь превращается в функцию.

Парадокс в том, что автопилот – это не ошибка. Это адаптационный механизм, позволяющий человеку идти вперёд даже тогда, когда сил жить нет. Мы включаем его, когда больно, страшно, невыносимо. Когда слишком много всего происходит внутри и снаружи.

Автопилот – это как внутренний охранник, который говорит:

«Слишком сложно. Давай я возьму управление на себя».

Он спасает нас, но если оставлять управление ему слишком надолго – мы теряем свободу. Мы перестаём выбирать. Мы перестаём быть авторами собственной жизни.

Снаружи всё выглядит нормально: работа, семья, стабильность, планы.

Но опыт внутри меняется. Возникает ощущение:

– будто не я сделал этот выбор;

– будто мои дни ничем не отличаются друг от друга;

– будто реальность стала серой и пустой;

– будто время идёт быстро, а жизнь – мимо.

Человек выполняет сценарии, но сам сценарий перестаёт принадлежать ему.

И тогда появляются первые тихие сигналы пробуждения:

• желание остановиться – хотя бы на минуту

• раздражение от бесконечной гонки

• тоска без причины

• слёзы, которые подступают, когда остаёшься один

• чувство, что «всё неправильно», но непонятно что именно

• мечта о паузе, о дыхании, о покое

• вопрос: «Где я? Что со мной происходит?»

Это не слабость. Это голос живой части нас, которая ещё не исчезла под слоями обязательств, страха и привычки.

Этот голос знает: мы созданы не только для выполнения задач.

Мы созданы для присутствия.

И в какой-то момент мысль становится почти криком:

«Я хочу чувствовать свою жизнь».

Возвращение начинается не с героических решений, не с перемен внешних обстоятельств, не с идеального плана. Оно начинается с простого признания:

Я потерял связь с собой.

Я хочу её вернуть.

Это признание – уже первый шаг в сторону настоящего. Мягкий, осторожный, но важный.

Ведь жизнь – это не итог достижений. Не пункт назначения. Не галочки в списке.

Жизнь – это то, что происходит прямо сейчас, пока мы читаем эти строки, пока мы дышим, пока тело живёт.

Иногда достаточно просто остановиться и заметить себя в моменте, чтобы почувствовать:

Я здесь.

Я жив.

Я – есть.

И только осознав своё отсутствие, мы можем начать путь к возвращению.

А возвращаться нам есть куда – к себе настоящему, живому, чувствующему.

К тому, кто умеет смотреть на мир широко распахнутыми глазами.

К тому, кто способен быть не просто исполнителем рутины, а участником жизни.

Этот путь начинается прямо сейчас.

Глава 2. Отчуждение от тела

Многие люди живут, словно тела у них нет. Оно где-то рядом – как инструмент для передвижения, для выполнения задач, для поддержания минимальной жизнедеятельности. Но не как часть личности. Не как живое пространство чувств, сигналов и мудрости.

Если спросить человека: «Что ты сейчас чувствуешь в теле?»

Он может растеряться: «Не знаю… ничего особенного».

Или быстро отмахнуться: «Это неважно».

А между тем тело может кричать о боли, тревоге, усталости – но этот крик давно перестали слышать.

Можно жить годами, не замечая себя физически:

как дышишь, как ступаешь на землю, насколько напряжены плечи, что происходит в животе, где застревает дыхание, что сжимается внутри от страха.

Можно носить тело как чемодан, необходимый атрибут существования.

И при этом совсем не быть с ним в контакте.

Откуда берётся эта пропасть между «я» и телом?

Почему так много людей живут «от головы», а не целиком?

Причин несколько.

Во-первых, общество воспевает рациональность.

Быть умным, эффективным, организованным – похвально.

А быть чувствительным, телесным, эмоциональным – часто стыдно.

Во-вторых, тело – хранитель всего, что пришлось пережить.

Травма, которую невозможно было переварить психикой, прячется в мышцах, связках, в привычных позах.

И чтобы не возвращаться к боли, человек отключает связь с телом целиком.

В-третьих, быстрота жизни не оставляет времени на паузы.

Задуматься о дыхании – роскошь.

Прислушаться к телу – незнакомая практика.

Но тело не перестаёт чувствовать.

Оно несёт на себе следы каждого подавленного переживания.

И чем дольше нет контакта, тем сильнее нарастает внутреннее напряжение.

Тело – умнее нас.

Оно первым реагирует на опасность, ещё до того, как мы успеваем это осознать.

Напряжённые плечи говорят: «здесь небезопасно».

Застывшая грудная клетка шепчет: «не дыши, вдруг заметят».

Живот, скрученный тревогой: «готовься, что-то случится».

Сжатые челюсти: «нельзя расслабляться».

Мы можем игнорировать эти сигналы годами. Но тело не сдаётся – оно снова и снова пытается вернуть нас к себе: болью, паническими атаками, бессонницей, тревогой без причин.

Психика может бесконечно объяснять себе, что всё нормально.

А тело будет отвечать: «нет».

Когда связь с телом потеряна, человек превращается в пленника собственной головы.

Мысли становятся единственным источником «реальности».

Тревога начинает диктовать жизнь.

Потому что тело – это якорь в настоящем.

А без якоря мы уносимся превращёнными в одни лишь мысли:

• о том, что было не так

• о том, что может случиться

• о том, что не должно произойти

Мы живём не здесь и сейчас, а там, где живёт страх.

Так формируется состояние хронической тревоги – не потому что реальной опасности много, а потому что мы перестали слышать свою опору.

Диссоциация – ещё один способ разрыва с телом.

Это не всегда что-то драматичное.

Иногда это:

– когда смотришь на себя со стороны

– когда не чувствуешь эмоций

– когда тело кажется чужим и неуправляемым

– когда проживаешь жизнь «как будто не я»

Диссоциация – это механизм, который когда-то спас.

Он защитил психику от боли, когда она была слишком велика.

Но защита превратилась в тюрьму: чтобы не чувствовать боль, человек перестаёт чувствовать вообще.

И где тогда место нежности, радости, любви, удовольствию?

Где место для ощущения жизни?

Мы часто относимся к телу как к объекту:

– улучшить

– исправить

– заставить работать

– сделать послушным

– спрятать, если «неидеально»

Но тело – это не машина и не проект.

Это дом, который мы почти разучились любить.

Дом, который ждёт:

– прикосновения

– тёплого внимания

– спокойного дыхания

– безопасного присутствия

Оно хочет, чтобы его слышали, а не только использовали.

Что будет первым шагом к возвращению?

Не тренировки.

Не планы похудеть или «исправить» фигуру.

Не дисциплина и работа над собой.

Первый шаг – заметить себя в теле.

Спросить: «Что я сейчас чувствую внутри?»

И позволить ответу прийти таким, какой он есть:

– напряжение

– страх

– слабость

– боль

– пустота

– тепло

– жизнь

Это начало диалога с собой настоящим.

Присутствие телесное – это возвращение.

Это признание: я есть.

Наше тело – это единственное пространство, в котором мы живём всю жизнь.

Оно – свидетель и участник всего, что с нами происходит.

И когда мы наконец снова оборачиваемся к нему лицом – возникает маленькое чудо:

Внутренний мир перестаёт быть чужим.

Появляется почва под ногами.

Тревога отступает, потому что есть куда вернуться – в себя.

Связь с телом – это связь с жизнью.

Она оживляет, заземляет, согревает.

Она возвращает нас туда, где находится реальность – в настоящий момент.

И тогда внутри начинает звучать тихое, но уверенное:

Я здесь.

Я чувствую.

Я живу.

Глава 3. Когда прошлое и будущее крадут настоящее

Мысли как побег от реальности.

Жизнь в ожиданиях и воспоминаниях вместо проживания момента.

Есть удивительная вещь: единственное время, в котором мы можем жить – это настоящее.

Но именно настоящее для многих становится наименее доступным.

Мы умеем жить в голове, а не в жизни:

возвращаемся к тому, что уже невозможно изменить – к ошибкам, недосказанным словам, упущенным шансам

убегаем в фантазии о будущем – иногда вдохновляющие, но чаще тревожные

строим планы, откладывая жизнь «потом»

ведём внутренние диалоги вместо настоящих

переживаем ситуации, которых ещё не произошло

Мы сидим в трамвае, идём по улице, общаемся с близкими —

а внутри в это время ведётся другая жизнь: немая, мысленная, полуотсутствующая.

Тело находится здесь, а сознание – где угодно, только не здесь.

Почему прошлое удерживает нас?

Прошлое – это знакомая территория.

Даже если там было больно, мы знаем правила той игры.

Мы знаем, чем всё закончилось.

А там, где известен исход – можно чувствовать контроль.

Иногда мы живём воспоминаниями не потому, что они прекрасны,

а потому, что они предсказуемы.

Наш мозг стремится к завершённости.

Когда в прошлом остались ситуации без ответа —

мы снова и снова возвращаемся туда:

чтобы додумать, переиграть, получить другой конец.

Так продолжается бесконечный внутренний фильм,

в котором мы стараемся спасти себя прежних.

Но эта работа обречена: в реальности концовка уже написана.

Мы можем думать, что прошлое влияет на нас напрямую.

Но на самом деле на нас влияет то, как мы его носим.

Пока внутри звучит «Почему это случилось со мной?»