Хлопоты Кощея

– Ваше Величество, ау? Коньячку или Чёрный Меч? Может вам музыку включить для поддержания эмоционального тонуса?

– Хард-рок, – очнулся Кощей. – Для взвинчивания нервов до состояния боевого безумия.

– Не нас, надеюсь, убивать собираетесь? – потянул я смартфон из кармана.

– Вас – после, – порадовал царь-батюшка. – На сладкое.

– И на том спасибо, – вздохнул я и ткнул в иконку плейлиста «Царский тяжеляк».

– Оттож, – удовлетворённо вздохнул Кощей, услышав первые аккорды «Дым над водою», откинулся на спинку кресла и потянулся за сигарой. – Гюнтер, огоньку!

– Босс, блин, – шепнул Аристофан, пока Государь раскуривал сигару, – а можно я типа того, а? Ну, слиняю конкретно? Я же тебе не нужен сейчас?

– Ты мне всегда нужен, – заявил я. – А что случилось?

– Спасибо, босс, без базара, – слегка растрогался Аристофан и почему-то смутился. – Да не, босс, там типа, блин… Ну, блин, как бы это… В натуре босс. Не по делам я типа. Ну, как бы… Надо, босс, понимаешь? Личное, блин, тьфу-тьфу!

– О, как? – поразился я. – Ты себе бесовку оторвал что ли?

– Я пойду, босс? – не ответил на мой вопрос Аристофан, но заметно смутился.

– А то! – хихикнул я. – Раз такие дела пошли… Удачи на любовном фронте!

– Да ну тебя, босс в натуре, – проворчал мой главный бес, выскальзывая из кабинета.

– Деда? – поднял я вопросительно брови, указывая на захлопнувшуюся дверь. – Ы?

– Ишо ранее хотел тебе сказать внучек, да только за всеми ентими хлопотами… – помотал огорчённо бородой Михалыч. – Втюрился наш Аристофанчик по самые рога! Как увидел енту красавицу хвостатую, так сразу пятнами красными пошёл да даже самогон расплескал, что как раз в это время ко рту подносил.

– Это уже серьёзно, – хихикнул я. – А кто такая?

– А вот тут-то и проблема, как ты любишь говорить, Федь. Бесовка из свиты того пузана, что утром к нам прибыл. Ну, родственничка Кощеюшки.

– А? – услышал своё имя царь-батюшка и очнулся от прослушивания очередного трека. – Чего говоришь, Михалыч?

– Говорю, Кощеюшка, – вдруг жалобно протянул дед, – что заболел я безмерно от постоянного восхваления тебя, любимого. От песнопений в честь тебя, Ужасно Великого, кои я с утра до вечера возношу без устали. Язык в трубочку свернулся, ручки-ножки трястись начали, а селезёнка так вообще рассыпаться стала. А лекарства-то, сам знаешь, дорогие какие сейчас… Премию бы, батюшка али просто посодействовать финансово за ради пострадавших для тебя сотрудников?

– Тьфу! – коротко пояснил царь-батюшка сложную экономическую ситуацию в государстве и меры для её стабилизации, направленные исключительно на пополнение бюджета, но никак на всяческие социальные выплаты. – Уймись, Михалыч.

– Ну, попробовать-то я мог? – пожал плечами дед и тихо добавил в сторону: – Жмот.

– Убью, – привычно отозвался Кощей.

– Тут прикольно так, Ваше Величество, – поспешно влез я, не давая разгореться скандалу, – наш Аристофан в бесовку крепко втюрился, а она, прикиньте только, в свите этого пузатого герцога состоит. Ну, кузена вашего.

– Заняться вам больше нечем? – вздохнул Кощей. – Гюнтер! Лимончика порежь. Бардак один, а не культурное обслуживание. Обо всём напоминать надо…

– У меня не десять рук, Государь, – проворчал Гюнтер, входя с подносом в кабинет. – Пока всех этих новоприбывших родственников Вашего Величества разместил…

– Много их всего? – посочувствовал я дворецкому.

– Двадцать штук, – коротко поклонился он мне и добавил со вздохом: – И все со свитами.

– И это – только начало, – проворчал Кощей. – То ли ещё будет.

– Блин, – загрустил я. – Думаете, это не всё, Ваше Величество?

– А сколько по-твоему, миров на наш похожих существует, сына? – невесело усмехнулся царь-батюшка. – Как ты их там обзываешь?.. – Он пощёлкал пальцами. – Параллельных, да?

– Да ну на фиг! – с минутку подумав, ужаснулся я. – Если придерживаться теории бесконечности параллельных миров, то у нас банально места на планете для всей вашей родни не хвати, Ваше Величество!

– Оттож, – одобрительно кивнул Кощей. – Надо заканчивать с этими твоими теориями, Федька.

– И поскорее! – закивал я. – А вы можете такое устроить? Ну, заблокировать к нам доступ?

– Ещё десяток вашей родни прибыло, – вошёл к нам Гюнтер, теперь уже неся на подносе ещё час назад заказанные мной бутерброды. – И боюсь, что это только начало.

– Действуйте, Ваше Величество! – закивал я. – У нас скоро все гостевые комнаты во Дворце закончатся! Да и вообще… На фиг они тут нужны.

– Я по постоялым дворам в городе расселяю, Фёдор Васильевич, – слегка успокоил меня Гюнтер. – Во Дворце только первых двух визитёров заселил.

– Проживание и пищевое довольствие – за счёт казны, – поморщился царь-батюшка. – В рамках разумного, разумеется, без излишеств.

– Водку и баб пусть за свой счёт заказывают, – кивнул дед.

– Вот именно, – кивнул ему Кощей.

– А я всё равно не понимаю, – задумчиво протянул я, разглядывая потолок кабинета, расписанный картой звёздного неба. Нашего звёздного неба, разумеется. Здешнюю карту царь-батюшка решил не обновлять, оставив старую для ностальгических созерцаний. – Какого их сюда в таком количестве принесло? Нет, вы объясняли, Ваше Величество, только… всё равно не понятно.

– Тут, понимаешь, Федька… – вдруг смутился Кощей. – Моя вина, признаю. Ну, должен я был такое сделать, тут без вариантов. Хочешь, не хочешь, но когда решился ты на такой шаг, то уж будь любезен, а Вселенной заяви об этом! Так положено, сына. Веками, тысячелетиями так все делали, понимаешь? Так кто я такой, чтобы древний уклад нарушать? Так что, сына, из-за всех этих предрассудков и приходиться страдать, сам понимаешь.

– Не понимаю, – замотал я головой. – Во что вы опять вляпались, Ваше Величество, а?

– Во вселенскую катаклизьму, – пояснил мне Михалыч. – Чего тут непонятного, внучек? Опять учудил Кощеюшка очередную забаву на наши головы.

– А я и не хотел, Федь! – вдруг принялся горячо, но совершенно неискренне убеждать меня Кощей. – Оно само так, честно-честно! Ну, положено так. Надо. Я же раньше даже и не задумывался о таком, но когда Мишка у нас появился, я и понял, что вот он, пришёл момент, понимаешь? Сложилось так, Федь. И звёзды и Вселенная так к нам развернулись, что другого варианта-то и нет. Надо, Федя, надо, сына…

– Та-а-ак… – протянул я. – А вот тут поподробней. Что-то мне уже страшновато стало. При чём тут наш мамонт Мишка? Надеюсь, вы его в жертву великим богам Вселенной не хотите принести? Или для того вы и свою родню позвали, чтобы вокруг костра, на котором вы бедного мамонта запекать будете, хороводы религиозные поводить? А Зорьку вы сожрать не думаете, только Мишку? Детишки вас не простят, Ваше Величество. На ком же они на переменках кататься будут? Да и еженедельные бега, организованные Сократом от города до Хопра… Весь букмекерский бизнес порушите в городе а это – налоги в казну, Ваше Величество. Да и вообще… Жалко мамонта, я к нему привык, сдружился…

– Кхм! – смущённо откашлялся Кощей и отвёл глаза в сторону, даже не погрозив мне Чёрным Мечом за, пусть и конструктивную, но всё же критику.

– Федя, внучек, – как-то тоже очень смущённо протянул Михалыч. – Сдаётся мне, что Кощеюшка вовсе не о наших мамонтах речь ведёт…

– Слава богам, – удовлетворённо кивнул я. – Мамонты у нас классные! Жалко будет, если вдруг… Э-э-э… А о каком тогда Мишке речь? Ваше Величество!!!

– Да не ори ты так, Федька, – поморщился Кощей. – Всех духов на три коридора вокруг своими воплями распугал…

– Объяснитесь! – затребовал я, вдруг ощутив, что меня начинает немного потрясывать. – Вы же не про моего Мишку?!

– Нервный ты какой, сына, – неодобрительно покачал головой Кощей. – На воды тебе надо в Баден-Баден, например.

– Коньячку, внучек? – протянул мне наполненный до верха стакан Михалыч.

– Деда! – заорал я, впадая в состояние паники. – Ваше, блин, Величество?! Ну что за дела, а?!

***

– Ну что ты так орёшь, сына? – поморщился Кощей. – Аж ухи закладывает, а коньяк в стаканах киснет.

– Попрошу Иван Иваныча, директора магической школы, бомбу атомную из моего мира стянуть, – мрачно пообещал я, – и взорву на хрен весь Дворец со всем содержимым. Уж хватит заряда, даже не беспокойтесь, Ваше Величество.

– Объясни ты ему уж, Кощеюшка, – вздохнул Михалыч. – Не отстанет же, да ишо и какую глупость затеет…

– Так ты в курсе, деда? – сурово уточнил я. – Тогда ты тоже из Дворца никуда не уходи, когда я тут на фиг всё разносить буду, понял? Не, ну что за дела, Ваше Величество?! Объясните, блин, немедленно, что вы там с моим сыном затеваете! А то я всё Варе расскажу!

– Ну, что ты ещё баб сюда… Свою Варвару Никифоровну впутывать собираешься? – заторопился Кощей. – Мало ей забот и без твоих выдуманных проблем?

– Сейчас её сюда позову, – пригрозил я. – Сами ей всё про моего Мишку и объясните.

– Вот ты, Федька… – устало вздохнул Кощей. – Ну, получилось так, понимаешь? Надо так, сына.

– Не понимаю, – заявил я и демонстративно взялся за головку булавки-говорушки. – Варюша? Ау? Не отвлекаю, солнышко?

– Да тише ты, Федька! – всполошился царь-батюшка. – Ну чего ты, а? Сейчас всё тебе расскажу, не переживай. Решим вопрос по-нашему, по-мужски. Зачем нам баб в это дело втягивать? Мало что ли и так хлопот…

– Просто хотел узнать, как у тебя дела, – сказал я супруге по булавочной связи, сверля Кощея взглядом. – Не замучили тебя в школе? Как день идёт? Ага… Угу… Ну, хорошо, солнышко, до вечера. Целую.

– Так и быть, Федька, – успокоился царь-батюшка, когда я закончил разговор и, откинувшись на спинку кресла, вздохнул. – Не всё тут так просто, сына. Надо кое-какие традиции соблюсти.

– И как это относится к моему сыну? – конкретизировал я.

– Ну, как? Наследник же он мой, сына. Вот и объявил я его официально Кощеем и всех делов.

– А?

– Бэ, – остроумно ответил Кощей-батюшка. – Надо же мне наследника моих Силы и дела назначить? Так кого же мне в преемники назначать? Не тебя же, Федька?

– А я чем вам не угодил? – вдруг насупился я. Мне оно и не надо, честно говоря, но всё равно как-то обидно немного.

– Слабак ты, Федька, – горестно вздохнул Кощей. – Готовил я тебя, готовил на пост моего приемника, но не тянешь ты, сына. Никак не тянешь на чин Кощея.

– И слава всем богам! – содрогнулся я. – Ещё мне этого не хватало! Стоп. А мой Мишка? Тянет, что ли?

– Вот именно, – ласково улыбнулся Кощей. – И по праву, раз ты моим сыном назначен, да и по факту. Не зря же я в него столько Силы влил, даже тогда, когда он ещё в чреве твоей Варьки обитал.

– И я тоже силушкой с твоим Мишкой поделился, – скромно заметил Лиховид, высунув бороду из потолка. – Мне тоже «спасибо» сказать надо, Федька.

– Спасибо, блин, – фыркнул я. – Агромадное, блин.

– Да ладно, Федь, – засмущался древний призрак, не поняв моей иронии. – Ведь не для тебя же старалися, а на благо всего нашего государства! Хотя, да… Есть ишо силушка, мда…

– Шмат-разум, – попросил я, достав коробочку из кармана, – а перенеси-ка меня к Иван Иванычу в магическую школу. Ядерные технологии мне в помощь.

– Стой Федька! – заорал Кощей. – Ну, ты чего, а?!

– Переносить, хозяин? – донеслось нерешительное из коробки в моей руке, – али погодить?

– Секундочку, – поднёс я коробку к губам. – Что, Ваше Величество? Подобрали новые аргументы?

– Вот ты, Федька… – вздохнул Кощей. – Да взгляни же ты уже масштабно на ситуацию. Окинь её умишком своим скорбным со всех сторон.

– Поехали, – скомандовал я Шмат-разуму.

– Стой! – снова завопил Кощей.

– Бездарь и бестолочь, да, Кощеюшка? – подлизался в очередной раз Лиховид.

– Погодь, внучек, – потянул меня за рукав и Михалыч. – Сперва вникни в тему, а уж потом и круши ты на хрен всё наше царство-государство.

– Они охренели, деда? – повернулся я к Михалычу. – Моего сынулю в свои государственно-магические заморочки втягивать?! Ну что за дела, а?

– Ты, Федька, того… – забурчал Кощей. – Не борзей, а? Ну ты чего? Я для себя стараюсь что ли? Эх…

– Да, блин, – вздохнул я. – Мне кто-нибудь объяснит, что происходит? Или мне пора Шмат-разум активировать?

– В одну секундочку объясню, – засуетился царь-батюшка. – Гюнтер! Тащи коньяк и лимончик! Да бутербродов два подноса Статс-секретарю нарежь!

– Чаю, – скорректировал я. – А бутерброды с ветчиной и осетриной. Два. Каждого. Объясните нормально, а, Ваше Величество?

– Да тут всё просто, Федька, – опрокинул стакан Кощей. – Идёт туча грозная на нас! Туча тёмная, суровая… Ну, что ты морду воротишь? Что тебе не так? Красоты момента ты не чувствуешь, сына, трагизма и драматизма ситуации не понимаешь….

– Убью я вас, Ваше Величество, – вздохнул я. – Вынужденно, увы, убью. Потом плакать и страдать буду, переживать немерено, но убью за ради мирового спокойствия и вселенской гармонии.

– Поясни, сына, – затребовал Кощей, наморщив лоб.

– А, не буду! – с ехидцей ответил я. – Вот, как понимаете, так и получите!

– А и убивай, – вдруг согласился царь-батюшка. – Вот тебе меч, сына, руби! Только сперва задумайся, а кто потом государством нашим править станет после эдакого подлого узурпаторства?

– Ы? – поморгал я. – Вы на что это намекаете, Ваше Величество?

– Бестолочь, – вздохнул Михалыч. – Учишь тебя, учишь…

– В цари опять захотел, Федька? – ухмыльнулся Кощей. – Убьёшь, значится, законного Императора, да сам править вместо него будешь?

– Вот же блин, – загрустил я. – Живите, Ваше Величество. Не хочу я больше трон вместо вас занимать.

– Бестолочь, – повторил за дедом Кощей. – Сути никак не понимает, только своей ежеминутной выгодой и живёт.

– Лентяй, просто, – пояснил ему Михалыч. – Не о перспективах думает, а о своём диванчике.

– Да ну вас… – надулся я. – Накинулись…

– Федя, внучек, – вздохнул дед. – Не хочешь ты править за Кощеюшку, так это уже все давно поняли. Но не бывает так, чтобы государство без царя осталось, понимаешь?

– Да это я давно понял, – фыркнул я. – Только царствовать я больше не буду, ясно? Надоело! Вон, царь-батюшка пару тыщ лет сам справлялся, так пусть и дальше на троне сам парится хоть ещё десять тысяч лет, в чём проблема?

– Лентяй, бездельник и лодырь, – припечатал Кощей, явно листавший недавно словарь синонимов на компе. – И как я тебе пост Статс-секретаря доверил, ума не приложу?

– А и увольняйте, – пожал я плечами. – Заберу компьютер, диванчик и к царю Радику в Путятич новую Канцелярию организовать отправлюсь. Ещё деда возьму, Аристофана с Калымдаем, Машу, Иван Палыча с кухней и Дизеля. И Ивана Битюга с собой переманю. И театр перенесу. И парк. Завязывайте, Ваше Величество, а?

Царь-батюшка вдруг приподнялся с кресла, протянул ко мне руку и отвесил отеческий подзатыльник:

– Успокойся, Федька. Учишь тебя, учишь… Ты, сына, перспектив не видишь, думаешь только сегодняшним днём и своим диванчиком. Съешь бутерброд, уйми свою лень и подумай хоть немного. Я, сына, тоже не вечный, как не жаль. Когда-то и мне уйти придётся, а трон свой, Государство, я на кого оставлю, а? Вот то-то. Ты не трясись, сына, не падай в обморок, я не про сегодняшний день говорю, а про перспективу.

– И на том спасибо, – проворчал я. – Это вы о чём, Ваше Величество?

– Увольняй меня, Кощеюшка, – вздохнул Михалыч. – Сколько лет я ентого паршивца уму-разуму учил… Сколько и так моих истрёпанных нервов на него потратил… Сколько оладиков углеводных для мозгов его напёк… А толку – ноль.

– Да ну вас… – поднялся я. – Не хотите мне, тупому, нормально объяснить, ну и сидите тут, наслаждайтесь своей гениальностью. А я спать пойду. А завтра всей семьёй начну готовиться к переезду в Путятич.

– Ну, вот как с ним разговаривать, Михалыч? – вздохнул Кощей. – Объясняешь, разжёвываешь всё, а он…

– Давай я, Кощеюшка? – предложил дед и кивнул мне: – Сядь, внучек, утихни и слушай.

***

– Ну, давай, деда, – хмыкнул я и заорал: – Гюнтер! Чаю и бутерброд!

– Два, – поправил меня дворецкий, заглянув в кабинет. – Два бутерброда, Ваше Высочество. А то я вас не знаю.

– Сам подумай, внучек, – начал свою лекцию Михалыч, когда я впился в бутерброд с ветчиной, – ведь нельзя же Государству без царя, так? Вот. А Кощеюшка наш без устали аж пару тыщ лет пашет на ентой должности. Без устали, понимаешь?

– Вы на отпуск намекаете, Ваше Величество? – взглянул я на Кощея. – Недельку-две не больше, надеюсь? У меня и без этого вашего царствования дел столько…

– Дурень, – вздохнул Кощей. – Жрякай свой бутерброд и слушай Михалыча.

– Внучек… – вздохнул и дед и повторил за Кощеем: – Дурень. И не криви рожу, Федька и не обижайся. Тебе, бестолочи, уже который раз твердят, что вопрос тут не ежеминутный, а глобальных перспектив касающийся, как бы сказал твой любимый Ентштейн.

– Ты мне ещё про квантовую физику загни, деда, – хмыкнул я. – А будете обзываться, так я вообще уйду.

– Ты ему попроще, Михалыч, – предложил Кощей. – На бытовом уровне, так сказать.

– А и то, – согласился дед и зашёл с другой стороны. – Феденька, внучек, диванчик со сгущёнкой, енто же хорошо, да?

– А то! – тут же среагировал я. – Я пойду? Полежу немного, а там и за дела примусь…

– Блин! – грохнул кулаками о столешницу Кощей. – Федька! Сынуля мой расчудесный! Ты пойми, что не вечный я! В том смысле, что вечно править государством я не буду!

– Ага, конечно, – хихикнул я. – А кто же тогда будет?

– Вот и добрались до сути вопроса, – вздохнул дед. – На самом-то деле, Феденька, Кощеюшка он вечный. Жить будет так долго, что мы и мечтать о таком не можем. Но…

– Но? – нахмурился я, не понимая, к чему ведёт Михалыч.

– Но править всю енту вечность государством он точно не будет, – припечатал дед.

– В смысле? – удивился я. – А кто же ещё, как не царь-батюшка?.. И на меня даже не смотрите, понятно?!

– Чаю, Фёдор Васильевич? – предложил вошедший Гюнтер, но тут же повернулся к Кощею: – Дозвольте я, Государь? Спасибо. Понимаете, Фёдор Васильевич, когда-нибудь наш Государь уйдёт на заслуженный отдых. И это даже не обсуждается, просто примите как факт. Я не говорю о том, что Государь наш в сече славной погибнет или ещё какие неприятности его одолеют, нет, просто почувствует он, что пора передать трон преемнику, вот и устранится самопроизвольно.

– А приемник тут я, – тяжело вздохнул я.

– Да хрен тебе с редькой в ухо, Федька, – хмыкнул Михалыч. – Радуйся, внучек, не тебе страной править.

– Слабак, – подтвердил царь-батюшка.

– Да? – с лёгкой обидой и удивлением протянул я. – А кому же столь высокий пост вы решили… Моему Мишке?!

– Да не ори ты так, сына, – поморщился Кощей. – Мишке, конечно, кому же ещё.

– Пояснять надо или так всё понятно? – показал я левой рукой фигу царю-батюшке, а правой Михалычу. – Моего сынулю в Кощеи?! Фиг!

– Ну, а кого ещё? – вздохнул Михалыч.

– Как бы тут фиги Императору не крутил, как бы на казнь не нарывался, – согласился с дедом Кощей, – а другой альтернативы у нас нет.

– Ну, Кощеюшка… – полез дед пятернёй в затылок, – Ежели за Федьку взяться хорошенько, обучить его колдунству, дисциплине на государственном уровне, преподать азы экономики, внешней и внутренней политики… – Он с прищуром внимательно посмотрел на меня и махнул рукой. – Хотя, да, прав ты, батюшка, не получится из Федьки царь, как ни старайся.

– Вот спасибо, деда, – обиделся я. Не то чтобы я сильно в цари-императоры рвался, но слышать такие совершенно необоснованные инсинуации про себя было действительно обидно.