Прогульщик

– КЛАСС, ПОСТРОИТЬСЯ!

Физрук устроил настоящую церемонию знакомства со мной, заставив всю шеренгу по очереди представляться.

– Теперь твоя очередь, новенький! – радушно обратился ко мне Дмитрий Палыч – высокий подтянутый мужик в красном спортивном костюме.

– Леднев Максим.

– Леднев?

Ну начинается…

– Леднева, а ты чего молчишь?

– Леднева, это твой родственник?

– Роз?!

Я посмотрел в конец шеренги, пересекаясь взглядом с «родственницей». Тезка разглядывала меня с таким угрюмым видом, будто я бандит, отнявший у нее домашнее задание.

– Что-то не припомню его в нашей родословной, – произнесла она, иронично вскинув бровь.

Смешно. Почти.

– Спасибо, хоть в одно время живем! – негромко заметил я, переводя взгляд на хихикающую Лану.

– Класс, разговорчики! Присоединяйтесь к шеренге, господин Леднев. Сначала разминка! Потом «вышибалы»! – отрапортовал Дмитрий Палыч.

Вышибалы? Черт. Последний раз я играл в них классе в третьем…

Нетрудно догадаться, что физра была моим любимым школьным предметом, однако сегодня что-то пошло не так. Вернее, все.

Команды, на которые нас поделили, состояли из девчонок и пацанов. Половина парней еле волочили ноги, а большинство одноклассниц отсиживались на скамейке. Одна моя однофамилица Леднева выкладывалась по максимуму, будто от этой победы зависела вся ее жизнь.

Волевых качеств у букашки не отнять, однако, несмотря на все ее старания, выходило из рук вон плохо. Для того чтобы иметь успехи в спорте недостаточно просто натянуть спортивный костюм и мешаться у всех под ногами. Хотя при правильном подходе к тренировкам я бы и из этой неумехи сделал чемпионку.

Отправив мяч в конец зала, я выбил сразу двух доходяг и подмигнул в ответ на широкую улыбку Ланы. В этот миг в лучших традициях тупых ситкомов мне прилетело мячом по голове.

– Я выбила!!! – за моей спиной раздался победоносный клич моей несостоявшейся родственницы.

Обернувшись, я увидел, как Леднева пританцовывает в объятиях долговязого кучерявого парня, похоже, того самого Игорька, словившего птицу «обломинго».

Встретившись со мной взглядом, Роза пробурчала что-то вроде «извини», хотя было очевидно, что она весьма довольна собой – все-таки выбила одного из немногих активных участников этого околоспортивного фарса.

Испытывая нарастающее раздражение, я упал на лавку, где ко мне подсела Лана.

– Новая школа, в выпускном классе… Как настрой?

– С каждой секундой все лучше. – Я удержал ее игривый взгляд.

Лана рассмеялась, а я растирал пальцами щетину, внимательно ее рассматривая.

В целом, Лана Латыпова была ничего. Такая вся «в глазах огонь, на сердце лед». Жгучая брюнетка, слегка раскосые глазки как у лисы, а еще губы… Нет, не губы, губищи!

– А выглядишь таким загруженным, – на удивление, Лана быстро меня раскусила.

Неопределенно пожав плечами, я посмотрел в конец зала, словив любопытный взгляд Лены Трофимовой, той самой подружки Ледневой. Засмущавшись, Трофимова присела на корточки, делая вид, что завязывает шнурки.

– Если ищешь компанию для депрессивного времяпрепровождения – скучные разговоры, мрачное чаепитие, прогулки в неблагоприятных погодных условиях, – знай, ты всегда можешь на меня рассчитывать, – доверительно шепнула Лана.

Я ухмыльнулся.

– Теперь буду знать, кому отсыпать своих депрессантов в случае чего.

Лана открыла рот, вероятно, чтобы промурлыкать какую-нибудь очередную бессмысленную фигню, однако в этот момент физрук объявил новый раунд игры.

На этот раз я счел своим долгом первым делом избавиться от букашки. Перехватив мяч, я прицелился и точным броском попал в яблочко – Ледневой по пятой точке. С визгом умирающей чайки Роза одарила меня взглядом, расшифровывающимся как «хоть мне и все равно, но я запомню».

– Дмитрий Павлович, это ведь было вне игры?! – чуть ли не слезно обратилась она к учителю.

Ухмыльнувшись, я наблюдал за целой гаммой эмоций, сменяющихся на ее бледном лице. Надо же, какая цаца… Выбили ее!

– Розалия, на скамейку! – улыбнулся физрук.

С гордо поднятой головой букашка удалилась с площадки.

Тем временем основное противостояние развернулось между мной с Дроном и Олейником, играющим за противоположную команду. Даже имея весомое преимущество, я не испытывал куража, так как этот испанский стыд и игрой-то назвать было нельзя. Так, разминка.

– Ай-й! – тряхнула белокурой головкой Лена, когда я коснулся мячом ее обнаженного живота.

– От гепарда еще никто не убегал! – Я подмигнул, провожая девчонку прицельным взглядом.

– Минус Трофимова! – Одобрительно кивнул Дмитрий Палыч.

– Латыпова, ты че еле телепаешься? Представь, что у противоположной стены стоит голый мужик! – выкрикнул Лане рыжий парень из ее команды.

Закатив глаза, Латыпова показала однокласснику средний палец и взвизгнула, когда ее выбил Андрюха.

Раздался свисток.

– Класс, я отлучусь минут на десять. Олейник, ты за главного! – распорядился учитель.

Оперившись аки индийский тотемный петух, кучерявый дал отмашку продолжать игру. Я понесся за мячом, да так разогнался… Не рассчитав размер небольшого спортзала, врезался в кого-то и приземлился вместе с ним на пол. Парень скорчился от боли, хватаясь за лодыжку.

А что-то типа хеппи-энда планируется?

Так и хотелось уточнить у того, кто подкидывал в мою жизнь все эти нескончаемые идиотские происшествия.

– Сорри… – буркнул я, присаживаясь рядом с худым долговязым одноклассником, засаленные волосы которого были собраны в хвост.

– Македонский, хватит симулировать! – выкрикнула со скамейки Лана.

– Митя, ты как? – А это засуетилась вокруг пострадавшего Леднева.

Митя. Македонский. Ну, кино!

Тезка знаменитого полководца оттолкнул мою руку, жалобно вздохнув.

– Ной не ныл, и ты не ной, – не глядя на одноклассника, я прощупал пальцами место ушиба. – Так больно? – Все-таки годы в профессиональном спорте не прошли для меня даром. – Здесь?

– Вроде нет…

– А если ты сделаешь хуже? – не унималась маленькая диктаторша по фамилии Леднева. – Лучше пригласить медсестру!

Повернув голову, я столкнулся с цепким взглядом ее карих глаз.

– У тебя синдром вахтерши, что ли? – тихо спросил.

Леднева вопросительно изогнула бровь.

– Суешь нос не в свои дела, – раздраженно пояснил я.

Вокруг послышались смешки. Особенно громко смеялась Лана Латыпова.

– Новенький, не нарывайся! – вступился за подружку Олейник.

Во избежание конфликта, который, учитывая мой не самый простой характер, мог перерасти в драку, я сделал над собой усилие и проигнорировал его выпад.

Поднявшись, я протянул Македонскому руку. О чудо! Этот мамкин симулянт, кряхтя, выпрямился. А Роза смерила меня ледяным взглядом, вероятно, мысленно убивая при помощи самых изощренных пыток.

Прозвеневший звонок положил конец этим нелепым «веселым стартам».

На этот раз я оказался в верной раздевалке, где меня сразу обступили новые одноклассники во главе с Олейником.

– Если будут какие-то проблемы, обращайся, – подбоченившись, с видом пахана заявил он.

Как же я жил без тебя раньше, Игорек?

Так и хотелось поклониться кучерявому в ножки, однако вместо этого, хмыкнув, я проигнорировал его барское предложение.

– Кстати, неплохая скорость. Ты спортсмен, что ли?

– Ага. Спортсмен. По скоростному поеданию еды, – я стянул с себя футболку и бросил ее в сумку.

– Макс, ты лучше не дерзи, – с кривой ухмылкой Олейник смерил меня предупреждающим взглядом. Его дружки с двух сторон обступили своего предводителя.

Ферзи недоделанные.

Держу пари, Олейник ни разу не махал кулаками в настоящей драке. Только запугивать и мог, имея за спиной двух тупоголовых амбалов. Я так и не запомнил их имен.

– Какой же я дерзкий? Я скромный. – Похрустел костяшками, выдерживая его взгляд исподлобья, красноречиво намекающий, что я хожу по лезвию.

Для устрашения Игорь упер руки в бока. Мужи-и-ик. Если бы он жил в девяностые, его банда бы крышевала только бабушек с карамельными петушками.

– Вот и помалкивай, скромный. И Розке моей предъяв больше не кидай.

– Сдалась мне твоя Розка.

Я отвернулся. Кулаки чесались, не терпелось снять зуд о его самодовольную рожу или прилюдно отпинать, чтоб уж наверняка. Так бы и поступил, если бы не стоял на профилактическом учете.

Олейник с дружками занял дальние, подозреваю, «блатные» шкафчики. Пока я переодевался, краем уха услышал часть их пустого трепа.

– Вы ведь с Ледневой уже не только за ручку держитесь? Ну-ка колись! – заискивающие смешки.

– А ты как думаешь? – хмыкнул кучерявый, обращаясь к невидимому собеседнику.

– Ну, все лицезрели ваше совместное пробуждение… – добавил кто-то.

– Стало быть, летом вы времени зря не теряли? – И снова этот дебильный смех, будто разговор ведут пятилетки.

– У нас все по-взрослому! – довольно резко подтвердил Олейник. – Только языками не чешите. Роза не любит, когда я обсуждаю личные темы.

– Не вопрос!

– Могила.

– Красава, Игорь!

– Сорвал-таки цветочек.

– Ха-ха…

В голосах этих недоразвитых появилось уважение.

Так сорвал или все-таки соврал?

Я вдруг припомнил разговор двух подружек, подслушанный двумя часами ранее, отметив, что показания Розы и Игоря ни черта не совпадают. Почему-то я не сомневался, кто из них врет…

Парень букашки по всем пунктам оказался офигительным клиническим чмошником.

Развязным голосом Олейник выдал какую-то скабрезную бессмыслицу насчет «взрослого» статуса их отношений, и спустя миг раздевалка взорвалась тупым лающим смехом. Прям животы порвать можно…

Обратив внимание, что парни переодеваются в однотипные темно-красные брюки с пиджаками и завязывают галстуки в тон, мне вспомнились слова директрисы:

– В школе «Триумф» введена строгая форма.

А я забыл ее заказать. Поэтому натянул спортивную толстовку на голое тело.

POV Роза Леднева

Физкультура подошла к концу, и мы с Леной в числе последних зашли в переполненную раздевалку, где главной темой обсуждения, разумеется, был новенький. Как по мне, крайне неприятный тип. Жаль, он мой однофамилец.

Однако у большинства девчонок, ожидаемо, оказалось противоположное мнение.

Еще бы!

У моего тезки была весьма фактурная внешность – размах плеч явно больше, чем ширина наших с Ленкой шкафчиков, и рост выше среднего. Пожалуй, новенький даже выше Игоря, хотя в прошлом году он был самым высоким в классе, поэтому традиционно начинал шеренгу на физкультуре.

Увы, судя по поведению этого Леднева, мышцы добрались и до мозга, полностью его атрофировав. Новенький вел себя вызывающе и грубо, совершенно не хотелось идти с ним на сближение.

Лана Латыпова прервала поток моих размышлений, подойдя практически вплотную. Она открыла нижний шкафчик прямо под моим и начала буквально выдавливать меня своими вещами.

До чего же наглая!

– Можно поаккуратнее? – попросила я.

– Леднева, мне так удобно, и я не обязана перед тобой оправдываться! – Лана ответила явно заученной фразой, почерпнутой из какого-нибудь инфоцыганского канала очередного гуру-наставника.

Я с трудом сдержалась, чтобы не оттолкнуть ее, а после не выкинуть все тряпки на пол и не озвучить что-то в духе: «А мне удобно вот так!» Наверняка эта злопамятная специально меня провоцировала.

Вернувшись из душа, я быстро натянула форму.

– Роз, а вы с новеньким точно не родственники? – поинтересовалась Карина Насырова, поправляя серебристый кафф на ухе.

– Боже упаси, – хмыкнула я.

– Похоже, у нас в школе новый альфач! – «глубокомысленно» подметила Юля Галкина, подружка Латыповой.

Альфач! Ха. Скорее альфа с «Алиэкспресс».

– Роз, мне нужно к Панкратовой! – шепнула Лена, которая уже успела переодеться в форму. – Интересно, что нужно от меня завучу в первый учебный день? Займешь мне место на литературе? Или ты теперь везде с Игорем?

– Займу, конечно! – Я проводила стройную фигурку подруги рассеянным взглядом.

– Как думаете, этот Леднев случайно перепутал раздевалки? – внезапно спросила Галкина, когда дверь за Леной закрылась.

О чем это она?

Лана Латыпова вопросительно изогнула темную бровь.

– Скажи еще, со злым умыслом! – приправила она язвительным смешком.

– Ну мало ли. Что может понадобиться парню в женской раздевалке? Мы ведь совсем его не знаем…

С нарастающей тревогой я внимательно прислушивалась к разговору.

– Леднев… Леднев… Лицо у него такое знакомое… – Карина Насырова вытащила телефон и принялась под любопытными взглядами одноклассниц серфить в интернете. – Да, точно! Я так и знала.

– Что там?

– Кто он такой? – раздался нестройный хор взволнованных девичьих голосов.

– Он футболист! – с придыханием поведала Карина. – С огромным потенциалом. Прошлой весной я была на матче с его участием. Играл Леднев, между прочим, за молодежную команду популярного футбольного клуба! И забил два гола!

– Футболист?

– Ва-а-ау!

– Да по нему сразу видно. Спортивный такой…

– Ага. Нападающий! – со знанием дела добавила Насырова.

Я закатила глаза, выслушивая охи и вздохи. Не терпелось выяснить, что именно они имели в виду, обсуждая проникновение моего однофамильца в раздевалку.

– Девчонки-и… – голос Насыровой внезапно дрогнул. – Тут такое-е!

– Что?

– Да что там?!

– Поисковик выдал видео с участием Максима. С мая оно набрало более трехсот тысяч просмотров! Представляете? – Карина покачала головой.

– Надеюсь, он там голый? – вставила свои копейки Лана Латыпова.

– Одетый. Но это надо видеть… – Карина передала смартфон Юле Галкиной.

– Охренеть…

– Во дает!

– Ого…

Когда телефон оказался у меня в руках, я закусила губу, всматриваясь в происходящее на экране. Парень, по силуэту очень похожий на Леднева, мутузил какого-то бедолагу, совершенно себя не контролируя.

Описание под роликом гласило:

«Десятиклассник устроил драку из-за учительницы по географии!»

– Он избил парня училки? – недоверчиво уточнила Латыпова.

– Получается, что так. – Хихикнула Юля, возвращая телефон Насыровой.

После непродолжительной паузы Карина резюмировала:

– Тут больше двадцати тысяч комментариев. Пишут, что из-за этой драки Максима исключили из элитного лицея. А потом дисквалифицировали из футбольной команды.

– Психопат-красавчик! – вынесла вердикт Латыпова, загадочно улыбаясь.

– Теперь я еще сильнее сомневаюсь, что он случайно перепутал раздевалки. – Поиграла бровями Юля Галкина.

Повернув голову, я тихо обратилась к Лиле, которая все это время стояла молча, прислонившись плечом к своему шкафчику.

– О чем они говорят? Что значит «перепутал раздевалки»?

– Мы с девчонками застукали новенького здесь перед началом физры. Он сказал, что ошибся дверью.

Я нахмурилась, обдумывая полученную информацию. Мы с Трофимовой столкнулись с одноклассницами сразу после того, как вышли из женской раздевалки.

Это что же получается?..

Я шумно сглотнула, когда до меня дошло, что псих Леднев мог специально подглядывать за нами, и, что вероятнее всего, вел съемку… В том, что он был способен на такой низкий поступок, сомнений не оставалось. Перед глазами до сих пор стояло его перекошенное от ярости лицо во время жестокой драки.

Я вдруг вспомнила, о чем мы разговаривали с Леной, пока переодевались, и почувствовала, как щеки заливает непрошеный румянец. Неужели он слышал, как мы обсуждали мои отношения с Игорем? И теперь в курсе самого сокровенного…

Закончив переодеваться, я решила, что называется, разобраться по горячим следам.

Сперва я хотела попросить помощи у Игоря. Однако, представив, что подробности нашей личной жизни могут стать достоянием общественности, если окажется, что Леднев трепло, в чем я почти не сомневалась, – мгновенно отмела эту идею. Попробую сама разобраться.

На худой конец припугну извращенца отчимом, который работает в полиции. Вряд ли новенькому захочется учить уроки за решеткой…

По пути из спортивного зала я наткнулась на Андрея, благополучно сдавшего мне местонахождение Леднева. Оказалось, завуч отправила новенького за учебниками. Как удачно!

Я нашла гада в одной из дальних секций библиотеки, отметив, что вместо положенной формы – пиджака и брюк – он вырядился в спортивный костюм, наплевав на устав школы.

Приблизившись, я ткнула его указательным пальцем между лопаток.

– Эй, новенький!

Леднев обернулся, и я утонула в его зеленых глазах…

Такими яркими они мне показались в тусклом свете библиотечной люстры. Однако из недр сознания как чертик из табакерки выпрыгнула картинка жестокой драки с участием этого отлетевшего кукухой.

– Телефон! – попросила я излишне резко.

– Че? – Он растерянно вскинул бровь.

– Ты глухой? Телефон.

Он стоял в расслабленной позе, подпирая плечом заставленную книгами полку. Высокий. Мощный.

Меня окутал довольно резкий мужской запах.

– Может, тебе еще номер моей карты с ПИН-кодом продиктовать? – Леднев криво усмехнулся.

– Телефон! Быстро! Я проверю, что ты там наснимал! Я жду!

Откровенно говоря, я растерялась, оставшись с этой махиной в глубине безлюдной секции, залитой лишь тусклым светом антикварной люстры.

– Ты ничего не попутала? Бумажная корона не жмет? – голос новенького сочился сарказмом, а в глазах сквозило такое пренебрежение, будто я не стою и мизинца на его дурацкой ноге, заколачивающей голы.

Некоторое время мы стояли неподвижно в абсолютной тишине. Травили друг друга немигающими взглядами.

– Это ты что-то путаешь. Или хочешь вылететь отсюда в первый же день? – Я натянуто рассмеялась. – В нашей школе крыс не держат.

Внезапно лицо Леднева ожесточилось. Он сжал губы в тонкую линию, поигрывая желваками на щетинистых щеках.

Откровенно говоря, я сразу пожалела о сказанных сгоряча словах, но остановиться уже не могла… Это был тот случай, когда мой язык сыграл против меня, окончательно все испортив.

– Я знаю, ты за нами подглядывал в женской раздевалке. Наверняка еще и снимал, чтобы залить на какой-нибудь мерзкий сайт! Если признаешься и на моих глазах все удалишь, возможно, я не расскажу об этом инциденте директору.

– Много чести мне за тобой подглядывать. Полечись от мании величия, дура!

– Отпираешься? – прошипела я, буквально задыхаясь от возмущения.

– Ага, приходится выкручиваться. – Он оттолкнулся от стеллажа.

Удерживая меня на прицеле насмешливых зеленых глаз, Леднев медленно наступал. Я уже не сомневалась – этот извращенец пробрался в женскую раздевалку, преследуя самые низменные цели.

– Новенький, телефон!

– Так не терпится залезть в мою «Галерею»? – приблизившись, Леднев обдал мое лицо горячим вишневым дыханием.

Я демонстративно зажала нос, будто от него плохо пахнет, хотя это было не совсем так… Вернее, совсем не так. От Леднева пахло приятным мужским парфюмом.

Хмыкнув, он вытащил из внутреннего кармана толстовки айфон и с издевкой ткнул им мне в нос.

Я раздраженно выдохнула, обнаружив на нем блок.

– Новенький, тут пароль!

– Совсем простенький. Год канонизации святого Доминика папой Григорием девятым. Заодно и проверим, как ты знаешь историю.

Где-то я это слышала, но точно не на уроках истории. Возможно, какой-то прикол… Увы, я была далека от мемной культуры.

– Ты издеваешься?

– Тысяча двести тридцать четвертый год, тупица!

Идиот!

Я вбила указанные цифры, обнаружив, что Леднев не соврал. Бинго. Под тяжестью насмешливого мужского взгляда я разыскивала иконку «Галерея».

Наконец отыскав ее, я непроизвольно закусила губу… С последнего снимка мне нахально улыбался Максим Леднев собственной персоной, заключенный в объятия жгучей красотки, замотанной в одеяло. Судя по дате, фотография была сделана вчера вечером. Блин!

Мой взгляд ненароком сполз к обнаженному мускулистому животу, покрытому темной порослью волос, убегающих под резинку трусов.

– Проверила? – лениво шепнул Леднев, нависая надо мной.

– Погоди, – окаменевшими пальцами я открыла папку «Удаленные», но и там не обнаружила ничего интересного.

Подавив вздох разочарования, я в полнейшем смятении отдала новенькому телефон.

На миг кончики наших пальцев соприкоснулись, и я, поморщившись, поспешила отдернуть руку.

– Придурок и извращенец, – отчеканила я, выдерживая его прямой уничижительный взгляд.

– Зануда и девственница, – Леднев самоуверенно улыбнулся, а я чуть не задохнулась от гнева.

Псих поехавший!

И все-таки я не ошиблась на его счет. Передо мной стоял бессовестный сталкер, нарочно пробравшийся в женскую раздевалку. Мало того, что он подглядывал, так еще и подслушал личный разговор!

– Я приложу все усилия, чтобы ты вылетел отсюда быстрее, чем пробка из-под шампанского… – мой голос вибрировал от отвращения и обиды.

– Не дождешься.

Развернувшись, я на дрожащих ногах поспешила к выходу из библиотеки. Скоро начнется урок, и мне бы не помешало перевести дух…

– Роза, – внезапно прилетело в спину.

Мое имя в его исполнении прозвучало непривычно мягко и глубоко. Сама не знаю почему, но я вновь посмотрела на новенького.

В глубине души я надеялась, что он объяснится за свою идиотскую выходку, попросит прощения, и конфликт мало-помалу сойдет на нет, ведь мне совершенно не хотелось враждовать с кем-либо в выпускном классе.

Привалившись к стеллажу бедром, Леднев ухмыльнулся, смерив меня очередным уничижительным взглядом.

– У тебя там смотреть не на что!

Сгорая от унижения, я вылетела из библиотеки.

Я вернулась в класс перед началом урока, с облегчением обнаружив рядом с Леной пустое место за первой партой. Быстро разложив письменные принадлежности, я почувствовала на себе полный упреков взгляд Игоря, но умышленно не смотрела в его сторону.

Разумеется, я знала о желании Игоря везде сидеть вместе, но, откровенно говоря, за все эти годы настолько привыкла делить парту с лучшей подругой, что пока согласилась лишь на компромиссный вариант – пересесть к нему во время определенных уроков, не требующих особой концентрации.

– Что с тобой? – поинтересовалась Лена.

Ответить я не успела, потому что в этот момент вместе со звонком в класс вошел новенький в сопровождении Крутиковой. Елена Васильевна – учитель истории и по совместительству наша классная руководительница. Строгая, но с добрым сердцем и метким чувством юмора.

Первый урок истории в новом учебном году она всегда отдавала под классный час и сегодня явно не планировала нарушать традицию.

– Класс, надеюсь, за лето вы все пролечили воспаление хитрости и избавились от аллергии на учебу? – Елена Васильевна улыбнулась. – Потому что в этом году филонить нельзя, иначе беда! – добавила она под нестройный гул голосов. – Кстати, у нас в классе новенький! – Она перевела взгляд на сталкера Леднева.

С отсутствующим видом он засунул руки в карманы спортивной толстовки, монотонно перекатываясь с пятки на носок.

– Максим, а форму за тебя Пушкин носить будет? – негромко пожурила его классная руководительница. – После уроков прогуляйся до завхоза – у нее всегда в наличии есть несколько комплектов.

Его ответ потонул в Ленкином воодушевленном шепотке:

– Хорош, чертяка!

– Ты шутишь? – возмутилась я. – Да этот Леднев – ожившая реклама контрацепции!

– Роз, у тебя зрение резко упало? – Трофимова окинула меня негодующим взглядом. – Красавчик. Спортсмен. Какая еще реклама контрацепции? – она хихикнула, облизывая блестящие от блеска губы.

– Знакомьтесь, Леднев Максим! – Елена Васильевна с любопытством посмотрела в мою сторону, а следом я поймала пренебрежительно-насмешливый взгляд своего однофамильца.

До чего же отвратительный тип!

«Нет! Он мне не родственник!» – мысленно ответила я классной руководительнице.

– Максим, расскажешь пару слов о себе? – тепло обратилась к сталкеру-извращуге Крутикова. – Нам не терпится узнать тебя поближе.

– Леднев Максим. Если коротко – мой позывной Неудача, – выдал он с бесстрастным выражением лица.

По классу побежали шепотки, сопровождаемые одиночными тоненькими смешками.

– Почему же Неудача? Наша школа – образцово-показательная, уверена, здесь тебя ждет большой успех.

– Раз образцово-показательная, в такой грех не поучиться, – все так же равнодушно отбил новенький.

– А что-то кроме своего позывного ты нам сообщишь? – Крутикова не теряла надежды разговорить этого хама.

Приподняв подбородок, Леднев сделал вид, что задумался. Наконец, он отчеканил:

– Я достаточно глубокий человек. Во мне можно утонуть, если прыгнуть без круга.

Женская половина класса отреагировала понимающими смешками, а я, не удержавшись, возвела глаза к потолку, мысленно сочувствуя учительнице.