Чудеса для Мавис

Ирина Маликова

Чудеса для Мавис

Часть 1 Глава 1

«Утро – это здорово! Нет ничего прекраснее начала дня! Особенно зимой, когда всё пространство за пределами постели бодрит лучше кофе, а солнце не спешит порадовать простых людей своим светом, сохраняя романтику сероватого мрака…»

Вступление из романа, который я продала накануне вечером, стало первым, о чём я подумала, когда проснулась. Возможно, дальше на страницах и раскрыт глубочайший смысл устройства Вселенной, и человека в частности, но сейчас, лёжа под одеялом и боясь высунуть наружу даже нос, я могла лишь мстительно радоваться, что в нашем магазине книги этого автора-болвана больше продаваться не будут….

Однако хватило одного случайного взгляда в окно, чтобы позабыть о холоде. Наскоро выбравшись из постели, я отодвинула гардину и восторженно запищала! Снег! Снег в декабре! И судя по приличному белоснежному покрову, он шёл всю ночь! Удивительно и радостно, ведь обычно до января здесь, в Уске, как и практически во всём Уэльсе, сезон дождей…. Но когда снег всё же вспоминает о нас, окружающий мир превращается в ожившую сказку и заставляет поверить во что угодно!

Я могла бы простоять вот так не один час, просто наблюдая, как с неба неторопливо падают крупные снежные хлопья…. Но внутренний зануда твердил, что пора идти и зарабатывать деньги, поэтому мне, с огромным сожалением, пришлось подчиниться. Наскоро умывшись и переодевшись, я расчесала свои длинные, вьющиеся волосы цвета сверкающей меди и выбежала из дома, навстречу новому дню.

Забавно всё, порой, складывается в жизни: ты усердно учишься в школе, изо всех сил стараешься набрать максимальный бал на вступительных экзаменах в университет, о котором давно грезишь, а потом, получив долгожданный диплом об образовании и проработав по профессии несколько месяцев, понимаешь, что это – не твоё. По крайней мере, у меня всё случилось именно так. Всегда считала, что журналистика – это невероятно увлекательно, не побоялась даже уехать в другое графство, чтобы изучать её, но…. На деле оказалось, что я для этой работы не подхожу. «Витаю в облаках, ухожу слишком далеко от сухих фактов в пользу личного мнения» – так мне говорил мой редактор. И ведь не сказать, что я не пыталась исправиться, просто вовремя осознала, что пора ставить точку.

Что я и сделала. Четыре месяца назад вернулась в родной Уск и поняла, что больше отсюда – ни ногой!

Книжный магазин, в котором я работаю, находится на Бридж Стрит, в самом сердце города. Перейдя через дорогу, я поднялась на деревянное крыльцо и открыла центральную дверь. Повесив верхнюю одежду в гардероб, я включила компьютер, и пока он загружался, заварила крепкий зелёный чай с лимоном. Сделав глоток, я оглядела помещение, которое из-за скромных размеров, походило скорее на книжную лавку, втиснутую между магазинами товаров для дома и «Миром ниток» для любителей вязания. Здесь было не слишком светло – естественное освещение исходило лишь от входной двери, моя стойка находилась как раз напротив, а все стеллажи, которых здесь было всего шесть, освещали бра, висевшие на стене в проёмах.

По правую сторону от двери стояли столики с небольшими, удобными креслами на случай, если кому-то из покупателей вздумается сначала ознакомиться с содержимым книги, чтобы решить, стоит ли её покупать. Знаю, что в других магазинах относятся к такой практике с настороженностью, но моему работодателю нравится, когда тут полно народу, так что он готов идти даже на такие ухищрения. Что касается меня, я просто радуюсь, что люди ещё не перестали покупать бумажные книги. Ведь читать с телефона или планшета – это так уныло. Хотя и намного лучше, чем не читать вовсе…

Я как раз включила последний, самый дальний светильник, когда услышала:

– И где же мой любимый продавец? Ма-а-вис!

Я покачала головой и отозвалась:

– Уже иду, мистер Ллойд!

Этот старичок был кем-то вроде талисмана нашего магазина. Вечно улыбающийся мужчина семидесяти восьми лет в неизменно белоснежной рубашке и тёмных брюках на подтяжках, сегодня накинул на плечи некогда модное пальто, а на голову, уже практически лишённую волос – твидовую кепку как у Шерлока Холмса. Когда я вышла к стойке, он деловито опирался одной рукой о мою рабочую поверхность, другой – на чёрную трость с металлическим наконечником.

– Ого! Какой Вы сегодня нарядный!

– Нравится? – мужчина раскинул руки в стороны и медленно, но изящно, повернулся кругом. – Сегодня у нас с миссис Ллойд годовщина – ровно шестьдесят лет назад эта строптивица согласилась сходить со мной на первое свидание, – гордо пояснил мужчина, а у меня от его слов даже дыхание перехватило!

– Согласилась – и не прогадала, – доброжелательно заметила я и похлопала его по морщинистой руке. – Сколько же у вас годовщин помимо официальной даты свадьбы? И почему Вы без букета?

– Столько, сколько могу упомнить! А букеты моя милая Имоджен запретила мне дарить ещё тогда, когда я позвал её гулять. Сказала, что её минутная радость не стоит того, чтобы цветы погибали. Вместо этого сказала приносить сладости и книги. И представляешь? Больше полувека кормлю её всякой сахарной гадостью, а она всё так же тонка и стройна как раньше!

Я рассмеялась.

– Говорите так, будто это плохо! Это же мечта каждой женщины: есть – и не толстеть. В любом случае, поздравляю Вас, Джеремайа. Где же Ваша возлюбленная?

– В соседнем магазине, – сокрушённо отозвался он и с неодобрением посмотрел на дверь. – Нашла время, негодница, выбирать портьеры на кухню… что у вас, женщин, творится в головах? Вот тебе урок, дорогая Мавис: всегда чти своего мужа и его любовь! Потому что нужно очень любить, чтобы прощать такие… безобразные поступки!

Мужчина ещё немного поворчал, после чего побрёл за своей благоверной, а я, порядком развеселившись, приступила к работе. Когда начались обеденные перерывы, стали приходить первые посетители, и за общением с ними я и думать забыла о своём утреннем госте.

К сожалению, сегодняшний день прошёл не так живо в плане продаж, как мне бы того хотелось, но где не повезло в одном – порадовало другое! У меня было время полистать интернет страницы и подумать, чем бы мне хотелось скрасить свой досуг. С момента моего возвращения я словно с цепи сорвалась и захотела с головой окунуться в творчество! Вот только направлений было столько, что я растерялась, ведь никогда не отличалась особыми способностями к чему-то конкретному! Кроме, разве что, пения…. Но тут другое, хотелось «поработать ручками»!

Я решила начать с рисования. Насмотревшись картинок в интернете и вооружившись тетрадью и простым карандашом, я, полная энтузиазма, включила обучающий ролик и… сдулась. Точнее, я честно пыталась научиться рисовать портреты, части тела… но лица почему-то больше походили на гримасы, а туловища – на неведомых существ, которые корчились в предсмертных муках…

Но только к этому меня действительно тянуло со страшной силой! Я много читаю, и мне часто приходит в голову, что неплохо было бы нарисовать то, как я вижу персонажа той или иной истории. Возможно, если я приложу достаточно усердия, если смогу себя пересилить, однажды я воплощу эти идеи на бумаге?

Мысли об этом не покидали моей головы до самого закрытия магазина, и позже – когда я уже направлялась домой. Я воображала, как сейчас приду, поужинаю, и усердно приступлю к реализации своих планов, что не буду отвлекаться на всякую ерунду, и вообще – буду молодцом!

А внутренний зануда ехидно хихикал и говорил, что чем больше я думаю в этом русле, тем вероятнее провал. Обидно, но так и есть… но вдруг!.. Вдруг у меня…получится!..

Я решила пройтись через небольшой скверик, чтобы оказаться дома поскорее и утереть нос своему же собственному внутреннему голосу. Это немного улучшило моё настроение: там, среди деревьев, было невероятно красиво! Не вытоптанный пушистый снег ковром застилал не только парковую дорожку, но и стоявшие тут и там скамейки. Идти было трудновато, ну и ничего – оно того стоило!

Внезапно раздался раскат грома. Он, словно волнами, прокатился по небу, и – странно, но я ощутила странную вибрацию и по земле. Мне стало не по себе. Я люблю дождь с грозой, но только когда я дома, под одеялом и с чашкой чего-нибудь горячего в руках. Но какой дождь посреди снегопада?! Странное предчувствие заставило меня максимально ускорить шаг…

И тут я заметила какое-то движение впереди. Прямо передо мной начало стремительно формироваться небольшое торнадо, и оно почему-то было голубоватого оттенка…. Сердце зашлось в диком танце, я никогда не видела ничего подобного вживую, только по телевизору! И когда я развернулась, чтобы побежать в обратную сторону, то наступила на собственные шнурки, и, не удержав равновесие, рухнула прямо в сугроб, ударившись при этом подбородком о стоявшую рядом лавочку. Зубы клацнули, перед глазами засверкали салюты. А тем временем воронка всё росла. Поднимаясь на ноги, я чувствовала, как она безжалостно втягивает в себя воздух и весь снег вокруг меня.

Нужно удирать.

Подбородок болел, но я понимала, что если не успею убежать, болеть будет не только он. Если я вообще смогу после этого хоть что-то почувствовать…. Поэтому кинулась наутёк! Но в тот же миг воронка просто… лопнула.

– Что за… – пробормотала я, наблюдая за тем, как медленно опадает втянутый ею снег. Никогда особо не интересовалась тем, от чего такие воронки появляются, и тем более – почему они сходят на «нет», но я уж точно и представить себе не могла, что они просто схлопываются! Любопытная маленькая девочка, также живущая внутри меня, отодвинула рассудительного зануду и всё приговаривала: «А вдруг это что-то волшебное? Может быть – проделки лесных духов?..»

Я закусила губу и, потерев ладоши в предвкушении, решила послушать свой авантюрный внутренний голос. И хоть Самайн был уже позади, а до Йоля было ещё несколько дней, и ведь даже это – не аргументы, так как верования предков для многих людей уже отошли на самый дальний план, пресловутое «а вдруг» толкало меня вперёд со страшной силой.

И тут я увидела кое-что, что заставило меня ускориться: на земле, присыпанный снегом, лежал какой-то зверёк. Неужели его, бедолагу, затянуло? Хоть бы он был цел…

Я опустилась на колени рядом и осторожно, чтобы не спугнуть, стала освобождать его из белого плена. Мне пока не удавалось понять, кто же передо мной, но когда я хотела приподнять его, он вдруг распахнул глаза и – сумасшествие какое-то – как по волшебству поднялся в воздух! Отлетев от меня примерно на метр, он плавно опустился на лапки.

А я даже не моргала, и не могла понять, чего хочу больше: броситься прочь со всех ног, или же потискать это странное чудо…

1.2

Зверёк был довольно необычным. Совсем небольшой, меньше домашней кошки, тонкая, короткая мордочка и огромные уши делали его похожим на лисичку. Шёрстка высокая, густая, и на вид очень мягкая. Ладони аж зачесались – так хотелось проверить это! Вот только окрас – я и не знала, что в природе существует нечто настолько прекрасное: он был ослепительно белым – настолько, что снег вокруг выглядел грязным, но между ушками и на кончике длинного, пушистого хвоста шёрстка отливала серебристо-голубым.

Малыш смотрел на меня, как мне показалось, настороженно, словно прикидывая, стоит ко мне подходить, или же нет. Но судя по тому, что он, не торопясь, стал приближаться – решил, всё же, рискнуть. Он немного пригнулся, делал совсем маленькие шажки, а я боялась лишний раз вздохнуть, чтобы не спугнуть его.

И вот между нами осталось не больше одного человеческого шага. При близком рассмотрении он оказался ещё более очаровательным! И тут он жалобно то ли тявкнул, то ли заскулил, и задрожал всем телом. Я, не думая о последствиях своего спонтанного решения, тут же аккуратно сгребла его в охапку и, расстегнув несколько пуговиц на пальто, спрятала его там.

Не знаю, чего я ожидала, но точно не того, что зверёк прильнёт ко мне и будет просто тихонько поскуливать. Такой беззащитный….

– Ну, ты чего, грейся, грейся, – проворковала я и, поднявшись на ноги, поспешила в сторону дома. О том, кто он и откуда, я подумаю позже.

Благо, идти было недалеко. Наконец добравшись, я наспех струсила с себя снег, стянула сапоги, и, прокричав «Я вернулась», взлетела вверх по лестнице в свою комнату. Оказавшись внутри, я быстро вытащила «пассажира» из-под пальто и усадила на кровать, и не успела отвернуться, как он уже полностью забрался под одеяло, и только чёрный нос торчал наружу!

– Быстро же ты освоился, – пробормотала я и разделась, оставшись только в джинсах и свитере. – Я сейчас отнесу вещи вниз и вернусь. Будем думать, что теперь с тобой делать, – зачем-то сказала я своему «питомцу» и пошла вниз. Надо бы сообщить семье о своей находке. Я временно живу с родителями и бабушкой, и пока не нашла отдельное жильё, мне придётся следовать правилам этого дома…

У подножья лестницы меня уже ждала пожилая леди, которая всегда считала себя главой нашей семьи. Небольшой рост вполне компенсировал острый, изучающий взгляд. Не знаю, специально ли, но для пущего эффекта она всегда стягивала густые седые волосы в пучок на затылке и облачалась в широкие штаны. В любое время года. Немного притормозив, я всё же спустилась и, поцеловав её в обе щеки, сказала:

– Здравствуй, nain[1]. – Ежедневный ритуал. По какой-то причине она не терпела, когда ей говорили «бабушка» на английском. – Как прошёл твой день?

—Wyres[2] . Ты так спешила, что едва не раздавила бедную Моусли, которая спала там, где ты сейчас стоишь, – укоризненно проговорила старушка и прищурилась. – Что ты можешь сказать в своё оправдание?

«Что её уже давно пора пустить на колбасу, так как этот бесполезный мохнатый поросёнок лишь притворяется кошкой», – вертелось у меня на языке, но я пока не растеряла весь свой ум, чтобы так обозвать старушкину любимицу. Я скосила глаза и увидела, как на кухне эта рыже-белая толстуха породы экзот лежит на боку у миски и лапой подвигает корм себе в рот. Кошмар.

– Ей не помешала бы диета, – заметила я и повесила пальто с шапкой на крючок.

– На то она и домашняя кошка, чтобы быть мягкой и счастливой, – парировала бабуля.

– Так себе аргумент! Такими темпами она и ходить-то скоро перестанет…

– В чём причина твоего стремительного побега в комнату? И что ты прижимала к груди?

Я повернулась и преувеличенно вежливо сказала:

– Не помню, чтобы давала поводы для слежки.

– Не давала, но…

– Бабуль, у тебя всё хорошо? – нетерпеливо спросила я. Бабушка явно растерялась.

– Да…

– Тогда потом поговорим, ладно?

– Да что с тобой творится?

– На меня напало вдохновение! – брякнула я первое, что пришло в голову и, ворвавшись в свою комнату, прикрыла рот, чтобы не закричать от увиденного зрелища!

– Что… что тут…? Ты кто?

В воздухе, по всей комнате, парили разноцветные, похожие на снежинки, хлопья, а в центре этого великолепия стояла некая фигура, и из-за невероятного, режущего глаз свечения, исходившего от неё, я не могла даже разобрать, было ли у «этого» лицо!

Но по-настоящему странным было то, что найденный мною зверёк вздыбил шёрстку на кровати и рычал! – как настоящий волкодав!

Когда я заговорила, зверёк обернулся и в один прыжок забрался ко мне на плечо, продолжая рычать на незваного гостя. А я и не знала, кого бояться больше: этого светящегося гиганта, хранившего молчание, или же пушистую прыгучую собаку, издающую звуки явно «не по габаритам»!

– Дух Зимы, который защищает человека! – насмешливо прошелестел голос, который определённо принадлежал существу напротив, однако звучал, словно отовсюду! Неужели никто из домашних его не слышит? Словно отвечая на мой вопрос, голос сказал: – Эта комната огороджена барьером, смертная женщина. Никто не узнает, что произойдёт в её стенах.

По спине пробежал неприятный холодок. Что же этот монстр собирается со мной сделать? И что значат его странные слова? Мне становилось всё холоднее и холоднее, и я думала, что уже цепенею от страха, пока не осознала, что прохлада распространяется по телу от левого плеча. Повернув голову, я увидела, что шёрстка зверька голубоватой пылью. Она же витала вокруг него и опадала на моё тело, образуя на тех местах…льдинки! С ума сойти, я буквально превращалась в ледышку! И это чудо притворилось, что замёрзло?! Серьёзно?!

– Да кто вы оба такие?!

Зверёк тут же виновато посмотрел на меня. Пыль, как и льдины с моего тела, исчезли, однако рычать на существо перед нами он не перестал.

– На-а-до же, как интересно, – протянуло существо и двинулось вперёд. Я в страхе попыталась отступить, но наткнулась на тот самый барьер, который, судя по тому, как меня от него отбросило, был невидимым батутом… – И как простой смертной женщине удалось заполучить в союзники Высшего Духа? А, впрочем, – существо «подлетело» ко мне, и мне пришлось прищуриться от невыносимо яркого света, – ты не так и проста. Чувствую в тебе что-то… хм. Любопытно, весьма и весьма…. Что ж, пока не выясню все обстоятельства этой странной привязанности, придётся остаться здесь.

– Ос… остаться? – ахнула я и даже забыла, что надо бояться! Поставив над глазами ладонь ребром, как козырёк, я задрала голову и старалась говорить как можно увереннее: – Не думаю, что это хорошая идея, светлячок. Мой дом – не притон для фантастических существ!!

Свечение на мгновение стало мутнее, потом же вновь засияло с новой силой! Я даже подумала, что это существо, чем бы оно ни было, моргнуло от удивления и, возможно, от моей наглости…

– Светлячок? Ты назвала меня… светлячком?! —переспросило оно таким тоном, будто я оскорбила его в лучших чувствах. И ещё, готова поклясться, что зверёк на плече пискло засмеялся! – Это… то же самое, что я назову тебя вон той светящейся палкой, дающей свет на улице!

– Это называется «уличный фонарь», – зачем-то пояснила я. Снова что-то объясняю тому, кому это и не надо… нервы, наверное. – Так ты здесь, чтобы…убить меня? – я проглотила комок в горле, не в силах говорить дальше.

– Да не собираюсь я тебя убивать! Боги, что за несмышленое существо вы послали мне в наказание?! Её умишка не хватает даже на то, чтобы мыслить разумно. И что мне теперь с тобой делать? – последний вопрос адресовался уже мне, был он задан таким тоном, будто его с ружьём у горла заставили меня удочерить.

– Ничего опасного для моей жизни, – бездумно пролепетала я, но, спохватившись, неуверенно добавила: – но раз уж я останусь в живых, то тебе для начала неплохо было бы представиться и объяснить, кто вы оба такие…

– Не спорю, так и поступим, – после недолгих раздумий согласилось существо. – Пожалуй, не лишним будет сменить обличье, а то, боюсь, от переизбытка эмоций в тебе растворятся остатки здравомыслия.

Свечение стало меркнуть, фигуру окутал световой вращающийся кокон.

– Моё имя Райтаро, я Хранитель Баланса и Пастырь Двенадцати Духов Мироздания, Великий и Ужасный враг для любого, кто посмеет осквернить границы вверенного мне Мира Кёйносэкай[2], – напыщенным голосом произнёс этот «Райтаро», всё так же находясь в коконе. Услышав всё это, я, признаю, неслабо перетрусила и с опаской ожидала увидеть существо в его несветящемся обличье.

И вот кокон раскололся и раскрылся, подобно цветку тюльпана. Я затаила дыхание и неосознанно подалась немного вперёд. Сияние померкло, и ко мне гордой, полной достоинства и величия походкой стал приближаться обладатель всех вышеназванных титулов. И я действительно на секунду подумала, что эмоции таки вытолкнули из моего сознания весь здравый смысл. И сами сбежали следом.

Колени подкосились – благо, сил хватило на то, чтобы рухнуть не на пол, а в стоящее около двери кресло. Ну и засада! Я закрыла лицо руками и… расхохоталась.

– Эй, и что бы это значило?

Тон оставался надменным, но голос… Я рассмеялась пуще прежнего, из глаз брызнули слёзы и, вытерев их, я наклонилась вперёд, взяла за шкирку «великого и ужасного» и снова едва не покатилась со смеху!

– Ты что…ты что вытворяешь, смертная женщина?! – запричитала упитанная пушистая шиншилла в моей руке, всячески пытаясь вырваться. – Ну погоди, доберусь я до тебя, и тогда…

– Что «тогда»? – Я не выдержала и провела пальцем по мягкой серой шёрстке на животе грызуна. – Прокусишь мне палец?

– Да что ты себе позволяешь?! Возмутительно!

– Из мух слонов делают – это всем известно, – протянула я, словно в раздумьях, – но чтобы светлячки в шиншилл превращались?!

– Веселишься, да? Давай, давай, только не забывай, что когда я приму…

Зверёк, который оказался духом зимы, снова зарычал. Райтаро дёрнулся. Я уже собиралась сказать что-нибудь эдакое, как вдруг дверь в мою спальню открылась, и внутрь заглянуло морщинистое лицо бабули.

– Мавис, твои родители… – Старушка перевела взгляд с грызуна в руке на продолжавшего рычать – хоть уже и тише – моего защитника. И когда она, наконец, посмотрела на меня, лицо её выражало чистый шок. – Что это за зверинец?!

[1] Вал. «Хюншлэф» – кошмар!

[2] яп. Kyōinosekai – чудесный мир, мир чудес

1.3

– Твоё спокойствие, смертная женщина, сбивает меня с толку. Разве ты не должна визжать от страха и носиться по комнате, как умалишённая? Вместо этого ты делаешь лежанки и ведёшь себя так, будто мы, и правда, «домашнее зверьё»!

Я хмыкнула. Крепко же Райтаро задели слова бабули! Видимо, у этого мохнатого пришельца очень хороший слух, раз он услышал их даже отсюда. Впрочем, бабуля и не пыталась сдерживаться! Ещё бы! Ведь её новое «домашнее зверьё» может нарушить душевное равновесие ненаглядной мисс Моусли! Тьфу! Бабушка, наверное, не догадывается, что только по этой причине я готова перетащить в свою комнату хоть весь их пресловутый сказочный мир! Так что, объявив о том, что «мои питомцы» останутся в доме на столько, на сколько понадобится, и заручившись поддержкой отца и матери, я вернулась в комнату, где меня уже ждали два очень недовольных зверя…

Конечно, говоря о моём спокойствии, Райтаро сильно преувеличивал, я избегала лишний раз смотреть на него или ушастика, хотя с последним это получалось сложнее – он так и вился вокруг меня, пока я делала ему «кровать» на стуле! Грызун же гордо восседал на краю письменного стола, закинув лапу на лапу, и даже не взглянул на кресло, и я, вспомнив, что «молчание – золото», решила, что в тот момент это было самым верным курсом.

Но вот лежанки готовы, я уже сменила джинсы и свитер на тёплую пижаму, и теперь пришло время поговорить. Сидя на кровати, подобрав под себя ноги, я грызла мизинец, когда услышала слова Райтаро. Ушастик в это время уже облюбовал своё спальное место и теперь лежал на нём, задрав лапки к верху, и, не мигая, наблюдал за мной.

– А вы оба исчезнете, если я буду вести себя подобным образом?

Райтаро прыснул.

– Это вряд ли.

– Тогда какой смысл?

– И всё же? – не сдавался грызун.

– Наверное, у меня с головой что-то не в порядке, не знаю. Возможно, повлияло то, что я буквально росла на легендах и мифах моего народа. – Я прикрыла глаза, вспоминая, как в детстве часами бродила по окрестным лесам в поисках фей и дриад, как, вооружившись термосом, в канун Белтайна и Самайна[1] караулила агиска[2] на берегу реки в надежде поймать и приручить его. Открыв глаза, я в упор посмотрела на нового знакомого. – Имеем то, что имеем, Райтаро. Кто вы оба такие, и что делаете здесь, в моей комнате? Той информации, что ты дал, маловато для того, чтобы я хоть что-то поняла.

– А не дуришь ли ты меня? – грызун прищурился. – Двенадцать духов, которые защищали наш мир и питали его чудесами, просто разлетелись кто куда! И след одного из них привёл меня к тебе – в далёкий-далёкий мирок на краю Мироздания! И тут ты, сама невинность, доказываешь мне, что знать не знаешь, что здесь происходит?

– Ты подозреваешь, что я во всём этом замешана? – спокойно спросила я.

– Я этого не исключаю!

– Угу… и именно поэтому ты мне прямо сказал, что твой мир фактически остался без защиты, да? Мол, у тебя всё получилось! Иди туда и неси за собой хаос!

Минута молчания. Потом Райтаро взвыл и провёл лапками по голове, комкая при этом ушки. Меня это развеселило, но я сумела сохранить "лицо", и просто спросила:

– Надеюсь, этот вопрос закрыт?

Райтаро вместо ответа нащупал на столе ластик и запустил им в меня.

– Больно ведь! С ума сошёл? – возмутилась я, когда резинка попала мне в лоб.

– Будешь знать, как умничать! – рявкнул он, и мученически вздохнул, когда ушастик перепрыгнул ко мне на кровать и зарычал. – Ты ещё что рычишь?

Не сводя глаз со стола, зверёк медленно подошёл ко мне и лизнул руку. Я расхохоталась.

– Ах ты, предатель! – воскликнул Райтаро и подскочил на задние лапки. – Променял нашу многолетнюю дружбу на иномирянку! Повеса!