Игра на сердце

Оксана Матина

Игра на сердце

Оксана Матина

Роман

Игра на сердце

Добрый день! Меня зовут Оксана Матина. Я являюсь поэтом. Автором-исполнителем, членом Российского союза писателей, Интернационального Союза писателей, а так же членом литературного сообщества поддержки и продвижения современных писателей "Творчество и потенциал".

Основная деятельность-авторское продюсирование.

Номинант на премию "Поэт года 2024"

Номинант на премию "Поэт года 2025"

Номинант на премию «Русь моя 2025»

Номинант на премию «Современные писатели 2024»

Номинант на премию "Автор песен 2025"

Участник поэтических чтений на фестивале "Покровский собор" в Гостином Дворе в Москве 18-19 января 2025

21.03.2025 награждена медалью Блока за большой вклад в литературу.

Обладатель нагрудного знака "Искусство слова"

Финалист конкурса авторского исполнительства "Взлётная полоса"

Финалист конкурса "Высотский-45"

Обладатель премии "Лучший автор-исполнитель года 2025" Leshow

Обладатель нагрудного знака "Искусство слова"

Обладатель ордена "Хранитель традиций"

Амбассадор журнала "Академия Моды"

Помощник руководителя благотворительного фонда "Сила Возрождения" Юлии Желваковой.

Амбассадор журнала "Академия Моды"

Журналист, корреспондент.

24 июля в стенах Государственной Думы прошла арт-премия семейства журналов "Академия моды", на которой я получила награду в

номинации: «За патриотизм, преданность и любовь к музыке»

Многократный номинант всероссийских и международных премий авторского и исполнительского искусства.

14 декабря 2025 года в Санкт-Петербурге была удостоина двух наград "Восходящее слово" и "Гражданин литературы "

Автор 4 сборников стихов "Прощай, любовь…","Рвут ветра" "В душе художника любовь" и "В одном танце".

Исполнительскую деятельность начала в 2024 году, а уже в 2025 году стала выступать на постоянной основе в качестве артиста театра песни "Открытая душа" под руководством Светланы Обуховой.

Участник поэтического фестиваля "Костромские каникулы"

В 2025 году удостоена медали Есенина.

И это всё – лишь малая часть того, что мне удалось достичь за какие-то полтора года.

Роман, который сейчас перед вами – автобиографичен. Он поведает вам о том, как человек может изменить себя, свою реальность, и не только свою, под воздействием сильных чувств.

И как при этом можно попасть в опасность коварных игр разума других людей.

Глава 1

Ещё не финал

"Отделение неровно бьющихся сердец"! Не знаю, что еще могло мне поднять так настроение в тот момент, как эта табличка! Мой творческий мозг включился мгновенно, рисуя образы и картинки, унося мысли всё дальше и дальше от той реальности, в которой я умудрился оказаться. Левая рука, как обычно, была онемевшая и ледяная, а правая крепко сжимала телефон, чтобы он случайно не свалился с узенькой каталки. Помню, что попытался как-то сменить положение, но почувствовал в ногах сумку с вещами, и не рискнул. Туман снова заполнил всё пространство внутри головы и сон сменил такую банальную и одновременно устрашающую реальность. Мне снился дом. Тот самый дом, который я строил своими руками двадцать с лишним лет с самой юности. Но во сне он был ещё недостроенный и холодный. Дачный домик посреди ухоженного участка, густо засаженного огородными «всякостями», в промежутках между высокими плодовыми деревьями. Наше СНТ отличалось тем, что, находясь в черте города, постоянно оставалось без света и водоснабжения, а газ тогда был только в проекте, поэтому холод вечерами был обычным спутником и приходилось очень много одежды напяливать на себя слоями, чтобы хоть как-то переночевать в межсезонье. Таким я себя и увидел – одетым в несколько рубашек поверх свитера, сидящим неподвижно у окна, прислушивающимся к звукам, доносящимся с улицы. Холод пробирал до костей, а от стен веяло сыростью и нос невольно морщился от неприятного запаха плесени.

"Господи, до чего же не приятно! Дышать нечем! Нужно срочно выйти на улицу!"– Я сделал резкий рывок и мгновенно проснулся. Теперь стало понятно откуда этот запах. Я в больнице. Довезли. Но в палату ещё не определили.

"Так, нужно как-то сообщить, что я в сознании!"-

Попытка открыть рот оказалась тщетной. Ну это не удивительно. В последнее время я не мог говорить, если просто немного перенервничал, а тут такой стресс. Но тем не менее, моя правая рука не подвела. Она дотянулась до белого халата медсестры, набирающей что-то в шприц, приличного размера, и ткнула телефоном ей куда-то в район поясницы.

"С добрым утром."– Сказала девушка абсолютно безэмоционально и это сразу меня как-то успокоило.

"Пить нельзя. Потерпи." – И я снова обрадовался, как ребёнок, потому что пить мне вовсе не хотелось.

"Павел Андреевич, скажите пожалуйста, какие препараты вы принимаете?" -

Смешно, но в эту минуту в голову лезли названия абсолютно не тех лекарств, которые я на самом деле пил. Но какое это могло иметь значение, если всё равно назвать их не представлялось возможным. Я пихнул ногой сумку, привлекая внимание очаровательной спасительницы. Она молча подошла ближе и обнаружила на поверхности всё, что её интересовало.

Умиротворение и спокойствие разрушил грубый мужской голос врача, который минуя меня, подошёл к своей молоденькой и очень обаятельной коллеге и стал энергично ей что-то говорить. Я не слушал, не мог сконцентрироваться и понял, что совсем скоро снова усну.

Мне хотелось только одного! Заглянуть в телефон и увидеть в нём Любкину аватарку, которая исчезла в ту самую минуту, когда меня загружали в карету скорой помощи, превратившись в пустой, серый, безликий кружочек. Жестокость. Да, это было её худшее качество, которое меня всегда пугало, но, с другой стороны, в ней, в Любке моей, было столько всего хорошего, тёплого, родного и восхитительного, что сердце чаще стремилось оправдать любой самый ужасный поступок и находить логичные обоснования. Но, не в этот раз! Сегодня оправданий ей не было никаких. Она хорошо знала, что я не здоров, знала, знала, знала! И сделала это намеренно! Чтобы мысли вернуться не возникало! Чтобы я так разозлился, обиделся, разочаровался, чтобы умер и воскрес без этой страшной зависимости, без любви. Она знала, что делала! Или нет? Или это снова игра? Щелчок по носу за неверно совершенный шаг?

Я сделал ещё один рывок и постарался зайти в чат со второго аккаунта. Здесь всё осталось неизменным, её силуэт, вызывающий во мне сладкое чувство нежности и одновременно непреодолимой страсти был последним, что я успел увидеть. Медсестра ловко подхватила выскальзывающий из руки гаджет и отложила его на столик.

 "Ещё не финал!" – Скользнула спасительная мысль, ласково поглаживая сознание.

"Ещё не финал!"

Глава 2

Расстановка позиций

Офисные столы, заполняющие кабинет, стояли таким образом, что сидящие не видели лиц друг друга за возвышающимися компьютерными мониторами. Открыв тяжеленую дверь, я оказался сразу в самом центре нашего НИИ, базирующимся в старинном пафосном здании. Скрип никогда и никем не смазываемых дверных петель сразу привлёк к себе внимание моих коллег и вызвал шквал эмоций!

"Павел Андреевич!"– Заверещала моя секретарша Анечка, которая явно не ожидала такого скорого появления и, как мне показалось, уже настроила себе планов на вечер, надеясь сбежать пораньше с работы.

"Пашка, ты с ума сошёл!" – Произнесла Даша, моя лучшая и любимая чертёжница.

"Тебе чего дома не лежится?"– И, увидев бинт, заверченный вокруг локтя, добавила:

"Сумасшедший!" – Но, несмотря на своё негодование, она всё же обняла меня так крепко и тепло, что сердце заколотилось, как сумасшедшее!

 "Так, ну, где она?" – скользнуло в голове. Я огляделся и ещё сам не понял, как реагировать. Пугаться, того, что её нет или радоваться тому, что у меня есть время на раздумья. Испуг всё же ворвался раньше, чем я успел довести мысль до конца. "Почему её нет на рабочем месте? Неужели она и с работы уйдёт, лишь бы больше не видеть меня?"

Страх, паника, боль сковали речевой аппарат, и я снова не мог сказать ни слова! Девчата щебетали, заполняя пространство своими звонкими голосами, и на минуту мне показалось, что никто не заметит моего молчания.

Обычно, свои проблемы со здоровьем я пытался тщательно скрывать на работе, стараясь не вызвать преждевременных разговоров об увольнении, которое мне было даже представить сложно. Но не сейчас, когда на кону уже была вовсе не работа, а жизнь.

Глубоко вдохнув, я прошёл к окну, ненавязчиво бросив взгляд за её стол. Монитор светился! Она здесь! Всё хорошо! Теперь нужно только успокоиться и не показать вида, что я сбежал из больницы с одной целью увидеться. Оставив девочкам на обсуждение свою выходку, я гордо проследовал в свой кабинет, где смог, наконец, снять с лица маску благополучия. Тело плюхнулось в объятия кожаного мягкого кресла, а голова упала на грудь. Сердце тарахтело, как мотор старого Москвича. Нащупав в кармане пластинку с таблетками, я выдавил одну и положил в рот. Сейчас всё пройдёт. Мне станет легче, я соберусь с мыслями, силами и выйду под каким-то логичным предлогом. Просто пройду мимо и посмотрю на неё! Она не умеет скрывать эмоции и мне сразу станет понятно, что эта женщина решила на мой счёт!

Пока нужно было чем-то занять себя, и я достал из верхнего ящика стола любимую перьевую ручку, подаренную поклонницей, а затем, вытащил из лопасти принтера небольшую бумажную стопку. У писателей много заморочек. Мне страшно не нравится писать на пустом столе, хочется ощущать приятное мягкое погружение пера в бумагу, поэтому всегда кладу несколько листиков сразу. Через какую-то минуту лист был заполнен моей болью, а на душе стало немного легче. "Напрасно ждёшь" вывел я заголовок более аккуратным почерком, чем был написан весь текст и отложил творение в сторону. Больше не было сил терпеть! Заправив аккуратно рубашку в брюки, и пощупав на месте ли галстук, я взялся за дверную ручку. "Играть так играть!" – Прозвучало в голове спасительное наставление. "Играть, так играть!"

Какая тяжёлая была эта дверь, передать невозможно! Вот я, вроде сильный мужик, а каждый раз отпячивал зад в какой-то неприличной позе, чтоб сдвинуть её с места! Ветер, струящийся из открытого окна, всколыхнул волосы, оголив мой лоб. И я рефлекторно сделал глубокий вдох, впитав и сразу распознав её ни с чем не сравнимый аромат. Моя Любовь! Единственная женщина в судьбе, способная одним только фактом своего существования вызвать во мне вдохновение, восхищение и весь букет возможных и невозможных чувств! Правая ладонь мгновенно стала мокрой. Не знаю, что там было в этот момент с левой – она меня в последнее время покинула, повиснув безжизненным довеском на плече. Нет! При долгих манипуляциях, таких как уколы, массаж, физиотерапия, специальные упражнения, неврологам удавалось восстановить двигательные способности, но чувствительности в ней уже совсем не было. За это я был на неё страшно зол! И иногда от отчаяния хлопал по ней сам себя, пытаясь одновременно и простимулировать нервные окончания и снять стресс!

"Кто это?"– Паника накрыла с головой, когда вместо своих любимых тоненьких рыжевато-соломенных распущенных волос, струящихся по идеально ровной спине, я увидел строго зализанную голову блондинистого отлива с длиннющим конским хвостом, чуть ли не достающим до пола. Уверенными шагами я обошёл стол и уже в движении начал потихоньку терять скорость. Это всё-таки была она! Видимо, не один я сегодня готовился к встрече. Она постаралась максимально воинственно выглядеть! Так мне подумалось в тот момент. Стоило немного сменить фокус внимания и показались её серьги, цепочка, обрамляющая красивую молодую шею, подбородок с такими четкими линиями, что я вслепую могу их нарисовать в любой момент! Она уникальна! Она невероятна! И она здесь! Прилив счастья остановил сердечный ритм, глаза перестали так судорожно искать цель и расслабились, а рот сам по себе открылся и отпустил в воздух: "Добрый день!"

Словно в фильме с замедленной съёмкой, огромные голубые глаза распахнулись и уставились на меня с абсолютно непонятной эмоцией.

"Здравствуйте!" – ресницы так же быстро опустились вниз, спрятав от меня всю красоту этого мира. Люба еще более гордо распрямила плечи, собрала все части лица в максимально строгую маску и продолжила работать, делая вид, что до меня ей нет никакого дела!

"Любовь Витальевна, я хотел поинтересоваться, как продвигается работа по кирпичному заводу? Мы укладываемся в сроки?" – глупее повода придумать было сложно! Это не я ей, а она мне должна была вопросы такого рода задавать! Но, честно говоря, тут уже было не до правильно подобранных фраз! Важны были интонации, взгляды, посыл.

"Извините, вы меня очень отвлекаете!" – если бы можно было речь сравнить со стрельбой, то эта её фраза была просто очередью из снайперского оружия, а каждая следующая пуля запихивала предыдущую глубже в сердце!

"Да, конечно, подойду позже" – я не нашёл ничего лучшего для ответа. Спасибо, рядом больше никого не было и унижение моё осталось только моим.

"Она меня ненавидит" – несложное умозаключение пришло само собой. "Главное найти возможность поговорить вдвоём без свидетелей. Рассказать про развод. Объясниться. Оправдаться за глупость и неуверенность. Она поймёт.  Всё будет хорошо." – попытался успокоить я себя и тут же почувствовал пульсацию в висках и головокружение. Нужно было возвращаться в больницу. "Позиции расставлены, роли ясны. Завтра продолжим игру!" – подумал я, вызывая такси в приложении, и вышел за дверь, не проронив ни слова.

Глава 3

Моя Любовь

Я переоделся в такси. Попытался аккуратно уложить одежду в пакет, чтобы не помять рубашку. Именно попытался, потому что на самом деле, совсем не умел быть аккуратным, да и одной рукой было нелегко себя обслуживать. Создав на лице уверенное выражение, я зашёл в отделение. В фойе было тихо и светло. Персонал весь собрался в ординаторской, поэтому у меня легко получилось проскочить в палату без препятствий и лишних объяснений.

"Ну как там, на воле?" – спросил Вовка, парень лет тридцати, с нескрываемой завистью в голосе.

"Без изменений, но пробки адские из-за строительства эстакады" – я постарался ответить учтиво, но без намёка на дальнейший диалог.  Хотя тут же понял, что у меня самого есть вопросы и продолжил: "Ты не знаешь, Рауль Магомедович ещё на месте? "

"После обхода больше его не видел, но вроде он до пяти, так что есть шанс. " – Володя вызывал во мне симпатию, особенно тем, что был лаконичен и последователен. "Обязательно с ним подружусь!" – твёрдо решил я и вышел в коридор искать своего лечащего врача.

У кабинета была небольшая очередь из двух дедушек практически одного возраста и щуплого паренька, поэтому я присел на лавку, обтянутую белым кожзамом и немного расслабился. Мутило, видимо из-за давления, но морально было намного легче сидеть под кабинетом завотделением.

Невозможно было сопротивляться мыслям, которые рыболовной сетью окручивали и стягивали разум: "Как мне вырваться отсюда? Как объяснить жене, что мы должны не просто расстаться, а разъехаться? Как убедить Любу, что она единственная женщина в моём сердце? Как вылечить его и проклятую руку? Как похудеть еще хотя бы на двадцать килограммов? Как ещё доказать, что мои намерения самые серьёзные? Как?"

Я старался гнать от себя воспоминания о причинах своего пребывания в больнице, но разве это контролируемый процесс? Память снова вернула меня в тот отрезок времени, где всё началось.

Это был август. Тот самый месяц, когда жара в нашем южном городе способна расплавлять очки на носу, а о дожде можно было только мечтать. У меня ещё не закончился отпуск, но дома было так тяжело находиться, что лучше было заниматься чем угодно, только не выслушивать круглосуточные претензии.

По дороге я занырнул в ближайшую кофейню за капучино с эклером.  Нужно сказать, что вес мой на тот момент был около 120 кг при достаточно небольшом росте, и я много лет тщетно изводился в попытках похудеть. Но, моя ответственная работа вынуждала отводить душу чем-то вкусным, тем более, кроме этого, никаких других вредных привычек у меня больше не было. И я так решил для себя, что иногда буду позволять что-то вредное и сладкое, а всю неделю питаться раздельно и дробно.

Аромат ванили в этом месте мог лечить душевные раны! Я рефлекторно облизнулся и подошёл к витрине, краем глаза заметив девушку, которая покупала кофе, не отрывая телефон от уха, периодически отвечая собеседнику. Произошла какая-то заминка с аппаратом и она неловко отпрыгнула в сторону, пропуская меня вне очереди. Я сделал заказ и оглядел её с ног до головы.

Она была удивительна!

Взгляд застревал на каждом элементе её одежды, на эпатажно-крупных солнцезащитных очках, на жаркой не по сезону обуви. А главное, эта её суетливость! Она еще раза три подошла к продавцу уточнить не готов ли её напиток, а в итоге выскочила на улицу не дождавшись. Что там за разговор такой важный для неё был, я так и не понял, но было понятно, что всё внимание было сосредоточено на том конце «провода». Я искренне обрадовался, когда через какое-то время она всё-таки вернулась и забрала тёмно-коричневый стакан с трубочкой. Ведь каждый раз, пробегая мимо меня, её лицо озарялось какой-то ни с чем не сравнимой искренней улыбкой. Я запомнил её, и, честно говоря, пару раз вспоминал с каким-то теплом в груди и очень глупым и умильным выражением лица.

Прошло около месяца прежде, чем мы встретились вновь. Меня по работе перевели в другой отдел, незначительно сменив должностные обязанности, но капельку подняв оклад. И в первый же рабочий день на новом месте нас представили друг другу.

Сделал это наш директор Олег Викторович, подведя меня прямо к её рабочему месту:

"Любовь Витальевна, приветствую! Хочу вам представить нашего нового сотрудника. Павел Андреевич – ведущий специалист проектного отдела с огромным опытом работы! Он с радостью вызвался заместить уволившегося Игоря Котова."

И вот он! Момент, который навсегда врезался мне в память. Эта девочка, которая мне показалась такой ветреной и лёгкой, такой поверхностной и непринуждённой, но такой нереальной, вдруг достаточно тяжело и очень серьёзно посмотрела на меня и произнесла:

"Добрый день! Во-первых, я хотела бы поблагодарить вас за то, что вы согласились нам помочь, потому что, честно говоря, отдел нуждается в узких специалистах вашего профиля, а во-вторых, я хотела бы "сакцентировать" ваше внимание на специфике…"

Дальше я провалился в полутрансовое состояние! Ни с чем не сравнимое удовольствие от бархатистого низкого тембра её голоса разливалось по телу нежными волнами и вызвало ощущение эйфории. Всё, что я мог делать в этот момент, это прятать бесстыдно восхищенные глаза, опустив их вниз. Но, поняв, что уже несколько секунд упираю взгляд в зону декольте, мгновенно встрепенулся и вернул его в прямую плоскость. При первой встрече, глаза её были сокрыты за темными стёклами очков, и каково было моё блаженство увидеть их вот так напротив!

"… К сожалению, Игорь Сергеевич допустил просчёт в спецификации и проект пришлось приостановить. Я попрошу Анну Васильевну сегодня же вам передать все чертежи и очень буду надеяться на ваш опыт."  Мне сложно описать сейчас свои чувства, но уже тогда я понял, что не смогу её подвести. Что сделаю абсолютно всё, чтобы только увидеть на её таком нежном, и в тоже время таком строгом лице, довольную улыбку. Господи, я уже не думал, что способен такое ощутить. Это было настоящее искреннее счастье, щенячий восторг, блаженство.

Но, как и всё хорошее, этот счастливый миг подходил к концу. Диалог был логично завершен, и мне следовало идти знакомиться с новыми делами.

Я был намного старше, а в ту минуту, когда повернулся к ней спиной и последовал в свой незнакомый, тогда еще, кабинет, ощутил себя нереально старым, толстым и никчёмным.

Пока мне несли документы и оборудовали рабочее место, я стал думать о том, что ещё никогда в жизни не хотел так сильно измениться!

В голове крутилась мелодия, хотелось одновременно запомнить её и в тоже время избавиться от мешающего сосредоточиться, фона.

Но, чем больше я пытался думать о чем-то другом, тем более отчётливо стали приходить фразы, ровным строем выстраивающееся в музыку моей влюбляющейся души. Я схватил чистый лист со стола и записал текст, который пришёл в голову. Музыка затихла, а по телу разлилась волна самого настоящего счастья.

"Моя Любовь" вывел я заголовок и спрятал листок в стол, оцифровав, что за двадцать лет супружеской жизни, я не написал ни одной песни и ни одного стихотворения, хотя, когда-то в молодости считался талантливым поэтом.

Уйдя с головой в изучение нового объекта, я всем телом продолжал ощущать эту нежность. "Нужно удивить её" – подумал я и с присущим мне усердием бросился разбираться с чужими ошибками, стараясь в процессе не добавить своих.

Глава 4

Невероятно

"Павел Андреевич, как вы себя чувствуете?" – мужской громкий голос разрушил образы, так отчётливо всплывшие в моём воображении. Это был Рауль Магомедович. Тот самый врач-кардиолог, который имел славу на всю страну. Когда-то он лечил мою бабушку, потом отца, а сейчас вот и мой черёд настал. Спасибо, что я вспомнил о нём, когда меня забирали по скорой и удалось попасть именно в это "отделение неровно бьющихся сердец". Ой, не могу! Ну угодили поэту с названием!

"Вы знаете, хотел пожаловаться! Но снова пока дождался своей очереди, уже понял, что не так уж мне и плохо!"– Я попытался пошутить, но языковой барьер не позволил моей шутке отозваться в душе этого великого человека. И он спокойно ответил с небольшим акцентом:

"Мы получили результаты холтера. Экстрасистолия – это разновидность аритмии…" – мне было не важно слышать причину, необходимо было предотвратить повтор приступа.

Терпеть не могу разговоры о болезнях, поэтому внимательно, конечно же, слушать врача не стал. Только вынес самое главное. Что находиться мне еще здесь минимум 4 дня и что после выписки необходимо будет избегать любых стрессов. Смешно!

Дома ждал болезненный развод, на работе – неминуемое увольнение, а женщина, ради которой я решился перевернуть свою жизнь вверх дном делает вид, что между нами ничего нет, сводя меня с ума.

"Как думаете, у меня получится?"– спросил я так искренне, что сам к себе пропитался сочувствием в этот момент.

Рауль Магомедович пожал плечами в ответ: "Такие вещи не проходят без следа. Вы должны систематически обследоваться, стараться не перетруждаться и не нервничать." Я пожал его огромную добрую руку и вернулся к себе в палату.

Всего каких-то четыре дня! Это была не самая долгая разлука. Однажды, когда она уезжала на семинар, мы не виделись целых 5 дней. Но, правда, тогда переписывались по рабочим вопросам, и я в тот раз, с большим трудом, но выдержал эту пытку. Сегодня же я был лишен возможности написать ей или позвонить и довольствовался только теми её фотографиями, что были сохранены в телефоне. Чем, собственно, я и занялся, как только принял горизонтальное положение.

Она особенная, не такая, какими были все её ровесницы. Что-то в её внешности хватает мой взгляд и не позволяет глазам моргать.  Величие образа создаётся за счет идеальной осанки и прекрасной фигуры. Но её лицо – это произведение искусства. При этом ничего идеального или эталонного. Её гордый профиль рождает идеи о портрете или скульптуре. Больше какой-то харизматичности, игривости, чем у других.

Как я мечтал о фотографии с ней! И пару раз пытался пристроиться, когда мы всем коллективом щелкались на память. Но, как на зло, те фото, где была она – делал я, а где мне судьба была оказаться в кадре, фотографировала она на свой телефон, и ни одного совместного кадра у нас с ней так и не получилось!

Наступал вечер. Нам в палату принесли ужин. Свою порцию я традиционно отдал соседу и отвернувшись лицом к стене, чтобы не показывать свою горечь, открыл наш такой длинный, но давно завершенный чат.