Фантастический роман

Ларочка шла по родным коридорам фабрики, на которой проработала двадцать с лишним лет и понимала, что это какой-то абсурд! Все это не реально. Опять закружилась голова. «Слишком много совпадений за один день. Словно сама судьба…», – думала женщина, но, в конце концов, за спрос – не бьют в нос, и она смело шагнула в приёмную.

– Жанна…

– Я Вас слушаю, Лариса Михайловна!

– Можно просто Лариса. Жанна, тут такое дело… Я слышала, что ты собираешься в путешествие. А можно узнать куда? Извини, если я лезу не в своё…

– Ой, да что Вы! Я сама, если честно, в шоке! Это так неожиданно и Сергей Николаевич отпустил! Он чудесный! Ах да, путешествие! Я сама толком ничего не знаю. Это наша новая фотомодель для рекламы генераторов мне предложила, интересно – с чего бы, вдруг? – затараторила девушка. – Я‑то сразу согласилась, всегда беру от жизни всё! А тем более поход, с ночёвкой, на неделю! В Места Силы… Погода ещё позволяет! Вы только представьте…

– Подожди… А можно с вами? – крупные капли пота текли по телу Ларисы Михайловны. – У меня тоже нежданно отпуск образовался, вот думаю, куда махнуть?

Ларочка старалась сказать это как можно небрежнее. Как будто это в порядке вещей многодетной матери, жене, хранительнице очага, вот так взять и исчезнуть на неделю в лесах Карелии. Подумаешь, обычное дело!

– Ва-а-ам? – Жанна округлила глаза и уставилась на Ларочку.

В свои сорок Ларочка выглядела… как и полагается уставшей матери четырёх детей. И весила она соответственно матери четырёх детей. Как будто каждый ребёнок что-то забывал в ней, когда рождался. Лишние килограммы не выглядели сильно лишними, были спрятаны аккуратно под блузку и пиджак оверсайз. Но щёки спрятать не получалось, и они вместе с попой сдавали Ларочку с потрохами. Она казалась немного грузной, хотя старалась быть приветливой. Но из-за плохого зрения лицо было, как будто всегда напряжено, вроде бы она всех вокруг в чём-то подозревала, тем самым смущая людей. Но смущение Ларочка не видела, не замечала в себе этих нюансов и всегда удивлялась, когда слышала про себя эпитеты: «злая», «хмурая», «серьёзная», «недотрога». Ведь ощущала она себя лёгкой, нежной и искренней молодой женщиной. И желала всем только добра. Вот и сейчас, она смотрела на Жанну с прищуром, пытаясь разглядеть её эмоции.

– А там какой-то отбор, да? Я не подхожу по параметрам? – дрожащим голосом и подбирающимся предательским комком к горлу, выдала свою тревожность Ларочка.

– А, ой, нет, я не знаю… Надо у Нинель спросить. Давайте, я ей позвоню и Вам сразу сообщу!

***

– Забери, пожалуйста детей из сада и посмотри, чтоб у старших были уроки сделаны. Я задержусь сегодня. Да, да, я понимаю, месяц… Да, да, отчёт… Ну если тебе очень трудно… Ага, хорошо, спасибо!

Ларочка чувствовала себя предателем. Она отпрашивалась и врала. Как бы она сказала мужу, что сегодня вечером у неё встреча в ресторане с абсолютно незнакомыми людьми и они будут обсуждать поездку в… Места Силы… Ларочка думала, что она сходит с ума, но её уже добавили в общий чат «Отчаянные путешественницы», и она теперь не могла всех подвести, потому как ответственность была у неё в крови! А судя по вчерашнему сну, кровь у неё была горячей…

Глава 3

Путешествие

Их город был небольшим, таким, как в рассказах Бунина – уютным и тихим, гостеприимно открывающим свои двери для проезжавших мимо на юг людей.

У Нинель сдавала посуточно квартиру, которая ей досталась от бабушки. В данный момент, осенью, поток туристов иссякал, и квартира пустовала. Решено было сделать эту квартиру тайным штабом. Конечно, тайным он был только от семьи Ларочки и, собственно говоря – только она и думала, что штаб тайный. Вся подготовка к поездке проходила под грифом «совершенно секретно».

– Не, ну я не понимаю, чего скрывать-то? – закатывала глаза Нинель. – Ты же взрослая женщина, можешь принимать решения, нести за себя ответственность… Хотя ты столько этой ответственности взвалила на себя, что пора вообще вести себя безответственно!

Ларочка молча теребила кофточку и смотрела в пол. Ей было неудобно и казалось, что она совершенно не вписывается в эту компанию смелых, дерзких и свободных женщин.

– Софи, а у нас вообще ещё будут люди в походе? Или ты нас таких эксклюзивных решила втроём выгулять? – хохотала Нинель.

По большому счёту им всем было всё равно, сколько будет в походе людей. Даже чем меньше, тем лучше. За неделю подготовки они сдружились и приняли друг друга. Но мужчин хотелось иметь хотя бы одного, на крайний случай. Чтобы палатку поставить, дрова для костра насобирать или медведям скормить, хорошему мужику всегда применение найдётся.

– Девочки, да я бы с радостью, но все в разъездах. Надежда остаётся на Пашку. Думаю, он запрыгнет в последний вагон, так сказать. Он сейчас на Тибете, как раз через два дня вернётся. – Нам пока есть чем заниматься. Вы всё по списку купили для похода?

Список был для всех, кроме Жанны, чем-то вроде магического заклинания. Неопреновые носки, термобельё, флисовые кофты… Это только одежда, название которой звучало как эльфийская песнь, а ещё верёвки, палатки, котелки… Всё надо было взвесить, упаковать, провиант поделить и – главное! – ничего лишнего!

Ларочка была в шоке. Это как, только гречка, сухое мясо и сухофрукты? А конфетки? Немного шоколадных конфеток, внутри которых нежная помадка сливочного крем-брюле, с ароматным какао-порошком и ноткой коньяка… Никто и не заметит, если она себе возьмёт в карманы. А то это не поход получается, а ссылка. Софи даже не повела бровью, когда увидела Ларочку. И на её тихие вопросы: «Есть ли критические нормы для похода по весу?», отвечала строго: «Знаешь, дорогая моя, когда я первого мужа захотела, то притворилась мастером спорта по плаванию, так как он был в сборной по гандболу. А притворяться, не умея плавать – это же искусство, да ещё и пять добрых лет! Он узнал об этом только после развода, когда мы случайно встретились на пароме и там произошло небольшое крушение. Людям пришлось надевать спасательные жилеты, но на всех не хватило. Он пытался стащить один с меня для своей новой жужелицы. А я кричала: я не умею плавать, отстань от меня, изверг! Во у него удивление было! Так что, если хочешь найти себя настоящую, обрести гармонию и мир в душе, то справишься. Только конфеты не бери. От них пить будет хотеться, а с питьём может быть туго. В основном пить будем болотную воду! Болота содержат особый мох сфагнум, который является антисептиком, убивающим бактерии, а торф при этом выступает в качестве естественного фильтра. Записала?» На вопрос Ларочки: «Куда?», Софи рассмеялась и по-доброму обняла женщину: «На подкорку!»

Нинель всё время была на телефоне. Переступая через разваленные по всей однушке походные вещи, постоянно с кем-то о чём-то разговаривала. Она решала вопросы по аренде, оплате, трансфере, фотографе и миллион ещё различных мелочей. Жанна смотрела на Нинель с открытым ртом и только успевала подбирать слюну. Настолько завораживала Нинель. Как она ставила на место каких-то Александров Николаевичей, Сергеев Дмитриевичей и Светлан Алексеевных! Это была магия! Ни одного грубого слова, очень корректно, без намека на издевательство, она издевалась и уничтожала всех, кто мешал или мог ей помешать.

– Я правильно слышу, Анатолий Степанович? Вы хотите, чтобы я подписала договор, в котором прибыль будет получать Ваша фирма. А мне – процент от продаж? И то только в том случае, если продажи превысят среднестатистический доход фирмы за месяц? Вы считаете, что я плохо училась в школе? Я была очень хорошей ученицей, Анатолий Степанович, и очень хорошо усвоила урок – деление на ноль невозможно, поэтому с Вами делиться я не собираюсь. Всего доброго!

Жанна сидела на полу среди вещей и «записывала на подкорку» каждое слово. Сборы в поход у неё не отнимали ни внимания, ни времени. Всё было давно собрано в один рюкзак и пылилось в общежитии на шкафу. Сейчас благодаря инвестициям Нинель и Ларочки, её несколько скромный скарб пополнился новыми удобными вещами. Там были даже брендовые непромокаемые дышащие крекинговые ботинки. Которые она теперь вообще не снимала. Тестировала. Хотя все знали, что она просто от них кайфует. И просто искренне были рады, что эта юная девочка счастлива!

Удивительно, какие все разные и в то же время предсказуемые люди. И каждому для счастья нужно совсем немного. Только сложность состоит в том, не каждый знает, что его сделает счастливым. И лишь пробуя, ошибаясь, снова пробуя, можно понять, услышать себя! Ну или не понять, тогда только и остаётся надежда на Место Силы.

***

Жанна торопилась быстрее выполнить работу, чтоб успеть на финальную встречу путешественников. Она бежала по лужам и как будто не видела мимоидущих людей. На повороте она впечаталась в мужчину и уронила документы на землю.

– Вот, осёл! Хорошо, что в лужу не упали! – взвизгнула девушка.

– Сама дура! – рявкнул парень, у которого теперь точно будет синяк на мизинце левой ноги.

Жанна подняла глаза и вздохнула. Перед ней стоял Васька. Она на секунду потеряла дар речи, но потом, совладав с эмоцией, воскликнула:

– Ого, ты вымахал! Ну мужик! Конечно, можешь себе позволить на маленьких беззащитных женщин нападать! – от радости встречи, Жанна забыла про манеры и была похожа на маленькую обезьянку, которая встретила своего хозяина.

Он Жанну не узнал. Длинную косу она остригла и теперь больше походила на пацана, чем на девушку. Ярко накрашенные глаза, чётко подведённые алым губы, кричали о её строптивом характере. Хотя никто не мог такого о ней сказать. Она всегда была тихоней. Но добивалась своего любой ценой.

Ваську она не видела после выпускного. Слышала от соседей, что он собирался жениться на Лерке, ушёл в армию, она замутила с каким-то артистом и, не дождавшись его, укатила в Москву. А про него больше никто ничего не слышал.

– Даров, мелочь, – он улыбнулся огромным ртом, и казалось, будто у него больше зубов, чем обычно бывает. – Куда несёшься?

– Слу-у-шай, я сейчас не могу никак, завтра с утра улетаю в Карелию. Но я вернусь через две недели. Давай номер свой, я тебя наберу, как приеду! Поболтаем! Вон ты какой вымахал! Женат? – последнее «женат» прозвучало даже не вопросом, а неким утверждением, как будто по-другому и быть не могло. За этим вопросом стояли ещё десять, вроде: «дети есть?», «где живёшь?», «работаешь?», а ещё, ещё просквозило обидой. Детская обида не отпустила. И хотелось стукнуть его сразу, чтоб он понял. И чтобы он обнял её и сказал: «ну что ты, девочка моя маленькая, я вернулся, я с тобой теперь». Но она даже себе не могла признаться – влюблена была в него с самого детства. И поэтому, найти себе больше никого не могла. Потому что не хотела дорогого. Другие, они не её, чужие. А Васька… Васька, родной. Жанна даже все шрамы у него знает (в том числе на попе от гвоздя с забора деда Семена, где они яблоки тырили), вернее, знала. Наверняка уже новых наделал, засранец, без неё…

Они обменялись телефонами, и Жанна понеслась… Сердце бешено колотилось. Она думала отменить поездку. А вдруг она его больше не увидит? Вдруг он встретит за это время другую и полюбит. Вдруг?

Жанна бежала по улице, и её раздирали мучительные мысли. Отказаться от такой желанной поездки. Встретиться с ним. Сколько они не виделись? Пять лет, больше?

Вспомнилось, как она уехала учиться из их города в Москву после школы. Бабушка говорила, что нужно поступать на техническую специальность, больше шансов потом устроиться. Жанна выучилась на электромеханика. Она была единственной девочкой в группе. Её мальчишки любили. Жанна решала все вопросы с поведением, прогулами, любыми тёрками с преподами. Вот умела она находить подход к людям. В целом, ей неплохо давались мужские предметы. Нравилось чертить и конструировать. Проблемы были только с английским. Ей никак не удавалось сдать его, и, в итоге, она заплатила взятку в конверте за тройку. Эти деньги для Жанны собрали мальчишки. Кто-то подработал грузчиком, кто-то просто у родителей попросил. Жанну не могли отпустить. Но она была для всех «своим парнем». С ней делились секретами, советовались, как лучше поступить в отношениях с девушкой. Жанна делала вид, что не парится. Она шла к своей цели, убеждая себя, что любовь – лишняя нагрузка, которая только помешает. Окончив универ, пыталась найти работу в Москве. Потом в Подмосковье. Потом везде, где только можно. В любом городе нашей страны. Только работодатель даже не рассматривал женщину электромеханика. Работодателю нужен был мужик с гаечным ключом наперевес или что там у электромехаников используется. В итоге, когда у неё стали заканчиваться деньги, которые ей выслала бабушка в последний раз, ей позвонили и пригласили за двести километров от Москвы на работу секретарём на фабрику по производству дизель-генераторов. Жанна думала, что вообще не смешно даже получается. Работать не то чтобы не по специальности, а ещё и на побегушках, с её-то уровнем знаний и подготовки… Сергей Николаевич обещал помочь устроиться в цех мастером. Он обязательно поговорит с начальником отдела. Директор, всё-таки, в конце концов. Эх, перед Васькой как-то стыдно. Он наверняка уже добился всего в этой жизни. Разве такой мужчина посмотрит на секретаршу…

***

«И через горы, снежные поля

По верхушкам длинноногих сосен,

Я хочу увидеть нежное дитя

Тёплых лет и ароматных вёсен…»

Софи напевала песенку в такт стуку колёс поезда. Жанна смотрела в окно, лёжа на верхней полке, остальные – сидели за столом и играли в карты. В вагоне пахло жареной курицей и огурцами. Почему-то все вокруг ели, хотя они сели в поезд всего полчаса назад. Ехать предстояло около двух дней, поэтому торопиться было некуда. И это состояние неторопливости и ничегонеделания потихонечку затягивало женщин. Периодически кто-то вспоминал, что они что-то забыли, но с увеличением расстояния от дома всё переставало иметь значение. Ларочку всё ещё тревожил последний разговор с мужем, он кровью стучал в висках, и она так зациклилась, что не могла выбросить из головы его слова:

– Ларочка, поезжай, конечно, я со всем справлюсь. Отдохни, подыши свежим воздухом. Я не буду тебя в этом упрекать никогда. Ты же устала, должна отдохнуть. Мы с детьми будем скучать.

Так просто. Можно подумать, она просто может уехать и не думать ни о чём. Всё очень странно. Странно, что он не задавал вопросов, не расспрашивал, с кем она едет, не интересовался – куда. Даже спросил, есть ли у неё деньги и всё ли у неё в порядке. Добродушный человек. Прям солнце ясное. Никаких сарказмов, подколок типа: «Смотрите, дети, наш пельмешек хочет выпрыгнуть из кастрюльки!» или «Буду смотреть внимательнее новости, вдруг расскажут, что в Карелии выросла популяция волков, объевшихся туристами». Таких прибауток у него было навалом. На любой случай жизни. И Ларочка точно знала, что упрёков после поездки будет тонна. И нытья, как ему было тяжело, пока она с медведями развлекалась…