Звёзды под кожаной курткой

Дарья Север

Звёзды под кожаной курткой

Глава 1. Письмо с печатью луны

Дом на окраине старинного городка, затерянного между холмами и туманными лесами, стоял так тихо, будто время здесь замедлилось намеренно – чтобы не тревожить память. Серые стены, покрытые плющом, дышали историей. Окна с мелкими стёклами, переплетёнными свинцовыми узорами, отражали закат, будто собирая последние лучи, как драгоценные камни. В саду, где когда-то цвели чёрные розы, теперь росли древние кусты шиповника, а между ними, словно стражи, торчали каменные фонари с потускневшими кристаллами внутри – остатки былой магии. Это был дом Софии. Не тот, в котором она родилась, но тот, что стал её сердцем. Дом бабушки Агнии.

Софии было шестнадцать лет, и этот день прошёл почти незаметно. Ни шумных поздравлений, ни тортов с кремом, ни даже звонков – только чашка тёплого молока с мёдом, которую бабушка поставила на стол у окна, и тихое: «С днём рождения, звёздочка. Ты теперь совсем взрослая». София сидела, обхватив колени, в своей любимой рубашке – белой, с вышитыми по воротнику и манжетам крошечными звёздами из серебряной нити. Тёмно-синие джинсы слегка поистрачены на коленях, волосы – чёрные, стриженные под каре, лежат ровной чёткой линией чуть ниже подбородка. Голубые глаза, будто вырезанные из зимнего неба, смотрели вдаль, за холмы, где сгущались сумерки. Ростом она была невысокой – около 160 см, но в ней чувствовалась лёгкость, как у птицы перед полётом.

Она редко думала о родителях. Бабушка никогда не говорила о них, только иногда, в дождливые вечера, поглядывала на старую фотографию в рамке – две молодые фигуры в длинных плащах стоят у ворот, закрытых решёткой с символом в виде полумесяца. «Они были сильными, – говорила Агния. – И они любили тебя больше жизни». Но больше ничего. Ни имён, ни причин, ни подробностей. Только молчание. И София привыкла. До вчерашнего дня.

Вчера, в день её шестнадцатилетия, бабушка впервые сказала: «Ты имеешь право знать. Твои родители погибли… из-за магии. Они были хранителями. А кто-то хотел их силу. Они погибли, защищая тебя, ещё до того, как ты открыла глаза». София тогда не заплакала. Она просто сидела, чувствуя, как по спине бежит холод, как будто в комнате открылось окно в другой мир. Магия открылась для неё с другой стороны. Теперь нет красивой сказки и снов. А есть правда. Правда её семьи.

И вот, на следующий день, в самый вечер, когда небо окрасилось в багрянец, а воздух наполнился запахом мокрой земли после дождя, произошло нечто странное.

София стояла перед старым зеркалом в своей комнате. Оно было древним – в резной деревянной раме, с трещиной по диагонали, будто кто-то пытался разбить его, но остановился на полпути. Бабушка говорила, что это «зеркало-проводник». Что оно не просто отражает – оно видит. Но София всегда считала это метафорой. До этого вечера.

Она смотрела на своё отражение. Вдруг – поверх её лица, в стекле, появилось другое. Не её. Женское. Строгое. С длинными волосами, собранными в косу, и печальными глазами. Глаза – такие же голубые, как у Софии. Материнские глаза? София замерла.

Отражение не двигалось. Но потом – медленно, словно преодолевая сопротивление стекла, из глубины зеркала появилась рука. Бледная. С тонкими пальцами. На безымянном – перстень с лунным камнем. В руке – конверт. Чёрная лента. Печать в форме луны с трещиной посередине. В этот момент София не дышала.

Рука протянула письмо – прямо сквозь поверхность стекла. Бумага коснулась её ладони. Холодная. Живая. Она взяла его.

В тот же миг отражение исчезло. Зеркало снова показало только её – бледную, с широко раскрытыми глазами, с письмом, которое не могло появиться иначе как из мира, где магия – не вымысел. Она развернула пергамент. Чернила переливались, как будто в них капнули звёзд:

Уважаемая София Велесова! Академия Магии «Лунный Страж» с радостью сообщает, что вы приняты на обучение по специальности «Звёздная Магия и Искусство Равновесия» на первый курс. Заезд – через неделю. Транспорт: корабль «Туман-7», отправление с единственного причала в вашем городке в 23:07. Не опаздывайте. Магия ждать не будет. С уважением, Ректор Академии, Профессор Элиас Ноктюрн.

– Бабушка – крикнула София, бросившись вниз по лестнице, которая скрипела под каждым шагом, как будто напоминала: «Ты уже не та девочка, что бегала здесь с куклой».

– Я знала, – тихо сказала Агния, стоя у камина. Она была высокой, худощавой, в длинном чёрном платье, с седыми волосами, собранными в тугой узел. Её глаза – такие же голубые, как у Софии, но глубокие, как колодцы. – Я чувствовала. С самого утра. В воздухе запахло переменами.

– Но… как? Почему именно сейчас?

– Потому что в шестнадцать пробуждается дар, – ответила бабушка. – У Велесовых он всегда приходит с годом, когда луна становится полной в день рождения. А вчера… была полная луна.

– И ты не сказала мне раньше?

– Я защищала тебя. Теперь – пора.

– А Даша? Ромка? Куда я без них?

– Они тоже получат письма. Я это чувствую. Настоящая триада не распадается. Вы – как три звезды одного созвездия. Вам суждено идти вместе.

В этот момент зазвонил старый телефон на стене – механический, с колокольчиком. Агния кивнула. София схватила трубку.

– СОФИ – закричала Даша, и голос её дрожал от восторга. – Ты получила?! Я только что… Письмо из «Лунного Стража»… Я в шоке! Я в истерике! Я в магии!

– И я, – тихо сказала София, прижимая письмо к груди.

– Рома тоже уже получил. Он орёт на весь двор. Представляешь? Мы все трое – в одной Академии

– Я верила, что так будет, – прошептала София.

– Конечно, верила. Мы же обещали с детства. Помнишь, как мы клялись под дубом? «Три сердца – одна сила»?

– Помню.

Даша. Длинные, густые чёрные волосы, всегда завитые в крупные, шикарные кудри, будто выточенные из ночи. Глаза – редкость: один чуть зелёный, другой – синий, как море под луной. Ходит в брюках-карго, в которых, кажется, спрятано всё: зелья, заклинания, жвачка. Верх – чёрная облегающая кофта с капюшоном, на которой вышито: «Не трогай, укушу». Она всегда была самой смелой. И самой верной.

А Роман. Короткие тёмно-шоколадные волосы, чуть растрёпаны, как будто он только что проснулся. Всегда в футболке – сегодня, например, с надписью «Я не ленивый, я в энергосберегающем режиме» – и в клетчатой рубашке, расстёгнутой поверх. Он и Даша любят друг друга, но это не изменило их дружбу. Наоборот – они стали крепче. Он шутит, она смеётся, а София – как сестра, как третий угол в их треугольнике. Они – не просто друзья. Они – семья.

– Получается уже через неделю, – сказала Даша. – «Туман-7». Это же легенда Говорят, он плывёт не по воде, а по облакам.

– И я слышала, – прошептала София. – Бабушка говорит, что он не просто корабль. Он – живой.

– Ну, конечно. А ты думала, мы поедем на автобусе?

– Нет, конечно. Просто… я боюсь.

– Не бойся, – голос Даши стал тише. – Мы вместе. Всё будет хорошо. И потом… ты же София Велесова. Ты – звезда.

– А ты – луна, – улыбнулась София. – А Рома – солнце.

– Ну, солнце-то он пока тусклое, – засмеялась Даша. – Но светит.

После разговора София вернулась в комнату. Вечер опустился на землю, как чёрный плащ. Она села у окна, держа письмо в руках. Вдруг почувствовала – что-то внутри неё шевелится. Как будто в груди загорелась маленькая искра. Она закрыла глаза. И прошептала:

– Луна, что видишь меня… помоги мне понять.

И в этот момент – звёзды на её рубашке вспыхнули.

Не мигнули. Не блеснули. Вспыхнули – ярко, синевато, как будто внутри них зажгли крошечные созвездия. Свет разлился по комнате, коснулся стен, потолка, отразился в зеркале. София отшатнулась. Сердце колотилось.

– Так, – раздался голос бабушки в дверях. Она стояла, скрестив руки. – Значит, началось.

– Бабулечка, что это было?

– Твой дар. Звёздная магия. Она откликается на первое истинное заклинание. Даже если ты не знала, что произносишь его.

– Я же просто попросила…

– А магия услышала. Потому что ты – одна из них. Хранительница.

– И что теперь?

– Теперь ты должна быть готова. К Академии. К испытаниям. К тому, что скрыто за красивыми словами и светящимися звёздами.

– Бабушка, а как же Дима? – вдруг спросила София, и голос её дрогнул. – Он тоже получит письмо?

Бабушка посмотрела на неё долгим взглядом.

– Дмитрий Морозов? Да. Он тоже идёт в «Лунный Страж». Но будь осторожна, звёздочка. Он – как огонь в кожаной куртке. Горячий. Опасный. И… он тоже не прост.

София не ответила. Вспомнила его – шоколадные волосы с лёгкой чёлкой, взъерошенные, будто он только что выскочил из бури. Глаза – бездонные, карие, в которых читалась и боль, и вызов. Кожаная куртка, облегающая плечи, с застёжкой, похожей на коготь дракона. Он был старше – семнадцать лет, почти на год опережая её и её друзей, и это расстояние ощущалось не только в возрасте, но и в ауре, в каждом его взгляде, в молчании, которое он оставлял после себя.

Дмитрий Морозов – имя, которое шептали на переменах, обсуждали в подворотнях, о котором складывали легенды. Говорили, что он выжил в Темном Лесу после исчезновения своего отца. Говорили, что его кожаная куртка – не просто стиль, а артефакт, зачарованный на выживание. Говорили, что он умеет находить того, кто лжёт.

Но больше всего – говорили, что он никого не замечает. Ни восхищённых взглядов, ни признаний, ни цветов, которые девушки оставляли у его порога. Он проходил мимо, как тень, как вихрь, как нечто, что принадлежит не этому миру.

А София… София смотрела на него с детства. С тех пор, как в десять лет он спас её от падения с обрыва у старого карьера. Она бежала за бабочкой с крыльями, как у звезды, и не заметила края. Он вынырнул из тумана, схватил её за руку, потянул наверх – и не сказал ни слова. Только посмотрел. Карие глаза – глубокие, как провалы во времени. И исчез.

С тех пор она влюбилась. Не в принца, не в героя, а в молчаливую загадку. В того, кто был кем-то посреди всех, но чужим для всех. В того, кто, казалось, не нуждался ни в ком. А она мечтала, чтобы он однажды посмотрел на неё не как на маленькую девочку в звёздной рубашке, а как на кого-то… важного.

– Он никогда не смотрел на нас, – тихо сказала София, всё ещё глядя в окно, где звёзды на её рубашке медленно угасали, оставляя после себя тёплый след на ткани. – Ни на меня. Ни на Дашу. Ни на Рому. Будто мы – просто фон. А он – где-то за гранью.

– А теперь вы будете в одной Академии, – заметила бабушка, подходя ближе. – Иерархия изменится. Там он – не король улиц. Там силу нужно доказывать каждый день. И, возможно, именно ты окажешься той, кто заставит его остановиться.

– Я? – София усмехнулась. – Я даже сама себя не могу заставить перестать нервничать, когда он проходит мимо.

– Но ты – Велесова, – твёрдо сказала Агния. – А в вашем роду магия пробуждается не от страха. А от чувства. От любви. От боли. От правды. И если он не смотрел на тебя раньше – возможно, именно теперь он увидит.

София не ответила. Она снова взяла письмо в руки, провела пальцем по восковой печати. Луна под пальцем слегка вибрировала, будто живая.

– «Туман-7»… – прошептала она. – Корабль, который плывёт сквозь туман, а не по воде. Говорят, он видит тех, кто готов. И если ты не веришь в магию – он просто пройдёт мимо причала.

– А ты веришь?

– Я не знаю, – честно ответила София. – Но я хочу верить. Хочу, чтобы всё это было правдой. Хочу, чтобы родители… чтобы они гордились мной. Хочу, чтобы Даша и Рома были рядом. И… хочу, чтобы он, хоть раз, посмотрел на меня так, будто я – не просто кто-то.

Бабушка подошла, обняла её за плечи. Запах старых книг, лаванды и чего-то древнего, как пепел звёзд, окутал Софию.

– Ты уже не та девочка, что боялась теней, – сказала Агния. – Ты – та, кто заставляет звёзды светиться. И если «Туман-7» приплывёт за тобой – значит, ты готова. Даже если сама ещё не поняла этого.

Ночь сгущалась. За окном вспыхнула первая настоящая звезда. А где-то вдалеке, у самого края города, у единственного деревянного причала, покрытого мхом и тайнами, медленно начал собираться туман. Густой, серебристый, пульсирующий. И в его глубине – едва различимый силуэт корабля с чёрными парусами, похожими на крылья ночного орла.

«Туман-7» уже ждал. И через неделю он заберёт их. Всех троих. В мир, где магия – не сказка. Где дружба – щит. Где любовь – оружие. А прошлое – не приговор, а начало.

Глава 2. Корабль в никуда… или везде

Неделя, отделявшая Софию