Тайгер Вудс. Инстинкт чемпиона

Но Эрл столкнулся с проблемой. Когда Тайгер поступил в Стэнфорд, IMG перестало платить Эрлу 50 000 долларов в год за поиск игроков. Выплаты членам семьи в качестве возможного стимула для подписания контракта с агентом строго запрещались правилами NCAA, что, конечно, беспокоило IMG. «Насколько я помню, его отношения с IMG прекратились, когда Тайгер поступил в колледж в Стэнфорде, потому что любая связь считалась бы нарушением правил NCAA», – написал Аластер Джонстон, бывший глава международного подразделения IMG по гольфу, в электронном письме.

Для большого тура Тайгера по любительским соревнованиям летом 1995 года нужны были финансы, и Эрл обратился за помощью к Мерчанту. Вместе они придумали гениальную идею: использовать известность Тайгера, предложив состоятельным членам закрытых загородных клубов шанс поиграть в гольф в обмен на вклад в общее дело. Они также приглашали детей из числа меньшинств из близлежащих городов принять участие в мастер-классе с Тайгером. Поскольку статус любителя не позволял Тайгеру получать выплаты, они фактически поступали Эрлу, который выступал с речью перед каждым раундом игры в гольф с Тайгером. Мерчант не мог придумать лучшего места для реализации плана, чем его двор в Фэрфилде, штат Коннектикут, где расположены два самых богатых района Соединенных Штатов. Там также было два престижных поля для гольфа: Brooklawn Country Club и The Country Club of Fairfield. Мерчант любил повторять, что в Огасту попасть легче, чем в загородный клуб Фэрфилда. Поскольку он был первым чернокожим членом клуба, он не боялся приводить Эрла и Тайгера с собой. «Ты же не хочешь ругаться с чернокожим», – говорил он с улыбкой.

В середине июня Тайгер должен был сыграть на Открытом чемпионате США в гольф-клубе Shinnecock Hills в Саутгемптоне, штат Нью-Йорк. Фэрфилд находится недалеко от Саутгемптона, через Лонг-Айленд-Саунд. Мерчант организовал мастер-класс для молодежи из числа меньшинств с Тайгером в Бруклине и выставку в загородном клубе Фэрфилда. Затем, на той же неделе, когда государственные чиновники уведомили его о назначенном слушании по его делу о нарушении норм этики, Мерчант позвонил генеральному директору General Electric Джеку Уэлчу с просьбой о финансировании. Уэлч и Мерчант были не просто знакомыми. В один и тот же год они стали членами загородного клуба Фэрфилд и настолько сдружились, что Мерчант обратился к Уэлчу за поддержкой. Он предложил ему поиграть с Тайгером. На следующий день после их разговора Мерчанту позвонил сотрудник Фонда GE.

«Мистер Уэлч попросил меня позвонить, – сказал звонивший. – Мы можем помочь, если ваш бюджет не превысит 10 000 долларов».

Оплатив расходы на мероприятие, Мерчант обратился к другим спонсорам. 24 апреля он написал письма сорока четырем руководителям компаний, банкирам и другим корпоративным титанам в округе Фэрфилд. Одним из получателей был Джон Эйкерс, бывший генеральный директор IBM, который входил в совет директоров New York Times Company. Мерчант отправил письмо Эйкерсу на домашний адрес в Уэстпорт, штат Коннектикут.

24 апреля 1995 года

Дорогой Джон,

утром 19 июня 1995 года Тайгер Вудс будет проводить тренировку по гольфу для молодежи из числа меньшинств и не только в загородном клубе Бруклоуна. Фонд General Electric любезно согласился профинансировать мероприятие совместно с People’s Bank и Hall Neighborhood House в Бриджпорте.

После тренировки Hall Neighborhood House пригласил Эрла Вудса выступить перед группой из пятидесяти-шестидесяти человек в загородном клубе Фэрфилда. Эрл Вудс поделится своим опытом отцовства и воспитания сына во время обеда, который состоится в 12 часов дня.

После обеда и выступления мистера Вудса одиннадцать (11) команд по четыре человека приглашаются сыграть партию в гольф в Фэрфилде, после чего будет небольшое собрание.

Мы с удовольствием приглашаем вас принять участие в обеде, игре в гольф и собрании. Кроме того, в этом нет необходимости, но если у вас есть желание внести свой вклад в гонорар Эрлу Вудсу за его выступление, вы можете сделать это, отправив средства в Hall Neighborhood House.

Я искренне желаю, что расписание позволит вам посетить загородный клуб в Фэрфилде, чтобы послушать Эрла Вудса и сыграть в гольф. Эрл Вудс и Тайгер присоединятся к нам на игре и собрании. Пожалуйста, укажите на прилагаемой открытке, что вы принимаете приглашение, не позднее 15 мая 1995 года.

С уважением, Джон Ф. Мерчант

Мерчант и Эрл на этом не остановились. Поскольку в конце июня Тайгер должен был принять участие в любительском турнире в Род-Айленде, они решили, что следует действовать таким же образом. На следующий день после отправки писем потенциальным спонсорам из Коннектикута Мерчант отправил служебную записку ведущему бизнесмену из Род-Айленда, у которого есть связи с турниром.

АВТОР: ДЖОН Ф. МЕРЧАНТ

ТЕМА: ВЫСТУПЛЕНИЕ ЭРЛА ВУДСА

Письмо было разослано сорока четырем (44) гольфистам, которые вместе с примерно дюжиной людей, не играющих в гольф, приглашены на обед в загородный клуб Фэрфилда, чтобы послушать выступление Эрла Вудса. Ему передали гонорар за выступление, и этот факт никоим образом не влиял на любительский статус Тайгера.

Утром 19 июня Тайгер проведет в Бруклоунском загородном клубе тренировку для молодежи из числа меньшинств и не только. Во второй половине дня я пригласил Тайгера сыграть в гольф со мной и Джеком Уэлчем (генеральным директором GE, чей фонд оплатит расходы на тренировку).

Памятка и приложенное к ней письмо предполагали организацию чего-то подобного в Род-Айленде. В верхней части отправленных по факсу документов было написано: «ОТПРАВЛЕНО: ШТАТ КОННЕКТИКУТ». В то время как следователи штата готовили дело против Мерчанта, они понятия не имели, что он перешел к более амбициозным усилиям по привлечению средств для «Команды Вудса». С другой стороны, USGA могла только надеяться, что ничего из этого не просочилось в прессу. Один из получателей письма отправил копию по факсу исполнительному директору USGA Дэвиду Фэю вместе с запиской от 5 мая 1995 года:

КОМУ: ДЭВИДУ ФЭЮ

ТЕМА: ЭРЛ ВУДС

Дэвид, я отправляю это тебе не для того, чтобы разоблачить действия Джона Мерчанта, а чтобы ты дал мне несколько советов о том, что я могу делать с точки зрения этики в рамках любого писаного или неписаного кодекса USGA.

Джон прислал мне… письмо, в котором просит меня кое-что сделать.

Я всегда готов помогать любителям. Будет ли, по твоему мнению, неуместным с моей стороны внести вклад в турнир в Коннектикуте? Я немного растерян, так как знаю, что бы я ни делал для Эрла Вудса, это все равно что класть деньги в карман Тайгеру, но это не должно быть главной целью.

В ожидании ответа я, возможно, позвоню Джону и скажу, что хотел бы поговорить с банкиром и узнать, не хотят ли они взять ссуду на этого молодого человека. Люди занимают деньги на обучение в колледже, и какая между этим разница?

Фэй привык к тому, что его просили оценить действия Эрла с точки зрения правил любительского гольфа. Еще в 1991 году он консультировал Эрла по различным правилам. Позже, когда агенту Хьюзу Нортону пришла в голову идея включить Эрла в штат IMG в качестве специалиста по поиску талантов, генеральный директор агентства Марк Маккормак убедил Эрла лично встретиться с Фэем. USGA постановила, что IMG может платить Эрлу до тех пор, пока он не является агентом. USGA также разрешила Эрлу вести переговоры с Nike и Titleist. По сути, организация была готова закрыть на это глаза, потому что хотела, чтобы Тайгер продолжал участвовать в любительских турнирах в США.

«Если хотите знать мое мнение, – сказала Фэй, – Эрл всегда заботился об интересах своего сына, и его консультировали разные специалисты, включая USGA».

Лучший совет Вудс получил от Мерчанта, которого беспокоило, что Эрл любил поболтать и мог привлечь ненужное внимание, сказав лишнего. «Я сказал Эрлу: «Люди обращают внимание. Тебе лучше держать рот на замке».

Мерчант выучил наизусть свод правил USGA и ловко заставлял Эрла и Тайгера их соблюдать. Возможно, он и выходил за рамки дозволенного, но никогда не переступал черту. Когда после Открытого чемпионата США корпорация предложила частный самолет для перелета Тайгера с Лонг-Айленда в Коннектикут в гольф-клуб для проведения тренировки для меньшинств в Brooklawn Country Club, Мерчант отказался, решив, что это поставит под угрозу его любительский статус. Но он разрешил Тайгеру воспользоваться бесплатной поездкой на автомобиле, включая плату за платные дороги, потому что правила этого не запрещали.

Тем не менее Фэй не мог не заметить, что дело Мерчанта со штатом Коннектикут о нарушении этики привлекает все больше и больше внимания и это плохо отражается на USGA.

Когда Тайгер приехал на свой первый Открытый чемпионат США, он отправился в палатку для прессы в Шиннекоке и оставил на столе письмо на одной странице. В нем говорилось: «Цель этого заявления – рассказать о моем наследии представителям СМИ, которые, возможно, впервые меня видят. Это последний и единственный комментарий, который я сделаю по этому поводу. Мои родители научили меня всегда гордиться своим этническим происхождением. Пожалуйста, будьте уверены, что так оно и есть. В прошлом, настоящем и будущем. Различные СМИ представляли меня афроамериканцем, иногда азиатом. На самом деле я являюсь и тем и другим». Это был странный способ познакомиться с репортерами, освещавшими тур PGA. Еще хуже, когда репортеры пытались поговорить, Тайгер почти ничего не мог сказать. Отчасти это было связано с его характером, но в основном из-за того, что он не доверял прессе, его так воспитали. Отец считал себя экспертом в области средств массовой информации и научил Тайгера держать журналистов на расстоянии вытянутой руки и никогда не рассказывать о себе во время интервью. Мерчанта сводило с ума то, что Тайгер так плохо общался с прессой, особенно обладая такой харизмой и обаянием. Но вместо того чтобы что-то сказать Эрлу, Мерчант предпочел держать язык за зубами.

В первом раунде Тайгер сделал 74 удара, на четыре больше пар. Другие любители на турнире (Крис Тидленд и Джерри Курвилл) сделали 70 и 72 удара соответственно.

«Я не виноват, – сказал Тайгер позже. – Дело не в плохих ударах. Я просто не мог загнать мяч в лунку».

Второй раунд начался не лучше. У него было на семь ударов больше, чем у соперников на турнире, и, когда он приблизился к пятой ти, казалось, что он не сможет пробить. Затем он заметил Эрла, стоявшего за канатами. На глазах у Эрла Тайгер отправил свой мяч в раф. Когда он выбрался из высокой травы, то сказал партнерам Эрни Элсу и Нику Прайсу, что ему придется сняться, заявив, что он растянул запястье и «не может держать клюшку нормальным хватом».

The New York Times сообщила, что Тайгер Вудс покинул Открытый чемпионат США с перевязанным запястьем и что ему потребуется лечение. Люди, которых Джон Мерчант собрал в Бруклине и загородном клубе Фэрфилда, начали задавать вопросы. Они решили, что тренировка и выставка будут отменены. Мерчант попросил их не переживать.

Основанный в 1895 году Brooklawn Country Club был одним из первых клубов, получивших членство в Ассоциации гольфа Соединенных Штатов. Поле для гольфа пар 71, спроектированное знаменитым архитектором А. У. Тиллингхастом с сохранением традиций, отличалось рельефными фервеями, где росли деревья и большое количество зелени. Более сотни молодых людей из пригорода, которых привезли на автобусах из близлежащего Бриджпорта, сидели, скрестив ноги, возле шестнадцатого грина и смотрели на Эрла, который на открытии тренировки рассказывал им, как важно заниматься спортом и ставить цели. Затем Тайгер подошел к ти с клюшкой в руке, и началось настоящее шоу.

«Тайгер, – сказал Эрл, – хочу, чтобы ты ударил фейдом, мяч должен полететь вон к тем деревьям и потом вернуться в центр фервея».

Тайгер нанес высокий, размашистый удар, который пролетел над линией деревьев слева, прежде чем свернуть вправо и приземлиться точно там, где указал Эрл.

«А теперь, Тайгер, – сказал Эрл, – хочу, чтобы ты ударил в сторону деревьев на правой стороне и мяч вернулся в середину».

Тайгер снова замахнулся, и мяч полетел в точности так, как велел Эрл. Юноши из Бриджпорта смотрели с открытыми ртами.

«А теперь, Тайгер, – сказал Эрл, – я хочу, чтобы ты ударил стингер в то же место». Мяч полетел низко и резко, как пуля, всего в метре от земли и приземлился рядом с другими. Все были в изумлении. Даже взрослые, присутствовавшие на тренировке, с удивлением наблюдали за происходящим. «Эти три мяча были очень близко друг к другу, – сказал Атан Крист, давний член и историк клуба, который был свидетелем. – Помнишь чувство, когда ты видел фокусы в детстве? Именно так все и было».

Занятие продолжалось почти сорок пять минут, Эрл говорил, а Тайгер выполнял удары по команде: клюшкой для ударов из песка в основание дерева; 8-айроном – в то же место; и так далее, Тайгер ни разу не промахнулся. В качестве финального трюка он достал 3-вуд и пробил на семнадцатый грин с расстояния более 270 метров. Затем положил клюшку в сумку и повернулся к детям.

Один из детей поднял руку и спросил: «Тайгер, какой у тебя был лучший результат?» Эрл ответил на вопрос.

Другой ребенок поднял руку. «Тайгер, какой твой любимый клуб?» Эрл снова ответил.

Третий ребенок поднял руку.

«Да», – сказал Эрл, узнавая мальчика.

Мальчик указал на Тайгера и спросил: «Он умеет говорить?»

Тайгер не был в восторге от участия в выставках и мастер-классах. Он только что закончил изнурительную растяжку, а до этого потерял 7 кило из-за пищевого отравления в середине турнира Pac-10, за которым последовало разочарование из-за второго места в Университете штата Оклахома на чемпионате NCAA в Колумбусе, штат Огайо. Подавленный своим выступлением в первом раунде на поле Scarlet Course в штате Огайо размером 6500 метров, Вудс бросил клюшку на газон после неудачного удара на двенадцатой лунке. Несколько мгновений спустя, после еще одного неудачного удара, он сломал клюшку, бросив ее в сумку. За эту выходку он получил редкое предупреждение от официальных лиц NCAA. Тем не менее он провел Стэнфорд через последующие раунды и практически в одиночку завоевал чемпионство. Но его патт на берди с семи метров на восемнадцатой лунке финального раунда лишь задел край лунки, что привело к первому в истории турнира за 98 лет его существования дополнительному раунду. Ко всему прочему, он закончил первый курс с GPA 3.0, вступил в братство «Сигма Чи» и успешно сдал выпускные экзамены.

Больше всего на свете ему нужен был перерыв, но на это не было времени. Лето было заполнено любительскими турнирами, а тренировки, которые организовал Мерчант, покрывали все транспортные расходы и вступительные взносы. В загородном клубе Фэрфилда они с Мерчантом играли в паре с профессионалом и восьмикратным чемпионом клуба на восемнадцати лунках. Командная игра Тайгера, столь же надежная, как швейцарские часы, восхищала зрителей и вызывала широкую улыбку на лице Мерчанта. Но после раунда Тайгер скрылся на частном приеме в свою честь в столовой с видом на восемнадцатый грин. Пока его отец и Мерчант пили коктейли и общались с членами клуба, Тайгер выскользнул из дома и отправился на паттинг-грин, где в течение двух часов упражнялся в молчании и одиночестве.

Сидя на заднем сиденье арендованного автомобиля, Тайгер проехал через черные ворота из кованого железа мимо покрытых листвой дубов и кленов, прежде чем остановиться у гигантского дома с деревянной крышей, расположенного возле восьмой лунки в загородном клубе Point Judith в Наррагансетте, штат Род-Айленд. Дом принадлежал члену клуба Томми Хадсону, который позволил Тайгеру и его команде (Эрлу, Мерчанту и спортивному психологу/кэдди доктору Джею Брунзе) остановиться в нем во время любительского чемпионата США 1995 года, который проходил в сорока километрах от Ньюпорт Кантри Клаб. Дом, еда, оплата за игру в гольф, транспорт – все было организовано Эдом Мауро, бывшим президентом Ассоциации гольфа Род-Айленда. Никто не обладал такими связями и не был так любезен, как Мауро, которому Мерчант позвонил несколько месяцев ранее с просьбой найти жилье.

Тайгер последовал за Мауро в дом и выбрал комнату. Он мог выйти через заднюю дверь на поле для гольфа. Выступая на любительских чемпионатах, Тайгер останавливался во многих домах, но в этом было все, что он искал в качестве будущей резиденции: безопасность, уединение и поле для гольфа на заднем дворе.

Мауро пригласил их к себе домой на барбекю. Некоторые члены семьи Мауро пришли познакомиться с Тайгером. Устав от постоянного пребывания в центре внимания, он тихонько проскользнул в дом. В поисках места, где можно было бы скрыться, он забрел в укромное место, где неожиданно столкнулся с пятнадцатилетним внуком Мауро Кори Мартином, которого мать заставила пойти на барбекю. Заскучав, Кори направился прямиком в кабинет своего деда и включил телевизор. Совершенно не интересуясь гольфом, он никогда не слышал о Тайгере Вудсе и не подозревал, что Тайгер был почетным гостем. Он просто решил, что Вудс – какой-то подросток, попавший на барбекю к дедушке.

«Эй, в чем дело?» – спросил Кори.

«Что смотришь?» – спросил Тайгер.

«Симпсонов», – ответил Кори.

Тайгер присел, а Кори принес мороженого. Пока они смеялись над выходками Барта и Гомера, Кори спросил Вудса, откуда он и что делает на Род-Айленде. Тайгер быстро понял, что Кори не знал, что он игрок в гольф. Его наивность позволила Вудсу потерять бдительность, и он признался Кори, что хотел бы покрасить волосы в фиолетовый цвет, просто чтобы позлить людей.

Примерно через полчаса к ним пришли двое младших внуков Мауро. Они тоже ничего не знали о Тайгере. Они просто думали, что он большой, красивый и забавный. Растянувшись на полу перед телевизором, он позволил детям откинуться на него, как на огромную подушку. Одна из девочек задремала, прислонившись к нему головой.

Подъезд к загородному клубу Newport Country Club немного напоминает посещение съемочной площадки «Аббатства Даунтон» – захватывающее дух ощущение величия. Клуб был основан в 1893 году, после того как Теодор Хавмейер, семья которого владела американской компанией по производству сахара, убедил некоторых богатейших людей Америки того времени (Джона Джейкоба Астора, Перри Белмонта и Корнелиуса Вандербильта) приобрести ферму площадью 56 гектаров с видом на океан. Два года спустя, в 1895 году, загородный клуб Newport Country Club провел первый любительский чемпионат США и первый Открытый чемпионат США. К столетию любительского турнира в США турнир вернулся на родину.

К тому времени Тайгер уже побывал на многих лучших полях Америки, но это была его первая поездка в Ньюпорт. С балкона раздевалки на втором этаже здания клуба он мог любоваться первым фервеем и видеть все поле до воды. Это был вид, который обычно открывался для членов очень закрытого клуба. Тайгер таковым не являлся, но к нему хорошо относились.

В начале недели профи клуба Билл Хармон, брат Бутча, предложил познакомить Тайгера с полем. Это было одним из преимуществ работы с Бутчем. Билл настаивал на том, что Тайгеру нужно было кое-что узнать, прежде чем играть. Во-первых, дул ветер с воды и неожиданно менял направление. Нужно было научиться управлять мячом, учитывая ветер. Кроме того, в Ньюпорте не орошали фервеи, полагаясь на естественный рост. В результате получилась твердая и сухая поверхность, особенно летом. На мокрой трассе Тайгер мог использовать драйвер для нанесения сильных ударов, зная, что мяч останется там, где приземлился. Но на сухой трассе мяч ведет себя совсем по-другому. И в то лето в Ньюпорте было очень мало дождей. «Так, например, – сказал ему Хармон, – на третьей лунке, которая составляет 310 метров, если ветер дует тебе в спину, используй 2-й или 3-й айрон и просто забрасывай его туда. Отправь мяч в лунку и не усложняй».

Но самым важным советом, который Хармон дал Тайгеру, касался гринов. За сотню лет они осели, из-за чего некоторые уклоны были обманчивы. «Мяч отклоняется не так, как кажется, – объяснил он. – С первого раза правильно прочитать невозможно». Стремясь перенять любую мелочь, которая даст ему преимущество, Тайгер внимательно наблюдал, как Хармон демонстрировал ему по два-три патта на каждом грине при разных позициях флажка. К изумлению Хармона, Тайгер быстро адаптировался: изучал необычный отрыв мяча на каждом грине, запоминал эту информацию и корректировал свою игру.

К ним присоединился Бутч, который специально прилетел на турнир из Техаса. К тому моменту Тайгер уже два года работал с Бутчем Хармоном, оттачивая свинг и осваивая новые удары. Одним из них был «нокдаун» – низкий прицельный удар, который чаще всего используют в ветреную погоду для лучшего контроля. Тайгер еще не пробовал этот удар на турнирах, но Хармон настаивал: чтобы победить в Ньюпорте, нужно его использовать. «На этом поле есть лунки, где без такого удара не обойтись», – заверил его Хармон.

Тайгер прибыл в загородный клуб Newport Country Club в сопровождении полиции к началу заключительного игрового дня. Количество зрителей достигло нескольких тысяч, и Джон Мерчант выразил обеспокоенность по поводу безопасности Тайгера. Глядя прямо перед собой, Тайгер не произнес ни слова, пока охрана пробивалась сквозь толпу людей, которые пришли посмотреть на него. Вместе с Джеем Брунзой Тайгер подошел к первому ти, расположенному у восточного конца здания клуба. Зрители заполнили балкон второго этажа, с которого открывался вид на ти. Еще сотни человек вышли на грин. Тайгер наслаждался возможностью войти в историю, став всего лишь девятым игроком, выигравшим любительский чемпионат два раза подряд.

Единственным человеком, который встал у него на пути, был Джордж Бадди Маруччи, сорокатрехлетний дилер Mercedes-Benz из Пенсильвании. Маруччи играл так, как будто ему нечего было терять. После восемнадцати лунок Тайгер отставал от него на одну.

За пару часов до начала финального раунда, который должен был состояться во второй половине дня, Тайгер зашел в здание клуба. Пока Маруччи принимал душ и обедал с членами клуба, Тайгер остался наедине. На диване возле женской раздевалки он откинул голову назад и закрыл глаза. В течение часа он ни с кем не разговаривал и выполнял ментальные упражнения для расслабления, которым научил его Брунза. Когда он вышел на финальный раунд, на нем была рубашка для гольфа кроваво-красного цвета, кепка Стэнфорда с красными полями, а глаза были стальными и строгими.

Во второй половине матча Маруччи выиграл лунку, которая, по сути, стала девятнадцатой, и вышел вперед на две. Когда Тайгер подошел к ти на восемнадцатой лунке (тридцать шестой и последней в матче), он вел у Маруччи с преимуществом в одну лунку. Используя 2-айрон, он отправил мяч над фервейным бункером, оставив себе около 130 метров до лунки. Перед ним стоял серьезный выбор. Мяч Маруччи уже находился на грине после двух ударов, и у него был 7-метровый патт на берди, который мог перевести игру в дополнительную лунку. Тайгеру предстояло выполнить удар в гору – ситуация, которая обычно требовала питчинг-веджа или 9-айрона. Однако вместо этого Тайгер попросил у Брунзы 8-айрон. Настало время попробовать тот самый нокдаун-шот, над которым он все лето работал с Бутчем Хармоном.

Тайгер поднял мяч над флагом, опустив его в четырех метрах за лункой. Однако обратное вращение в сочетании с рельефом подтянуло мяч обратно – всего в полуметре от чашки. Трибуны взорвались аплодисментами, но никто не был так взволнован, как сам Тайгер. Спустя мгновение его путт был засчитан, и он победил, завоевав свой второй подряд титул на любительском турнире США. После долгих слезных объятий с отцом Тайгер крикнул Бутчу Хармону.

«Ты видел это, Бутч? – закричал Тайгер. – Я сделал это! Я сделал это!»

«Я же говорил, что ты сможешь, Тайгер! – сказал Хармон. – Я же говорил».

«Бутч, я правда это сделал! Я сделал то, чему ты меня научил!»

Когда ему вручили трофей Хавмейера, Тайгер улыбнулся и поднял его над головой. «Нужно посвятить это семье Брунза, – сказал он, поворачиваясь к своему кэдди. – Это для тебя, Джей».

Брунза заплакал. Месяцем ранее скончался его отец. Тайгер вспомнил об этом в самый торжественный момент, и это был значимый жест. Для Тайгера это был очень важный момент, и он выглядел спокойным после такого значительного достижения.

Позже, в рекламной палатке перед зданием клуба, Тайгера окружили официальные лица турнира, члены клуба, Бутч и Билл Хармоны, а также писатель из Sports Illustrated Тим Розафорте, который был рядом, чтобы запечатлеть исторический момент. Эрл тоже был там. Но по пути в палатку он забрел в бар загородного клуба и пропустил несколько стаканчиков. Бутч Хармон налил шампанского в кубок Хавмейера, и все зааплодировали. Тайгер не пил из него, а Эрл пил. Затем он забрал трофей.