Запрещённый юг (Альфа-10)

Приблизившись, пастух чуть опустил маску с лица и представился, как это у них обычно принято – не склоняя голову:

– Я Даатх Нурак, сын Делега Нурака. Привет тебе, десница императора северной страны.

– Ты меня знаешь? – удивился я.

– Да, знаю. Видел тебя девять дней назад. Был в твоём лагере. Приводил людей, чтобы помогли перегнать коней, которых вы отобрали у южных собак. Я не ждал тебя здесь.

– Да я и сам сюда лезть не планировал…

– Понимаю, огонь в степи любого может заставить делать то, что он делать не собирался.

– Что это за мертвецы?

– Это люди моего народа, – мрачно ответил мудавиец. – Южные собаки сбросили их в это проклятое место.

– Вот же твари… – тихо выругался я. – Мы им предлагаем хорошие деньги за ваших людей, но всех спасти не получается.

– Да, десница, мы знаем, как ты заботишься о наших людях. Мы благодарны тебе за это.

Я попытался прикинуть количество тел и покачал головой:

– Эти нелюди убили шесть сотен человек. Южане могли получить за них хорошие деньги, а деньги они любят. Они продавали ваших людей тысячами, и ни разу не жаловались на то, что мы мало платим, никаких конфликтов из-за денег не было. Просто ни с того, ни с сего перестали торговать. Я не понимаю, что им не понравилось? От смертей ваших людей они много не получают.

– Генерал Шаен запретил продажу, – ответил Даатх.

Напрягая голову, я кое-что вспомнил:

– Один пленник на днях называл имя этого генерала. Говорил, что его прислали недавно. И, вроде как, до этого он был в опале. Его чуть ли не в королевской тюрьме держали.

– Я тоже такое слышал, – подтвердил пастух. – После того, как ты, десница, разогнал псов у Козьей скалы, у них казнили несколько офицеров. Виноватыми сделали. На их место других поставили. Вот Шаен как раз один из новых, и он самый злющий из всех. До того злой, что его даже свои побаиваются. Потому и держали в тюрьме. Но сейчас им как раз лютые звери потребовались, вот и выпустили. Эти люди, – мудавиец указал на тела, – кочевали на южном краю, держались в стороне от войны. Дальше лишь проклятая земля, там никто не пасёт скот, да и закон это запрещает. Вода в источниках иссякла, им пришлось вернуться на север. Они заплатили южным тварям за безопасный проход. Те деньги взяли, но уговор не выполнили. Привели людей сюда и сбросили со скалы. Лишь двоих пощадили, отпустили. Сам генерал Шаен лично сказал им, чтобы они тебе передали, что пощады никому не будет. Он приказал убивать всё живое до тех пор, пока ты не уйдёшь из нашей страны. Ты убиваешь их людей, за это они будут убивать нас.

– Хм… И что, после того, как я уйду, они перестанут вас трогать?

– Нет, конечно, – невесело усмехнулся Даатх. – Мы для них, что грязь на сапогах, грязь стряхивают, а не берегут. Нормальные люди словам псов никогда не поверят. Убивай их, десница. Сколько можешь, убивай. Мы всегда тебе в этом поможем, чем сможем.

– Постараюсь. А что ваши люди тут делают? Вы хотите похоронить всех?

Пастух покачал головой:

– Нет, всех мы никак не похороним. Земля слишком сухая и каменистая, маловато нас для таких похорон. Люди ищут своих родственников, чтобы хотя бы с ними по-человечески попрощаться.

– Понятно. Соболезную вашему горю. И да, учтите, поблизости шастают несколько сильных отрядов южан. Их за мной отправили, но и вам от них достаться может. Так что на вашем месте я бы здесь не задерживался.

– Нет, мы не станем здесь долго возиться, – кивнул Даатх. – Это очень плохое место, некоторые даже отказались спускаться, хотя точно знают, что здесь лежат их родственники. У нас говорят, что только нечисть мерзкая и негодяи с гнилыми душами иногда ходят по этой тропе, нормальным людям с ними не по пути. И да… десница. Тот вонючий пёс, генерал Шаен, обещал награду тем, кто расскажет что-нибудь про твой лагерь и про твои планы. И за голову твою тоже давал хорошую цену. Наш народ ненавидит южных псов, но, прости, сам понимаешь, у всех свои собаки есть, полностью от них никак не избавиться. Так что берегись и южан, и наших.

– Благодарю за предостережение, Даатх.

Провожая взглядом пастуха, Камай предположил:

– Этот Шаен, наверное, и организовал облаву. Я помню допрос пленника, он хорошо отзывался об этом генерале. Говорил, что тот опасен.

– Да, возможно он решил всерьёз за нас взяться, – согласился я. – И может даже лично где-то поблизости находится. Пусть наблюдатели обращают внимание на богатых воинов. Генерала от обычного офицера они должны отличить.

* * *

Оставаться здесь, где даже ко многому привычные мудавийцы дышат через тряпьё, смоченное уксусом, мы не стали. Направились дальше вниз по ущелью. Но не успели толком отдалиться, как одна лошадь упала на ровном месте. Повезло, что не покалечилась, и понятно, что дальше будет хуже.

Пришлось устраивать привал прямо здесь, в месте, куда при порывах северного ветра хоть и еле-еле, но доносились миазмы от разлагающихся трупов. Я-то готов и дальше уходить, но не потащу же всех на себе. Так-то место неплохое, воздух почти без дыма, но местами на дне ущелья хватает сухой травы. Её не так много, чтобы устроить серьёзные проблемы, но кто знает, что нас ждёт ниже. А если необычный овраг дальше расширяется в долину с изобильной растительностью? Ведь от пожара мы не сильно оторвались, степной огонь способен быстро устроить нам новое окружение.

Хотелось бы позволить бойцам отдохнуть, как следует, но тревожные мысли одолевали. Сейчас надо выложиться до упора, чтобы как можно дальше оказаться и от огня, и от оставшихся за ним врагов. В их гибель не очень-то верилось. Может лёгкую конницу и потрепало, но самый опасный отряд вряд ли сгорел всем составом. В лучшем для нас случае враги понесли потери, но всё ещё опасны. У меня слишком мало шудр осталось, чтобы рисковать ими в вероятной схватке.

Кстати, очередной отряд новых шудр с севера должен вот-вот подойти. А если им повезло с дорогой, то уже ждёт меня в лагере под столицей. Набрал молодых и очень молодых жителей севера, и, к сожалению, набрал недавно. Но для ускоренной подготовки бойцов были наняты лучшие учителя из доступных, трофеями для развития я новобранцев тоже не обделял. Жаль, что большая часть их обучения прошла без надзора Камая, но он полагал, что глава фактории и его помощники сами неплохо справляются с организацией. Пополнению, конечно, не будет хватать опыта старичков, но здесь, в почти ежедневных степных стычках, мы их быстро натаскаем.

Если не сложим свои головы раньше.

Ущелье чем дальше, тем становилось глубже, а на склонах его исчезли глинистые участки, что хоть изредка, но встречались ранее. Сплошная скала потянулась, чередования песчаника и известняка походили на срезы слоистого пирога, причём его слои чем дальше, тем выглядели опаснее. Местами они уподоблялись маслу, будто выдавливались из земной тверди, нависая над головами протяжёнными уступами. Достаточно мимолётный взгляд на них бросить, и понимаешь, что такие природные «балконы» рано или поздно обрушатся. Завалы из сотен и тысяч тонн камней, что часто затрудняли наше продвижение, свидетельствовали, что случается это нередко. Очень уж свежими выглядели многие из них, через некоторые даже без лошадей трудно пробраться. К счастью те, что казались старыми, почти нам не мешали. Похоже, что в дождливые периоды ущелье становится руслом бурной реки, и её воды легко расправляются с преградами, унося обломки куда-то на юг.

Понизу тянулась узкая прерывистая тропа, натоптанная непонятно кем, но толку от неё немного. Многочисленные препятствия редко позволяли двигаться верхом. Большую часть пути приходилось преодолевать на своих двоих, но даже так лошади начали сдавать. Им ведь тоже досталось, и животных перед этим не накачивали месяцами дорогими трофеями.

Пришлось устраивать новый привал, более продолжительный. На нём, наконец-то, сумели поднять в воздух меньше всего пострадавшую птицу, а также очнулся наш проводник. Так-то он давно в сознание пришёл, но мозги у него поначалу вообще не работали. Тупо смотрел в одну точку и за всё время лишь однажды раскрыл рот, попросил пить. Причём таким умирающим голосом, что мы его с трудом поняли.

Сейчас в глазах мудавийца проявились проблески мыслей, и он заговорил всерьёз:

– Господин десница, где мы?

– Это ты у меня спрашиваешь? – изумился я. – А ведь тебя рекомендовали, как хорошего проводника…

– Правильно рекомендовали, я хорошо знаю нашу степь. Но именно это место… Вот именно здесь, внизу, я никогда не был, но боюсь, знаю, где мы. И всё же хочу узнать ответ от вас.

Я заглянул в ПОРЯДОК, убедился, что Картография продолжает барахлить. Такое случается не впервые, и чем ближе к Запретной пустыне, чем чаще, так что ничего удивительного.

Убедившись, что сказать нечего, пожал плечами:

– Здесь тебе никто не ответит. Пришлось долго бегать от огня, сто раз меняли направление и давно уже даже приблизительно не представляем, куда нас занесло. Я предполагаю, что мы сейчас где-то юго-западнее от того обоза, на который собирались напасть. Но если окажется, что мы от него к северо-востоку, ничуть не удивлюсь.

– Я вас понял, десница.

– Говоришь, знаешь, что это за место. Давай уже, говори дальше. Заинтересовал…

– Это место называют по-всякому. И все названия плохие. Русло скелетов, Трещина черепа, Река погибели, Тропа мертвецов, Дохлое урочище, Дурная ямина… Как ни называй, все наши сразу понимают, о чём речь. Сам я вблизи видел Реку лишь раз. Совсем мальцом тогда был, с дедом отбившуюся корову искали. Она зачем-то дошла до провала и туда сиганула. Глупая животина. Мы сверху на тушу полюбовались и назад пошли. Я тогда спросил деда, почему мы не спустились за мясом. А он посмотрел на меня сурово и ничего не ответил. Было это где-то там, ниже. Я так думаю. Там провал глубже гораздо, а потом он превращается в каменную реку и дальше вовсе под землю уходит.

– В каком смысле под землю уходит? – не понял я.

– Да вот так и уходит. Тут когда дожди сильные лить начинают, ущелье затопляет от края до края. Потом вся вода вниз стекает, до конца, и несётся дальше, к стене. Говорят, на ней в давние кремена можно было рассмотреть изображение каких-то костяных тварей. Сейчас не разглядишь, обвалилась стена. Потому некоторые и называют это место Рекой скелетов. В конце ущелья завалы каменные, за ними пещера или несколько пещер, в них вся вода и пропадает. Старики говорят, где-то там под землёй есть огромное озеро, но напиться из него нельзя. Кровью дурной отравлено, или ещё чем. Они сами точно не знают, разное рассказывают. Может байки, может и правда. Паршивые места, вниз соваться не принято, а уж к пещерам никто ни за какие деньги подходить не станет. Говорят, выхода из них нет. Если зашёл, это всё, там и останешься. Потому лишь гадать остаётся.

– Получается, если мы пойдём дальше, то уткнёмся в эти пещеры?

– Ну да, так и получается.

– Плохо… Здесь нам не выбраться, а если развернёмся назад, снова окажемся в дыму. Там степь конкретно горит, и где-то в той стороне южане остались. Не хотелось бы возвращаться… Других вариантов оказаться наверху нет?

– Почему нет? Там, в самом конце, есть удобный путь наверх. Одна пещера обвалилась несколько лет назад, завал удобный образовался, вот так и получилась дорога.

– Кони по ней пройдут?

– Не могу сказать точно, сам там не был. Думаю, должны пройти.

– И далеко до этих пещер? – приободрился я. – Заодно объясни, где именно мы сейчас находимся, а то что-то я такого ущелья не припомню.

– Господин десница! – закричал наблюдатель. – Птица видит врагов! Их много!

Глава 5 Не разочаровался

Не разочаровался

Врагов действительно оказалось много, и это, безусловно, плохая новость. Все прочие новости поначалу смотрелись получше, а некоторые даже слегка порадовали.

Могли бы порадовать и не слегка, будь здесь иная обстановка.

И будь у меня побольше хороших бойцов.

Итак, постараюсь все новости по порядку.

Первая: да, врагов много. Наблюдатель насчитал четыреста двадцать человек. Цифра нехорошая, однако качественный состав не очень-то впечатляет. В основном лёгкая конница, которую мы давно уже совершенно не боимся. Били её многократно, в том числе и при схожем численном перевесе.

А вот сотня тяжёлых всадников уже напрягала. Также напрягали несколько богато выглядевших офицеров. Вряд ли это маги, но всё равно неприятно, ведь воины с неординарным ПОРЯДКОМ иногда тоже способны неприятно удивить.

У самых богатых вояк с параметрами, как правило, всё хорошо. Но отличить их лишь по внешнему виду от менее богатых не всегда возможно, поэтому на всякий случай следует опасаться всех.

Вторая новость: враги обнаружились чуть ниже по ущелью. Пройди мы километром дальше, могли бы попасться на глаза дозорным. Судя по тому, что свежие следы по пути не встретились, этот отряд спустился в конце ущелья, по тому самому старому обвалу, о котором рассказывал проводник.

Зачем их сюда понесло? Да хотя бы затем, что дым, затянувший горизонт, не заметить невозможно, и они могли банально спрятаться от угрозы пожара. Также велика вероятность, что это один из отрядов, задействованных в грандиозной облаве, устроенной в нашу честь. Они могли выступить нам навстречу, но наткнулись на преграду.

Хотя нет, для них это не преграда. Они ведь спускались в конце разлома, следовательно, у них была возможность обойти ущелье.

Ну ладно, остаётся лишь версия страха перед степным пожаром.

Новость номер три: о нашем присутствии южане пока что не подозревают. Вместо полноценных заслонов выставили пару троек вверх и вниз; спокойно обустраивают лагерь. Похоже, намереваются переждать здесь пожар.

Прикинув диспозицию, я загорелся идей побыстрее оказаться наверху. Пусть даже ценой возврата назад (но, разумеется, не попадая при этом в пламя). Мы легко победим, банально расстреляв стоянку врагов с высоты склона. Но не хочется терять время, да и есть риск нарваться на дозоры других отрядов, которым тоже захочется поискать спасение от огня внизу.

Приказал наблюдателю хорошенько изучить ближайшие склоны ущелья. И осмотреться не помешает, и, глядишь, найдётся тропа хотя бы для пеших.

Птицевод почти сразу принёс очередную новость.

Очень и очень скверную.

Поблизости находится ещё один вражеский отряд. Судя по некоторым признакам, тот самый, от которого мы удирали изначально, после обнаружения замаскированной засады. И непохоже, что его потрепало огнём. В количестве он даже вырос за счёт примкнувших групп лёгкой конницы. Суммарно у них сейчас больше шести сотен бойцов. Среди них всяких хватает, но основное ядро выглядит прилично. Наблюдатель уверял, что видел четырёх магов и кого-то непонятного, скорее всего тоже опасного. Одни лишь телохранители этой пятёрки способны играючи перебить всех моих людей.

Если я, разумеется, не стану в эту бойню вмешиваться.

Нам повезло, этот отряд спустился в ущелье где-то гораздо выше. До наших следов он не добрался, однако остановился неподалёку от них. Если чуть сдвинется, быстро на них наткнётся.

Плюс я помнил про высокую вероятность наличия качественной связи у отрядов, охотящихся на нас. Если мои подозрения верны, стоит только тронуть ближайших лёгких конников, как о нас станет известно и основному отряду. Полагаю, он тут же направится вниз, и мы снова окажемся в ситуации погони с врагами, дышащими в затылок.

Ущелье прямое, ответвлений нет, выход внизу, по словам проводника, один. Да и наблюдатель подтверждает его слова. Возвращаться к подъёму возле места массовой казни рискованно, к этому моменту там могут оказаться дозоры второго отряда. Вариант вскарабкаться, бросив лошадей, рассматривать не стоит, далеко пешком не убежим. Так что деваться отсюда особо некуда, второго пути для нас не останется. А там, в степи, поблизости проходит основной тракт, по которому снабжаются армии Тхата. И обозов хватает, и несколько укреплённых лагерей, и охрана усилена из-за наших бесчинств. Враги отовсюду смогут получать подкрепления, и так как уже доказали, что хорошо знают местность, устроят нам знатную игру в кошки-мышки.

Где в роли мышек будут понятно кто…

Ну и что нам теперь делать?

Что-что… Для начала, пожалуй, следует оценить трофеи.

Я ведь не удержался, глянул на них одним глазком.

Пока что не разобрался, что именно мне досталось, но уже очень хочу как-нибудь использовать новые приобретения для разрешения возникших перед нами проблем.

* * *

Обнаружена не подлежащая отторжению мировая надстройка – навык «Огненный шар». Принадлежность – Огненная стихия.

Использована заготовка конструкта высшего порядка – Рунный мародёр

Неудача.

Обнаружена не подлежащая отторжению мировая надстройка – навык «Ледяная игла». Принадлежность – Водная стихия.

Использована заготовка конструкта высшего порядка – Рунный мародёр

Успех!

Обнаружена не подлежащая отторжению мировая надстройка – навык «Чёрное солнце юга». Принадлежность – Воздушная стихия.

Использована заготовка конструкта высшего порядка – Рунный мародёр

Успех!

Обнаружена не подлежащая отторжению мировая надстройка – навык «Острый щит ветра». Принадлежность – Воздушная стихия.

Использована заготовка конструкта высшего порядка – Рунный мародёр

Неудача

Обнаружен не подлежащий отторжению конструкционный элемент – сущность стихии Воздуха.

Использована заготовка конструкта высшего порядка – Рунный мародёр

Успех!

Обнаружен не подлежащий отторжению конструкционный элемент – сущность стихии Огня.

Использована заготовка конструкта высшего порядка – Рунный мародёр

Неудача!

…

Далее следовала уже почти привычная «простыня», в которой одинаковыми словами перечислялись попытки захвата сущностей Воздуха, Огня и Воды, а также универсальных стихийных сущностей, что вкладывал в своё развитие побеждённый маг. И было этих сущностей, в сумме, гораздо меньше, чем у Ната Менная.

Ну естественно, ведь сегодняшний противник явно не чета тому зверю.

Да уж… долго он мои кошмары навещать будет…

Итак, конструкт попытался извлечь четыре стихийных навыка, и удача ему улыбнулась дважды. Пятьдесят процентов успешности, плюс вытащил самое ценное – Чёрное солнце юга.

Да уж, рановато я в нём разочаровываться начал. Да, конструкт в отдельных случаях может работать отвратительно, но по сумме попыток выходит очень даже ничего.

Учить Чёрное солнце или нет? Осторожная Кими, возможно, стала бы меня отговаривать. Мол, Баланс мой далёк от идеала, да и светить столь невообразимым для северян навыком чревато. Люди начнут задаваться вопросами, откуда у меня взялось умение, которое дальше южных магов никогда не уходило. Одного Гнева небес более чем достаточно, хватит уже к своей персоне чрезмерное внимание привлекать.

Но Кими здесь нет. Пока я развлекаюсь в степи, она со всеми остальными моими соратниками занята организацией армии и снабжением. Я остался без советчиков, а это значит, что моей неуёмной жадности не приходится ни на кого оглядываться.

Ко мне, как к представителю весьма проблемного клана, так или иначе, немало вопросов у многих недругов. Одним больше или меньше – не вижу разницы.

Баланс смущает куда сильнее, чем возможное неуместное внимание. Я в последнее время немало над ним поработал и солидно снизил «накал», удалив многое из того, что связано со Смертью. К сожалению, полностью очистить ПОРЯДОК от коварной силы не получилось, но результат впечатляющий. Свободного места теперь столько, что можно артефактное дело восстанавливать, и никакого негатива при этом не возникнет.

Также от глумливого старца немало бонусов получил, неделя за неделей выкупая тысячи и тысячи жизней. В последние дни щедрый поток иссяк до нуля, но я надеюсь, что это не навсегда.

Южане любят деньги и любят славу, и таких извергов, как генерал Шаен, у них немного. Больших денег от геноцида простолюдинов быть не может, а славы от такой резни и вовсе никакой, так что мои ожидания не наивны.

Итак, для новых навыков и усиления старых у меня полным-полно места образовалось. Часть высвободившегося «пространства» я ещё три недели назад занял вторым ценным трофеем, полученным от Ната Менная – Грозовой воздушной стеной.

ПОРЯДОК не очень-то выдавал подробности при столь нестандартном способе мародёрства, поэтому основную информацию я получил из книг и от мастеров, которые занимались моим образованием в столице Равы. И в том, и в другом случае эта информация подтвердилась.

Грозовая воздушная стена – действительно подобие стены, которую маг по своей воле может разместить где угодно в пределах радиуса действия навыка. Единственное требование – максимум свободного пространства в области применения. Нет, так-то можно хоть в сплошную скалу энергию сливать, но в таком случае умение долго не продержится, и, подозреваю, затраты на его развёртывание окажутся чрезмерными даже для меня.

Длительность действия – важнейший параметр для защитного навыка. Ведь эту стену тяжело пробить физическими атаками, да и магией не так-то просто. При должном уровне прокачки и опыте использования её можно сжимать до миниатюрного щита, который даже артефактный снаряд тяжёлой катапульты остановит. Или наоборот, ничто не запрещает растянуть до крайности, устроив перед своим отрядом полог в сотни и сотни квадратных метров. Такой лишь против самых слабых атак сгодится, однако этого достаточно, чтобы обезопасить своих людей от вражеских лучников. Если те, разумеется, будут использовать лишь простые стрелы и не станут прибегать к особым воинским навыкам.

Также щит этот не вполне щит, потому что у него есть дополнительное свойство, присущее «мечам» – способность давать сдачу. При контактной атаке или если стрелять почти в упор, рискуешь пострадать от встречного удара молнии, так что приближаться чревато.

Если хорошенько вложиться сущностями, можно увеличить максимальную площадь, силу ответных ударов, длительность работы, мощь ответных молний, и даже развить свойство, так сказать, односторонности. Это когда вражеские стрелы и магические заряды щит останавливает, а вот те, что выпускаешь ты или твои люди, пролетают свободно.

Развитие волшебных навыков – дорогое удовольствие, а с сущностями у меня сейчас дела обстоят не слишком хорошо. Старый источник добычи этих трофеев недоступен, и сейчас что-то приносит лишь применения Мародёра. Но этот поток невелик и случается редко, так что приходится тщательно продумывать приоритеты. Поэтому Грозовую стену пока не развиваю.

И в этом даже плюс имеется, ведь при серьёзной прокачке столь «тяжёлых» навыков сильно отягощается Баланс. Поэтому сейчас места для Чёрного солнца юга достаточно.

Даже более чем достаточно. Да я, пожалуй, могу два столь же непростых навыка выучить, и вряд ли Баланс станет бурно на это реагировать. Однако не стоит забывать, что каждая кровопролитная стычка на юге Мудавии грозит неприятными последствиями, ведь за смерть полагаются взыскания. Ещё недавно я их с лихвой компенсировал выкупом обречённых аборигенов, но сейчас этот «заработок» перекрыт и неизвестно, когда восстановится.

И восстановится ли вообще.

То есть ни малейшего напряжения Баланса допускать нельзя. Если допущу, а затем в очередной битве полягут тысячи своих и чужих солдат, схлопочу столь неприятный штраф, что стану полностью неподвижным овощем.

И перспективы подняться на ноги при этом будут весьма отдалёнными.

Или даже недостижимыми.

Если сейчас выучу Солнце юга, нехорошее напряжение Баланса не устрою, но окажусь гораздо ближе к нежелательному моменту.

Учить или не учить?

Очень сложный вопрос…

Размышляя над дилеммой, никак не мог решиться.

Интуиция.

Посмотри на второй магический трофей.

Гм… Весьма странноватый совет…

У меня всего-то два особых трофея с сегодняшнего мага. Первый – Чёрное солнце юга, и с ним всё понятно. Второй – Ледяная игла, и с ней тем более всё понятно. Это один из низовых навыков стихии Воды, редкостью он не является, доступен во множестве источников, где добываются стихийные трофеи. Высоко развивать не принято, как и все прочие начальные умения, серьёзным оружием не считается, тратиться ради него жалко. Да и минусов хватает: плохо работает или даже вообще не работает вдали от источников воды в сухом воздухе, а если он ещё и нагретый, сила атаки может значительно уменьшиться. То есть выгоднее всего его использовать в зимнюю пору, находясь посреди заледенелого озера.