Маленький человек

Ольга Старикова

Маленький человек

«Вина»

Это всего лишь сон,

Когда проснёшься,

Мы сможем убежать.

Черти лезут на поклон.

Когда проснёшься,

Тебе придётся на колени встать.

«Просить о помощи» нет в правилах игры,

А мы потеряны и духом сломлены.

И вместе на коленях мы будем кровью истекать,

Пока чужие руки не насытятся нашей плотью.

Так тошно, что в клочья хочется порвать свои лохмотья.

Ладонью голову склоня, смотрю я на тебя.

Не сверху вниз, на равных.

Когда придёт заря, придёт и время покарать.

О праведности кличут,

Выносят приговор.

Но разве есть за что?

Бог учит нас любви,

Но в вас их нет, ваши руки по локоть уж в крови.

Других не любят, их клеймят,

Кладут их головы на плахи,

Чтобы топор священный мог правосудием взять,

Отсечь все их многочисленные страхи.

Они сказали, что таких, как я, нужно убивать.

Мне пришлось врать, теперь уж поздно.

Но смогут ли обезглавить демона, в чьих жилах их же кровь?

Иль в ад пойдём дорогой общей вновь?

«Самосуд»

Где его поцелуи на теле, там была боль.

Но нам уже не страшно, мы готовы отчаянию дать бой.

И чтоб больше не молчать, мы закричим.

И против себя союзников тот час же обратим.

Если вы думаете, что я больна,

Так дайте же таблетку.

В теле я, как в клетке.

Оно мое, но я за пеленой.

Оно живет, а я лишь наблюдаю.

И под давлением таю, стекаю к ним водой.

Видят все следы будто от шипов,

Но розги не держу, достаточно руки,

Она сама ответит на уныния зов.

Заботливые ладони гладят по плечам.

А вы б прониклись любовью к палачам?

«Бездна»

Перед глазами пусто, но бездну видно ясно.

С виду в ней плещется вода, но то обман,

Нырнешь туда, и все закончится – ужасно и прекрасно.

Не будет больше боли, будет пустота.

Быть может, о ней мечтала я всегда?

Голова будто в дурмане, не видно другой дороги,

Но что-то держит ноги.

Да и прыжка не надо, достаточно шажка.

А лики за спиной кричат,

Что моя жизнь не так уж и важна.

В конце концов, их слезы лишь после полетят.

Есть ли смысл думать про их чувства,

Если нет мыслей про свои?

Сбежать и быть трусом или же отдать на растерзание жизнь?

Крики за спиной все громче, но решиться не могу.

Трусливый вариант неправильный, и перед упрямостью своей в долгу теперь.

Как и перед страхом, он давний друг.

Упав в его объятия, я точно не шагну.

И буду так лежать, пока не придёт его время отступить.

Придётся встать, идти назад, бродить, цепляясь за слова.

Их фразой не купить, нужны дела.

Раненной и уставшей вернусь с победой ещё раз,

С надеждой, что к бездне не придётся возвращаться, забыв про этот лаз.

Но это временно, нам с нею не расстаться.

«Первая любовь»

Красные острые ногти, помада, платок.

Собиралась на прогулку его первая любовь.

Она за словом в карман не полезет,

Но обнимет тебя, если ты заслужил.

Цитирует книги в гуще сигаретного дыма,

Пока вновь убивает себя изнутри.

Она не тратится впустую, дорого время ее.

Но когда холодные тонкие кисти коснутся, ты простишь ей любое вранье.

Ночные пьяные речи в привычку вошли,

Ты их слушай, запоминай, там правду можно найти.

Но только не зли, не груби, уважай и цени.

Его любовь была прекрасна, таинственна и влюблена.

Как жаль, что ее страстные уста слова любви шептали, увы, разным людям всегда.

«Высокий»

Не стоит сейчас вставать,

К себе их забирает летаргия.

Если бы могла я всю жизнь так пролежать,

То в голове своей скакала б по мирам, стихиям.

Но с этим вариантом я не дружу.

Для такой, как я, пути назад не будет.

И все забудут, что когда-то я была.

И я забуду, как до этого существовала.

Останусь здесь я телом, головой, но не душей.

Душа продолжила б страдать,

Но я б бежала бы столь быстро,

Что не смогла б она меня догнать.

Ее криков тоже не будет слышно, наступит тишина,

И с ней придут те времена, где ты бежишь уже не вверх, а вниз.

Где бесы скалятся и ожидают, пока не пригласят сыграть на бис, чтобы тебя схватить.

За все в жизни нужно заплатить.

И в смерти, может, тоже, но этого нам не узнать,

В русскую рулетку будут без нас играть.

«Дорогостоящее удовольствие»

Пытаюсь защитить сердце, все руки в крови,

Но ты ведь сказала: «извини».

Ты не можешь меня удержать,

Совесть кричит, так сумей с ней совладать.

И иди дальше, ниже, глубже, окажись на дне.

Знаешь, иногда я подумываю, что было бы неплохо уехать отсюда мне или тебе.

Не знаю, как пережить постоянную печаль,

Но ты ведь сказала: «мне жаль».

Когда-то я тело, когда мебель или же тряпка,

Об которую можно вытереть всю твою грязь.

Ты сливаешь в меня все дерьмо без остатка,