Упанишады. Книга 4

Ученик спрашивает:

«Что есть жизнь?»

Учитель отвечает:

«Жизнь – это дыхание».

Ученик спрашивает:

«Что есть дыхание?»

Учитель отвечает:

«Дыхание – это движение сознания».

Ученик спрашивает:

«А что есть высшее сознание?»

Учитель говорит:

«То, что смотрит через все глаза, слышит через все уши, дышит через все существа.

То, что не принадлежит одному телу, но есть хозяин всех тел.

То, что вечно».

Так ученик узнаёт, что высшая истина – не вне него, но внутри, в том тонком свете, что никогда не покидает его. Каушитаки-Упанишада учит, что истинное освобождение приходит через понимание сущности дыхания. Тот, кто познал прана-видью – знание дыхания – не блуждает после смерти. Он идёт прямым путём, дорогой света, что раскрывается перед ним, словно врата из лучей. Там он видит миры, о которых не знают люди земли. Там он слышит гармонию, от которой рождаются времена. Там он вспоминает свои прошлые воплощения, как человек вспоминает свои забытые сны. И, придя к свету, он узнаёт себя – не как тело, не как историю, но как сияющее сознание. Величайшее откровение Каушитаки-Упанишады – это знание единства: дыхание и Брахман – неразделимы. Ибо дыхание – путь. Сознание – истинник. А Брахман – то, что светит из-за всех форм. Когда человек понимает: «Моё дыхание – дыхание Вселенной», он освобождается. Когда он понимает: «Моё сознание – свет всех миров», он становится бессмертен ещё при жизни. И тогда мир перестаёт быть множественным. Всё становится единым. Все существа – отражениями единого сознания. Все жизни – дыханиями одного вечного Духа. Таков мистический закон Каушитаки. Таково знание, что трудно выразить словами, но легко почувствовать в глубине собственного «Я». Старцы говорили, что дыхание не просто входит и выходит – оно движется по четырём священным путям, которые нельзя увидеть обычным взором. Эти пути – врата, ведущие к тонким состояниям сознания. И лишь тот, кто знает их, может услышать речь своего внутреннего наставника.

1. Врата Восточного Дыхания – Прана, что поднимает. На Востоке начинаются рассветы.

И прана, поднимаясь в груди, подобна заре.

Она несёт ясность. Она раздвигает тьму ума.

Она поднимает мысль, как солнце – туман над землёй. Мудрецы называли эти врата уттак-прана – дыхание восходящее. Кто слышит его движение, тот знает: каждый новый вдох – не продолжение прошлого, а рождение будущего.

Эта прана очищает путь для видений, пробуждает тонкое восприятие и делает душу прозрачной, словно утренний воздух.

2. Врата Южного Дыхания – Прана, что согревает. Юг – жар, огонь, жизненное тепло.

Здесь прана движется в животе, согревая внутренний огонь, который ведийские мудрецы называли агни – святой огонь, что переваривает пищу, время, эмоции и опыт. Эта прана – огненная, решительная. Её путь – очищение через действие. Её называли дахина-прана – дыхание, что ведёт к силе. Когда она в равновесии, человек не боится пути и его сердце не дрожит перед испытаниями. Он не гаснет среди потерь, не горит в гневе, не холодает в сомнениях. Южное дыхание строит стойкость.

3. Врата Западного Дыхания – Прана, что растворяет. Запад – место заката, уходящих форм. Это дыхание уходит внутрь, к спине, растворяя ненужные мысли, воспоминания, страхи. В нём – тишина и глубокое принятие. Эту прану называли пашчима-прана – дыхание растворяющее. Здесь душа учится отпускать.

Здесь она понимает, что ничто не принадлежит ей. Что всё – приходящее. И когда эта прана течёт свободно, человек не держит в себе тяжести прошлого. Он становится лёгким, как осенний ветер.

– Врата Северного Дыхания – Прана пути и памяти. Север – пространство тайн, тонких миров и предков. Тут дыхание поднимается к макушке, к месту, которое древние называли брамхарандра – врата Брахмана. Когда прана касается этих врат, сознание вспоминает то, что было забыто: свои прошлые рождения, свои уроки, свои высшие цели. Эту прану называли уттара-прана – дыхание восхождения. Она ведёт по пути освобождения – не вверх и не наружу, но вглубь, туда, где душа хранит свои первозданные записи. Когда человек начинает слушать дыхание, в нём открывается особое видение – он начинает видеть движение праны так, как мудрецы видели воду в пещере или огонь в сердце ночи. И в Каушитаки сказано, что тот, кто знает дыхание, совершает путешествие без выхода из тела. Это странствие описывается как проход через четыре мира.

Мир первый – Шабда-лока, Мир Звука.

Здесь слышатся корни всех слов. Не звуки людей, а истины мира. Шёпот огня. Песня воды. Тяжёлое дыхание земли. Пульсация тонкого воздуха. Зов пустоты. Здесь ученик узнаёт истинную природу мантры: мантра – не звук, но движение сознания через прану. И тот, кто слышит этот мир, может владеть речью так, что его слова становятся ключами к реальности. Мир второй – Теджас-лока, Мир Света.

Здесь нет форм, только сияние. Здесь душа видит светом, а не глазами. Она различает чистыми вибрациями, а не образами. Это место, где исчезает разделение «внешнее-внутреннее». Становится ясно, что и тело, и мир – это разные плотности света. В Каушитаки говорится: «Тот, кто видит свет праны, видит вечность». Ибо этот свет – не физический, а первичный, из которого сотканы все миры.

Мир третий – Прана-лока, Мир Движения.

Здесь всё течёт. Нет ни одной неподвижной точки. Ученику открывается видение, что жизнь – это река. Мысли – течения. Эмоции – всплески. События – волны. А за всем этим движением стоит дыхание – как король, управляющий царством потоков. В этом мире раскрывается огромная истина Каушитаки: всё, что движется – живёт, всё, что живёт – дышит, всё, что дышит – сознательно. Здесь исчезает страх перед переменами. Искатель видит: ничто не умирает, лишь меняет поток.

Мир четвёртый – Чит-лока, Мир Чистого Сознания.

Это высший мир. Здесь нет движения, нет звуков, нет форм. Это безбрежность, где душа узнаёт своё истинное имя – не человеческое имя, а имя света. Мудрецы говорили, что здесь сознание говорит с человеком напрямую. Без слов. Без образов. Просто – присутствием. И кто достигает этого мира даже один раз, тот уже никогда не сможет забыть истину:

«Я – не дыхание. Я – не тело. Я – даже не ум.

Я – тот, кто наблюдает всё это».

Мудрецы сделали пророческое утверждение, которым заканчиваются многие наставления Каушитаки: «Тот, кто знает путь праны, не блуждает в посмертных мирах. Он идёт путём света, как стрелой, летящей к цели». Потому что дыхание – мост между мирами. Сознание – огонь, что не гаснет. Память духа – звезда, что указывает путь. И кто соединяет эти три силы в одно видение – тот становится свободным ещё при жизни. Так говорил Учитель, и воздух вокруг него густел, словно сам ветер пришёл слушать. Среди учеников был один, чьё имя скрыто в песках веков, но чьё стремление сияло ярче северной звезды. Он подошёл к риши и спросил:

– Откуда приходит дыхание? И кто повелевает ему входить и выходить, словно прилив и отлив внутри тела? Учитель опустил взгляд на землю, и та задрожала, будто ожидая откровения.

– О сын древнего рода, – сказал он, – дыхание не приходит и не уходит. Оно вечно. То, что ты называешь «вдохом» и «выдохом», есть движение мира вокруг твоей души. Ты – неподвижен; движется только Вселенная.

И тогда Учитель поднял руку, и ученики увидели, как листья деревьев замерли в воздухе, словно замерла сама ткань пространства.

ПРАНА – ТАЙНА, КОТОРАЯ ВЕДЁТ ДУШУ.

– Знай же, – продолжил он, – что Прана не есть просто воздух. Прана – это голос Бытия.

Когда ты спишь, она бодрствует. Когда ты идёшь, она несёт тебя. Когда ты умираешь, она не оставляет тебя, но ведёт по тропам над звёздных миров. Ученики слушали, затаив дыхание – как будто само дыхание тоже слушало.

– Прана – это та, кто открывает врата видимого и невидимого. Она – свет, что пронизывает сон, ведёт в сновидение, ведёт далее, туда, где нет снов, а только чистое знание. Он обвёл взглядом учеников:

– Потому и говорится: тот, кто познал Прану, познал нить, на которой держатся все миры.

Учитель продолжал:

– В час перехода душа подходит к порогу, где четыре пути расходятся, а их стражи молчат, пока не услышат имя Праны.

Ибо Прана – не только дыхание; она – огненная сущность, несущая память всех рождений. И ученики, тронутые этими словами, ощутили холод смерти и тепло вечности одновременно.

– Но тот, кто познал дыхание, познал и тот путь, который не возвращает. Там нет ни луны, ни солнца, ни сумрака. Там свет от света, который не имеет тени.

Учитель сказал: – Когда Разум хвалится: «Я – владыка тела», Прана смеётся, ибо она знает: без неё разум – всего лишь птица без крыльев.

И он поведал ученикам древнюю притчу:

Разум, Слух, Зрение, Речь, Шаг и Косание – все желали знать, кто из них величайший. И каждый уходил из тела, и тело продолжало жить… пока однажды Прана не поднялась и не покинула его. И тогда тело рухнуло, как дом, у которого вынули основание.

– Так узнали они, – заключил Учитель, – что именно Прана держит все силы вместе, подобно пастырю, который ведёт стадо по долине жизни.

– Внутри сердца горит огонь величиной с крупицу риса.

Но сияние его – как солнце на рассвете, когда оно только касается горизонта мира.

Этот огонь – не физический.

Это свет свидетельствования, свет того, кто говорит: «Я есть». И ученики, услышав это, почувствовали, как будто в их груди действительно вспыхнул этот малый огонь.

– Он – истинное Я. Он не дышит, но Прана движется ради него. Он не мыслит, но разум стремится к нему. Он не действует, но все действия мира совершаются ради него.

– Познай дыхание – и ты познаешь свет.

Познай свет – и ты познаешь мысль.

Познай мысль – и ты вступишь в пламя истины.

В этом огне исчезают страх, сомнение и ночь.

И тогда ученик тот, что задавал вопросы, обратился снова:

– О Учитель, как мне идти к этому свету?

Учитель ответил: – Иди не вперёд, а внутрь.

Все миры – внутри дыхания. Все Боги – внутри сердца. Все писания – внутри тишины, которую ты носишь, но не слышишь. Когда услышишь – это и будет миг прозрения. На этом Учитель замолчал, а в лесу поднялся ветер, словно подтверждая каждое слово.

Учитель снова заговорил – тихо, но так, что каждая тварь в лесу уловила эту тишину как зов. – О дети древнего знания, слушайте, – сказал он. – Когда человек умирает, уходят не органы, не плоть и не разум. Уходит тот, кому служат все они. И Прана, подобно пастуху, ведёт его. Ученики придвинулись ближе.

– В теле всегда было два огня:

Один теплит кровь, другой освещает внутренний храм.

Когда умирает тело, первый угасает, но второй – усиливается.

Он становится факелом для Праны, которая ведёт душу к месту её истинного происхождения. И Учитель поднял палец к небу:

– Знайте: душа идёт не одна. С ней идут все её действия, все её желания, все её мысли, даже те, что были забыты. Они – её спутники, её свидетели и её судьи.

Учитель продолжил:

– Когда душа выходит из тела, она подходит к двери первого света. Эта дверь – дыхание. Не дыхание плоти, но дыхание Вселенной. И есть две тропы: путь света и путь тени.

1. Путь света (Питрияна).

– На пути света душу встречают формы, созданные из чистого огня.

Первый – страж ночи, что говорит: «Назови имя своего дыхания». И Прана отвечает сама за того, кто познал её. Далее, сказал Учитель, душа идёт через миры: мир Дня, где не существует тень мысли; мир Огня, где вся ложь сгорает, как сухая трава; мир Солнца, где душу встречает его собственная суть; мир Молнии, где огненный проводник ведёт в обитель бессмертных.

– Тот, кто идёт этим путём, – сказал Учитель – не возвращается. Он становится жителем Вечного, где нет рождений и нет смерти.

2. Путь тени (Дакшинаяна).

Но голос Учителя потемнел:

– Но если человек жил лишь ради желаний, его Прана тяжела, как птица с мокрыми крыльями. И она идёт другим путём: через миры дымные, холодные, полные эха неисполненных стремлений. Эта душа возвращается опять. Она вновь выбирает утробу, вновь приходит на землю, вновь пьёт молоко забвения. Учителя слушали, будто он описывал пути, по которым они уже ходили во снах. Учитель сделал глубокий вдох – и ученики почувствовали, как воздух вокруг них дрогнул.