Сутки через трое. Стихотворения

Сутки через трое

Стихотворения

Илья Зиновьев

Дизайнер обложки Илья Зиновьев

© Илья Зиновьев, 2025

© Илья Зиновьев, дизайн обложки, 2025

ISBN 978-5-4496-4827-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

СУТКИ – единица измерения времени, приблизительно равная периоду обращения Земли вокруг своей оси. Сутки делятся на 24 часа и условно делятся на четыре характерных интервала – утро, день, вечер и ночь.ВикипедияВРЕМЯ – это всего лишь наше несовершенное восприятие одного из новых измерений пространства. И время, и движение – не более чем иллюзии.Говард Лавкрафт

мчится лето

с перестуком мчится летогонит стаи комаровнеприкаянных сыновветра свежестью одетыхна пригорке греют елкисплошь ершистые бокарядом камни в сундукахперевернутых в проселкипыжатся и мчатся тучипряча стыдный стадный страхв резвых утренних кострахутихая в многозвучьив перелесках ноют норыжизни старая коралопнет и пойдет игранезатейливым узоромобернется сон предсоньеми склоненные слегкабудут горы свысоказоны превращать в предзонья

«кривоватая серая улица…»

кривоватая серая улицак свету мокрые тянет бокатуча с облаком мирно целуетсяи дождливая праздность легка

новый лес

губкой смоем мы просторыперелески долы горыв подземелье чьи-то норынарисуем новый леси священный мир чудесбез того кто в норы влез

вот так

вот так не ведая стыдарастишь поля пасешь стадаи вновь встречаешь новый деньи целый день тебе не леньно вдруг онаопять войнав том чья винаответа нетуходишь наи богу в утренний отчетзапишут всех наперечет

версты в поле

версты в поле вековыенамело за праздник делтени ходят зоревыев новый просятся уделветер сто былинок клонитнамечает горизонтсапоги по локоть тонутне дойти большой резонно ведет по жизни светомвековечная звездадень за днем по следу следомговоришь дороге да

по кругу

все по кругу даже другаутром спросишь пятью пятьон ответит файлы взятьнадо и бежать упругонекуда бежать мне сновапусть же чертят воробьиновые круги своиа мои круги не новы

птица у огня

согрелась птица у огняи говорит сожги меняя не боюсь твоей душиа мой пожар не потушитьмашу я крыльями давновнутри меня идет кинопро бедных птах и про людейчто жгут костры полны идейони шумят они кричати носят беды на плечахи губят птиц зверей и леспрося награды у небесдругого надо попроситьим крылья за спиной носитьтогда взлетели бы на светсказали облакам приветразвеялся бы божий страхи человек тогда не прах…огонь не понял птичью речьрешил на угольки прилечьуснул а на восходе днявзлетела птица из огня

гуляй пока живой

дорога краскою размытаи кисти ног мешают слойкому-то сказано закрытоа мне гуляй пока живойдоходчиво мой путь проложенразборчиво рюкзак набитк попутчикам с годами строжея опираюсь на гранитодежда полностью промокларазбухли мысли все во мнезануда дождь хватает окнадержа их в солнечном умемой дом улиточная сыростьраскрашенная сквозь годавчера мне снова мама сниласьи провожала как всегда

«лучами шелестело лето…»

лучами шелестело летонабрасывая свой мотивнакладывая дней приметына вечности императивзакатным ветром ночь гореларастекшимся мазком егораскрашивались земли смелолежащие вдали снеговукутывался покрываломголубоватым херувимпечально внемлющий началамвзлетающим сквозь влажный дыми растворялось лето где-токак отражение началлучами длинными продетосквозь острый лес что бог качал

Godot

война ушедшая когда-токуда-то вдаль вернулась к намбылого времени солдатыотстроили пожару храможоги на щеках чернеютодин в один стоим свинцомпроходим белую аллеюв рассветы падая лицомс утра умоемся в палатахукутаемся в простынии в ожидании медбратаGodot оставим без вины

«сидишь и пишешь понемногу…»

сидишь и пишешь понемногупытаясь вникнуть в жизни сутьстараясь разыскать дорогусвою одну не чью-нибудьдорожек много разных вьетсято в чащу то на косогорто ливень враз на них прольетсяа то случится вдруг заторна городских дорогах мукана деревенских тишинаи у завалинки старухастоит и верно ждет меняу той старухи руки грубына ней потертое пальтошевелятся и плачут губыно светятся глаза затос надеждой смотрит на дорогуи ждет и ждет и ждет и ждетменя завидев слово богузамолвит и меня спасет

перелесок песка

перелесок пескаперекресток укрылразмыкает тоскаствор светящихся крылвзгляд поземкой летитгвозди гнева близкиодинокий пиитнадевает носкиотраженья любяв мертвых двух зеркалахправо вслух серебрямироносит зимановый год позадивпереди песен зудтам не видно ни згимир маячит и трудобернется ли годрастревоженным псомзнает точно лишь тотвечно кто невесом

одуванчик

одуванчик словно мальчикжелторотый ветрогонголовой качает онседины порочной алчет

когда рать

искрятся мельтешеньем русскимпод снегом черные поляпутем летим мы снова узкимвокруг во впадинах земляне угодить как прежде в ямувзобраться ввысь на косогорпереписать всей жизни драмуна тройке мчась во весь опорзадача эта не из легкихно нам не стоит гореватьстоим мы на плечах гигантови стоим рати когда рать

всю неделю

всю неделю мы не еликрошки не было во ртупод гитару песни пелисочиняли мы туфтузаписали пять коробокдисков подлинной фигнии оставили сто пробокпод столом и у дверинас фанаты повстречалиу подъезда гоношанам по мордам надавалиудалились не спешамы умылись из-под кранауспокоились потоми поднявшись спозараноквновь для гопоты поем

«опавших листьев синева…»

опавших листьев синевакак в хлебе отраженье летанатянутая тетивау лука перышками светадождинки полные виныили вина за праздность буденвсего мгновенье мы вольныменять что завтра с нами будеттак входит острием металлгрозы меняющей просторыопределением началв распахнутые мира порывзлетают взвеси облаковтрансгендерно вверху волнуясьот прозябанья пыл таковс ним спят ничуть не обинуясьи облаченный в белый дымуходит нервный астероидот столкновения с другимон вместе с нами планы строит

как утомительно

как утомительно наверносидеть и в доме песни петьа кто-то вдалеке неверновозьмется снова песнь реветьревмя ревет протяжно блеетне отделяет от козлищсебя а в небе грозно зреетнадрывность серая глазищпрорвется и на землю хлынетизвечная на нас водаа в кабинете водка стынети засыхает вся едазахлопнуть надо в сказку дверцупроткнуть серьгою длинный носи бросится к единоверцупросить его чтоб чудо несно если невозможно этоостанется пилить бревнокоторое за все в ответехотя ему-то все равнорубить потом и строить планына перспективное жильезалечивать чужие раныв аренду брать хотя б старьена звезды заглядеться ночьюзадуматься зачем живемне поскользнуться вновь на кочкеперебегая водоемнаверное нас солнце греетпоскольку живы мы ещеи бритва слава богу бреети день оставленный прощен

на кромке дня

одна неделя и другаясижу опять на кромке дняи тучи солнце закрываякропят святой водой менямолитва чудом сотворитсярасправится и полетитно быстро так мельчает птицейи всё вокруг унылый скитнабрать бы больше в грудь забвенийперемешать их с верой в днипомеченные лентой белойскомандовать душе замритогда наверное раскроетмне небо лунный календарьлицо рассветами умоети превратит в седой январь

город солнца

купи себе за пост вконтактелес речку сонные дождирасставь в окне пошире локтиудара молнии дождисьна теле ощути голодныйзалетный огненный ударзавоешь псиной беспороднойзакаркаешь вороной карзашелестишь по грудь травоюнабьешь за щеки яблок спаси понесешь в исеть неволюсмывая облака анфасно рыжий город рассмеетсяопередив твои шагион превратился в город солнцакоторого призыв сожги

«живи творя сказал учитель…»

живи творя сказал учительа я резину все тянултвори себя сказал спасительа я в быту без слов тонулзачем тебе чужое полеспросил учитель напрямикзачем тебе чужое гореспаситель в мысли мне проникя отвечаю всем работойучитель этому училя правила блюду субботыспаситель чтобы сохранил

монады

в октябре хлопья падают белыевот такой невпопад листопадсловно теркой скребут неумелыетвердь небесную руки монадте монады за все человечествоотвечают и слезы прольютмы когда озаботимся вечностьюи последний погаснет салютте монады закрытостью спаяныи внутри они вечных вещейпроникают в грунт прочными сваямидержат прежнюю мощность мощейа когда твердь небесная скрошитсяруки длинные бледных монадрастеребят подлунные рощицысловно крылья растущие над

«пахнет яблоком осенним…»

пахнет яблоком осеннимчуть подсохшим на столеи за окнами кисейнодождь висит как сон во мнечайник стынет на конфоркеотражая на бокаххолодильник чашки полкии упавшее ба-бахсоберу в ладонь осколкиброшу в старое ведрои опять вхожу наколкойэтим утром в дня нутро

спозаранок

мне нежный листик спозаранокв ладони тихо упадеткак стаю ищущий подраноки на глазах моих умретопределит мне ветер cметыот тополя через сиреньпереносить химер приметыв глубины старых деревеньоттуда выйдут света братьяна спинах вынесут крестыи обернутся многократнопространствами дорог пустых

гость

непрошеным гостем вошел он в поселоки кажется вник в непростые делаздесь птица забвенья снегов намеласвет неба неся за ближайший пригорокнаполнены листья трепещущей грустьюоправданы капли слепого дождякоторые в тело дороги войдяотмеряли вязкому быть захолустьюно поздние свечи в ладонях светилине выше не ниже а именно здесьнадеждой и памятью вскормленный леси легкие ангелы здесь наследили

«веди меня туда быстрее…»

веди меня туда быстреемой давний тайный человекгде реки забытья быстреегде вырастет из хлеба бегза дальние туманов сворыза опрометчивый оскалсветящейся в горах опорычто потерявшийся искалнаметь мне человече чарынаполненные до краевнетленкой битой бочкотарыи возгласом всегда готовопереди моих поступковсырую пепельную смесьи в небо выпусти голубкукак из баллона эго взвесь

понимает кошка

этим утром ранниммне отпустит осеньвсе грехи без спросачто растут с гераньюраспрямится островетка за окошкомпонимает кошкасказанное простосложностям не веритнет их в жизни вечнойрадости конечнойвосемь раз отмеритна девятой точновыйдет из вагонаи во тьме перронарастворится с почтоймне пошлет запискуиз другого мираздесь ничто кумирылюбящая киска

«шептал…»

шепталгубамирозовыйрассветтебяздесьнет

разговоры

разговоры как детирождаются растутпредохраняютсяно размножаются

условным словом

условным словом холостыераспознается прежний райтам ходят случаи простыеи расцветает в небе грайзачем туда мне возвращатьсябыть может прежняя играбыла лишь поводом прощатьсяуйти с запретного дворатам детством мне ребята машуткидают издали снежкомя с томом там заборы крашуделюсь с жирдяем пирожкомприпомнятся мне поцелуиушедшие в закаты дняморские ветры в парус дуютуносят бриг и грин меняпроглянет лучик утром раннимрассыпется в пучках дождяи то что было давней тайнойраскрою дух переводяне дерзостью и не бахвальствоми не игрой заблудших силзапомнятся лекарством братствате дни и кто его носил

натощак

пинать погоду утром раночего уж проще но кудамне спрятать ногу от бараначтоб не осталось и следакуда мне курицу упрятатьчто приготовлена вчераи банку в уксусе опятокс бутылкой красного винамне надо скрыть еще кастрюлюс густым наваристым борщомоставить можно с маком дулютогда воскресный день прощенвсе прячу от себя конечнопоесть я в праздник не дуракно жизнь так кратка быстротечнадлиннее будет натощак

вижу там

молочных рек течет рассветна яблонях цвететя вижу там астральный светгде птица гнезда вьетя слышу запахи долинликующих внизуспускаюсь я в зовущий клинв зеленую лозушумит во мне простор морскойза первым вал второйно что-то говорит мне стойи берегусь короймне ветви застилают взглядна вещие цветымне листья сухо говорятоставь порог мечтытеперь древесный твой уделне вырастить вопросводой намечен твой пределв корнях застрявший росттянуться вверх нелепость грехнапраслины оскалзабыть конечно надо всехкто думал и искално так непросто выдиратьиз родины словакак будто тайно удиратьиз горького ума

«глаза метели как тефтели…»

глаза метели как тефтелипосыпаны мукой их ешьсогрев в ладонях поля плешьи голос цвета карамели

«дай мне боже не напиться…»

дай мне боже не напитьсяа побриться и умытьсянавестить родную степьстать отчаянным и петьтам в степи пути серьезнытам в палатах ходит грозныйтам печатают печальте кто спелость обличалте кто с ветром пили чаите кто страстью отвечалите кто в смелости зачала потом опять кричалбез дорог такие дализа бесценок мне продалите кто в небо улетали вернуться обещално их нет и в ожиданьиприготовил я пираньючайник стынет на плитеи брожу я в темнотенет степи но нет печаливедь нашлись те кто скачалииз груди тоску и грустьот кого я точно прусьэто были мореманыволи полные карманынабекрень фуражка ахякорь спрятан в рукавахпоплывем без сожаленьяи на новый день рожденьямне подарят морякив шутку остров острякиа на острове конечнобудет степь и даль безбрежнабудет грозный там ходитькарагод народ водитьтам побреюсь я со вкусоми воды живой напьюсь яну а мертвая водани к чему мне господа

апрельский марш

апрельский марш играет слушайкак будто лодка на цепипортовый посвист льется в ушисто для дебилов децибелискрится полая породавнутри которой гулкий нольи ничего не происходиткогда за далью дали гольпрорвав все панцири и шлюзыгорячая течет слюнаи вынимает острым грузытел полосатая семьяза облаками дня порфирагрядущего и ятагансверкает режущий полмираи ускользающий в туманна лодках мель утихомирятна перевернутых плечахнесется северной пальмирыстепной размах

день нагружен

дунет в дудочку волшебники качнется неба грильна проколотых мишеняхедет дня автомобильон с мотором из пластмассыв сладких штруделях бокас перевернутым каркасомясновидцами в шелкахдень нагружен выше мерыв бочках горечь и елейза рулем сидят химерыи кричат держись бодрей

льдинка светится

льдинка светится под крышейгде была бы вновь дырано уходит со двораи взлетает небо вышеночь пока не встала в позусвету кается морозне скрывает спелых слезмрачную храня угрозуперевернутой страницейобессилена слегкана балконные бокаптица трепетно садитсяотдых легкий не нарушуа взлетит когда опятьбудем лето выдыхатьв стужу душную cнаружи

хотя бы разик