Бывшие. Американский папа

Ну да, другая одежда, другой стиль, но тем не менее я оставался таким же.

– Я, тёть Зин, – на моём лице расплылась счастливая улыбка от удовольствия встретить знакомого человека.

– А я, главное, иду и думаю: ты или не ты. Ты же вроде уехал? Вернулся уже?

– Да. Я хотел Сашу увидеть. Не знаете, когда она придёт?

– А Саша здесь больше не живёт.

– А где она?

– Не знаю, милок, – равнодушно бросает мне фразы.

– Даже адреса?

– Даже адреса. Ты же знаешь Сашу, она обрубит так обрубит. Видимо, и здесь, когда уезжала, решила обрубить со всеми, не сообщив свой новый адрес никому. А тебе она зачем? – странный вопрос. Она так-то моя жена…

– Увидеться хотел.

– Не стоит, – меня удивил её совет.

– Почему?

– Ты хочешь честного ответа?

– Конечно, – я ещё не знал того, что она мне скажет, но на душе уже скребли кошки.

– После того как ты уехал много воды утекло. Она замуж вышла, ребёнка родила.

– Как замуж? Она же замужем за мной была…

– Нет. Она как-то говорила вашей соседке по лестничной площадке, что ты уехал и вы расторгли брак. Мол, она сама занималась этим вопросом, потому что тебе некогда было.

Эта женщина сейчас мне как хлыстом по телу бьёт, когда говорит такие новости. Боль чувствую даже физически.

– Может быть, уехала к мужу как раз. Марк, не надо, послушай меня, старуху, жизнь прожившую, мёртвое пытаться возрождать. Зачем ты будешь ворошить прошлое? Не надо мучить свою душу, и её тоже! Ребёнку отец нужен, а ты, если появишься… Какая любовь у вас была… Вдруг опять всё по новой зародиться. Сашка же она импульсивная, разведётся с тем мужиком, бросит, а ты что, как после этого жить будешь? Ты хочешь, чтобы ребёнок без родного отца остался?

– Я всё понял, спасибо. Хорошо, что вы сказали это мне. По крайней мере, я точно буду знать, что возврата к прошлому нет.

– Интересный ты человек, – чувствую в голосе сарказм. – А ты когда уезжал отсюда, когда бросил её, ты реально думал, что появишься через время и она примет тебя простёртыми объятиями? Сашка? С её характером? Ну-ну! Эх, парень, парень, такую девку потерял. Ты потерял, другой приобрёл. И наверняка очень счастлив. При встрече, думаю, скажет тебе спасибо!

Слушать болтовню этой женщины мне больше не хотелось. И радость от встречи ушла куда-то мгновенно, а горечь от реальности захватила моё сердце.

Она расторгла брак… Она сейчас с другим… Она вышла замуж…

И теперь понятно, почему деньги так и остались нетронутыми.

Принципиальная моя девочка…

Хотя чего я ждал, идиот? Я же сам ушёл. Сам отпустил. Сам сбежал.

И тогда я отчётливо понял: такая, как Сашка никогда не простит предательства.

Да, всё говорило мне о том, что прошлое надо оставить в прошлом. Но говорил разум – одно, а сердце – другое.

Несмотря на все доводы логики, я не смог просто уехать, не попытавшись узнать хоть что-то о ней. Поэтому я дождался соседку, ту самую женщину, что жила рядом с нашей старой квартирой.

Когда она появилась в подъезде, я подошёл, стараясь казаться спокойным. Спросил, не помнит ли она меня, объяснил, что когда-то жил здесь.

Соседка кивнула без особого интереса – видимо, ей было не до воспоминаний. Но когда я произнёс имя Саши, её взгляд изменился.

– Погоди минуту… – пробормотала она, оценивающе глядя на меня.

Соседка на пару минут ушла вглубь квартиры и вернулась с бумагой.

– Вот, держи, – протянула она мне его. – Это решение суда о вашем разводе. Саша просила передать, если ты появишься.

Я развернул документ. Чёрным по белому – фамилия Саши, даты, сухие юридические формулировки.

– А ещё… Она родила ребёнка. Года три назад, наверное. Муж у неё вахтовик, редко дома. Не лез бы ты к ним, милок. Вы в прошлом. Там и оставайтесь.

Вот и всё, что я узнал. Ничего, что могло бы дать надежду. Ничего, что объясняло бы, почему она не ответила на мои письма.

Просто сухие факты: ребёнок, муж, новая жизнь, в которой мне не было места.

Я уехал обратно, пытаясь убедить себя, что это конец. Что нужно забыть её, вычеркнуть из мыслей.

Какие у меня вообще были варианты? Ворваться в её жизнь снова? Разрушить семью? Нет, я не мог.

Но сейчас… сейчас всё изменилось.

Я увидел её на свадьбе нашего общего друга. Она стояла в толпе, смеялась, и в тот момент мир будто перевернулся.

Всё, что я пытался подавить годами, снова вырвалось наружу. Ничего не изменилось: я люблю её. Так же сильно, как и раньше.

Но странно одно: она была одна. Никакого мужа рядом, никакого сопровождающего.

На вахте? – первая мысль.

Или, может, между ними что-то пошло не так? Может, они расстались? – как скупая надежда.

Я обязательно всё выясню, и на этот раз я не уйду без ответов.

Глава 6

АЛЕКСАНДРА

– Ну, какую красоту тебе сообразить на твоей чудесной голове?

Аля улыбается, ловя моё отражение в зеркале. Её пальцы уже привычно перебирают пряди моих волос, оценивая структуру, длину, возможные варианты.

Она всегда так: даже простую стрижку превращает в маленький праздник.

– Не знаю, настроения особо нет, придумай что-нибудь сама, – отвечаю я, стараясь, чтобы улыбка выглядела естественной.

Аля задерживает взгляд на мне чуть дольше обычного, словно сканируя.

– Мне кажется, что ты, даже если будешь седой, всё равно будешь красавицей, – говорит она с лёгкой льстивой игривостью, но в голосе звучит что-то тёплое, почти дружеское.

– Да, скажешь тоже! – фыркаю я, отводя глаза.

– Саш, у тебя что-то случилось? – голос её теперь тише, серьёзнее.– Ты всегда такая весёлая, жизнерадостная, а сегодня сама не своя.

Вижу, она ждёт ответа. Не просто вежливого «всё отлично», а правды.

Но правду я ей не скажу. Я себе в ней признаться не могу, не то, что остальным.

– Да нормально всё, просто настроения нет. Не обращай внимания, – отмахиваюсь я, прикрывая веки.– Можно я посижу с закрытыми глазами? Посплю. Устала. Ночью сегодня очень плохо спала.

Аля вздыхает, но не настаивает. Вместо этого её пальцы снова начинают двигаться в моих волосах.

– Любовник появился? Спать не давал? – шутит, пытаясь разрядить обстановку.

– Скажешь ещё! Кому я нужна!

– Вот это меня больше всего удивляет. Такая шикарная девушка, с такой фигурой, волосами, лицом, мозгами, и одна. Чудеса, да и только!

– Мой характер не каждый выдержит.

– А вот в этом согласна! Что есть, то есть! Мужики у нас сильных женщин не любят!

– Вот именно! – усмехаюсь. – Ты же знаешь, как у нас в обществе принято: если женщина проявляет характер и имеет собственное мнение, что они говорят?

– Что?

– Стерва! А если мужик проявляет характер, что о нём говорят?

– Что? – заинтересованно смотрит на меня.

– Настоящий мужик! В этом вся и разница, понимаешь?

– Понимаю, – кивает, – я вот вышла замуж, а теперь нянчусь с ним словно с маленьким ребёнком каждый день. В голове только одни компьютерные игры да пивко вечером по пятницам и субботам, – выдыхает Аля, продолжая наводить красоту на моей голове.

– Вот именно поэтому мне лучше одной. Не вижу смысла заходить в такие отношения. Да и без любви как-то не очень получается.

– А ты любила когда-нибудь? – с интересом спрашивает меня.

– Любила… Но больше не хочу. Слишком болезненно всё это. Не стоит оно того.

Я закрываю глаза, позволяя Але делать что угодно с моими волосами. Разговор поддерживать совсем не хочется. Нет сил, нет настроения.

Всю ночь ворочалась в постели, бессонница грызла меня изнутри. Я проклинала себя за те пару фужеров вина на свадьбе. Голова раскалывалась, но это была лишь жалкая отговорка.

Кого я обманываю? Не в вине дело.

Голова болела не от шампанского, а от слёз, которые я глушила в подушку, чтобы не услышала дочь.

Наша с Марком дочь… Эта мысль пронзает острее всего.

Встреча на свадьбе у Ксюши и Артёма перевернула всё. Я думала, что давно похоронила воспоминания о нас, но стоило ему появиться – и всё, будто и не проходило этих семи лет.

Пока Аля аккуратно возится с моими волосами, что-то бормочет про мелирование, но я уже не слушаю. Я снова окунаюсь в воспоминания.

Как я любила его. Как он любил меня. Мы были юные, искренние, настоящие. И потом в момент всего этого лишились. Никто из нас не ожидал, что с нами это случится. Но мы имеем, что имеем, и по-другому не будет.

Сейчас, спустя семь лет, когда мы встретились, и я вдруг почувствовала себя старухой, настолько сильно выросла мозгами за эти годы.

Это произошло неосознанно, но у меня не было выбора.

… – Можешь открывать глазки!

– Ты как всегда – волшебница! – восхищаюсь стрижкой и укладкой.

– Тебе что не сделай, ты будешь всегда великолепна. Ну что, самое время искать себе мужика и выйти замуж! – подмигивает, поправляя чёлку.

– Вот именно вечером этим и займусь! – обманываю, лишь бы больше не рассуждать на тему отношений и сбежать побыстрее.

Из салона на удивление выхожу совершенно с другим настроением.

Надо же, как причёска может поменять настроение!

– Алло, – принимаю входящий от директора компании, в которой я работаю.

– Александра, вам удобно сейчас разговаривать? – голос, как всегда, строг и серьёзен.

– Конечно, говорите, Эдуард.

– У меня есть пару вопросов по вашей отчётности, хотелось бы обсудить кое-что. Может быть, мы встретимся? – неожиданно меняет тон и общается теперь более мягко.

Такой перепад в интонации вызывает удивление, потому что обычно он суров и даже иногда груб. Теряюсь.

Вроде бы нерабочее время.

На всякий случай посматриваю на часы и не знаю, как реагировать на его предложение.

– Простите, но это не может подождать до завтра? Так срочно? Если что, я до отпуска все вопросы закрою.

– Нет, не волнуйтесь. Всё хорошо! На самом деле, я просто искал причину для того, чтобы пригласить вас на кофе, – смеётся трубку, и я мысленно выдыхаю.

– То есть вопросов нет? – на всякий случай уточняю. Мне никак нельзя терять работу, потому что я единственная кормилица в семье.

– Проблем нет, вопросы есть, но они действительно не настолько критичны, чтобы обсуждать их в этот прекрасный вечер. Сначала думал зайти издалека, а теперь понимаю, что с вами это глупая затея. Я прав?

– Правы. Вы же знаете, я не люблю ходить вокруг да около.

– Так что, встретимся?

Вот, казалось бы, на ловца и зверь бежит. Согласись на предложение, Александра! Встречайся, развлекайся, и не будешь одна. Рот всем тем, кто задаёт глупые вопросы заткнёшь наконец!

А не хочу. Никак не могу через себя переступить.

Я только собираюсь ответить отказом, как вдруг передо мной из неоткуда, возникает большая машина тёмного цвета.

Поворачивая лицо в её сторону, на миг кажется, что, машина едет прямо на меня. Я желая спасти свою жизнь, отскакиваю в сторону.

Не удержавшись на каблуках, падаю прямо на асфальт.

Телефон выпадает из рук и разбивается, но мне плевать сейчас на него.

– Идиот! – ору на человека, который подбегает ко мне и пытается помочь стать.

– Саша, прости, я слишком резко вильнул в твою сторону. Испугалась?

– Ты меня чуть не задавил, – отталкиваю его от себя и злюсь.

Поднимаю глаза и вижу Марка. На миг мне показалось, что у меня просто паранойя, когда я услышала его голос. Но нет, с моим психическим здоровьем всё в порядке.

– Я же попросил прощения! – продолжает извиняться.

– Как ты здесь оказался вообще? – пытаюсь встать на ноги.

Лодыжка ноет. Скорее всего, я её подвернула.

– Искал тебя. Варе позвонил, она сказала, что ты пошла в парикмахерскую и назвала адрес.

В этот момент мне уже плевать, зачем он ей звонил, зачем искал встречи. Его оправдания, слова – всё это пустой шум, бессмысленный фон, который я даже не пытаюсь разобрать.

Начинаю плакать. Слёзы текут сами, горячие и предательские, смывая остатки гордости.

Уверена, что это просто от страха, от дикого адреналина, который колотится в висках и заставляет сердце бешено биться.

Тело дрожит мелкой, неконтролируемой дрожью. От одной только мысли, что он мог… Он мог лишить меня жизни, и наша дочь осталась бы сиротой.

Да, именно сиротой. Потому что в графе «отец» я его не вписала. А он о ней не знает.

А если бы знал – разве это что-то изменило бы?

Да, есть крёстные. Даже две. Но это не то. Ненастоящие родители, как ни крути.

– Саша, ты плачешь? – кажется, мой бывший шокирован происходящим, потому что, обычно, чтобы я заплакала, надо очень постараться.

Глава 7

– Отстань от меня! – отталкиваю руки, наспех вытирая слёзы.

Встаю, чуть-чуть прихрамывая хочу уйти прочь.

– Сашка, у тебя каблук сломался, – слышу себе вслед обалдевшего от ситуации бывшего мужа.

–Не твоё дело! – огрызаюсь, прихрамываю и хочу уйти прочь.

Представляю как эта картина выглядит со стороны: девушка в строгом костюме, с шикарной причёской, идёт на сломанном каблуке.

Обидно! Я ведь буквально пять минут назад была настоящей красавицей, но он меня увидел совершенно другой сейчас.

Теперь на голове хаос, от прежней красивой причёски не осталось и следа. Юбка пошла по шву, каблук сломан, тушь размазана по лицу из-за слёз.

Через пару метров неожиданно чувствую, как меня подхватывают сильные руки и прижимают к себе.

– Ты что делаешь, отпусти! – единственное, что могу выдавить из себя.

– Я просто боюсь, что ты сейчас запнёшься на сломанном каблуке и окончательно свои красивые ноги переломаешь! – оправдывается бывший.

– Плевать, поставь на землю! – стучу ему кулаком в грудь.

Но вместо этого он только крепче прижимает меня к себе.

Пытаюсь вырваться, но разве наши силы равны?

– Ты пешком или на машине? – не обращает внимания на мои старания.

Бездумно поворачиваю лицо к его и понимаю, что наши губы слишком близко. Сглатываю комок в горле от сумасшедших мыслей, что он может меня поцеловать, и отвожу взгляд.

Он улыбается, словно читает мои мысли, а я злюсь.

Он пользуется положением сильного, но я не останусь в долгу и отомщу.

– На такси, но я не успела вызвать! – сбивчиво отвечаю ему.

– Ок, – кивает Марк, разворачивается и идёт к своей машине.

– Что ты делаешь? Куда ты меня несёшь?

– Я довезу тебя до дома. Позволишь?

Хорошо, пусть довезёт меня до нашего бывшего дома, я выйду, подожду, когда он уедет, вызову такси.

Марк, как хрустальную вазу, очень осторожно опускает меня на сиденье.

– Сильно болит? – участливо спрашивает и смотрит в глаза.

– Сильно! – вру. – Это ты виноват!

– Согласен, но не удивлён, – ухмыляется. – Я ведь у тебя всегда был во всём виноват! Был. Есть. И, скорее всего, буду всегда, – пристёгивает меня ремнём безопасности.

Может быть, я сама себе придумываю, додумываю, но кажется, что в его словах много боли, тоски и грусти.

На свадьбе он был пошустрее и поувереннее в себе. Что произошло? С женой поссорился?

– Куда тебя отвезти?

– Ну ты же меня домой собирался везти.

– Называй адрес.

– Ты его знаешь. Или забыл? Стёр из памяти всё, что было связано со мной?

– Такую как ты забудешь, – злится бывший и заводит машину.

Та рычит, словно передавая настроение моего бывшего мужа, а я теряюсь от этих слов.

Воображение рисует мне опасные картинки, в которых Марк не забыл меня. В которых мы всё ещё любим друг друга. И в которых наша неожиданная встреча на свадьбе друзей доказала нам, что ничего в наших чувствах не ушло.

– Адрес, Саша, я задал вопрос!

– Я же тебе сказала.

– Я знаю, что ты там больше не живёшь. Я знаю, что ты уехала с той квартиры.

– Откуда?

Не скрываю удивления, но потом вспоминаю как он говорил про это на свадьбе. Но я была словно в прострации, мало что помню.

– От верблюда, – огрызается. – Не надо мне врать! Я приезжал к нам домой, и на свадьбе мы это обсуждали. Но ты, как всегда, скорее всего, не слушала меня.

Да, не слушала!

А что мне ему сказать? Что я была в шоке оттого, что встретила его?

Что я давно вычеркнула его из своей жизни, а его из ниоткуда возникшая физиономия заставила меня усомниться в этом?

– Зачем? – ехидно улыбаюсь теперь, пропуская его упрёки. Мне так хочется его побесить.

Но я ведь никогда не была мстительной. Почему теперь это делаю?

– Что зачем?

– Приезжал зачем тогда?

– Глупый вопрос! И ты сама знаешь на него ответ. Соскучился, увидеть хотел и убедиться, что ты такая же язва. А ты, Саш, скучала по мне?

– Да на фиг бы ты мне упал, скучать по тебе. Я по предателям не скучаю. А насчёт адреса…Мне не надо домой, у меня дела.

Сейчас есть абсолютное ощущение, что мне не двадцать пять, а ему не ближе к тридцати, а каждому по восемнадцать.

Мы как подростки, которые нравятся друг другу, находясь на начальной стадии симпатии и отношений, стремимся подколоть друг друга, зацепить, и посмотреть на реакцию.

Именно так мы себя вели, когда начинались наши отношения, тогда ещё юные, скромные, целомудренные, но очень искренние.

Только мы теперь не подростки, и больше не пытаемся понравиться друг другу. Здесь скорее, наоборот: я его ненавижу! И сделаю всё, чтобы и он ненавидел меня.

– Время ближе к вечеру, – смотрит на часы, – и я предполагаю, что твои дела – это забрать дочь из детского сада? Как её зовут?

– Вероника… – вглядываюсь в его лицо, пытаясь понять его эмоции, когда он говорит про неё. – Откуда ты… знаешь про дочь?

А сейчас я уже реально теряю дар речи, начиная переживать.

– Так мне соседка всё рассказала. Когда я приехал, не застав тебя, ждал возле подъезда. Я же не подозревал, что ты съехала. Появилась наша мисс всезнайка и главная сплетница, – киваю, улыбаюсь, понимаю, о ком он. – Рассказала мне о тебе… Что ты вышла замуж, родила ребёнка и счастливо живёшь в браке. Ты к мужу уехала жить?

«Замуж? Я? Да ни за что на свете! Одним разом наелась, больше не хочу» – хочется сказать, но промолчу.

– Да, да, – и отворачиваю лицо к окну. Отлично, он уверен, что я родила от другого.

– Говори адрес детского сада.

– Нет… Мне туда не надо.

Ещё не хватало, чтобы он Нику увидел. Ему обратить пару раз внимание на её поведение, повадки, присмотреться к лицу, и он догадается обо всём. Сложит дважды два и поймёт, она не дяди чужого, а его собственная дочь.

Только кукиш ему, а не Вероника!

– Почему? А, муж заберёт?

– Варька, – сначала думаю, потом говорю. А надо было кивнуть, что муж!

– А почему Варя? А почему не муж? Разве отдают чужим людям ребёнка, если есть родитель?

– Я разрешение написала, что они могут её забирать, – и это чистая правда. – На всякий пожарный, так сказать. Муж работает вахтовиком, – вспоминаю историю, сочинённую для наших любопытных бабулек, – у него много работы.

Марк кивает, и я рада, что он верит мне. Слегка расслабляюсь. Можно дальше спокойно врать. Он, думаю, не заметит даже.

– А назвать Ксению и Варвару чужими людьми для моей дочери… никогда больше такого не произноси. Они роднее для неё… – хочу закончить словами «чем ты, родной отец», но теперь успеваю тормознуть свой говорливый язык.

– Прости. Я ляпнул, не подумав. Вы ведь действительно всегда были вместе. Ничего удивительного. Хорошо, что они у тебя есть,– замолкает на мгновение. – Я очень рад за тебя, Саш. Ты была не одна, когда… – не договаривает. – Говори настоящий адрес, я отвезу.

Решаюсь, называю адрес за несколько домов от своего реального места жительства.

Ему ни к чему знать, где мы живём. Незачем ко мне ездить. Не хочу иметь лишних проблем.

Радуюсь в данную минуту, вспоминая нашу соседку, которая, увидев меня с животом на вопрос «А папаша кто? Марк? Он что, вас бросил, когда ты была беременная?» поверила моему ответу: «Нет, что вы! Мы развелись, и я снова вышла замуж! Мой новый муж просто редко здесь появляется. Он зарабатывает! Вахтовик! Вот как раз на вахте!».

Иногда куриные мозги сплетниц из соседних подъездов приносят свои положительные результаты.

Оставшееся время мы едем молча. Каждый в своих мыслях.

– Спасибо, что подвёз, – как можно быстрее хочу распрощаться с ним.

– Саша, – окликивает меня Марк, когда я открываю дверь машины и выхожу. – Я задам тебе один вопрос. Один единственный! А ты мне ответь, но только честно. Сможешь? Ты же всегда была правдорубкой.

– Хватит вспоминать то, что было. Говори, задавай свой вопрос.

– Ты счастлива без меня? Скажи только честно, Сашка!

Глава 8

МАРК

– Да! Счастлива! И добавлю: мне без тебя супер! Когда увидела тебя, тошнить сразу начало от рожи твоей. Так устраивает? – смотрит с вызовом и говорит моя бывшая язва.

Зачем спросил, глупец? Веду себя как идиот ревнивый. Конечно, счастлива!

Я же сам её бросил. Оно со стороны именно так и выглядит.

Ждал, что она будет как верная жена ждать своего бывшего мужа? Нет, конечно!

«Декабристкой» она отказалась быть. Я уехал, всё, браку конец.

Я ведь в душе понимал, что так и будет, но, в чужой стране начиная с нуля, совершенно одному мне было легче от мысли, что всё это ради нашей семьи.

И работал я как проклятый именно поэтому. И уехал тоже, в то время, когда она отказалась ехать со мной.

Оправдывал себя? Естественно!

А кто себя не оправдывает, когда у него душа наизнанку от отчаянья выворачивается?

Смешно… Такая красотка разве останется одна? Нет, конечно!

Наверное, её нынешний муженёк вцепился в неё мёртвой хваткой и держит, боится отпустить, а то уведут.

Сашка за эти годы стала только краше.

Тогда в свои восемнадцать, она была худенькая, несуразная, но очень боевая. А теперь она настоящая женщина с шикарными формами, полагаю, появившихся после рождения их дочери.

… Я завис в своих мыслях после её ответа. Растерялся? Нет. Расстроился. Да!

– А ты, Филатов, как, счастлив? – неожиданно задаёт мне такой же встречный.

– А тебе правда интересно?

– Ну ты меня спросил, я ответила. Тоже самое хочу знать о тебе. Ты счастлив?

Молчу. Не отвечаю.

– Что, слабо признаться, что как вернулся в Россию, увидел меня и стало стыдно?

– Саша! Ты же не хотела ехать со мной тогда! Сказала «уезжай»! Ну я и уехал! Да, претензий ко мне много, я даже спорить не буду! Я виноват! А ты? Белая и пушистая?

Саша теряется, вижу. Чувствую, что хочет уйти, но я быстро выхожу из машины и преграждаю ей путь.

– У тебя есть ещё пару минут. А чего сбегаешь-то? Как раз есть возможность поговорить. Я виноват! Вот, смотри, в лицо тебе говорю!

Раскидываю руки в стороны, мол, вот он я, казни меня, если тебе станет легче.

– Хочешь узнать, счастлив ли я? Рассказать, как на душе? Ок! Готов! А ты сама? Сможешь ответить взаимностью? Я же вижу, как много в тебе кипит, как ты хочешь мне многое высказать. Уверен, все эти годы терпела, копила, представляла, как встретишь меня, и скажешь всё в лицо. Так? Ну вот он я, перед тобой! Говори!

Зная Сашкин характер, я специально раззадориваю её, хотя очень рискую огрести по полной.

Мне вдруг очень хочется услышать кучу дерьма в свой адрес от неё, чтобы включить голову и перестать думать о нас, убедившись, что моя бывшая ненавидит меня.

Словно так станет легче, и так я вырву её из своего сердца.

– Я тебя удивлю, но сказать мне тебе нечего, – вижу, Саша врёт. – Какой в этом смысл?

Честно, удивлён. Сдержалась? Сашка?

– Прости меня, – неожиданного говорю совершенно искренне. – Мне дали четыре часа на сборы тогда, Саш. Я ведь ждал тебя дома, я звонил, но ты словно растворилась! Много всего тогда у нас было, вспомни. Мы дураки были, Саш! Наговорили друг другу дерьма! Нельзя было, а мы кипели.

– Забей, хватит об этом, – снова хочет уйти и не даёт мне закончить.

– Да не могу я! Как встретил тебя, сердце вдребезги. Сожаление лупит по сердцу отбойным молотком.

– Филатов, я не знаю, зачем ты снова ворошишь прошлое. У тебя же всё на мази. Со стороны так вообще супер-мачо. Ты богатый, успешный, красивый, весь из себя, на дорогой, хорошей тачке, в дорогом прикиде. И жена вот у тебя красавица, умница, любит тебя, смотрит на тебя как преданная собачонка. Я ведь так не умела и не хотела. Марк, у тебя всё есть для счастья, но почему глаза такие грустные? И зачем ты сегодня здесь?

Ничего ей не отвечаю, потому что правду в данный момент ей сказать не могу. Всё время забываю про Кэтрин и думаю только о Саше.

Я скован обстоятельствами и условиями, которые от меня не зависят.

Со стороны я выгляжу как полный идиот, но вариантов нет и выбора нет. Только сердцу не прикажешь, и я снова ищу с бывшей женой встречи.

Варьке позвонил, хотел приехать к ней, узнать про жизнь Саши: как у неё с мужем, счастлива ли она, помощь, может, нужна.