Группа «Феникс». Лалибела

В этот момент тишину нарушил другой звук – низкий, проникающий в самую грудную клетку гул. Это Аверин включил свой сканер. Аппарат был не похож на стандартное оборудование НИЦ – громоздкий, с медными катушками и светящимся синим кристаллом в центре. Он выглядел как реквизит из старого фантастического фильма, а не как серьезный научный прибор. Кирилл с невозмутимым видом надел защитные очки и медленно повел устройством в сторону входа в церковь – темного провала в скале.

Гул резко изменил тональность, перейдя в высокий, почти болезненный визг. На небольшом экране, прикрепленном к аппарату, хаотично заплясали красные и фиолетовые всполохи.

– Что там у тебя? – мгновенно отреагировал Шорохов, прервав связь с Центром.

Аверин снял очки, его лицо было абсолютно спокойным, словно он просто констатировал температуру за окном.

– Электромагнитное поле высокой интенсивности. Сильные гравитационные искажения в районе арки. Нестабильные.

Он сделал паузу, давая всем осознать услышанное.

– Аномалия активна. И она не похожа ни на что из нашей базы данных.

Слова повисли в раскаленном воздухе. Анастасия замерла, выронив колбу с пробой грунта. Даже Шорохов нахмурился, его уверенность на мгновение пошатнулась. Арина почувствовала, как по спине пробежал холодок, несмотря на жару. Ее собственные приборы по-прежнему показывали идеальную норму. Оборудование Аверина видело то, что было скрыто от всех остальных. И это пугало больше всего. Это означало, что НИЦ дал ему нечто совершенно иное, чем им.

– Влад, иди сюда! – раздался взволнованный голос Петрова с другой стороны. Историк стоял на коленях у стены церкви, почти прижимаясь к ней лицом. – Быстрее!

Когда они подошли, Иван указал дрожащим пальцем на орнамент, вырезанный в камне. На первый взгляд – традиционная эфиопская вязь, переплетение крестов и геометрических узоров. Но Петров ткнул пальцем в несколько символов, едва заметных в общей картине. Они были другими – более резкими, с острыми углами, не похожими на плавные линии геэзского письма.

– Этого здесь быть не должно, – задыхаясь от волнения, проговорил он. – Это не амхарский, не геэз, не сабейский. Я никогда не видел ничего подобного. Они вплетены в узор, замаскированы. Смотрите, вот еще один… и еще.

– Что это может быть? – спросил Шорохов, внимательно изучая стену.

– Я не знаю. Шифр. Предупреждение. Или… инструкция, – Петров поднял на него горящие глаза. – Они явно чужеродные. Как будто кто-то пришел сюда намного позже строителей и добавил свою… подпись.

Арина смотрела на символы, и в ее голове что-то щелкнуло. Странная, безумная идея. Она быстро вернулась к своему оборудованию, подключила планшет к сканеру Аверина и вывела на экран карту электромагнитных искажений, которую тот успел составить. Затем она наложила на нее фотографию стены с символами, которую только что сделала.

Совпадение было идеальным. Жутко идеальным.

– Влад, посмотри, – позвала она. Все столпились вокруг ее планшета. – Пики искажений. Они не хаотичны. Они точно совпадают с расположением этих знаков. Каждый символ – это источник поля. Они не просто нарисованы. Они… работают. Как транзисторы на гигантской плате.

Теперь молчали все. Гипотеза Арины превращала древнюю церковь в нечто иное. В механизм. Непонятный и, судя по показаниям Аверина, опасный. Это уже не было просто местом с аномалией. Это была аномалия, искусно замаскированная под место.

– 'Энигма'… – тихо произнесла Анастасия. – Они должны были это видеть. Их оборудование не такое продвинутое, как у Кирилла, но они бы заметили.

– Возможно, тогда оно не было активно, – предположил Аверин, не отрывая взгляда от экрана. – Возможно, именно они его и активировали.

Эта мысль заставила Арину похолодеть. Ее родители. Что они здесь натворили?

Шорохов долго молчал, глядя то на темный вход в церковь, то на карту на планшете Арины. Давление со стороны НИЦ, страх гида, странные приборы новичка, непонятные письмена и активная аномалия – все это складывалось в картину, от которой любой здравомыслящий человек бежал бы без оглядки.

Но они были не просто здравомыслящими людьми.

Они были группой 'Феникс'.

– Отбой, – наконец сказал он твердым, не терпящим возражений голосом. – Отбой всем исследованиям на сегодня.

Команда вздохнула с облегчением. Анастасия уже начала собирать свои колбы.

– Разбиваем лагерь, – продолжил Шорохов, и его следующие слова заставили всех замереть. – Прямо здесь. В ста метрах от входа. Хочу, чтобы к рассвету у нас была полная картина всех колебаний поля. Мы не пойдем дальше, пока не поймем, с чем имеем дело. Готовьтесь. Утро будет долгим.

Глава 4

Ночь опустилась на Лалибелу быстро, как падающий камень. Эфиопское небо, лишенное городской засветки, расц