Королевская роза Имира. Черная рука Кроу. Книга 2

– Не беспокоят.

Сухие слова сорвались с губ прежде, чем она успела подумать. И тут же мысленно себя обругала: зачем столько эмоций в деле, где нужна грациозность?

– Вы тоже времени не теряете. Принцессе Орее все нравится?

Герцог Манейро приподнял бровь и насмешливо улыбнулся.

– Я работаю над этим.

Ответил, этой фразой мгновенно отвечая на вопросы, которые мучали ее.

“Так это все-таки задание…”

Ей бы почувствовать облегчение, но единственное, что ощущала Айрис – тяжесть, угнездившуюся где-то за грудиной.

“Он готов исполнить любое, самое грязное дело, которое поручит ему король. С чего я вообще взяла, что ему можно доверять? Что он на моей стороне?”

Ей вдруг захотелось уйти. С этого пестрого и фальшивого праздника жизни, чтобы не слышать лицемерного смеха и гомона. Чтобы окунуться в темную, возможно пугающую, но мерную тишину, в которой был бы слышен лишь стук ее сердца…

Но предстояло сделать еще слишком многое. Не было времени на бесконечные тяжелые размышления, не было сил больше верить и ждать светлого будущего. Пора было создавать это будущее своими руками.

И от осознания этого ей даже стало немного легче дышать.

Да, горечь осталась, но разве Айрис не привыкла к разочарованиям?

– Работаете, – медленно произнесла она, будто пробуя это слово на вкус. – Интересная у вас работа, герцог.

Что-то вспыхнуло в его взгляде. Что-то голодное, злое. Неистовое.

От чего Айрис невольно отпрянула, но герцог не дал ей отойти – притиснул к себе ближе.

Сердце екнуло от этой близости. Затрепетало пойманной птицей. Жар потек по венам, отравляя невольным вожделением.

Айрис отвернулась от него, не желая, чтобы он видел ее такой. Но понимая, что от жадного взгляда не скрыться.

– Принцессе нравится, – в его голосе прозвучали дразнящие нотки.

Айрис вскинула голову, возмущенная этой неприкрытой провокацией.

Герцог Манейро улыбался.

Насмешливо, открыто, почти весело.

Так, словно был тем самым графом, который не познал горечь сражений. Который когда-то встретился ей на пути во дворец, когда она прибыла в Имир в самый первый раз.

Это было больно. Осознавать, что она видит лишь фантом перед собой. А настоящий граф, точнее уже герцог, стал совершенно другим человеком.

“Неужели он так сильно изменился, побывав в военных походах и на войне? Или есть еще причина?”

Эта странная мысль помогла ей прийти в себя.

Айрис отстранилась от Адриана. Музыка закончилась, как и танец. Как и странное наваждение, которое овладело ей, как только она прикоснулась к нему.

Они отошли друг от друга на почтительное расстояние.

Поклонились.

И только ее тело помнило жар его тела, да ладони – тепло грубых рук.

Рук не аристократа, а воина.

– Благодарю за танец, Ваше Величество. Это была честь для меня.

Столь дежурные холодные слова совершенно не вязались с улыбкой, которая превратилась в кривую усмешку.

Айрис кивнула герцогу, не зная, что еще сказать. И он резко развернулся и захромал от нее прочь.

Прочь к принцессе Орее, которая сразу же заулыбалась ему.

– Вот ведь странно… – услышала Айрис щебет баронессы Мэй. – Герцог везде поспеет… Но неужели принцессе не дорога ее репутация?

Дамы, окружившие главную сплетницу Имира, захихикали, прикрываясь веерами.

– Главное, чтобы король не сильно гневался…

Айрис медленно развернулась к ним.

Что бы ни задумал Марк, сплетни не должны были помешать его плану. Иначе его испорченное настроение могло навредить и ей самой.

Она уже сделала первый шаг, как услышала тихий шепот:

– Вы хотите разогнать баронессу Мэй и ее подруг? Она будет огорчена.

Марк любезно улыбался, поглаживая ее по плечу.

“Он в курсе и не против? Ладно…”

– Что ж… Если вам не мешают их разговоры, я закрою на них глаза.

– Пройдемте лучше к столу. Наш ждут чудесные запеченные перепелки и вино из Норчи. Принцесса Шиита хвалилась, что оно настолько крепко, что свалит с ног целого слона… Представляете?

– Хотелось бы поверить ей на слово, но придется проверять, потому что самое крепкое вино делали у нас в Имерии, помните?..

– Как же не помнить…

***

За длинным столом было шумно. Гости, уже порядком опьяневшие от привезенного вина, смеялись и шумно пировали, а кто-то уже даже успел уединиться на балконах.

Айрис лишь пригубила немного чудесного напитка.

Вино действительно было крепким. Отдающим терпким черным виноградом и мандаринами, которые, по слухам, росли в королевских садах.

“Если рассматривать этот жест с политической точки зрения, такой подарок очень щедр. Принцесса проявляет к нам повышенную лояльность. Да и герцога Джиана вновь посадили неподалеку от меня… Зачем они приехали?”

Она тихо ухмыльнулась, делая еще глоток.

Напиваться было нельзя, но едва бы Айрис захмелела от пары глотков. Тем более, что она не преувеличивала крепость вина из родной Имерии.

Марк, сидящий по правую руку от нее, однако, наоборот налегал на дивный напиток.

Весело скабрезничал, хохотал, явно пребывая в отличном настроении и… нагло лапал ее под столом. Его рука по хозяйски и совершенно неприлично лежала у Айрис на колене, почти до боли сжимая ее.

Каждое движение его тонких пальцев, впившихся в нежную кожу даже через ткань платья, причиняло боль. И разгоняло кровь по венам, почему-то вызывая стыд и ярость.

Давай убьем его?

Голос, прозвучавший в ее голове, был настолько внезапен, что она вздрогнула.

А потом и этих приезжих принцесс. Выколем глаза той жадной наглой девице, которая осмелилась посмотреть на того, кто нам мил… А ту, другую, которая лживо улыбается… что бы сделать с ней? Можно повесить и наблюдать за тем, как она корчится от мучений. Как лживая улыбка сползает с ее розовых губ! Черную, самую хитрую, можно оставить на потом, она кажется суровым врагом, но так даже интереснее, верно? Давно у меня не было сильных противников…

Капли пота покатились по спине Айрис.

Желание вскочить и выбежать вон из зала стало почти непреодолимым.

“Неужели я схожу с ума?”

Конечно, сходишь. Как и твоя мама… Помнишь, какой она была и какой стала потом? Это твое будущее, Айрис. Ты не справишься со мной, не одолеешь. Кто ты, в конце концов? Лишь глупая девчонка, которая страшится неизвестности и истинного величия! Вас всех, каждого моего носителя, ждет лишь один конец! Поглощение!

Айрис схватилась за бокал с вином. Выпила почти что половину, отодвинула от себя и, склонившись к Марку, едва слышно произнесла:

– Ваше Величество, мне нужно отойти ненадолго.

Он, занятый разговором с принцессой Шиитой, лишь махнул рукой, отпуская ее.

Недолго думая, Айрис встала из-за стола, радуясь тому, что гости были уже порядком пьяны и не замечали ее. Стремительно вышла в пустующий темный коридор, вдохнула свежий воздух, чувствуя, как кружится голова.

И услышала тонкий, разрезающий тишину стон страсти.

_________________________________

*Форпост — передовой сторожевой пост, укреплённый пунктна границе.

Глава 3

Мурашки пробежали по спине. Айрис нервно закусила губу, сделала шаг вперед.

Хочешь подсмотреть?

Голос звучал издевательски.

Айрис прижала руку к груди. Ноги сами понесли ее туда, откуда донесся стон.

И пока она приближалась, все отчетливее различала звуки сдавленного дыхания, резких шлепков плоти о плоть.

Дыхание срывалось с губ, болезненное волнение дрожало в груди. И когда Айрис остановилась, будто наткнувшись на невидимую стену, в ней словно все умерло в один-единственный миг.

Ей захотелось вырвать себе глаза. Заткнуть уши. И выкинуть из головы картинку того, как сзади, грязно и по-собачьи герцог Манейро вколачивается в принцессу Орею, которая забыла о гордости и чести и самым возмутительным образом задрала свои пышные юбки перед ним!

Айрис хотелось замереть, превратившись в бездумную статую, которая ничего не чувствует. И одновременно убежать отсюда, скрыться так, чтобы ее никто больше не нашел в этом мире…

И в то же время она не могла оторвать взгляда от герцога. От наглого развратного изгиба красных губ, которые герцог то и дело облизывал. От затуманенного взгляда, то и дело вспыхивающего огнем, от полурасстегнутого черного кафтана, обнажающего мускулистую грудь с большим шрамом около сердца – следом ее лечения…

Герцог то и дело откидывал голову назад, капли пота стекали по его мощной, увитой венами, шее. Отбрасывал пряди черных волос со лба, он

двигался ровно и размеренно.

Небрежно шлепнул принцессу по заднице и рыкнул:

– Двигайся же!

От этого резкого хриплого голоса тяжелый густой жар прокатился по Айрис. Пронзенная ревностью, острым и грязным желанием, она не могла пошевелиться. Лишь стояла, словно приколоченная к месту, и не двигалась. Желание полоснуло по животу с такой силой, что Айрис сжала колени, едва дыша.

И тут он поднял на нее взгляд.

Увидел ее.

И… ухмыльнулся. Широко и издевательски.

Шлепнул Орею еще раз и вонзился с тяжелым глухим стоном в нее снова.

Что-то в груди дернулось у Айрис. Дернулось и оборвалось.

Наверное, это было сердце, разбитое и летящее под ноги этого жестокого мужчины.

Она сжала губы в тонкую линию. И заставила себя двигаться. Сделать шаг назад, другой. Затем круто развернулась и тихо зашагала прочь.

Не видя голодного тоскливого взгляда, пожирающего ее тонкую прямую спину.

***

Только ворвавшись в свои покои, Айрис смогла выдохнуть. Вытолкнуть из груди, казалось, застывший воздух.

Хрип боли.

Зажмурившись, она покачала головой и едва сдержала желание расплакаться. Так глупо, отчаянно и по-детски разреветься.

Но даже наедине с самой собой она не могла позволить себе этого сделать. Словно в глубине души стоял какой-то барьер, который не давал ей показать свою слабость даже самой себе.

Считаешь свои слезы слабостью?

Айрис предпочла не отвечать на этот вопрос, лишь сжала зубы и стукнулась головой о дерево двери. Снова и снова.

“Мне все равно, с кем герцог проводит вечера и ночи… Тем более, что это было заданием Марка. Мне все равно. Мне не больно. Нужно сосредоточиться на других, более важных делах!”

– Ваше Величество… – услышала она тихий голос Марены и едва не подпрыгнула на месте. Схватившись за грудь от испуга, настороженно спросила:

– Ты где? Почему я тебя не вижу?

– Я не могу выйти из этого состояния… Сила закончилась, – голос Марены был печальным и доносился откуда-то из-за кресла.

Айрис подошла туда, опустилась на пушистый ковер и спросила:

– Как ты?

– Бывало и хуже, как тогда, в первый раз… Все пройдет. И я вернусь в свое состояние.

– А Ситтар?..

– Я здесь, Ваше Величество.

Его высокая массивная фигура маячила у дверей, ведущих во внутренний сад. За руку он держал перепуганную Лейлу.

– Как ты там оказался?

– Вы знали, что у дальней стены вашего сада вырыт тайный ход?

– Что? – Айрис резко поднялась. – Нужно сообщить об этом королю… Ладно, это потом, – она тяжело посмотрела на фаворитку короля, которую от испуга трясло подобно осиновому листу. – Лейла, проходи. Ты меня разочаровываешь.

Айрис открыла дверь, и Ситтар втянул Лейлу внутрь. Вошел сам и захлопнул дверь за собой.

– Ваше Величество, простите меня! – Лейла упала на колени, с ужасом глядя на Айрис.

– За что ты извиняешься? За то, что скрыла от меня свою дочь? За то, что скрыла связь с Фолкнером? Или за то, что сбежать пыталась?

– За… все. За все сразу, Ваше Величество. Пощадите мою дочь! Только об этом прошу! – Лейла всхлипнула, закрывая рот рукой. – Она – единственное, что осталось у меня от… от моего первого мужа, которого я… – фаворитка прикусила нижнюю губу, будто пытаясь скрыть последние слова, готовые сорваться.

Помотала головой и хрипло проговорила:

– Это неважно. Все, что случится со мной сейчас – неважно. Просто защитите мою дочь!

– Тоже самое ты сказала Фолкнеру, когда он просил тебя об услуге?

Лейла судорожно закивала. А Айрис презрительно фыркнула:

– Тебе все равно, кому продать свою гордость.

– Гордость ничто, Ваше Величество, когда дело касается жизни моего ребенка… – прошептала Лейла. Крупные слезы катились по ее щекам. – И жизнь моя тоже ничего не значит.

Она возможно была права. Но Айрис не могла понять этого, потому что не имела детей. И это немного злило. Однако она не пошла на поводу у своей злости, лишь холодно процедила:

– Чего хотел советник Фолкнер?

– Внедрить меня к королю как фаворитку. Он желает, чтобы я понесла от его Величества.

– Что еще?

– Очевидно, управлять короной через наследника… – обессиленно пробормотала Лейла, опустив глаза в пол. – Он не говорил о последнем, но несложно было догадаться…

Айрис приложила ледяные руки к пылающим от боли вискам.

– Что с ней делать?

– Спрячь куда-нибудь. Ее и дочь.

– Но как же король… Он наверняка схватится, что фаворитки нет рядом…

– Ему сейчас не до нее, – хмуро откликнулась Айрис. – Делай, что говорю. Марена… – она кинула взгляд в сторону кресла, где все еще сидела застрявшая в невидимости фрейлина. – Ты как?

– Нормально… – тихо откликнулась та, и Лейла вздрогнула, со страхом глядя туда же.

– Только посмей проболтаться хоть одной душе! – рявкнула Айрис. – Будь благодарна моему милосердию! Иначе я бы не пощадила ни тебя, ни твою девчонку!

– Да, Ваше Величество… Простите меня. И спасибо! – Лейла низко поклонилась Айрис, и та с досадой покачала головой, осознавая, что слишком мягка с ней.

Следовало бы ее убить, но… Айрис не могла этого сделать. Сама не понимала, почему. Хотя была уверена, что наверняка пожалеет об этом позже.

***

Тени сгущались под ее ногами.

Айрис быстро шла по узким коридорам дворца, направляясь в бальный зал. Кто знал, насколько Марк был уже пьян? Какую вакханалию устроил перед гостями? И был ли там Адриан? Или он еще не насытился пылкими любовными утехами с Ореей?

Айрис старалась изо всех сил гнать от себя последнюю мысль.

Потому что та приносила жгучую боль.

“Надо вернуться в бальный зал, пока меня не хватились…”

Усилием воли Айрис заставила свои мысли перетечь в недавнее прошлое, туда, где она с Мареной осталась наедине. Это было лучше, чем ранить себя мыслями об Адриане.

– Оставайся здесь, – медленно произнесла она, когда Ситтар увел Лейлу. – Выпейвина, поешь фруктов и ложись на кровать.

– Что вы, как я могу...

– Это приказ.

Марена замолчала, а Айрис добавила уже мягче:

– Ты проделала огромную работу. Тебе нужно восстановить свои силы.

Они обе знали, что это были правда. Сила Марены были капризной и своенравной, а ещё очень сильной и злой. Гораздо сильнее своей собственной носительницы, от чего Марена часто страдала.

Она проявилась у нее в четырнадцать лет и более никогда не исчезала. Но хоть и была весьма полезной, доставляла немало хлопот. И высасывала жизнь по крупицам.

Марена никогда об этом не говорила, но Айрис как-то залезла в летописи и узнала, что невидимость передавалась строго по женской линии. Сила проявлялась не у всех, а только у слишком робких по характеру, каковой и являлась Марена.

Можно ли было сказать, что ей не повезло?

Скорее да, чем нет. Но фрейлина все ещё была рада быть полезной Айрис, и последняя этим пользовалась.

Чувствовала ли Айрис за это свою вину? Вина для неё была непозволительной роскошью.

***

Она прошла еще несколько шагов, но

Но тут же была перехвачена за локоть и втянута в небольшую, но глубокий и темный альков.

Вскрикнула негромко от испуга, но когда рассмотрела схватившего, ощутила, как тонкое пламя гнева вновь вспыхнуло в сердце.

– Какого черта вы так хватаете меня, герцог Манейро? Руки хотите лишиться?

– Прошу прощения, дело не терпит.

Его голос был глухим и немного смазанным,от чего Айрис удивлённо вздернула брови.

– Вы... пьяны.

Это был не вопрос, а утверждение.

– Несколько увлекся, – уклончиво ответил он.

– И тем не менее, не стоило меня так хватать...

Она злилась на себя, на отсутствие твердости в словах. И от этого становилась лишь нетерпимее.

– Король желает, чтобы мы продолжили занятия.

Айрис замолчала. А затем сухо и горько усмехнулась:

– Вы все-таки ему не рассказали. что ко мне вернулись силы.

– Не посчитал нужным.

– Почему?

– Может быть, мне просто нравится заниматься с вами.

Она тихо рассмеялась.

Представить, что герцог занимается чем-то, что ему просто нравится, без определенного расчета, было немыслимо.

– Чего вы хотите? – горько спросила, отходя от него и упираясь спиной в стену.

Он молчал.

Лишь буравил ее пристальным взглядом, от которого мурашки бежали по коже. И от этого молчания, непредсказуемого и тягучего, словно патока, становилось не по себе.

– Всего лишь исполнить приказ, – наконец промолвил, тяжело роняя слова.

Этот ответ был ей непонятен. Но было бы наивностью с ее стороны допытываться до него. Потому что герцог, Айрис была в этом точно уверена, никогда бы не сказал ей правды.

– Что ж, выполняйте, – бросила она и попыталась отойти. Но вновь была поймана в капкан крепких рук.

Айрис замерла.

Адриан обнимал ее... отчаянно вдыхая запах ее волос.

– Что ты делаешь? – она упёрлась руками в его грудь. Бесполезно.

Проще было гранитную плиту сдвинуть.

– Наслаждаюсь, – хрипло ответил он.

От этого ответа что-то взорвалось в ней.

Что-то горькое яростное и отчаянное, то, что Айрис до этих пор пыталась похоронить в себе.

– Как ты смеешь! Мошенник! Плут! Не трогай меня, слышишь! Не прикасайся грязными руками! Я тебя ненавижу!

– Я рад быть объектом вашей ненависти.

Она ударила его в плечо. Раз, другой.

А затем влепила ему звонкую пощечину, на что он... расхохотался.

Громко и радостно.

– Ты сошел с ума? Признайся!

– Давно уже, – Адриан смотрел на нее сверху вниз, его глаза пылали.

– Отпусти же!

– Вы гневаетесь на меня, негодуете и ревнуете... А моё сердце поет, когда я вижу это.

– Кто это тут ревнует? Что за чушь ты несёшь? Совсем спятил?

Не зная, откуда у нее берутся силы, Айрис вновь оттолкнула его от себя. И о чудо! – Адриан отошел на пару шагов назад.

– Если хочешь остаться цел, больше никогда так не делай! – прорычала она.

– В гневе ты еще прекрасней, – восхищенно выдохнул он. – Думаешь, твои угрозы пугают меня? Лишь подстегивают.

– Совсем спятил! – выдохнула она, пораженная его смелостью. – Ты понимаешь, что творишь? Если нас увидят… Да еще в такой момент!

Желваки на его скулах заиграли, а руки, Айрис точно это видела, сжались в кулаки.

– Ты права. Я… не должен себя так вести. Прости, что веду себя так… Мне нужно идти. Обещаю, что все объясню тебе позже.

Сказав это, он резко развернулся и вышел, оставляя Айрис в одиночестве в растрепанных чувствах.

Она выдохнула и облокотилась на стену, чувствуя, как последние силы покидают ее. Этот невыносимый мужчина, кажется, решил свести ее с ума!

“И что-то еще объяснять собрался после того, как на моих глазах развлекался с другой…” – горько усмехнулась Айрис. – “Чудовище, какое же он чудовище… Хотя, мне ли говорить об этом?”

Она оттолкнулась от стены и легко, так, как если бы каждый шаг не казался весом в целый миллиард гардов*, пошла дальше.

***

В бальной зале творилась самая настоящая вакханалия.

Пьяные придворные, послы, гости, да и сам король пили и танцевали. Никто, кажется, так и не заметил ее ухода.

Впрочем, Айрис это было на руку.

– Моя королева! – вскричал Марк весело, едва ее завидел. – Где же вы были? Я уже успел заскучать!

Он был пьян. Очень пьян. И находился в опасном состоянии, когда веселье и скука в нем могли смешаться, образуя опасный коктейль.

Айрис слишком хорошо это знала. И знала, как это работает.

“Нужно не дать ему заскучать… Не дать придумать какую-нибудь изощренную пакость, от которой я или кто-то еще может пострадать…”

– Ваше Величество! – залилась смехом красная как рак баронесса Мей. – Присоединяйтесь к развлечению!

Она взмахнула веером, показывая куда-то вдаль.

“Они уже что-то придумали…” – обреченно поняла Айрис и повернулась, проследив за рукой взглядом.

И замерла, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

Около стены стояла трясущаяся от страха служанка. На ее голове было водружено яблоко, а в стене торчали ножи.

Айрис медленно перевела взгляд на гостей.

И по иронии судьбы первым делом наткнулась взглядом на принцессу Орею, которая вовремя вернулась со своего свидания.

Она тоже смеялась и хлопала в ладоши. Видимо, при дворе у нее поощрялись подобные забавы.

Но вот другие… Принцесса Саманта и ее сопровождающая скорее были напуганы, а по лицу принцессы Шииты было невозможно что-либо прочитать.

Одно было понятно точно: утонув в своем пьяном веселье, Марк не подумал, что этим может оттолкнуть именитых гостей, которые только-только начинали составлять свое мнение об Имире.

“Даже не знаю, плохо ли это или хорошо… Может быть, он делает это нарочно? В таком случае…”

Она могла вмешаться. Но могла сделать это по-разному.

Прекратить игру и навлечь в дальнейшем на себя еще больше его гнева, ведь Марк не любил, когда мешали его развлечениям. И если это была часть какого-то плана, то Айрис могла его ненароком разрушить, что тоже никак бы не уберегло ее от его недовольства.

Или же не вмешиваться.

“В таком случае, на меня будут смотреть также, как и на него… Со смесью ужаса и презрения…”

Хочешь сделать хорошо – сделай это сама.

Айрис прошла к Марку, легким движением взяла нож со стола.

Поймала его оценивающий взгляд и осознала: вблизи он был не таким пьяным, каким казался. Или стремился показаться?

“Какую игру он ведет?”

Его насмешливые карие глаза на мгновение сверкнули золотом. Они будто предупреждали: попробуй сделать хотя бы одно движение без моего разрешения и ты пожалеешь, что родилась на свет. И хотя Марк ласково улыбался Айрис, она ни на мгновение не сомневалась, что угроза, прочитанная в глубине его взгляда, была реальна, как никогда.

Как же она ненавидела его!

– Вы позволите? – Айрис легко погладила острое блестящее лезвие.

– Конечно. Как я могу лишить свою королеву такого удовольствия?

Мне бы это понравилось…

Тихий, едва различимый шепот в своей голове она заткнула.

И метнула нож в служанку.

В толпе придворных раздались вскрики. Кто-то из фрейлин упал в обморок, когда служанка громко всхлипнула и разрыдалась, держась за щеку, по которой стекала кровь.

Яблоко с ее головы покатилось вниз и, столкнувшись с полом, разлетелось на куски.

Марк же громко расхохотался.

– Какая вы неуклюжая…

Несмотря на то, что его взгляд все еще опасно блестел, он махнул рукой и стража, находившаяся в бальном зале, схватила служанку за руки и помогла ей подняться. А потом спешно увела ее.

– Да… думала, что смогу. Но не получилось, – покорно согласилась Айрис.

Она едва сдерживала улыбку.

Потому что точно знала: целью было не яблоко, а страдания бедной девушки. Это бы могло продолжаться еще очень долго, если бы Айрис не пролила ее кровь.

“Теперь на меня, возможно, тоже будут смотреть как на чудовище. Но это лучше, чем быть свидетельницей того, как эту служанку замучают до смерти…”

_________________________________________________________________

*гард - мера веса, составляет 1,5 кг

Глава 4

Следующий день ознаменовался ярким солнцем в зените, испепеляющей все на своем пути жарой и стонами гостей, которые сложно переносили тяготы Имира.

Айрис взмахнула веером, украдкой посматривая на Марка. Тот сидел рядом, улыбался бледно-зеленым гостям, но и сам выглядел не лучше. Облегчение их страданиям приносили лишь прохладные напитки, да шатры, укрывающие от прямых солнечных лучей.

Почему они не находились во дворце? Там было еще тяжелее. Жара плавила полы и стены, плотно душила. Поэтому и было принято решение перебраться в сады.

Айрис приложила пальцы к вискам. Боль, тягучая и настойчивая, равномерно давила, сжимала голову обручем. Накануне вечером она не злоупотребляла вином, однако всю ночь ей снились кошмары.

Неясная тень, которая глухо смеялась и тянула к ней свои длинные руки… Айрис казалось, что она надолго запомнит ее несмотря на то, что лица толком было не разглядеть.

Было ли это проделками того чудовища, что сидело внутри? Айрис не сомневалась.