Рыцари дорог. На распутье

Нет, надо было останавливаться. Хватит на сегодня приключений. И так за несколько дней пути успели уже поймать и пробой колеса посреди дороги, и порванный тросик сцепления… А вчера под вечер один из близнецов совершенно нелепо пережал передний тормоз на гравийной отсыпке и завалился фактически на ровном месте, как сопляк-первосезонник, поцарапал глушитель, боковой кофр и дугу безопасности. Ругали его, конечно, но в глубине души сами понимали – не так уж он и виноват, усталость – штука такая… Накапливается, зараза! Притупляется внимание, снижается концентрация, падает скорость реакции. Вот что значит – не отдохнуть вовремя!

Викинг скомандовал привал. Сбросил скорость, прижимаясь к обочине. Медленно и плавно остановился, рыча нагретым мотором на холостых оборотах и наблюдая в зеркале, как остальные делают то же самое. И лишь потом заглушил разгоряченный двигатель, вслушиваясь, как порывы ветра уносят эхом прощальный рык мотора куда-то вдаль, сменяя его оглушительной тишиной… Только пощелкивал раскаленный металл выхлопных труб да где-то поодаль трещали кузнечики на лугу.

Он потянулся, разминая плечи от накопившейся усталости. Ныла поясница, затекла от тяжелого шлема шея, да и ноги не мешало бы размять, наконец. Безумно хотелось рухнуть на землю, растянуться на траве и валяться так долго-долго...

Президент «северных» медленно прошелся по обочине вдоль дороги, присматривая место для ночлега. Влажный от недавнего дождя гравий хрустел под массивными мото-ботами. Вон там, у деревца, похоже, в самый раз будет – тихо, ветра нет, и пейзаж подходящий.

- Боцман, сооруди костерок! – скомандовал он. – Сушиться будем. И этих охломонов озадачь на предмет палатки… Как думаешь, справятся?

- Должны! – хмыкнул здоровяк в тельняшке под косухой. – Зря, что ли, я их дрессировал, моллюсков земноводных…

Когда вокруг закипела привычная суета, Викинг привалился спиной к дереву и на мгновенье прикрыл глаза. Он знал, что будет дальше. Успел уже привыкнуть за несколько дней дороги – сейчас Боцман соорудит нехитрый ужин из взятых припасов (без каких-то изысков, но сытно и вкусно); Саша с Пашей, двигаясь удивительно слаженно и синхронно, поставят палатку; а потом все рассядутся у костра, и Стас начнет травить свои бесконечные байки – про девчонок, про извечные гусарские похождения, про поездки в Таиланд и прочие приключения.

Ну, точно – вон уже, начинается…

- А знаете, парни, как одного моего приятеля угораздило однажды поехать в Таиланд с женой? – раздался веселый голос Грязного Стебщика. Этот засранец, похоже, не унывал даже под дождем. – И чего его только туда понесло? В смысле, чего понесло – понятно! Отдыхать в Таиланде с друзьями-байкерами - это ж сказка! Это загорелые мулатки, гонки на байке по серпантину, пляжи, дайвинг, море-окиян, солнце и никаких забот. Красота, в общем!

А вот чего его понесло с женой? Не знаю… Но черт дернул сунуться!

С женой в Таиланде хреново. Понимаете, есть места, куда надо без жены, а тут... С женой, раз уж хочется, сходи в Макдональдс, на крайняк там ресторан какой, купи на обратном пути себе пива, отсидев скучные полчаса, пытаясь строить из себя приличного человека, но в Таиланд-то зачем??? Это ж ни в какие ворота!

Вот приехали они, на пляже такая благодать! Есть, где разгуляться – девчонки топлесс, подходи к любой, заводи непринужденную беседу, а дальше - дело техники. Но - ты с женой... И куда вот?

Жена сама к такой подошла и попросила щелкнуть ее с муженьком на память. Еще и в инстаграм выложила - дескать, завидуйте мне, девки, какой у меня классный мужик! На фоне мулаток и моря, ага...

Мужик между тем рассудил, что, коли ничего не обломится, то нужно пить горькую. И выбрал портвейн. Три бутылки в номере, пока женушка вела переписку с двоюродной сестрой. Потом голова заболела, выпил таблеток, лег, попытался уснуть, не получилось. Тошнота подступила к горлу, долго в туалете блевал. А назавтра в ресторан пошли, поел осьминога и чего-то пожадничал, живот вообще не по-детски скрутило. И вот все это насилие над организмом окончательно мужика вымотало.

Отлеживался он в номере несколько дней, пока жена топлесс на пляже блистала…

Дальше Викинг уже не слушал. Прикрыл глаза, проваливаясь в собственные мысли, и только изредка отмечал бубнящий фоном голос Стаса и взрывы смеха остальных… Чего там слушать-то? Все истории Стаса были примерно одинаковыми – про девок, про пьянки, про хулиганские выходки и так далее. А президент «северных» был сейчас мысленно где-то далеко – в тех самых сокровенных воспоминаниях, запрятанных в потаенных уголках души, где копилось все то, ради чего он, собственно и сорвался в эту поездку. Не желая признаваться в истинной цели даже самому себе…

В какой-то момент перед глазами вновь пронеслись события той давней запутанной истории, что смогла разбудить в нем все, казалось бы, уже давно отболевшее и забытое – противостояние клубов, вражда с кавказцами, олигарх Евгений Викторович Воронин, покрывавший их, и, конечно же, его жена Светлана…

Бывает же так – вроде, и забылось уже, и даже почти не болит. Так только – перебираешь лениво воспоминания, словно страницы в знакомой книжке, по сто раз уже прочитанной, а все равно тянет перечитать… Ищешь какие-то подробности, припоминаешь что-то такое, чего в прошлый раз не заметил, а может и не было его, так уже, выдумал сам для себя, потом присочинилось… И, вроде бы, даже спокойно, без надрыва, словно бы и нет уже того прежнего, безумного, неудержимого, неподвластного, сжигающего темным пламенем воспоминаний и ломающего болью – до хруста в костях. Нет уже этого, отмучился, отболело, прошло. Чего теперь горевать?

А только в какой момент вдруг нахлынет снова - внезапно, как порыв ветра, сдерет с тебя все твои бинты-тряпочки, которыми ты раны свои прикрыть пытался, отгородиться старался от прежнего, потащит водоворотом в черный омут воспоминаний - да так, что взвыть от тоски хочется!

И вдруг снова – прошло. Отпустило. И сидишь себе спокойный, как будто ничего и не было. Вроде бы даже и не вспоминаешь… Кому какое дело, что там вообще у тебя на душе творится?

На мгновение Викинг сжал голову ладонями и стиснул зубы до скрежета. Затем медленно выдохнул и осторожно приоткрыл глаза, озираясь по сторонам – не заметили ли остальные?

Но нет, всем было не до него. Развалившиеся у костра байкеры были поглощены очередной историей Стаса, который продолжал заливаться соловьем:

- А вот про «банан» еще… Дело было в Тайланде. На пляже в Пхукете было, как обычно куча зазывал: кто приглашал на катере прокатиться, кто на водном мотоцикле, а один предлагал незабываемую поездку на 8-ми местном «банане»...

В общем, решился я прокатиться. Подошел к тайцу, на пальцах спрашиваю, мол, сколько стоит-то услуга? Он мне (также на пальцах) отвечает – столько-то бат (тамошняя денежная единица). Я быстренько пересчитываю в рубли, чтоб приценится – получилось что-то около 1500 рублей.

Ну, думаю, один раз живем – полторы, так полторы. Отдаю деньги, тот радостно берет их и машет рукой в сторону вальяжно покачивающегося на волнах у берега «банана» - внушительного транспортного средства, привязанного на трос к катеру.

Рукой машет, мол, – давай, сынок, садись уже, - поедем кататься! Я ему говорю, - а остальные семеро-то где?

И вот тут выяснился первый пикантный момент – оказалось, что 1500 - это стоимость ВСЕГО банана от носа до кормы! От это поворот! Ну ладно, думаю, - один так один. Тайцу жестикулирую, мол, раз уж нагрел меня (а там это вообще национальный бизнес), то - чего уж... давай тогда по полной программе катай! Тот понимающе кивнул.

В общем, понеслись мы по волнам, и тут выяснился второй интересный момент – когда ты один, управлять «бананом» гораздо легче, - держась за лямку можно привставать и отклоняться влево-вправо, тем самым смещая центр тяжести (сам банан-то легкий). Вот одна волна, вот второй гребень, - а я знай себе влево-вправо наклоняюсь, скинуть себя не даю. Если бы ввосьмером ехали, то давно бы уже в воду попадали от нескоординированности действий и языкового барьера. А так - нефига!

Через 10 минут покатушек осмелел я настолько, что после каждой неудачной попытки тайца опрокинуть меня, отвечал ему улюлюканьем и выкидыванием среднего пальца в строну катера, мол – this is Russia, фиг скинешь!

Было видно, что каждый такой выпад сильно огорчает тайца, задевая самые тонкие струнки его тайской души, - он то влево катер, то вправо - все на водный шлейф меня бросить хотел. И вот уже 20 минут позади, и мы уже далеко от пляжа, описываем круги вокруг живописных столпов-островов (кто там был, тот поймет), а я, распираемый от гордости за себя и за всю Россию в моем лице, продолжаю упрямо сопротивляться опрокидыванию.

И тут смотрю, - таец повернул катер и поплыл обратно к пляжу. Это была абсолютная победа! Он уже не пытался вилять катером из стороны в сторону, а просто дал полный вперед и помчался домой, к маме, - плакаться о своей тяжелой судьбе. Казалось, таец был подавлен, обесчещен и местами надруган всеми суровыми русскими в целом и моим средним пальцем в частности…

И вот тут подлый таец достал из рукава свой последний козырь… Я вдруг осознал, что мы не просто плывем к берегу, - мы летим к нему на всех парах, причем, - прямо в «лоб» пляжу, под ровным углом в 90 градусов!

В голове судорожно проскочила мысль – нет, он не посмеет! Он же свой катер просто разобьет о пляж! Была еще возможность самому спрыгнуть с банана, но эта мыль проскочила сквозь голову не задерживаясь – скорость была такой, что я просто машинально вцепился в лямку, и намерений отпускать ее у меня не было…

Спустя несколько секунд я узнал два занимательных факта:

1. Катер с двигателем Yamaha очень маневренный. Настолько маневренный, что способен на огромной скорости развернуться на 180 градусов буквально в нескольких метрах от берега.

2. Технически, любой человек способен на непродолжительный бреющий полет, причем без каких-либо вспомогательных устройств.

За секунду до этих познаний я увидел тайца. Он пролетел на своем катере мимо меня в сторону, противоположную моему движению. То есть буквально: он уже развернул катер и полетел в обратную сторону от берега. Я же в свою очередь, примерно с той же скоростью продолжал уверенно скользить на волне к берегу, вцепившись в банан. Мы поравнялись. В этот миг время до неприличия замедлило свой ход. Мы встретились взглядами. Таец ухмылялся. Этот миг и его лицо я запомнил навсегда...

Я не знаю, как выглядело мое лицо в этот момент, наверное, оно было похоже на лицо oхреневшего лемура. Почему? Потому что в этот самый последний миг я вспомнил, что есть кое-что объединяющее меня с этим тайцем … да, все верно, - это был трос между катером и бананом…

Знаете тот старый английский анекдот: что делать благородной леди, если ее ухватили за попу в темном переулке? Сжать зубы и думать об Англии!

Об Англии я не думал, хотя сжал всё, что было дозволено мне природой. Последнее, что я успел крикнуть, - было откуда-то из недр моего тела вырвавшееся «Сссволочь!» Есть мнение, что выкрикнул я это одновременно и ртом, и другим местом...

И был дьявольский РЫВОК. И была оторвавшаяся лямка в моих руках. И, наконец, был ОН – Полет Имени Гагарина! И я летел. Очень низэээнько... Но летел. Над водой, потом над прибрежной волной, нежно набегавшей на берег. Потом над пляжем: первая линия шезлонгов, вторая....

Касание с грешной землей произошло спустя примерно 10 метров бреющего полета. Подвела, кажется, пятка левой ноги, - она первой коснулась песка, что предопределило дальнейший вектор движения. В результате траектория полета оказалась непоправимо испорчена, и кубарем, сметая по пути пластиковые шезлонги и немногочисленную праздно гуляющую публику, я торжественно закончил свой полет близь пляжного кафе, в котором, судя по паническим крикам, сидели немцы.

Скорее всего, дотянул бы и до немцев, но слетевшие до колен плавки выступили в роли спонтанного парашюта, и тем самым, спасли отдельно взятую немецкую семью от неминуемого геноцида со стороны русских. А то они бы мне, гады, еще за 22 июня 41-го ответили!

Я до сих пор не пришел к окончательному мнению, от чего слетели трусы - то ли от воздушного потока, то ли от набившегося песка, то ли от иных материалов и консистенций, высвободившихся в результате выброса адреналина... Не знаю.

Я лежал среди зонтов и шезлонгов. Боли я не чувствовал, хотя весь был в синяках и царапинах. Надо мной было ясное небо, как над Аустерлицем. Откуда-то слева доносились крики чудом выживших немцев. Моя честь была поругана, достоинство посрамлено... И песок. Песок у меня был везде, даже в самых глубоких и нескромных местах. Я понимал, что битва проиграна, и теперь важно было уйти красиво, с гордо поднятой головой.

Собрав в кулак остатки сил и гордости, я резко встал, откинув в сторону осколки шезлонгов. Крики немцев оборвались. Сделав самое невозмутимое лицо, на какое только был способен, я легким движением подтянул трусы вместе с песком, илом и прочим содержимым, грациозно перекинул через плечо чье-то полотенце, которое снес до этого вместе с чьим-то шезлонгом, и ровным, уверенным шагом ушел в отель, под очумевшие от ужаса взгляды немцев.

Пусть боятся и помнят – русские не сдаются!

Над костром раздался дружный хохот байкеров вместе с различными ехидными комментариями.

Но Викинг не стал дослушивать – только поморщился и молча полез в палатку.

* * *

- Да погода у нас в последнее время какая-то непредсказуемая, - поморщился Найджел. - То жара +35 градусов, то ливень, то зной, то гроза.... И как-то вот не угадаешь! Причем, ладно еще - я не угадываю, но и синоптики тоже! Что-то совсем плохо у них получается предсказывать в последнее время... Вот и как тут кататься?

- А ты что, никогда не ездил в дождь? – хмыкнула Багира. – Небось, не сахарный, не размокнешь…

- Я-то ладно, а вот пассажиров в Байк-Такси как катать? Им-то хочется приятной мото-прогулки по городу, с драйвом и адреналинчиком, чтобы вид красивый на закате, ветер в спину, романтика и все дела… И тут вот внезапный ливень вообще не к месту!

- А вас что – накрыло вчерашней грозой?

- По счастью, нет. Чудом успели. Поехали кататься – на небе ни облачка, синоптики обещают отличную погоду. И вдруг… Когда уже откатали и домой направились, налетели тучки какие-то, и гроза давай нас догонять! Мы от нее, а она за нами.... Мы быстрей, и она быстрей... Мы торопимся успеть, а она сзади отсвечивает... И видно, что дождь стеной нагоняет, и сверкает так здорово, и раскаты за спиной! Летишь эдак над землей низэнько-низэнько, мотор ревет, ветер свищет, и вдруг сзади только - вспышка! И быдыщщщ!!! Как громыхнет! Девчонки-пассажирки визжат и только крепче прижимаются! И ты от неожиданности газу прибавляешь! В общем, незабываемая была поездка… Еле-еле до гаража домчались. Но до дождя все-таки успели!

- Повезло вам! Меня вот замочило, - поморщилась Багира и лениво оглянулась вокруг.

Под вечер на «аське», как всегда, было полно народу. Мотоциклисты съезжались со всех концов города на свое излюбленное место встреч – площадку на набережной недалеко от «кораблика» (постамента в виде катера речной флотилии). Здесь всегда можно было повстречать старых друзей или завести новые знакомства, поделиться последними новостями или послушать очередные байки бывалых странников. Недалеко отсюда располагался и офис Байк-Такси, на стоянке возле которого какой-то умник недавно вывесил плакат:

«Дамы!

Просьба заводить любовников из местных!

А то своим негде парковаться!»

Найджел посмеялся вместе со всеми, но снимать плакат не велел – в конце концов, и правда, места на парковке частенько не хватало.

На набережной между тем светило солнышко, ласковый ветер легонько трепал волосы, как бы приглашая в дорогу, но, несмотря на хорошую погоду, гуляющего народу было немного. Лишь изредка проходили 2-3 человека в масках и перчатках.

- Кстати! Как там у вас дела в Байк-Такси в условиях короновируса? Не подкосил карантин вашу фирму? - задумчиво спросила Багира.

- Да ты знаешь..., - пожал плечами Найджел. - Конечно, сперва, когда объявили все эти ограничения, обязали всех сидеть дома и не выходить никуда (разве что с собаками гулять) - мы напряглись. Как раз накануне открытия мото-сезона... И вообще непонятно было - что там дальше? Так и будем сидеть до конца лета? И ничего вообще не заработаем? Это как-то печально... Спасались только тем, что еще зимой, до начала сезона - у нас народ покупал подарочные мото-сертификаты на мото-прогулки и фотосессии с байками. Заранее, чтобы потом летом покататься. Вот на эти деньги мы и жили весной, пока карантин был.

- Сумели переждать, значит?

- Ну да. А потом как-то попустило, строгий карантин отменили, народ начал потихоньку выползать на улицу и втягиваться в нормальную жизнь. Правда, всякие массовые мероприятия были запрещены - концерты там, вечеринки, посещение торгово-развлекательных центров, аквапарков и т.д. Но нам оно только на руку - никаких развлечений нет, а народу же все равно чего-нибудь эдакого хочется. Вот они все к нам и повалили.

- А на вас карантин не распространяется?

- А байкеры же - как раз самые карантино-защищенные люди. И так передвигаются в шлемах и перчатках, еще до того, как все эти маски ввели. Транспорт индивидуальный, никаких тебе толп народу, как в маршрутках или автобусах. Опять же - хорошо проветриваемая обстановка, закаленное здоровье, зарядка на свежем воздухе, привычный иммунитет и ежедневные физические упражнения... То, что доктор прописал!

- Это да! - хмыкнула Багира. - В общем, вы вообще удачно устроились...

- Угу... Как вот только наши там, по дороге на Калининград? Успели проскочить до карантина или что? - задумчиво почесал в затылке Найджел.

А на площадку возле «кораблика» между тем зарулила стайка юных девчонок – вчерашних школьниц, которые, хлопая восхищенными глазёнками, пялились на хромированные мотоциклы и здоровенных дядек в кожаных доспехах, изредка предпринимая робкие попытки начать общаться. Байкеры, впрочем, смотрели снисходительно, отвечали шутливо, но знакомиться особо не спешили.

- Кто только пускает сюда весь этот детский сад? – поморщилась Багира.

- А кто им запретит? – пожал плечами Найджел. – Не выгонять же… Или предлагаешь вывесить на площадке ограничения по возрасту?

- Да какое там…, - вздохнула Ольга. – Ладно, у этих нимфеток хоть мозгов нет, с ними все понятно, но наши-то чего? Взрослые ж дядьки… Или не понимают, что ты с такой дурочкой пошутил-посмеялся, а она там себе уже нафантазировала всякого вплоть до свадьбы? Куда только их родители смотрят…

- Ты себя-то в их возрасте хорошо помнишь? – усмехнулся президент «южных». - Кто ж родителей слушает в такие моменты… И потом, сейчас такие юные акселератки пошли, что еще непонятно, кого там защищать надо – их от байкеров или байкеров от них. Мы вон на той неделе перед выходными народ катали, помнишь?

- Ну, помню… И чего?

- Поскольку у нас тут на все выходные обещали дожди, то решили мы все наши запланированные мото-прогулки, фото-сессии и прочие мероприятия перенести на пятницу, чтобы успеть до дождя. В результате был у нас аврал, катались целый день до ночи, последние мото-прогулки были чуть ли не в полночь.

- Да помню я… Зато хоть денег заработали ударно!

- Вот на эти самые последние мото-прогулки решил я съездить сам, все проверить, все проконтролировать, а то люди устали, и вообще... Сама понимаешь…

- Это да. Такая работа на износ – на людях сказывается.

- Приезжаю, смотрю. Оказывается, мото-прогулку заказывали две пигалицы лет по 17-18. Нет, ну, может, конечно, и 19-20, но выглядят как школьницы. Миниатюрненькие, хрупкие, стройненькие, голоса звонкие... "Мамина помада, сапоги старшей сестры" - вот это вот все. Прихорошились-накрасились еще, как будто на свидание... Хотя я всегда говорю заранее, что смысла нет - в поездке все это все равно сметет ветром...

- Дык, мозгов нет – чего их учить… Вот после того, как прокатятся пару раз – глядишь, поумнеют.

- И вот встречают этих пигалиц два наших амбала-байкера – Николай Бродяга и Мишка Бурый. Ну, ты их видела - здоровенные, бородатые, выше меня ростом, косая сажень в плечах... Эдакий шкаф с антресолями угрожающего вида. Я, честно говоря, был готов к тому, что сейчас девчушки испугаются и убегут.

- А они – нет?

- Не тут-то было! Даже наоборот. Недооценил я настрой современных акселераток. Картина маслом:

«Давайте, что ли, знакомиться, девчонки?» - рокочет басом один из байкеров.

«А давайте...мальчишки!» - задорно усмехается в ответ одна из этих пигалиц.

«Меня зовут Бродяга...»

«...мамин симпатяга?» - подмигивает девчушка.

«Ага! Симпатичен душой и горд собой телом со всех сторон и во всех местах!» - самодовольно отрекомендовался тот.

«Хм... точно во всех? Нигде ничего не подкачало? Краснеть не придется?» - смерила его изучающим взглядом девчушка. Ну и все в таком духе.

Мужики стоят слегка охреневшие. Я что-то ржу...

Короче, минут 20 две эти пигалицы склоняют наших байкеров на все лады, прикалываются и подначивают, стебутся и заигрывают, строят глазки и кокетничают так, как будто сами нарочно напрашиваются. Два здоровенных бугая в шоке от происходящего. Наконец, не выдержав накала страстей, я все-таки отправляю их кататься. Дескать, разберетесь там сами, в процессе... Как и что... Куда и зачем...

Спровадив этих вострых на язык акселераток, решаю, что не буду дожидаться завершения их мото-прогулки, а лучше пойду домой. Потому что фиг знает, когда она завершится-то... как бы не утром... Чего потом людей в смущение вводить и заставлять оправдываться? В общем, иду домой, в очередной раз думая над тем, насколько же не правы поборники морали, утверждающие, что байкеры-подонки развращают юных малолеток. Да там сейчас такие малолетки, что сами кого хочешь...

- Мда… куда мир катится??? – вздохнула Багира. – Мы, вроде, такими не были? Или я сама уж не помню…

- Стареем, походу! – усмехнулся президент «южных». – Переходим на старческое брюзжание и ворчание про распустившуюся молодежь…

- А вот скажи, Найдж… Раз уж мы завели разговор про маленьких девочек…, - замялась на мгновение Ольга. – Может, ты расскажешь, наконец, про то, откуда у тебя у самого вдруг двухлетняя дочь взялась? Ни с того, ни с сего? Обещал же…

- Знаешь, Оль…, - смущенно вздохнул тот. – Тут такое дело… В двух словах не расскажешь… Да и не поверишь ты, поди…

- Не держи меня за дурочку. Не хочешь – так и скажи. Я не настаиваю. Дело твое, в конце концов…

- Нет, я расскажу. Когда-нибудь. Как соберусь с духом, - пожал плечами Найджел. – Только давай не сегодня… Лады? Мне еще ехать фото-сессию проверять, да потом промо-акция у торгового центра… Ты там тоже должна быть со своими девчонками, кстати. Помнишь?

- Помню-помню, чего там… - отмахнулась Багира. – Буду, об чем разговор…

- Ну, вот и ладушки.

Они обнялись на прощание, и Найджел направился в сторону своего мотоцикла.

- И вот так всегда, - тихо прошептала Ольга ему вслед, провожая взглядом.

* * *

Пейзаж белорусской деревни мог бы порадовать взор какого-нибудь художника-этюдника или вогнать в уныние любителя городской цивилизации. До самого горизонта, куда хватало глаз, тянулись бескрайние зеленые поля с небольшими холмиками, аккуратные цветущие луга с петляющей между ними проселочной дорогой, а над всей этой пасторалью радостно светило солнышко в безоблачном голубом небе. Лепота да и только!

Впрочем, если оглянуться назад – тут картина получалась менее радостной. Полузаброшенная деревня наглядно свидетельствовала о том, как живут простые белорусы – небогато и скучно. Впрочем, такой пейзаж можно было найти и в российской глубинке, деревни – они везде одинаковы: деревянные дома, покосившиеся заборы, плохие дороги и простые люди. Кого тут можно встретить? Изголодавшуюся по общению старушку в платочке да сосредоточенного, но уже веселого с утра деда, одной рукой держащего руль обшарпанного велосипеда, а второй — укрытую в глубоком кармане пиджака бутыль с пластмассовой пробкой. Сразу становилось ясно, что, не считая приехавшей автолавки и юбилея бабы Клавы, из событий недели здесь - только вчерашний дождь.