История Российская. Возвращение. 1991–2025

С 24 декабря 1985 года по 11 ноября 1987 года Ельцин – первый секретарь Московского горкома КПСС, с 18 февраля 1986 года – кандидат в члены Политбюро ЦК КПСС. Его популярность быстро росла. Он лично проводил в Москве проверки магазинов и складов, пользовался общественным транспортом, заявил о борьбе с коррупцией и привилегиями, провел кадровые чистки, сместив 23 из 33 секретарей райкомов.

Осенью 1987 года Ельцин начал критиковать руководство партии за медленные темпы перестройки и за зарождение культа личности Горбачева. На октябрьском Пленуме ЦК КПСС 1987 года Ельцин заявил о необходимости «взять именно революционный путь и действовать по-революционному», чего у Политбюро как раз и не хватало. Выступление Ельцина на Пленуме было признано «политически ошибочным», он был выведен из состава Политбюро, снят с поста секретаря МГК и направлен на должность заместителя председателя Госсстроя СССР.

«Отставленный Б. Н. Ельцин стремительно превращался в политическую фигуру, действующую вне правил политической жизни, существовавших в стране. Он превращался в лидера всех недовольных, политического противника той партии, в руководстве которой он совсем недавно состоял. Б. Н. Ельцин становился лидером будущего оппозиционного движения», – писал историк Рудольф Германович Пихойя.

На XIX партконференции, которая проходила в июне–июле 1988 года, Ельцин признал ошибкой свое выступление в октябре 1987 года, но вновь критиковал лидеров партии за медлительность в проведении перестройки. В ответ развернулась против него кампания в СМИ, что лишь способствовало росту его популярности. Именно благодаря конфликтам с руководством страны Ельцин приобрел репутацию наиболее решительного сторонника демократической трансформации общества. Академик АН СССР и один из лидеров демократического движения Андрей Дмитриевич Сахаров напишет: «Я относился к нему с уважением. Но эта фигура, с моей точки зрения, совсем другого масштаба, чем Горбачев. Популярность Ельцина – это, в некотором смысле, “антипопулярность Горбачева”, результат того, что он рассматривался как оппозиция существующему режиму и его “жертва”».

На Первом съезде народных депутатов СССР в 1989 году либеральные оппозиционеры образовали Межрегиональную депутатскую группу (МДГ) во главе с Сахаровым, Ельциным, Гавриилом Харитоновичем Поповым, Юрием Николаевичем Афанасьевым и Виктором Алексеевичем Пальмом. МДГ, обладая парламентской трибуной, стала одновременно рупором широкого гражданского движения, представленного сотнями неформальных организаций и общественных движений, стачечными комитетами, комитетами самоуправления. Идеи МДГ получат название пяти «де»: децентрализация, демонополизация, департизация, деидеологизация, демократизация. После смерти Сахарова 14 декабря 1989 года ведущим лидером МДГ стал Ельцин.

В РСФСР в январе 1990 года оппозиционное движение оформилось в избирательный блок «Демократическая Россия» во главе с Ельциным, взявший основным лозунгом отмену 6-й статьи Конституции о руководящей роли КПСС. На выборах на съезд народных депутатов РСФСР в феврале 1990 года Демроссия получила около трети голосов. Ельцин был избран от Москвы, получив больше 90 % голосов. На съезде 29 мая 1990 года Ельцин стал Председателем Верховного Совета РСФСР лишь после трех туров голосования большинством в три голоса.

Для дестабилизации союзного центра российские власти использовали войну суверенитетов, законов и бюджетов. Ельцин и его сторонники выступили в роли решительных защитников интересов российских граждан от союзного центра и «иждивенцев»: РСФСР, освободившись от «пут» Союза и перекачки средств в другие республики, резко выиграет в развитии.

Под давлением «Демократической России» съезд народных депутатов РСФСР 12 июня 1990 года принял решение о суверенитете России, т. е. о верховенстве ее законов над законами СССР.

На XXVIII съезде КПСС в июле 1990 года от партии откололась возглавляемая Ельциным Демократическая платформа, а сам он вышел из КПСС.

Судьба Советского Союза во многом решалась в схватке Горбачева и Ельцина. Внутри страны Горбачев оказался в политическом вакууме, фактически разрушив аппарат собственной партии. Реформы встречали противодействие со стороны старой номенклатуры, верхушки спецслужб и военных. А непоследовательность и медлительность в проведении реформ лишали его поддержки все более радикализировавшейся интеллигенции, национальных движений в союзных республиках и руководства Российской Федерации во главе с Ельциным. И это на фоне постоянно ухудшавшейся экономической ситуации.

«Горбачев не мог противопоставить сопернику свою внутреннюю силу, мощную энергетику, подобных достоинств у генсека-президента отродясь не водилось. Ельцин же способен был, как танк или бульдозер, переть напролом», – констатировал вице-президент СССР Геннадий Иванович Янаев.

В июне 1991 года на первых в российской истории всеобщих выборах Президента РСФСР Ельцин одержал победу. При высокой явке (74,7 %) за него проголосовали 57,3 % избирателей. Ельцин получил мандат из рук избирателей, и его легитимность оказалась заметно выше, чем у Горбачева.

30 июля 1991 года, по утверждению Горбачева, на его встрече с Ельциным и президентом Казахстана Нурсултаном Абишевичем Назарбаевым была достигнута предварительная договоренность «о проведении выборов союзного президента, о возможных кадровых изменениях в союзном кабинете министров и его статусе». Подписание нового союзного договора намечалось на 20 августа 1991 года.

Власть обеих столиц: Г. Х. Попов, А. А. Собчак, Ю. М. Лужков. 25 октября 1990 года

© Борис Кремер / photoxpress / EastNews

Однако договорное разграничение полномочий центра и республик, оставлявшее союзной власти минимум полномочий, воспринималось как «конец СССР» теми руководителями КПСС и союзных структур власти, которые считали, что процесс перестройки завел общество в тупик. Отсюда попытка государственного переворота.

19 августа 1991 года был создан Государственный комитет по чрезвычайному положению (ГКЧП). Его члены во главе с Янаевым объявили, что отдыхавший на юге Горбачев по состоянию здоровья временно не может исполнять свои обязанности. В Москве было объявлено чрезвычайное положение, введены войска. Но через три дня лидеры ГКЧП оказались в тюрьме, потерпев полное поражение.

В провале августовского путча 1991 года решающую роль сыграли Верховный Совет РСФСР и Президент России Ельцин, подписавший указ, по которому действия ГКЧП провозглашались антиконституционными и квалифицировались как государственный переворот. На защиту правительства и парламента России поднялись тысячи москвичей, окруживших здание Белого дома бурлящим живым кольцом. Ельцин 20 августа взял на себя полномочия главнокомандующего Вооруженными силами на территории РСФСР. ГКЧП не решился пойти на штурм здания российского правительства и развязывание гражданской войны в стране. Горбачев получил возможность вернуться в Москву, но олицетворял теперь уже окончательно дискредитированную центральную власть и стремительно терял политические позиции.

Указом Ельцина на территории России была приостановлена деятельность Коммунистической партии Российской Федерации, ее имущество национализировано, на денежные средства наложен арест. Другим указом предприятия и организации союзного подчинения, находившиеся на территории РСФСР, переводились под ее юрисдикцию. 28 августа 1991 года российские власти взяли под свой контроль Государственный банк СССР и Внешэкономбанк.

С крушением компартии исчез тот главный стержень, на котором держалась не только старая система, но и Союз. Армия и правоохранительные органы переживали явную деморализацию, силовое удержание СССР стало невозможным. На фоне разложения центра власть стала стремительно перетекать в руки республиканских лидеров.

«Решающую роль в решении вопроса – быть или не быть Советскому Союзу – сыграли президенты трех республик: России, Украины и Беларуси. Идея независимости и славянского единства давно грела душу Борису Ельцину, президенту Украины Леониду Кравчуку и президенту Беларуси Станиславу Шушкевичу. Остальные республики усматривали здесь шансы для обустройства собственного будущего – с минимальными потерями и при сохранении своего национального и экономического потенциала. Это было очевидным и не скрывалось. Прибалтика наблюдала за происходящим с радужными надеждами», – писал Эдуард Амвросиевич Шеварднадзе, министр иностранных дел СССР, который вскоре возглавит независимую Грузию.

Развал Советского Союза был зафиксирован Беловежским соглашением, подписанным Президентом РСФСР Ельциным, Президентом УССР Леонидом Макаровичем Кравчуком и Председателем Верховного Совета БССР Станиславом Станиславовичем Шушкевичем 8 декабря 1991 года.

Президент США Буш – благодаря звонку Ельцина из Беловежской пущи – узнал о роспуске СССР и образовании СНГ раньше, чем об этом сообщили Горбачеву.

Беловежские соглашения были ратифицированы в Верховном Совете РСФСР голосами всех депутатов, за это голосовали даже российские коммунисты. «Подписывая это соглашение, Россия выбирала новый путь развития, – утверждал Ельцин. – Дело было не в том, что от тела бывшей империи отделялись столетиями назад завоеванные и присоединенные части… Россия выступала за мирный, демократический, не имперский путь развития. Она выбрала новую глобальную стратегию».

Но многие в стране рассматривали разрушение СССР как трагедию. Горбачев возмущался: «То, что так наскоро, тайком, по-воровски делалось в Беловежье, если использовать медицинскую терминологию, свидетельствует о заговорщическом умерщвлении живого, пусть и сильно травмированного субъекта путем расчленения его тела. Главным действующим лицом в этой операции был Президент России… Беловежские соглашения, сама процедура, вся угарно-экзальтированная обстановка его принятия не выдерживали никакой критики с точки зрения требований легитимности. Но жажда власти, собственные политические и иные личные интересы оказались сильнее всех правовых доводов и сомнений».

Ельцин отпустил другие советские республики, чтобы покончить с правлением Горбачева, лишив его страны для президентства. Запад оказал в этом России безусловную поддержку, причем не только силой собственного примера демократического устройства и высокого благосостояния.

Многоопытный американский политик Роберт Гейтс, тогда руководивший Центральным разведывательным управлением (ЦРУ), в мемуарах подтвердит: «ЦРУ было ярым сторонником Ельцина, поддерживало его не столько словесно, сколько посредством серии оценок, подчеркивающих его популярность в России и за ее пределами, его инициативы в области реформ и его подход к национальному вопросу».

А Горбачеву останется только обижаться на неблагодарность американского внешнеполитического истеблишмента, включая и президента Буша-старшего, которые сделали ставку на Ельцина: «Его цели – расчленить и ликвидировать Союз – совпали с целями американского руководства. Похоже, оно сочло, что интересам США больше соответствует ослабленная Россия при Ельцине, чем перспектива обновления Союза, за которую боролся Горбачев».

21 декабря 1991 года на встрече в Ашхабаде Азербайджан, Армения, Беларусь, Казахстан, Кыргызстан, Молдова, РСФСР, Таджикистан, Туркмения, Узбекистан и Украина подписали Декларацию об образовании СНГ.

25 декабря 1991 года Горбачев, Президент уже не существовавшего государства, подал в отставку. Красный флаг с серпом и молотом над Кремлем был спущен и заменен российским триколором (или «бе-сиком», как его называли в русском императорском флоте: бело-сине-красный в отличие от «крабеса» – голландского). На следующий день Верховный Совет СССР признал факт роспуска Советского Союза и заявил о прекращении своих полномочий.

На смену СССР пришли 15 новых независимых государств, каждое из которых поспешило создавать собственную государственность, экономику, национальную идеологию и историю.

Путин назвал развал СССР крупнейшей геополитической катастрофой XX века. Его слова вызвали на Западе взрыв критики. Был ли распад Советского Союза катастрофой? Если распадается чужая страна, особенно когда рассматриваешь ее как противника на протяжении столетий, то, конечно, нет. Если распадается твоя страна, то – да. Особенно, когда этот распад сопровождается множеством человеческих трагедий.

Ельцин, возглавивший страну, был фигурой, безусловно, неординарной и весьма противоречивой. Оценки личности Ельцина диаметрально противоположны, что отражает политические симпатии и антипатии тех, кто эти оценки дает.

«Ельцин – это выродок рода человеческого», – считал один из гэкачепистов генерал армии Валентин Иванович Варенников.

А вот как либерал Егор Тимурович Гайдар в 1996 году описывал свое понимание личности Ельцина: «У Ельцина сложный, противоречивый характер. На мой взгляд, наиболее сильное его качество – способность интуитивно чувствовать общественное настроение, учитывать его перед принятием самых ответственных решений… В принципиальных вопросах он гораздо больше доверяет политическому инстинкту, чем советникам. Иногда при этом принимает абсолютно правильное решение, но иногда и серьезно ошибается. Тут, как правило, виной настроение, которое довольно часто меняется и подводит его…

Нередко я ловил себя на мысли о схожести Ельцина с былинным богатырем Ильей Муромцем, который то отважно громил врагов, то лежал на печи. Ельцин может быть очень решительным, собранным, но когда кажется, что задача решена, противник повержен, – способен вдруг впадать в длительные периоды пассивности и депрессии».

Борис Федоров, будущий министр финансов, писал о Ельцине: «Он обладает удивительной проницательностью и нестандартностью логики. Впечатление, что он “схватывает” вопрос на лету, а это крайне важное качество для высшего руководителя… Он – прежде всего борец, трибун, хорошо чувствующий себя на публике и любящий управлять массами, но не тонкий администратор и не хозяйственник…

Мне всегда очень нравилось, что в отличие от многих других известных политиков, он никогда не ругается матом, ровен в общении, умеет внимательно слушать и слышать подчиненных (что случается среди политиков редко)».

А Георгий Аркадьевич Арбатов – человек, скорее, тоже либеральных взглядов – утверждал: «Даже на фоне своих предшественников и коллег Ельцин выделялся своим невежеством и самонадеянностью. Естественно, это отразилось как на его политике, так и на окружении, людях, которых он привлек “во власть”. Вину за это нельзя целиком возлагать на него. Он типичный партийный аппаратчик, которого выбрала для продвижения и продвигала – вплоть до руководства всей страной – существовавшая система…

Притом что внешне Ельцин хотел отличаться от других лидеров вежливостью, уважительностью к людям – ко всем обращался на “вы”, по имени и отчеству, что его действительно отличало от других лидеров, но это была внешняя, так сказать, “показная” часть. В самом отношении к людям он оставался хамом, барином, не считавшимся с человеческим достоинством…

Большим заблуждением было и распространенное на Западе мнение о Ельцине как стороннике демократии. Наоборот, это была авторитарная личность, нагребающая себе все больше прав и не желающая ни за что нести ответственность».

Став Первым Президентом Российской Федерации, Ельцин воссоздал государственный механизм, запустил некоторые демократические процедуры. Он полностью изменил экономическую систему, позволив развиться рыночным отношениям. И не допустил худшего, чего многие опасались, – гражданской войны и распада страны по «югославскому сценарию». Ельцин одолел всех основных политических противников, стратегически не проиграл ни одной внутренней битвы за власть, сносил нападки. В то же время Президента нередко критиковали за его роль в распаде СССР, за то, что месяцами отсутствовал на рабочем месте, что при его президентстве государство потеряло половину экономики.

Шоковая терапия

Новая элита в Кремле и на Старой площади, где вместо ЦК КПСС обосновалась Администрация Президента, оказалась моложе «брежневской» и «горбачевской». В ней стало меньше людей с практическим опытом управления, но больше выходцев из академической среды (особенно экономистов) во главе с Гайдаром.

«На волне демократического движения в политику, экономику, дипломатию пришла целая армия дилетантов, для которых слово “демократ” или “демократия” стало заветным ключом к отпиранию совминовских и министерских кабинетов», – замечал помощник Президента Виктор Николаевич Ярошенко.

Однако кадровые перестановки затронули прежде всего верхние этажи властной пирамиды, которые заняли выходцы из второго и третьего ее эшелонов. В целом же российский истеблишмент не обновился резко и кардинально. По данным Института социологии РАН, более 75 % ельцинской политической и 61 % бизнес-элиты были выходцами из рядов советской номенклатуры.

Местных элит трансформационные процессы коснулись еще меньше. Большинство руководителей субъектов РФ вышло из числа функционеров времен СССР. Новая политическая элита складывалась главным образом из бывших партийных и советских работников, а новая хозяйственная элита рекрутировала кадры из комсомольцев и хозяйственников.

«Социалистическая манера мыслить сказывается на нас всех, – признавался Ельцин. – Я уж про себя не говорю, со мной все понятно. От партийных комплексов избавляюсь мучительно. Но ведь почти весь средний чиновничий класс в России пришел из партийных да исполкомовских кабинетов.

Интеллигенция, средний класс – чураются власти, чураются политики, чураются активной социальной позиции. Жертвенности, готовности к духовному подвигу, к творчеству у русских интеллектуалов хоть отбавляй. А желание поработать – с этим похуже».

Творец новой экономики Гайдар в августе 1991 года появился на баррикадах у Белого дома, где познакомился с государственным секретарем РСФСР Геннадием Эдуардовичем Бурбулисом. С его подачи Гайдар уже в сентябре возглавил рабочую группу, которая занималась подготовкой проекта экономических реформ (среди прочих в нее вошли Анатолий Борисович Чубайс, Александр Николаевич Шохин, Петр Олегович Авен). Позже Гайдар назвал разработанный тогда план «прыжком в неизвестность». Почему Гайдар смог убедить Ельцина? Отвечал Бурбулис: «Он видит молодое дарование, которое достаточно спокойно и очень четко излагает свои взгляды, в отличие от разного калибра косноязычных невежд, от которых ему за эти полтора года пришлось наслушаться всякой самоуверенной болтовни. Он получает убедительные ответы на сложнейшие вопросы и при этом еще и перечень мероприятий, как это сделать».

Экономисты школы Гайдара исходили из того, что советская экономика и государственная система рухнули из-за неэффективности, неспособности самореформироваться, из-за перенапряжения в глобальном противостоянии, что похоронило и Советский Союз, и возможность безболезненных реформ. «Осень 1991 года полна ожиданий катастрофы, голода, паралича транспорта, систем теплоснабжения, – вспоминал Гайдар. – В цене печки-буржуйки. Самая распространенная тема разговоров: как будем выживать». Проблемы выживания и развития страны невозможно решить с помощью методов государственного регулирования, поскольку не существовало действенных государственных институтов. Отсюда необходимость – положиться на самоорганизацию общества и силы рынка.

В октябре 1991 года на V съезде народных депутатов РСФСР Ельцин озвучил программу радикальных рыночных реформ, подготовленную командой Гайдара. Президент сам возглавил правительство, получив дополнительные полномочия: права изменять структуру и состав органов исполнительной власти с последующим утверждением Верховным Советом, издания указов, обретавших силу закона, если в течение недели их не оспаривал высший законодательный орган.

В сформированном в ноябре 1991 года правительстве Ельцина первым вице-премьером стал Бурбулис, а вице-премьером и министром экономики и финансов – Гайдар. Он и его соратники поставили целью либерализовать экономику, ввести свободное ценообразование и конкуренцию, развязать частную инициативу и индивидуальную ответственность, создать слой собственников, правовые рамки для предпринимательства. Предполагалось, что объективные законы экономики сами по себе создадут рыночную среду – товарные рынки, рынки труда, капиталов и финансовых услуг. Страна интегрируется в мировое пространство, поступят иностранные инвестиции.

Спешить с реформами заставлял дефицит продовольствия, стремительно росший бюджетный дефицит, исчерпанность валютных резервов при скачке внешнего долга: Россия приняла обязательства перед кредиторами об ответственности за выплату долгов СССР. Цели и методы экономической политики определялись во многом также рекомендациями Международного валютного фонда (МВФ) со штаб-квартирой в Вашингтоне.

Возглавив правительство, Борис Ельцин взял ответственность за реформы на себя. Первым вице-премьером он назначил экономиста Егора Гайдара (слева от Бориса Ельцина). 29 ноября 1992 года

© Александр Макаров / РИА Новости

15 ноября 1991 года Ельцин издал Указ «О либерализации внешнеэкономической деятельности на территории РСФСР», по которому всем предприятиям – независимо от формы собственности – разрешалось «осуществление внешнеэкономической, в том числе посреднической, деятельности без специальной регистрации». Отменялись все ограничения на покупку наличной валюты. Уполномоченным банкам было разрешено открывать валютные счета юридическим лицам и гражданам. Иностранная валюта, находящаяся на счетах граждан, должна выдаваться «по их требованию без каких-либо ограничений и разрешений».

Так исчезла государственная монополия на внешнюю торговлю, пали ограничения на импорт товаров из-за рубежа. После разрешения на хождение в стране иностранной валюты ее обменом на рубли первоначально занялись частные лица, но вскоре возникла сеть обменных пунктов, создаваемых банками.

Разработка мер по либерализации цен была завершена к 19 декабря 1991 года. Свободными должны были стать около 90 % оптовых и 80 % розничных цен при сохранении государственного регулирования цен на часть продукции производственного назначения и ряд социально значимых потребительских товаров и услуг.

Со 2 января 1992 года правительство перестало регулировать цены на все товары, за исключением хлеба, молока, алкоголя, коммунальных услуг, транспорта, энергоносителей, драгоценных металлов. Ожидавшийся рост цен (Гайдар считал, что они могли утроиться) предполагалось компенсировать увеличением зарплаты, стипендий, социальных выплат.

Указ Президента от 29 января 1992 года «О свободе торговли» позволял всем желающим продавать и покупать без какого-либо разрешения. Запрещалась только торговля оружием, боеприпасами, взрывчатыми, ядовитыми и радиоактивными веществами, наркотиками, лекарственными средствами.

Реформы позволили достаточно быстро наполнить товарами прилавки магазинов, исчезли очереди. Ельцин скажет: «Роль Гайдара заключалась в том, чтобы резко поднять нашу парализованную экономику, заставить работать ее жизненные центры, ее ресурсы, ее организм. Пойдет – не пойдет? Довольно жестоко. Но необходимо. Пока другие врачи спорили о методах лечения, он вытащил больного из постели. И, по-моему, больной пошел».

Егор Гайдар представляет съезду свою программу. Однако съезд ее не поддерживает. 7 декабря 1992 года

© Дмитрий Донской / РИА Новости

Но пошел с большим трудом. Товарный дефицит при больших денежных накоплениях советского времени сменился товарным изобилием при нехватке денег и их катастрофическом обесценивании.

Проклятьем начального этапа реформ стала гиперинфляция. Предприятия-монополисты, пользуясь отсутствием сильной конкуренции со стороны негосударственного сектора, стали взвинчивать цены. Уже в январе 1992 года цены выросли более чем на 1000 %, а к концу года – в 26 раз, тогда как денежные доходы населения – только в 12 раз. Моментально обесценились все многолетние сбережения людей, поскольку индексации сберегательных вкладов не предусматривалось. Социальные выплаты не поспевали за ростом цен. Все это привело к массовому обнищанию – особенно бюджетников и пенсионеров.

Согласно исследованиям Института социально-экономических проблем народонаселения РАН, реальные доходы населения к концу 1992-го снизились до 44 % от уровня начала года. Доля расходов на питание в потребительском бюджете российской семьи в среднем составила 60 %, а у семей с детьми и пенсионеров – до 90 % денежных поступлений. Более 70 % опрошенных сообщили, что они вообще утратили возможность что-либо приобретать из одежды и обуви. По уровню национального дохода Россия за год скатилась к показателям 1976 года, а по уровню потребления – к показателям 1960-х.