Игры для взрослых и детей.

Наталия Ершова

Игры для взрослых и детей.

Истории которые подвигли написать эту книгу.

Здравствуйте, мои дорогие.

Расскажу я вам историю, от которой у меня до сих пор душа болит и радуется одновременно. Позвали меня как-то в одну молодую семью помочь с малышом. Бабушка я со стажем, как-никак девять внуков уже имею. А сейчас прям мода на нянечек. Нужна я была всего на несколько часов в день, ну и хорошо, время свободное есть, почему бы не помочь молодым.

Родители были не только молодые , но и деловитые, квартира — вся в умных технологиях. А в центре этой сверкающей вселенной сидел двухлетний Ванюша — тихий, серьёзный, с большими глазёнками, которые смотрели только в один пункт: на яркий экран огромного телевизора, и планшет рядом, он с ним даже спал.

Сидел он, лежал, смотрел мультики. Целый день. Говорил одно: «Мммм» — когда хотел есть, и «МММ» — когда планшет разряжался. А больше — ни звука. Играть не особо любил, а может и не умел — ручки не знали, что делать с кубиком, просто отодвигали его. И смотрел сквозь тебя, будто ты часть интерьера. Хотя как включать и находить новые мультики на своих гаджетах он знал поболе моего даже.

Моё старое сердце ёкнуло. Ну нет, думаю, Тащи, так дело не пойдёт. Убрала я этот планшет подальше на шкаф. Началась у нас война. Сначала — тихая. Потом, конечно, и старики были, ломка не меньше. Потом смирился. Мальчик смотрел на пустой стол, где должен быть экран, потом на меня — с немым укором. Я ему улыбаюсь: «Давай, Ванюша, познакомимся поближе?».

Первая неделя была самой тяжёлой. Я садилась рядом и просто начинала сама с собой играть. Брала его кулачок в свои руки и водила по ладошке:

"Сорока-белобока, кашу варила…

Он вырывал руку.Я брала другую.

Ладушки-ладушки, где были? У бабушки!"

И хлопала его ладошкой по своей. Он морщился. Я не сдавалась. Каждый день по сто раз. Потом я стала «страшной». Делала «козу рогатую» и медленно «шла» к нему: «Идёт коза рогатая, забодаю-забодаю!» В первый раз он испугался. Во второй — наблюдал. В третий — губы его дрогнули. Не улыбка ещё, но уже что-то.

Перелом случился на вторую неделю. Я снова полезла к нему с «козой». И он... сам сложил свою маленькую ручку в кулак, высунул два пальчика и ткнул ими в воздух в мою сторону. Молча. Это был его первый жест, его первый ответ миру, который был не про «дать», а про «поиграть»!

Я чуть не заплакала от радости. Мы стали играть каждый день. В «ку-ку» с пелёнкой, в «топотушки», в «по кочкам». Он начал ходить за мной, как «мышка», когда я была «котом». И главное — он начал смотреть мне в глаза. Искать в них ответ, одобрение, продолжение игры. Про планшет за столом и телевизор мы стали забывать.

А однажды, когда я, по старой привычке, протянула к нему руки со словами «Ладушки-ладушки?», он посмотрел на свои ладошки, хлопнул ими один раз неумело и произнёс, отчётливо: «Ба-ба». Не «ма», не «дай». «Баба». Моё сердце остановилось.

Я, окрылённая успехом, решила поговорить с мамой. Рассказала, как он откликается, как тянется к живому общению.

А она мне, умная такая, с телефоном в руке: «Бабушка, не мучайте ребёнка и себя. Это всё пережитки прошлого. Вырастила же я без этих тупых «ладушек», и ничего, в люди выбилась, свой бизнес. У нас своя методика, а не эти ваши застарелые и архаичные "ладушки". Вы что думаете, я не вижу, чем вы тут с моим сыном занимаетесь?».