Ошибка. Правильный выбор

– Я тоже не помню, как уснула. И мои мышцы тоже не в восторге от твоего дивана.

Готова официально заявить, что не понимаю этого парня. Мы абсолютно чужие друг другу люди. Ярослав, по идее, должен недолюбливать мою семью, а он, наоборот, помогает мне и даже хотел уступить свою кровать.

При мысли, сколько парень сделал для меня за последние сутки, становится до ужаса неловко. И самое ужасное, ума не приложу, как его отблагодарить. Насколько я уже успела его узнать, он не примет никакой благодарности. Для него это все в порядке вещей, и каждый должен так поступать. Только вот он даже не догадывается, насколько мало парней считают так же.

– Так, сегодня суббота, а значит можно никуда не торопиться, – подозрительно весело говорит Ярослав. – Иди в душ, там в шкафу найдешь чистые вещи и полотенца. А я пока приготовлю нам завтрак.

– Лучше наоборот.

– Ты готовила ужин, значит, завтрак на мне. Возражения не принимаются.

Что ж, что я еще успела понять – с ним бесполезно спорить. Он всегда добивается своего.

В шкафу я и правда нахожу стопку чистых полотенец, а полкой ниже так же аккуратно сложенную одежду. Мне не часто приходилось бывать у парней в гостях, но я еще не встречала таких, у которых порядок везде и во всем.

Не понимаю, чем Ярослав так не понравился отцу. Целеустремленный парень, опрятный и заботливый. Мне кажется, он из тех, на кого можно положиться. А не это ли самое важное? Может, конечно, папа всего этого в нем не разглядел, но мне всегда казалось, что он хорошо разбирается в людях.

Идею воспользоваться одеждой Ярослава отметаю. И без того злоупотребляю гостеприимством. Поэтому стараюсь как можно быстрее принять душ и надеваю свою вчерашнюю одежду.

Когда захожу на кухню, на барной стойке уже стоит две тарелки с кашей и одна с нарезанными фруктами. Ярослав в этот момент разливает что-то в кружки.

– Ты быстро, – замечает он мое присутствие. – Моя одежда оказалась слишком большой?

– Не хочу еще больше пользоваться твоей добротой.

– Твой зеленый чай с мятой, – Ярослав ставит кружку рядом с одной из тарелок и садится рядом с другой. – А я не могу начинать утро без кофе.

– Запомнил, что я пью по утрам? – чувствую, как щеки краснеют от смущения.

– Да. Надеюсь, не прогадал с завтраком. Не знаю, ешь ли ты каши.

– Не просто не прогадал, а угадал. Чаще всего мой завтрак состоит из овсяной каши с ягодами. Очень редко, когда я завтракаю оладьями. И ненавижу тосты с авокадо.

– Ну, это не овсяная, а мультизлаковая, но тоже неплоха. И я, кстати, тоже ненавижу авокадо. Но сейчас такие тосты стали модными, типа правильное питание и все такое.

– Тоже заметил, что это просто модно? Особенно, если сверху положить красную рыбу и яйцо пашот.

– Да-да. И все это на цельнозерновом хлебе, а в идеале из какого-нибудь пророщенного зерна.

Сами того не замечая, мы начинаем смеяться. Я давно не встречала человека, который думает так же. Мои подруги, когда я поделилась с ними своим мнением, сказали, что я просто ничего не понимаю. Что это не только вкусно, а еще и полезно. А потом еще прочли лекцию о необходимости потребления правильных жиров.

– Ты даже в этом отличаешься от сестры, – его взгляд снова становится заинтересованным.

Он даже не пытается скрыть, что разглядывает меня.

– Она ненавидит чай и не может завтракать ничем, кроме модного бутерброда.

От упоминания Леси становится не по себе. Я все утро стараюсь гнать от себя все мысли о ней. И это довольно непросто.

– Мы могли бы не говорить о Лесе?

– Избегания разговоров о ней не поможет.

– И я не хочу, чтобы ты нас сравнивал.

– Я и не сравнивал. Просто озвучил факт, который понял еще на своем дне рождении, а вчера окончательно в нем убедился.

– Я и без тебя знаю, что мы с Лесей разные.

– Ты уже решила, что будешь делать? Расскажешь обо всем родителям?

– Нет, не расскажу. Леся в праве сама рассказывать родителям то, что считает нужным. Она никогда не выдавала им мои секреты.

– И много у тебя их было? – усмехается Ярослав.

– Один.

– Можно поинтересоваться, какой именно?

– Причина моего расставания с Сережей. О ней знают все, кроме родителей.

– Но ведь это он тебе изменил. Почему ты решила скрыть это от них?

Леська и это ему рассказала? Вот не понимаю, зачем?

– Наши родители дружат. Я не хотела, чтобы они из-за нас поссорились. А папа не смог бы промолчать, узнай он правду.

– Тебе не стоило ради него врать. Тем более, ты жуть как не любишь это делать.

– Я не врала им! – отвечаю слишком эмоционально. – Просто сказала, что мы взрослые люди и можем сами разобраться в наших отношениях. Папа до сих пор винит меня.

– Вот что бывает, когда врешь.

– Я и не ждала, что ты поймешь. Вообще не понимаю, почему разоткровенничалась с тобой.

– Потому что знаешь, что мне можно доверять, – произносит парень самодовольно. – И я как раз все понимаю. Просто мне интересно, когда ты начнешь ставить себя на первое место?

– Что ты имеешь в виду?

– Ну вот возьмем даже твои отношения с тем Сережей. Ты могла рассказать родителям причину вашего расставания, и тогда бы папа перестал винить в нем тебя. Но ты предпочла обо всем умолчать, чтобы он не поссорился с другом, отцом того олуха. Подозреваю, что ты еще не хотела, чтобы Сережа получил затрещину от Виктора Владиславовича.

– И что в этом плохого? Думать о других – это нормально.

– Да. Только вот ты подумала обо всех, кроме себя. Все в выигрыше, а ты осталась в виноватых. И так, насколько я успел понять, всегда.

– Не считаю это своим недостатком.

– Да, это скорее особенность. Только вот проявлять ее нужно к тем людям, которым на тебя не все равно. Если ты любишь переживать и заботиться о других, то это должно быть взаимно. В ином случае, они просто этого недостойны и пользуются тобой.

Нет. Я с ним не согласна. Люди такие, какие они есть. И если ты хочешь быть в их жизни, то должен принимать со всеми недостатками. Это мой выбор переживать об их комфорте. Они не обязаны делать так же. А если я начну от них требовать того же, значит, общаюсь с ними не без корысти. Это неправильно.

Но есть ли смысл сейчас объяснять это Ярославу? У него давно сформировались свои взгляды на жизнь. Вряд ли мои аргументы смогут его переубедить.

Меня так воспитали родители. Всегда думать о чувствах других. Да, возможно их слова были восприняты мной слишком буквально, но до сегодняшнего дня это всех устраивало. А Ярослав слишком мало знает обо мне, чтобы судить.

– Мои близкие переживают и заботятся обо мне ничуть не меньше, чем я о них.

– Особенно Леся, – с явным сарказмом говорит Ярослав.

– Леся, это другое. Она сестра. Семью не выбирают. И она не всегда была такой.

Я делаю последний глоток чая и встаю убрать со стола. Ярослав тоже уже доел и пьет кофе.

– Что ты делаешь? – не понимает парень мои действия.

– Собираюсь помыть за нами посуду.

– У меня есть посудомоечная машина. Оставь все в раковине.

– Серьезно? Здесь всего три тарелки и две кружки. Проще и быстрее руками помыть.

– Оставь все, как есть. Пожалуйста.

Вот вроде вежливо просит, а чувствуется предостережение. Я еще никогда в жизни не чувствовала от парней такую энергетику.

– Как скажешь, – сажусь обратно на барный стул.

– Что собираешься сегодня делать?

– Сейчас закажу такси и поеду домой. Рано или поздно мне все равно придется встретиться с родителями. Не могу же я вечно их избегать.

– Может сходим погулять? Сегодня вроде хорошая погода.

Другой бы на его месте, наверное, спрашивал неуверенно. Но это не про Ярослава. Его совершенно не смущает, что я сестра его бывшей девушки.

Интересно, он вообще представляет, как все это странно? И как мне потом объяснять нашу прогулку родителям, если они узнают?

– Я очень благодарна тебе за вчерашнюю помощь, и что не оставил меня ночью наедине со своими мыслями. Но от прогулки все же откажусь.

– Ты все еще боишься меня?

– Нет, – отвечаю не задумываясь.

За последние сутки я успела понять, что Ярослав – это последний парень, которого стоит бояться.

– Просто…

– Я бывший парень твоей сестры, и тебе кажется странным гулять со мной.

– Да, – соглашаюсь виноватым голосом. – Если бы не твои отношения с Лесей, мы бы даже, наверное, смогли стать друзьями.

– Тогда бы мы, возможно, никогда не познакомились.

– Тоже верно.

– Всего лишь прогулка. Обещаю, я не расскажу о ней твоим родителям.

– С чего ты взял, что я переживаю об этом?

– Просто знаю, – подмигивает мне в ответ. – Ну так что? Согласна на прогулку?

– И куда пойдем?

Уверена, я пожалею об этом. Но совру, если скажу, что не хочу этой прогулки. Мне интересно с ним общаться. Жаль, слишком много против нашего общения.

– Тут не очень далеко есть парк. Можем пойти туда.

– Отлично. Обожаю гулять в парках.

– А у судьбы отличное чувство юмора.

– Что? – не могу расслышать шепот Ярослава.

– Да так. Мысли вслух.

Глава 8

Ярослав

Дорога до парка занимает у нас около двадцати минут, на протяжении которых мы молчим. Я незаметно наблюдаю за Мирой. Она выглядит удивительно спокойной. Думает о чем-то и иногда недовольно морщит носик, но я не вижу следов вчерашнего шока, паники, растерянности и разочарования.

Вот почему судьба свела меня с Лесей, а не с этим рыжим созданием? Это просто насмешка какая-то.

А ведь бывшая привлекла меня, надев маску сестры. Она явно брала пример с Миры. Ее ужимки, стеснение и наивные взгляды на жизнь. Как я сразу не раскусил, что эти черты никак не вяжутся с остальными повадками Леси?

И ведь я тогда не понял, чем она так не угодила отцу. Нужно было задуматься, когда Виктор Владиславович невзлюбил меня только из-за моего выбора девушки.

Но это уже дело прошлого. А что делать с настоящим? Глупо отрицать, что Мира вызывает у меня не простое любопытство из-за различий с сестрой, как я пытался убедить себя на дне рождении.

Светлячок мне нравится. Магнитом к ней тянет. Хочу быть с ней, узнать ее лучше, дать нам шанс. Но как это сделать, если я встречался с ее сестрой?

– Спасибо, – прерывает Мира повисшее между нами молчание.

– Я тебе уже говорил. Любой нормальный парень поехал бы забрать тебя из того притона.

– Я сейчас не об этом. Но за это тоже спасибо.

– Тогда за что?

– За правду о Лесе. Мне было это нужно. Я многое поняла.

– Поделишься своим озарением? – иду на поводу у любопытства.

– Если я хочу, чтобы у нее было все хорошо, мне нужно перестать каждый раз ее спасать.

– И это все? – смотрю на девушку с удивлением и сажусь на лавочку.

Мира садится рядом, осторожно ставя между нами свою сумку.

– А что еще ты ожидал услышать?

– Например, что Лесе на тебя наплевать. Она только пользуется твоей добротой, которую совершенно не ценит.

– Ярослав…

– Леся прекрасно знала, где находится, и как в том доме развлекаются. И это ее не остановило. Она вызвала тебя туда, после чего отказалась уезжать.

– Она была не в себе.

– Ей просто было плевать на тебя, как и всегда. Она подвергла тебя риску.

Страшно представить, чем вчера могло все закончиться для Миры, не додумайся она мне позвонить. И это очень злит, стоит об этом подумать. Но приходится держать себя в руках.

– Она не отдавала отчет своим действиям! Ты не слышал, как она плакала! – продолжает она настаивать на своем, не так хорошо контролируя эмоции.

– Это был спектакль. Ты просто зачем-то ей там понадобилась. И мне даже страшно подумать о ее мотивах.

– Такого не может быть!

Я поражаюсь, как Мира после всего продолжает защищать Лесю. Ну вот как можно быть такой наивной? Почему она не видит, что сестра всю жизнь ей просто пользуется?

– Ты знаешь, сколько раз она говорила мне, какая ты наивная и глупая? Я даже примерно не сосчитаю.

– Ты врешь!

Что должно произойти, чтобы Светлячок наконец поняла, что нельзя быть настолько слепо преданной? Вчера все обошлось, а завтра все может закончиться намного хуже.

Не люблю разрушать чужие иллюзии, но здесь это просто необходимо сделать:

– Я знаю во всех подробностях, как она договорилась с хозяином бара развести тебя на кругленькую сумму. Они разыграли спектакль, будто Леся устроила драку. Ты тогда сорвалась к ней посреди ночи и все уладила, заплатив втридорога за ущерб и моральную компенсацию.

– Но у нас нет проблем с деньгами, чтобы она так поступала…

– Ей нравился тот парень, и она решила таким образом привлечь его внимание.

– Она не могла…

Вижу в глазах Миры боль. В них скапливается влага. И я чувствую вину, что это из-за меня. Но кто-то должен это сделать. Надеюсь, со временем она поймет, что я действую ради ее блага.

– У Леси даже мысли не появилось, что она поступила ужасно. И когда я попытался до нее это донести, она пришла в ярость. Собственно, после этого мы и расстались.

– Вы расстались из-за меня?! – на меня смотрят два округлившихся от удивления глаза, которые даже моргать перестали.

– Ты тут не при чем, – спешу успокоить. – Мы расстались из-за разных взглядов на жизнь.

– Но вы несколько месяцев были вместе, и вам это не мешало.

– Пять месяцев. Я знал, что за Леськиной спиной есть несколько сомнительных поступков, но списывал их на возраст. Она говорила, что хочет стать лучше, и я ей верил. Искренне поддерживал и старался направить ее энергию в правильное русло, – говорю отстраненно, будто не про себя рассказываю. – Позже начал понимать, что это только слова. Она не хотела становиться лучше и не видела в своих поступках ничего ужасного. К своему дню рождению я уже настолько устал от ее эгоизма, что хотел расстаться даже в свой праздник. Но Леся устроила ту дурацкую вечеринку, и мне показалось неправильно так поступить. Решил сделать это в другой раз.

– И другой раз наступил, когда она рассказала о той истории с парнем из бара.

– Да. Она рассказывала это так весело, а я испытал ужас, насколько человек может прогнить внутри, чтобы так относиться к людям, особенно к родным.

– Спасибо, что рассказал.

– Эй, – замечаю, как по щеке Миры течет слеза, и осторожно вытираю ее. – Я рассказал тебе это только для того, чтобы ты наконец раскрыла глаза и перестала позволять вытирать об себя ноги.

– Я понимаю… Просто больно, когда предают. Особенно близкие.

– Чем быстрее ты примешь правду о Лесе, тем быстрее тебе станет легче.

– У меня вопрос. Ответь, пожалуйста, честно.

– Я ни разу тебе не врал, чтобы ты просила о честности.

– Зачем ты возишься со мной? Ладно, ты вчера мне помог, потому что считаешь, что так поступил бы любой нормальный человек. Но сегодня? Какая тебе разница, будет сестра продолжать мной пользоваться или нет? Зачем позвал меня прогуляться?

– Серьезно не понимаешь? – смотрю на ее наивное выражение лица, и губы сами растягиваются в глупой улыбке.

– Иначе бы не спрашивала, – Мира начинает злиться.

– Со дня рождения не могу выкинуть тебя из головы, – говорю честно и с каким-то извращенным удовольствием наблюдаю за растерянностью Светлячка.

Не знай я ее возраст, подумал бы, что она совсем еще ребенок.

– Из-за того, что только я подарила тебе подарок?

– Я хочу узнать тебя, – игнорирует ее вопрос.

– Как ты себе это представляешь?

– А что, простое общение уже считается преступлением? – иду ва-банк.

Если она сейчас меня не пошлет, то у нас есть шанс. И со всеми проблемами, которые обязательно будут из-за моих прошлых отношений, мы справимся.

– Но ведь ты надеешься не на простое общение, – говорит Мира неуверенно, краснея от смущения.

– Я пока не заглядываю так далеко, но да. Не буду тебя обманывать, меня не интересует простая дружба.

– И мы снова вернулись к моему вопросу.

– А ты так уверена, что наше общение до этого все-таки дойдет? – расплываюсь в улыбке. – Приятно знать, что моя заинтересованность взаимна.

– Ты неправильно понял, – Мира вновь смущается и почти заикается. – Ты хоть представляешь реакцию моих родителей, если они узнают, что я общаюсь с тобой?

– О да, представляю, – заливаюсь смехом. – Особенно твоего отца.

– Тебя это забавляет?

– Конечно, – продолжаю смеяться. – Твой папа повесил на меня ярлык неудачника уже через десять минут после знакомства.

– Но я не понимаю, чем ты мог так ему не понравиться?

– Я имею свое мнение, а не соглашаюсь во всем с ним. И он твердо убежден, что хороший парень не будет встречаться с его старшей дочерью. Это, кстати, цитата.

– Что?! – почти подпрыгивает Мира от услышанного. – Ты хочешь сказать, что он тебя невзлюбил только потому, что ты встречался с Лесей?

– Это одна из причин, – пожимаю плечами.

– У меня создается впечатление, что я совершенно не знаю свою семью.

– Может, так оно и есть?

– Не знаю…

– Так что скажешь? Согласна наконец жить своей жизнью? – стараюсь внешне выглядеть уверенным, хотя чувствую себя неуверенным подростком, который боится получить отказ.

– Ты о нашем общении?

– Именно о нем.

– Я все еще думаю, что это плохая идея. Из-за этого у меня могут появиться проблемы.

– Тебя останавливает только реакция семьи? – решаю уточнить.

Если между нами только это препятствие, то я точно не отступлю.

– Я не против общаться, но не более.

– Я о большем и не прошу.

– Но предполагаешь, что это к чему-то приведет.

– Я ведь уже сказал, что не загадываю так далеко.

– Чувствую, что еще пожалею об этом, – говорит Мира после нескольких минут молчания.

– Это вряд ли, – отвечаю, не скрывая радости. – Все будет хорошо. И не думай о родных. Если ты будешь счастлива, они поддержат тебя.

У меня ощущение, будто я на седьмом небе от счастья. Не знаю, что в Мире такого особенного. Может она и не Светлячок вовсе, а ведьма, которая меня приворожила. Но если честно, мне все равно. Главное, что она согласилась общаться. И если моя симпатия взаимна, то я уверен, у нас все получится. Нутром чувствую, что Мира – мой человек.

Жаль только она не разделяет моей радости. На ее лице снова заметна тревога. И я уверен, она думает о семье. Точнее, как они отнесутся, если узнают о нашем общении.

И я прекрасно все понимаю. Мой интерес к Мире ненормален. По хорошему счету, мне даже смотреть в ее сторону нельзя. Это дикость, заводить отношения с сестрой бывшей. Но ведь если бы Леся сразу показала свое истинное лицо, я бы никогда не начал с ней встречаться. И почему теперь я должен упускать свое вероятное счастье только из-за одной лживой… личности?

– Мне пора домой, – говорит Мира с грустью в голосе.

– Я отвезу тебя.

– Не нужно. Я доберусь сама.

Глава 9

Мира

Я чувствую облегчение, не обнаруживая родителей дома. У меня слишком взвинченное состояние, чтобы спокойно с ними говорить. Они сразу догадаются, что не все в порядке. А я не собираюсь им рассказывать ни о Лесе, ни о своем новом друге. Боюсь от обеих новостей придется вызывать скорую для папы.

Но несмотря на это, за последние сутки я поняла одну вещь – порой я могу позволить себе делать то, что меня осчастливит. Ведь если подумать, чем мое общение с Ярославом может навредить родителям? Ничем. Если бы папа поговорил с ним без предубеждений, то заметил бы в нем отличного парня. И в конце концов, это моя жизнь и мои ошибки.

С Лесей же все немного сложнее. Следуя моей же логике, ее нынешний образ жизни никоим образом меня не касается. Но это не мешает мне, мягко говоря, ее не понимать.

И ее злость из-за моего общения с Ярославом будет оправдана. Я прекрасно понимаю, насколько это неправильно. Но если мы будем друзьями, это ведь не так страшно? Я ведь не собираюсь выходить за него замуж. Мы просто будем иногда гулять и говорить о музыке и погоде, или о чем обычно разговаривают друзья противоположного пола?

Мои рассуждения больше похожи на попытку себя оправдать. Выходит, честно говоря, так себе. Что бы я сейчас ни придумала, это не поможет. Исправить ситуацию мог бы только Ярослав, вернись он в прошлое и не начни встречаться с Лесей. Но это невозможно. А потому пора признаться – как бы мне не хотелось общаться с Ярославом, это ужасная затея и неправильная по отношению к сестре.

Сидя с ним на лавочке и слушая его убеждения о нормальности нашей дружбы, мне хотелось с ним согласиться. Но сейчас я отчетливо понимаю – так нельзя. Ярослав сказал, что завтра позвонит мне или напишет, но увы, его ждет разочарование. Я не отвечу.

Чтобы хоть как-то развеять тоску, я пишу подругам в нашем общем чате с предложением вечером встретиться. Девчонки сразу соглашаются. Правда, Юлька предупреждает, что она ненадолго. У нее романтические планы с Ромой. А вот Наташка заверяет меня, что мне предстоит долго слушать ее восторженные отзывы о незнакомце из интернета. Это немного улучшает настроение.

Мы договариваемся встретиться в уютном «Taco Cafe». Оно находится недалеко от метро Новослободская, и мы любим в него ходить из-за невероятно уютного оформления. Повсюду — кактусы в милых горшочках, ананасы, плетеный декор, а на стенах — миниатюрные арты. А их мексиканская кухня заставит любого облизать пальчики.

Я особенно люблю это место, потому что после него можно прогуляться в небольшом сквере неподалеку. И хоть это крошечный оазис зелени в историческом центре Москвы, я люблю прогулки в любых парковых зонах, даже маленьких. Они всегда помогают переосмыслить все необходимое или просто перевести дух.

– Привет, – подхожу я к столику подруг и целую каждую в щеку, перед тем как присесть на свободное место. – Рассказывайте, как у вас дела.

– Нет, подруга, – Наташа отрицательно машет головой. – Сначала ты нам расскажешь, что произошло вчера. Почему ты не смогла с нами встретиться.

– Давайте в другой раз, – смотрю на них умоляющим взглядом. – Я пока не до конца все осмыслила, чтобы этим делиться.

– Снова Леська, да? – кривит лицо Юлька, будто съела что-то очень кислое. – Все настолько плохо?

– Если принять во внимание, что это ее жизнь, и она в праве делать с ней все, что захочет, то нет. Все довольно терпимо.

– Значит, все катастрофически ужасно, – сразу же делает вывод Наташа.

Не могу понять, что во фразе: «в другой раз», не понятно?

– Ты бы никогда не пришла к такому выводу просто так. Уверена, в этот раз она перешла все границы!

Интересно, а что именно означает перейти все границы? То, что Леська вчера обдолбалась и спала сразу с двумя парнями, да так активно, что не заметила в комнате посторонних? Или то, что она заманила меня в наркопритон, после чего отказывалась оттуда уезжать? Или то, что она считает меня наивной идиоткой, об которую можно вытирать ноги, обманывая раз за разом и разводя на деньги?

– Нет. Просто Леся, это Леся, – говорю обреченно. – И давайте уже о другом. Я жду подробностей о романтическом вечере Юли и твоем интернет-незнакомце.

– Его зовут Артем, и я тебе об этом говорила, – отвечает Наташка обиженно.

– Прости, что забыла его имя. Обещаю исправиться.

– Значит так, – перебивает нас Юля с загадочной улыбкой. – Рома пригласил меня сегодня в ресторан. Намекнул, что я должна быть при полном параде. Попросил не строить никаких планов до понедельника, потому что он в любом случае никуда меня не отпустит.

– Ты думаешь, он собирается сделать тебе предложение? – почти визжит на все кафе Наташка.

У меня тоже такая реакция. Юлька уже давно спит и видит себя его женой. Что не удивительно. Я почти не встречала настолько гармоничной пары.

– Думаю, да. Сегодня мы как полтора года вместе, – отвечает Юля мечтательно, прижимая руки к груди.

– Мы будем держать за тебя кулачки, – обнимаю подругу. – Уверена, мы еще на вашей золотой свадьбе погуляем.

– Я почему-то тоже в этом уверена, – смеется Юлька, и мы с Наташкой вместе с ней.

– Так, ну с одной счастливицей мы разобрались, – перевожу я взгляд на вторую подругу. – Что у тебя с Артемом?

– Он потрясающий, – растягиваются ее губы в улыбке.

– Очень многословно, – смешит меня ее ответ.

– Нет, серьезно. С ним интересно общаться, он смешно шутит и невероятно галантен. А какой у него голос… девочки, я готова выйти за него, только чтобы у моих ушей был пожизненный абонемент на него.

– Да ты влюбилась! – восклицаю я, замечая блеск в ее глазах. – С такими темпами мы с Юлькой тебя потеряем.

– Не завидуй так громко, – смеется Наташа. – И на твоей улице будет праздник.

– Мне хватит и ваших праздников. Вы только предупредите заранее, когда в ЗАГС соберетесь, чтобы я успела купить лучший наряд.

– Ты, кстати, так ничего и не рассказала о дне рождении Ярослава, – спохватывается Юлька. – Может ты там познакомилась с каким-нибудь очаровательным красавцем? Никто не привлек твое внимание?