Ночь на Лысой горе. В гостях у Великого Полоза

– Да, леди. Я повстречал свою супругу ещё в юные годы. Полюбил с первого взгляда, как нынче говорят. С той поры мы и не разлучались.

– Вы сейчас её любите так же сильно, как и тогда?

– Даже сильнее. С годами любовь только крепнет… Она многим пожертвовала – ради нас, ради дочери. Я не могу не преклоняться перед её мужеством.

– У вас есть дочь? Какая она?

– О, своенравная… Вся в мать пошла! Потому-то и не ладят: обе гордые, обе на своей правде стоят. Ни одна другой уступить не желает, а ведь, положа руку на сердце, стоило бы просто сесть да по душам поговорить… Глядишь, и всё бы устроилось, – он вдруг осёкся. – Ох, простите! Зря я отяготил вас своими переживаниями.

– Нет, что вы, мне интересно. К тому же, кажется, я знаю, о ком вы. Вы отец Медины.

Дворецкий улыбнулся.

– Искренне надеюсь, леди, что моя супруга с дочерью не доставили вам хлопот. Они, право, с добрым сердцем, хоть и с характером.

– Нет, конечно, они мне очень помогают. Но почему у них такие отношения?

Мужчина тяжко вздохнул.

– Увы, большая часть вины лежит на Забаве. Когда-то Медина тяжко захворала… Болезнь была такая, что иные уж прощались с надеждой. Но супруга отыскала средство. Она месяцами боролась за жизнь дочери: не спала, почти не ела, жила одним лишь её дыханием. Это… оставило след. И даже когда Медина пошла на поправку, Забава не смогла отпустить ту тревогу. Сколь бы лет ни минуло, для неё она всё та же малышка, умирающая на её руках.

К горлу Кэти подкатил ком.

– А больше у вас детей не было?

– Забава больше не решилась, – тихо ответил он. – Испугалась, что беда может повториться. Да и мне… мне всегда хватало их двоих.

Он взглянул на Кэти и, заметив влажный блеск в её глазах, тут же склонился:

– Простите великодушно, леди. Хотел приободрить, а невольно коснулся того, что лишь прибавило вам тяжести на сердце.

Она замотала головой.

– Нет, наоборот, спасибо. Теперь я понимаю их чуть лучше. К тому же вы отвлекли меня. Ещё немного, и я взвыла бы от скуки.

– Да, признаться, порой в этих стенах и правда тяжело дышится… Быть может, вам стоит немного развеяться, леди? Прогуляйтесь по Яви. Смена обстановки нередко творит чудеса.

– Так и сделаю, – кивнула девушка, входя в крыло невест. Мужчина учтиво поклонился и вскоре скрылся за поворотом.

Кэти последовала его совету. Но вместо прогулки по явному миру на следующий день направилась прямо в квартиру Злата, лелея слабую надежду, что уж там-то её хандра отступит.

Пустые комнаты встретили её холодом и тишиной. Не снимая пальто, Кэти опустилась на знакомый стул, достала из сумки бумагу и уголь и начала рисовать.

Вид из окна стоил того.

Без красок было сложно передать пёструю россыпь домов и машин, но уголь, как ничто другое, передавал тяжесть осеннего неба и хищные изгибы голых ветвей.

«Какой рисунок, такое и настроение, – хмыкнула Кэти, глядя на серые росчерки. – Видимо, зря я сюда пришла».

Её вовсе не удивило то, что без Злата здесь всё ощущалось иначе: ни уюта, ни тепла, только озябшие кончики пальцев и дрожь где-то внутри. И всё же дышать свежим, морозным воздухом было приятно.

Наверное, поэтому, стоило ей вернуться в объятия замка, сейчас казавшиеся удушающе тёплыми, она едва не задохнулась.

«Если я снова останусь здесь одна, я точно сойду с ума».

Решительным шагом Кэти оставила позади изученные вдоль и поперёк комнаты и устремилась вниз по бесконечной череде лестниц.

Чем глубже она спускалась, тем темнее и тише становилось вокруг. Шорохи в стенах звучали глуше, прохожие попадались реже. Да и те, кто встречался, смотрели на неё вовсе не так, как прежде. В их взглядах не было привычного любопытства и мягкого дружелюбия – только настороженность и сдержанная опаска.

Желание Кэти посмотреть на змеиный город стремительно таяло.

«И какой чёрт дёрнул меня прийти сюда?»

Она уже собиралась повернуть назад, когда заметила единственное существо, в чьём взгляде светился не страх, а настоящий интерес. Маленькая темноволосая девочка смотрела на неё во все глаза и явно хотела подойти, но не решалась.

Кэти махнула ей рукой. Та вздрогнула, будто собираясь броситься наутёк, но всё же осталась на месте и неуверенно взмахнула ладошкой в ответ.

Девушка подозвала её, и как только та сделала пару шагов навстречу, неспеша опустилась на корточки.

– Здравствуй.

– Доброго тебе дня, госпожа! – зажурчал ручейком голос девочки.

– Ты не боишься меня?

– Нет. Ты красивая!

– Правда?

– Ага! И глаза у тебя ух какие! У мамы с папой, да и почти у всех здесь глаза карие, а у тебя – синие, как цветы в синем саду в замке!

– Бывала там?

– Один раз, – девочка серьёзно кивнула. – Случайно забрела. Мама потом отругала. А ты тоже там была?

– Пока нет. Но при случае спрошу у Злата, можно ли мне туда.

– Ого! Ты Царя по имени зовёшь? Ты, наверное, его невеста?

Кэти покачала головой.

– Просто гостья. Его невеста куда красивее меня, и глаза у неё тоже голубые.

– А она тоже сюда придёт?

– Не знаю. Я и сама здесь случайно оказалась. Даже не заметила, как спустилась так глубоко. Скажи, может, тут есть красивые места, которые я могла бы нарисовать?

– Ого! Ты рисовать умеешь?! А меня нарисуешь?

– Прости, милая, я бы с радостью, но здесь неудобно, да и света мало.

– Я найду! – девочка аж подпрыгнула от радости. – Обязательно найду самое красивое место! Только мне далеко уходить нельзя, а рядом тут вообще ничего такого нет.

Она сникла, но через секунду снова ожила.

– Но я в замке поищу, если мама разрешит!

Кэти ласково провела рукой по её голове.

– Я тоже там живу. Как найдёшь, позови меня.

– Конечно!

– Но куда мне пойти сейчас? Неужели совсем ничего хорошего не найдётся?

– А тебе очень надо?

– Очень.

– Тогда… одно есть. Но оно далеко.

– Насколько?

Девочка лишь пожала плечами.

– Ладно. Скажи, куда идти, а я попробую. Если и правда слишком далеко, вернусь.

Ребёнок, получив такое важное задание, буквально засиял от гордости и принялся с жаром объяснять дорогу.

Наконец, поблагодарив малышку, Кэти направилась в указанную сторону.

Она уверенно шла вперёд, гадая, какое же место девчушка посчитала достойным рисунка. Подземный сад? Пещера, набитая самоцветами? Или, может, скрытое подгорное озеро?

Пол коридора, в который она вошла, был выложен ровными каменными плитами, и её шаги звучали гулко и чётко, будто подстёгивая идти дальше. Раз уж она добралась так далеко, то явно стоило пройти этот путь до конца.

«Иди только вперёд. Всегда только прямо. Сворачивать никак нельзя, иначе заблудишься и пропадёшь», – удивительно строгий тон девочки всё ещё стоял в ушах Кэти.

Она шла, строго соблюдая её указание, и представляла, как найдёт укромный уголок, разложит бумагу с углём, и как свет красиво упадёт на белый лист, даря вдохновение.

Но такой настрой не продержался долго.

Постепенно привычный шорох замка затих, и вокруг воцарилась странная, густая тишина, нарушаемая лишь эхом её шагов и лёгким шёпотом ветра, гулявшего по переходам. Каменные плиты под ногами сменились неровными выступами голой породы, а фонари, очевидно питаемые магией, стали попадаться всё реже, погружая тоннель в гнетущий полумрак.

Прошёл час, а, может, и больше, но никакого признака конца пути не было и в помине. Каждый новый шаг давался всё тяжелее, но Кэти, не желая сдаваться, упрямо продолжала идти вперёд.

Облегчение окатило её волной, когда впереди задребезжал тусклый свет.

Вскоре на стене появился первый светящийся кристалл. Один, второй, третий – с каждым шагом их становилось всё больше: мелких и крупных, зелёных и фиолетовых. Казалось, их свет исходил из самых недр горы, отражаясь от гладкого камня и озаряя путь.

Зато на смену темноте пришла другая проблема: с каждым метром становилось холоднее. Кэти чувствовала, как ледяные пальцы мороза пробираются сквозь одежду, заставляют зубы отбивать дробь, а мышцы всё сильнее напрягаться.

Минуты текли, и вскоре она увидела, что стены начали покрываться тонкой ледяной коркой. Морозные узоры, словно невесомая паутина, расползались по камню, заключая его в хрупкий, сверкающий плен. Пол под ногами хрустел и скрипел, и каждый шаг эхом отдавался от стен, сливаясь в странную, мрачную мелодию.

Кэти вдруг поймала себя на том, что неосознанно оглядывается через плечо, будто ощущая чьё-то незримое присутствие.

Уверенность её таяла, уступая место подступающей тревоге. Во второй раз за день она жалела о том, что пошла туда, куда идти не следовало.

Она почти решила повернуть назад, когда впереди мелькнул свет.

Яркий, тёплый свет.

Это явно было солнце. Его лучи отражались от заледенелых стен, разбивались на золотые блики и прыгали вокруг солнечными зайчиками.

Кэти едва не задрожала от радостного предвкушения.

«Наконец-то, выход!»

Она ускорила шаг, и в какой-то миг всё вокруг, кроме этого света, исчезло. Она почти чувствовала его тепло на коже, почти щурилась, чтобы рассмотреть его сквозь вуаль ресниц.

Вдруг что-то схватило её за запястье.

Сердце пропустило удар. Ноги подогнулись. Она вскрикнула и попыталась вырваться, но хватка оказалась крепкой, как железный капкан.

Кэти рывком обернулась и столкнулась взглядом с золотыми глазами, вспыхнувшими в полумраке. Перед ней стоял тот, кого она ожидала увидеть меньше всего.

Его силуэт сливался с тенями коридора, но рыжие волосы, будто притягивая отблески света, вспыхивали, напоминая языки огня.

– Злат?!

– Туда нельзя! Что ты вообще там забыла?! – почти кричал он, хриплым от волнения голосом. – Как тебе в голову взбрело пойти сюда?!

– Мне девочка подсказала.

– Девочка?! Какая ещё девочка?!

– Просто… девочка. Я не знаю.

Всё в Кэти: и сжавшаяся фигура, и слегка дрожащий голос – выдавало её растерянность.

– Довольно милая, на самом деле. Я спустилась вниз, и люди там оказались не очень радушными. Но она не испугалась, подошла ко мне. Мы поговорили, и я спросила, где можно порисовать. Она посоветовала этот путь.

– И тебя не смутило, что он такой долгий?

Злат разжал пальцы, отступая на шаг, и Кэти потёрла саднящее запястье. Заметив это, он тут же нахмурился:

– Прости, я перестарался.

Она пожала плечами.

– Смутило. Но хотелось дойти до конца.

– Зачем?

– В замке было душно и одиноко. Я сходила в твою квартиру, но это не помогло. Вот я и…

– Пошла куда глаза глядят?

Кэти снова дёрнула плечом.

– Почему туда нельзя? – сменила она тему.

– Там Навь, – ответил он коротко, но, увидев в её глазах непонимание, пояснил. – Наша гора стоит в Нави, потустороннем мире. Для живых людей находиться в нём опасно. Замок я давно защитил чарами, чтобы мои гостьи могли спокойно жить в нём несколько месяцев, но за его пределами лучше не находиться долго.

Глаза Кэти ошарашенно округлились.

– Неужели всё так ужасно?! Если бы я вышла отсюда, то… умерла бы?!

– Нет, конечно. Всё не настолько плохо. Обычный человек может пробыть там довольно долго без особых последствий, но для этого нужно есть местную еду и пить особое зелье, ну, либо пройти обряд. Но ты совсем другое дело.

– Почему?

– Ты забыла, что перенеслась на сто лет вперёд? Неизвестно, как Навь отреагирует именно на тебя.

Кэти прикусила губу, задумалась, потом подняла глаза на него. Она поймала его внимательный, слишком внимательный взгляд, и щёки её тут же вспыхнули.

Она слегка прочистила горло:

– Неужели нельзя выйти хотя бы на пару минут? Выходит, я зря так долго шла?

Впервые Злат видел, чтобы она так открыто показывала свои чувства. Раньше она всегда была сдержанной: улыбалась уголками губ, смеялась тихо, а плакала молча. Но сейчас, возможно, из-за усталости и напряжения, маска леди пала. Брови её изогнулись в мольбе, глаза широко распахнулись, а пухлая нижняя губа, зажатая между зубами, казалась ещё ярче обычного.

Отказать ей сейчас казалось кощунством. И он сдался.

– Хорошо. Мы выйдем ненадолго. Но пообещай мне пару вещей.

Кэти торопливо кивнула.

– Во-первых, если почувствуешь малейший дискомфорт, сразу говори.

Ещё один кивок.

– Во-вторых, больше никогда не ходи сюда одна. Только со мной. И только если я решу, что это безопасно.

Кэти снова мотнула головой, как послушный болванчик. С каждой его фразой желание выбраться наружу становилось нестерпимым, а на губах помимо воли расползалась азартная улыбка, сдерживать которую больше не было сил.

– И, в-третьих… – Злат на миг задумался. – Держись за меня и не отпускай. Там скользко, а нам ещё подниматься.

Не тратя ни секунды, Кэти тут же оказалась рядом. Она схватила его под руку и почти силой потащила вперёд.

И глядя на неё такую: живую, горячую, полную нетерпеливой страсти, Злат почему-то не мог отвести от неё взгляд.

Да и не хотел.

Глава 11

Стоило им выйти из тоннеля, как солнце тут же ослепило Кэти. Она зажмурилась, моргая, пока не привыкла к свету, а затем замерла, поражённая.

– Права была малышка, – выдохнула она почти благоговейно. – Этот вид стоит того, чтобы его нарисовали.

Перед ней раскинулись заснеженные пики. До самого горизонта тянулись они неровной грядой, похожие на зубы древнего чудовища.

– Это Сорочинские горы, – сказал Злат. – Их создал Змий, первый, кто пришёл в этот мир и сделал его таким, каким ты его видишь. Но есть кое-что ещё, на что стоит взглянуть.

Он крепче перехватил её руку и повёл вверх по склону.

– Уж не знаю, кто та девочка, что подсказала тебе это место, но сюда почти никто не забредает. Для многих из нас здесь даже летом слишком холодно.

– Тогда зачем вообще сюда ведёт дорога?

– Сейчас поймёшь.

Дальше они поднимались молча.

Злат уверенно шагал по укрытой снегом неровной тропе, а Кэти просто старалась дышать. Разреженный воздух вперемешку с подъёмом заставлял лёгкие сжиматься в спазме, усложняя каждый вдох и выдох.

Вдруг Злат остановился и повернулся к ней.

– Отдышись немного. Осталось совсем чуть-чуть.

Так и оказалось. Стоило Кэти выровнять дыхание, он снова повёл её дальше и буквально через минуту вывел на широкую каменную площадку, явно рукотворную. Чуть в стороне лежали валуны, похожие на предусмотрительно расставленные сиденья.

И всё же Кэти не видела того, ради чего стоило бы сюда подниматься. Она вопросительно взглянула на Злата, но тот лишь ухмыльнулся и указал куда-то наверх.

Она подняла голову и обомлела.

На вершине горы лежал нетронутый снегом скелет огромного дракона. Его кости, обесцвеченные ветрами и временем, по-прежнему хранили былое величие. Рёбра вздымались дугами, как арки забытого храма, а расправленные крылья создавали иллюзию, будто он вот-вот встанет и улетит прочь.

Его череп, массивный, с длинными острыми рогами и пустыми глазницами, будто осматривал с высоты мир, который он давно покинул.

Даже воздух вокруг него, казалось, дрожал от жара.

Наверное, только сейчас Кэти на самом деле осознала, что оказалась в мире, полном магии и волшебных существ.

– Кто… это?! – выдохнула она, судорожно вцепившись в руку Злата.

– Впечатляет, да? – чуть грустно улыбнулся Злат. – Он – моё напоминание о том, насколько губительной и горькой может быть любовь, если она бездумна. Он прожил десятки тысяч лет, пока не встретил ту, кто стала его сердцем. И стоило ему обрести счастье, как оно рассыпалось звёздной пылью. Его возлюбленная умерла, а вскоре и он сам.

– Он что?.. – слова застряли у неё в горле.

– Не совсем. Сначала он воспитал наследника. А как только тот, по его мнению, стал достоин трона, нарвался на бой с существом, не уступающим ему по мощи. И проиграл. После чего потратил последние силы на то, чтобы прилететь на самую высокую гору, ближе к небу и к той, кого любил, и сжёг себя собственным пламенем.

– От чего она умерла?

– Она была особым существом, не из этого мира. Когда рожала первого ребёнка, отдала ему половину своей силы. А после второго сил для себя уже не осталось.

– Тогда зачем?

– Выбор? Судьба? Кто разберёт. Говорят, если бы её партнёр был таким же, как она, то она бы выжила. Но вышло так, как вышло.

– C'est La Vie…

– Именно. Такова жизнь. Даже для тех, кого почитают богами.

– Интересно, каким он был?

– Огромным. Чёрным. Величественным и ужасным одновременно. И в драконьем обличии, и в человеческом.

– Ты видел его?

– Да. Мой отец служил ему. Я должен был служить его сыну.

– А ты?

– А я стал другом. Он был не очень этому рад.

– Друг или его отец? – улыбнулась Кэти.

Злат рассмеялся.

– Возможно, оба. Сложно судить, когда любимое выражение лица обоих так и кричит о том, как их всё достало. Но знаешь… в каком-то смысле он помог нам, умерев именно здесь. Как бы жестоко это ни звучало. Пусть от него остались только кости, но магия в них всё ещё тлеет. Благодаря ней нам проще сдерживать существо, заточенное под горой.

– Что? О чём ты?

– Тебе не о чем волноваться. Оно спит уже очень давно и было там даже раньше, чем вылупился из яйца первый потомок Юши-змея.

– Не боишься, что оно однажды проснётся?

– Вот когда проснётся, тогда и буду бояться. Хотя, думаю, даже тогда я смогу с ним справиться.

– Неужели ты настолько сильный? Насколько я могу судить, ты не такой уж большой, если сравнивать с ним, – кивнула она на скелет.

Весёлый смех вновь отразился от скал.

– Ты же не думаешь, что я тогда показался тебе во всей своей мощи? Среди змей во всём триедином мире больше меня только сам Юша. Но он спит на дне океана, так что его можно не считать. С Горыном я, конечно, по величию не сравняюсь, но рядом с его сыном стою почти наравне.

– И это?..

– Около сотни метров, – сказал он так, будто в этом не было ничего особенного.

– Сколько?! – Кэти едва не подавилась воздухом.

– Неплохо, да? Я даже больше своего отца. Род Великий… и почему это прозвучало так ужасно?!

Спустя минуту до Кэти дошёл смысл его слов, и щёки, уже покрытые морозным румянцем, вспыхнули почти до алого.

– Ты бы не сказал, я бы и не заметила, – укорила она.

– Да, очевидно, лучше было промолчать. Ладно, пока я не наговорил ещё чего-нибудь, давай спускаться. Мы и так засиделись. Как себя чувствуешь?

– Отлично! Намного лучше, чем раньше, – Кэти зашагала следом. – Кстати, как ты меня нашёл? Как узнал, что я здесь?

– Спросил. Ты забыла, что в замковых коридорах все всё слышат? Ждан, мой дворецкий, передал, что ты ушла вниз, а дворцовые змеи потеряли тебя из виду. Я спустился, поспрашивал. Сказали, что видели, как ты пошла к этому тоннелю.

– А внутри? Здесь же столько ходов.

– Нюх, – он легонько постучал по носу. – Я мог бы сразу тебя по нему найти, но для этого пришлось бы обернуться. А я не хотел зря нервировать остальных. Они привыкли видеть меня человеком. Так что обратился уже внутри.

– Так вот почему я тебя не услышала.

– Мгм.

Пару минут они шли молча.

– Ох, вспомнила! Я хотела кое-что спросить.

– Да?

– Та малышка сказала, что однажды случайно забрела в замке в сад с синими цветами, а потом мама её отругала. Я могу его увидеть? Или нельзя?

По лицу Злата скользнуло какое-то странное выражение, но исчезло быстрее, чем Кэти успела его разобрать.

– Что-то не так? Я не должна была спрашивать?

– Нет, всё нормально, – кивнул он. – Я покажу.

Когда они уже стояли у дверей её комнаты, Злат протянул ей свёрток, завёрнутый в перламутровую бумагу.

– Запоздалый подарок в честь твоего прибытия в двадцать первый век. Ничего особенного. Просто телефон, как и обещал. Пусть девочки помогут тебе с ним разобраться.

– А ты?.. – вопрос вылетел раньше, чем Кэти успела его удержать.

– Прости.

Удивительно, насколько искренне каждый раз звучали его извинения. Казалось, что он до глубины души сожалеет о том, что не может помочь ей с такой пустяком.

– Я бы с радостью, но дел сейчас по горло.

– Ничего. Ты меня тоже прости. Из-за моей легкомысленности тебе пришлось бросить дела и искать меня.

– Не извиняйся за это, – Злат аккуратно заправил за ухо выбившуюся прядь её волос. – Ты хотела свободы, которой здесь не так много. Мне и самому иногда хочется сбежать отсюда. В следующий раз просто попроси.

Кэти медленно кивнула.

– Что ж. Хорошего вечера. А мне пора. Я обещал кое-кому ужин.

– Да… хорошего вечера, – выдохнула она, и голос предательски сорвался.

Почему это произошло? Потому что она надышалась морозным воздухом? Или потому, что от ласкового касания что-то в её сердце на мгновение сжалось?

Не желая думать об этом, Кэти торопливо кивнула и скрылась за дверью. Но даже тогда она всё ещё чувствовала фантомное тепло чужих пальцев.

На следующий день Кэти с удивлением обнаружила в общей гостиной уже знакомого мужчину во фраке.

– Доброго утра, леди, – поклонился он.

– Доброго. Что-то случилось?

– Нет-нет, не беспокойтесь. Его светлость велел показать вам Синий сад, и я пришёл, чтобы сопроводить вас.

Далеко идти не пришлось. Он оказался этажом ниже покоев Злата, в самом конце длинного коридора.

– Прежде чем вы войдёте, леди, – сказал дворецкий уже у входа, – позвольте передать просьбу его светлости. Этот сад создан для уединённого отдыха, потому лучше, если как можно меньше людей узнают, что вы здесь бываете. «Пусть это место останется нашей маленькой тайной», – так он изволил выразиться.

Щеки Кэти тронул лёгкий румянец.

«Это уже вторая».

– Также его светлость просил напомнить: не следует в одиночку посещать места, которые могут представлять для вас опасность. Если вы планируете куда-либо отправиться, пожалуйста, известите Медину, Забаву или, с вашего позволения, меня.

Она вдруг спохватилась:

– А я ведь даже не знаю вашего имени!

– Пустое, леди. Меня зовут Ждан.

– Спасибо, Ждан.

– Не за что. Приятного вам отдыха.

Он поклонился и оставил её у двери.

Кэти постояла пару секунд, собираясь с духом, и толкнула белую дверь.

Её тут же обдал влажный, тёплый воздух, полный ароматов цветущих трав. Буйная зелень пестрела оттенками синего и зелёного, перекликаясь с колоннами из лазурного мрамора, мощёные светлым камнем дорожки петляли меж цветочных клумб, а потолок поражал своим сходством с настоящим небом.

Не отходя далеко от порога, Кэти достала принадлежности и принялась рисовать. Никогда в жизни она так не жалела, что под рукой нет красок: уголь не мог передать и десятой доли здешнего великолепия.

Этот день и большую часть следующего она бродила по саду, зарисовывая разные его уголки, а пятничным вечером наконец вернулась Медина. Её оживлённое лицо и лучезарная улыбка ясно давали понять: новости будут хорошими.

– Я договорилась! – с порога заявила она. – На цифровую живопись будем ходить вместе, чтобы я могла помогать тебе. А вот на обычное ИЗО пойдёшь без меня, всё же твой уровень повыше будет. Но только если я принесу ей твои работы и докажу, что ты хороша. Набросала что-то за эти дни?

Кэти кивнула, доставая небольшую стопку набросков.

– Отлично. Это точно подойдёт. Ого, Злат показал тебе Синий сад?!

– Да. Была там?

– Раз или два, – отмахнулась она. – Это место не для каждого. Ну да не суть. Главное, что рисунки есть, и они отличные! В общем, занятия у тебя начнутся с декабря, значит, у нас есть чуть больше недели, чтобы научить тебя обращаться с техникой и хоть как-то ориентироваться в современном мире. Можно, конечно, сказать, что ты из деревни, но лучше не надо. Злат купил тебе телефон?

– Да. Принести?

– Давай. Раньше сядем, раньше выйдем.

Вскоре Кэти сидела за барным столом, разглядывая лежащий в руках черный прямоугольник. Маленькое чудо техники, которым пользовались, кажется, абсолютно все, казалось ей чем-то пугающе непонятным.

– Это телефон, это я уже поняла, – неуверенно сказала она, нажав на боковую кнопку. Экран ожил.

– Да, но не просто телефон, а смартфон. Он умеет всё: искать информацию, учить, рисовать…

Кэти кивнула, ощущая лёгкое беспокойство.

– Начнём с самого простого, – спокойно сказала Медина. – Это главный экран. Видишь значки? Так, давай первый…

На следующий день к ним присоединилась Наина, и все выходные девушки провели в разговорах о технологиях XXI века и практических занятиях. Кэти уже меньше нервничала, когда брала в руки смартфон и медленно, но уверенно осваивала время, в котором ей предстояло жить.

Вечером воскресенья довольные проделанной работой наставницы ненадолго ушли, чтобы вернуться с целой горой закусок и парой упаковок пива.