Амур: на два мира

Совещание в каюте наконец-то закончилось, Агнешка с Чеширом вышли на палубу, имея вид непроницаемый и загадочный. Амур демонстративно смотрел на берег, чтобы не выдавать своего интереса. Гуго же такие мелочи не замечал, он уже в нетерпении подпрыгивал у борта – так не терпелось тверду сойти на безопасную землю. Верный оруженосец Чешир залез в капюшон и оттуда спросил, как ни в чем не бывало:

- Мессир, ведьма собралась посетить местный храм, просит её сопроводить

- Само собой! Мы с Гуго сможем за себя постоять, а она все-таки девушка, вдруг хулиганы пристанут? – ответил Амур и подмигнул Агнешке.

Та слабо улыбнулась и закутала лицо платком. Ладья плавно причалила, матросы спустили сходни и принялись разгружать трюм. Капитан Тивас рекомендовал благородным пассажирам портовый трактир с аппетитным названием «Бараний бок», благо этих животных тут специально разводили на мясо в промышленных масштабах. В Колинаре даже присказка ходила «Ты что, с Ландорута?», намекавшая на тупость и упертость человека. Не так обидно, как назвать «бараном», но смысл примерно тот же.

Как и договорились, Агнешка с Чеширом сразу пошли в храм. Довольный Гуго скакал на берегу, разминая конечности, и выглядел сейчас самым счастливым твердом в мире. Матросы даже приостановили разгрузку, наблюдая за столь удивительным зрелищем – бородатый мужик поперек себя шире прыгает на коротких ножках, словно мячик, и вдобавок размахивает тяжеленым молотом, словно тросточкой!

Амур улыбался с тверда, но краем глаза наблюдал за Агнешкой, рядом с которой катился его верный оруженосец. Вот ведь, даже не обернется, стервец, так увлечен разговором с магиней! Дождавшись, когда парочка скроется за домами, виконт Орха спрыгнул с причала на берег и пошел следом.

- Ты куда собрался, э? – перестал скакать тверд. – Подожди меня!

- Гуго, топай в трактир, я скоро буду, у меня дела! – отмахнулся Амур, раздосадованный тем, что не удалось слинять по-тихому.

- Черта с два! Какие у тебя могут быть здесь дела, э? Пока мы не прибыли в Альпу, я за тебя отвечаю. Ты же мне такого коня подарил!

Амур уже понял, что Гуго от него не отвяжется, но рассказывать про свои подозрения в отношении друзей не хотелось. Возможно, в их скрытности и нет никакого криминала? Хорош же он будет, когда окажется, что Чешир с Агнешкой наедине обсуждают, например, последние веяния городской моды, а виконт Орха обвиняет их тут чуть ли не в измене Родине! Нет, сначала нужно аккуратно проследить за ними и убедиться, что его подозрения беспочвенны. По крайней мере, он на это сильно надеялся.

- Эй, любезный! – с дворянской непринужденностью позвал Амур ближайшего матроса, вручил ему монетку и попросил отвести коней на постоялый двор трактира, после чего развернулся к тверду: - Я тревожусь за Агнешку, хочу проследить, чтобы ей ничего не угрожало.

- Ну ты даешь! – удивился Гуго. – Она же магиня и сама может за себя постоять. К тому же с ней Чешир, а это чудо мохнатое кому хочешь глотку перегрызет и не подавится.

- Ты прав. Именно поэтому я хочу проследить за ними скрытно, чтобы не обижать их недоверием. Ты со мной?

- Конечно! Знаешь, как говорят у нас в горах, когда парень так тревожится за девушку, это делает ему честь, но её ставит в неудобное положение, которое разрешается только женитьбой.

- Никогда об этом не думал, - сказал Амур, набирая ход. – Смотри! Вон они!

Парочка шла вдоль по улице, в конце которой виднелся местный храм Сандрогара. Конечно, он не шел ни в какое сравнение со столичным – просто часовня с небольшой жаровней у входа. По улице в обе стороны спешил людской поток, жизнь в портовом городке бурлила, поэтому Амуру с Гуго даже не пришлось прятаться. Они остановились у лотка булочника и купили себе по пирожку с капустой, наблюдая, как Агнешка провела рукой над пламенем из жаровни и вошла в храм. Чешир вкатился следом, проигнорировав очищающий огонь, который вместе со скверной запросто бы очистил его еще и от шерсти.

- Ну что, убедился? Все в порядке? – спросил Гуго. – До трактира здесь рукой подать, пошли уже, э? Жрать хочу так, что кишки позвоночник грызут.

- Я не просил тебя идти со мной, - ответил Амур. – Подождем, когда они выйдут.

Они только доели пирожки, как Агнешка вышла из храма, о чем-то оживленно разговаривая с Чеширом. Лесовик возбужденно подпрыгивал на земле и порывался катиться вниз по улице, но знахарка сдерживала его и показывала рукой в другую сторону. В конце концов Чешир сдался и покатился вслед за Агнией. Шерсть у него топорщилась во все стороны, что выказывало крайнюю степень возмущения.

- Куда это они, э? – спросил Гуго. – Ведь трактир в другой стороне.

- Вот и я хочу это знать, - процедил Амур. – Идем!

Они вышли из центра города, миновали рынок, яркий платок Агнешки маячил впереди. Показалась окраина Ландорута. Неказистые домики уступили место огороженным фермам, где нагуливали диетическое мясцо круторогие бараны. Амур с Гуго остановились в тени ближайшего забора, наблюдая за парочкой, которая шла в сторону дубовой рощи.

- Чего их в лес потянуло, э? – вопросил Гуго. – Решили подышать свежим воздухом?

- Нам бы тоже не помешало, - буркнул Амур, зажимая нос от духовитого амбре фермы. – Пойдем, они уже скрылись за деревьями!

Светило солнце, в роще распевали птицы, прыгая с куста на куст. Амур с Гуго последовали их примеру и, перебегая от дерева к дереву, направились в ту сторону, где скрылась Агнешка с Чеширом. Тверд первым расслышал голоса и хлопнул виконта по плечу. Сравнявшись с травой, они ползком двинулись вперед. Вскоре уже и Амур услышал разговор.

- А я все равно считаю, что мы не должны скрываться от мессира! – заявил Чешир.

- Пожалуйста, не начинай снова, - попросила Агнешка. – Мы уже все обсудили. Если бабушка разрешит, я расскажу Амуру.

- Ведьма, я помогаю тебе только из-за уважения к Юстине! – продолжил ворчать лесовик. – Но это последний раз, когда вы будете обсуждать мессира за его спиной.

Амур сделал большие глаза, Гуго со значением покачал головой. Стараясь не шуметь, они ползком подобрались к поляне, где устроились конспираторы. Агнешка стояла, облокотившись на ствол векового дуба. Недовольный Чешир суетился рядом, чертя веточкой на земле какие-то символы.

Вскоре в глубине затрещало, земля взбугрилась, из неё полезли гибкие корни, сплетаясь в причудливую конструкцию. Лесовик словно дирижер взмахивал веточкой и руководил процессом, сбивая блестящие отростки в единое целое. Через несколько минут на поляне расцвел диковинный бутон. В центре выделялась клейкая от смолы резная шишка, деревянные края окаймляли её раковиной. Чешир закончил колдовать и откатился в сторону, неодобрительно косясь на знахарку. Та же подошла к свитому из корней бутону и постучала согнутым пальцем по шишке, словно пробуя чувствительность микрофона:

- Бабушка, ты дома?

- А где же мне еще быть, внученька? - раздалось через мгновение. – Это ты приключения на свою попоньку ищешь, а я уже все нашла.

Амур подобрал из травы выпавшую челюсть. Это что же, получается здесь и дальняя связь имеется?! Ну да, магия, обычное дело. Но ведь ею владеет Чешир, а лесовик мужского пола! Или на Перворожденных правила не распространяются? И почему Агнешка раньше не рассказывала про магический телефон? В следующий момент Амур понял – почему.

- Бабушка, я получила подтверждение. Амур как-то связан с Древними! Он приказал голему Глоту остановиться и тот ему подчинился.

- Ох, ты ж! Значит, помимо магической сущности он несет в себе наследие Инженеров а добра от Древних не жди.

- Да, и еще он постоянно пьет! Напивается с этим твердом каждый вечер и оправдывает все каким-то стрессом!

На Амура пахнуло чем-то знакомым, но уже несколько подзабытым. Так в том мире его ругала каждая подружка, которая встречалась с ним достаточно долгое время и уже мнила себя чуть ли не женой Казакова. Почему-то девушки считали, что выпить пару бутылочек пива после работы приравнивается к алкоголизму, и всячески отучали его от этой привычки. Но он не терпел тогда подобное насилие над собственной личностью, не потерпит и сейчас!

Амур выдрался из кустов словно лось и прошествовал на поляну:

- О чем это вы тут сплетничаете, дамы, а? Небось меня обсуждаете?!

От неожиданности у Агнешки подкосились ноги, и она плюхнулась в траву. С девушки сейчас можно было писать картину «Знахарка в лесу встретила разбойника». Нет, даже двух – следом за Амуром из кустов выбрался нахмуренный Гуго. Чешир тут же подкатился к ноге мессира и застыл, всем своим видом показывая, что он с названными дамами ничего общего не имеет.

- А я все думаю, когда же наш летун за внучкой проследит? - раздался голос из бутона. – Долго же ты раскачивался! Может поведаешь тогда, милок, что у тебя общего с Древними?

- Ну уж нет, бабушка, лучше вы сначала расскажите, почему от меня скрывали такой замечательный способ связи и беседы за спиной вели разные? – спросил в свою очередь Амур, не желая отдавать инициативу.

- Клянусь Туком, мессир, я давно хотел вам рассказать, но ведьма не давала, - забубнил Чешир.

- С тобой, предатель, я потом разберусь, - отмахнулся виконт Орха.

- А с кем ты, сокол ясный, разговоры вести собрался? – задала резонный вопрос Юстина. – Если надобность такая возникла, спросил бы у балбеса своего мохнатого, он бы тебе и рассказал все про эхол. Ведь только лесовики его вырастить и способны.

Амур грозно посмотрел на верного оруженосца, тот лишь развел короткими лапками:

- Мессир, вы не спрашивали

- А то, что внучка за тебя докладывала, так это я её попросила, раз она домой не вернулась, чертовка этакая, - продолжила Юстина. – Ты явился непонятно откуда и обладаешь многими способностями, причем теперь выясняется, что ко всему прочему еще и с Древними связан. Думаешь, я оставлю тебя без присмотра, а? Мир не переживет нового Рави!

- Бабушка, Амур делал все, чтобы только защитить нас, - наконец-то пришла в себя Агнешка. – И я не думаю, что он способен стать новым архидемоном.

- Да, ты уже говорила это, но мы должны учесть все возможности. Слишком дорого заплатил Колинар за победу в Десятилетней войне.

- А помнишь у Вегсамара новеллу «Пришелец»? - спросила Агнешка, бросив робкий взгляд на Амура. – Что, если туманный скальд предвидел его появление в нашем мире?

- Хм, я об этом не думала, - призналась Юстина. – Новеллу я знаю, но решать однозначно я бы не стала. Вот если виконт Орха найдет в могиле черный меч

- Виконт Орха крайне расстроен вашими шпионскими играми, - заявил Амур. – Могли бы спросить прямо, я бы ответил, что сравнивать меня со всякими гадскими демонами – верх неприличия! Да, и выпиваю я в меру!

- Согласен с парнем, рвать его мать! – вставил Гуго.

- Мистер Скалдвинг, ну вы то куда лезете? - вопросила Юстина из бутона. – Просрали трон и пьете теперь с горя как лошадь, вернее конь, вместо того, чтобы потерянное королевство вернуть.

- И верну! – взвился Гуго и тут же осекся: - Откуда она про трон знает?

- Я не говорил, - покачал головой Амур.

- Вот что, соколики, бабушка старая, многое знает и многое видит, так что прекратите удивляться понапрасну, - посоветовала Юстина. – Раз теперь виконту Орха все известно, думаю, он не будет против, если я иногда буду беседовать с внучкой. Волнуюсь я за неё! А там может и совет какой дельный дам.

- Конечно, гм, болтайте на здоровье, - сказал Амур, чувствуя, как уходит раздражение. – Но я тоже хочу иметь возможность связаться с кем-нибудь!

- Конечно, мессир! Сейчас я вам все расскажу! – пробасил Чешир, радуясь, что можно сменить тему разговора. – Уважаемая Юстина, вы закончили с внучкой сплетничать?

- Закончила, стервец! До свидания всем и удачи! Агния, держи меня в курсе дел, пожалуйста, - попросила старая магиня и голос её дрогнул.

- Конечно, бабушка!

Чешир подскочил к бутону и ловко сорвал шишку. На срезе выступила капелька смолы, деревянные края эхола тут же начали сходиться. Через несколько вздохов бутон превратился в плотный кокон. Лесовик несколько раз взмахнул веточкой, под ногами затрещало, и корни утащили магический телефон в глубь земли – подальше от посторонних глаз.

- Вот и еще один индрик родится благодаря мне, - вымолвил Чешир и торжественно вручил шишку Амуру. – Держите, мессир! Если она задрожит, значит, кто-то хочет поговорить с вами. Просто достаньте её и положите в воду.

- А позвонить по ней я смогу куда-нибудь? – спросил виконт Орха, недоверчиво разглядывая чешуйчатую шишку, похожую на кипарисовую.

- Только я могу вырастить эхол, - признался Чешир. – Ну, или другой лесовик.

- Мда, на телефон это не тянет, простой деревянный пейджер, - решил Амур, убирая шишку в карман. – А что за индрик?

- О, это зверь такой подземный, магический! - распахнул глаза Чешир. – Рождается из кокона эхола, сначала маленький, как мышка, но, если не сожрут кроты, вырастает в огромного зверя Индра, который может даже скалы дробить!

- Вам бы в Альпе такой пригодился, Гуго, - заметил Амур.

- Ха! Говорят, когда Дикий Каменщик закладывал город, он приручил даже несколько таких, - кивнул тот. - Крайд Скалдвинг был великим твердом!

- Прости меня, Амур, - сказала Агнешка, взяв его за руку. – Я не сомневалась в тебе, но бабушка отпустила в Альпу с условием, что буду сообщать о всех происшествиях в дороге.

- Я все понимаю, - кивнул виконт Орха. – Юстина тревожится за тебя, а еще боится, что я могу стать проблемой для королевства. Но передай ей в следующий раз, чтобы не беспокоилась. Мне нужен мир! И желательно весь.

- War gud! Хорошо сказано! – воскликнул Гуго. – Сам придумал или кто подсказал?

Расставляя по местам приготовленные души, Я расписан по часам, и во мне мое оружье. Мертвых слов железный лес, и бессмысленно сраженье, Мы не знаем пораженья –

Нам нужен мир и желательно весь!

Хрупкий камень ляжет в пыль, как огонь ложится в вены. Были - сказка, стали - быль, не помогут ваши стены. В ткани вечности надрез, сталью ставшая страница, Тень, упавшая на лица –

Нам нужен мир и желательно весь!

- Еще один скальд из прежнего мира, - сказал Амур, продекламировав строчки. – Пел эту песню во времена молодости, вспомнилась что-то

- В трактире обычно всегда есть бард, который за пару монет даст тебе попользовать свою лютню. Люблю послушать интересную новеллу, да под хорошую выпивку, мать её так! – признался Гуго, замолчал и покосился на Агнешку.

Та лишь кротко вздохнула. Женское благоразумие временно отступило перед мужской бесшабашностью, чтобы в нужный момент вновь проявить себя в полной мере и добиться желаемого. Как всегда и происходит в любом из миров.

Восстановленная в добрых чувствах компания отправилась в «Бараний бок» дегустировать фирменное мясо заведения под собственную музыку, а в глубине земли треснул и раскрылся кокон эхола. Из него выбрался безглазый зверек с когтистыми лапками, принюхался и начал шустро копать первый в своей жизни тоннель.

В Рутлине, когда знахарка ушла в храм Сандрогара, лесовик даже сам вызвался её сопровождать, хотя его мессир остался в таверне. Не то, чтобы Амур сильно опечалился данным фактом, но зарубку в памяти сделал. Ведь долг каждого оруженосца находиться рядом со своим господином – это даже в Древнем устое записано! Какого черта ты тогда расхаживаешь по городу в компании магини, когда твой сюзерен благородно напивается в компании невоспитанного тверда?

Размышляя над этими странностями, Амур припоминал все больше моментов, когда Агнешка о чем-то шушукалась с Чеширом, но ставить в известность виконта Орха не считала нужным. Вот и сейчас, они как бы случайно уединились в каюте, чтобы подготовиться к спуску на берег. Хотя, чего там готовиться? Гуго вон захватил свою железную Марту, расчесал пятерней волосы, и на этом сборы тверда закончились.

Чтобы отвлечься от параноидальных мыслей, Амур набрал тазик воды и принялся срезать трехдневную щетину опасной бритвой, которая входила в обмундирование каждого королевского гвардейца. Удивительно, но одно лезвие брило ничуть не хуже трех, посрамляя все «жилетты» вместе взятые. Единственно, чего не хватало Амуру на Каларе – это хорошего парфюма. Привык он спрыснуть после бритья свою физию чем-нибудь вкусно пахнущим, но здесь прогресс забуксовал на уровне помазка. В Колинаре люди в основном носили бороды, а утруждали себя бритьем лишь официальные лица, Королевская гвардия и рыцари. Да и то лишь потому, что в шлеме с бородой не удобно и жарко.

Впереди показался берег с несколькими причалами и облепившими склон домиками. В обширной пойме реки паслись бараны с многочисленных ферм. Ландорут был последним городом перед Боранбо, практически окраина, поэтому королевского значения, в отличие от Рутлина, не имел. С севера сюда везли кость, ворвань, меха и кожу, а обратно забирали произведенные в королевстве товары, которые можно было выгодно продать соамам. Полноводная Нелл здесь разливалась настолько, что между Боранбо и Ландорутом курсировали тяжелые баржи, а уж дальше груз подхватывали торговые ладьи.

Совещание в каюте наконец-то закончилось, Агнешка с Чеширом вышли на палубу, имея вид непроницаемый и загадочный. Амур демонстративно смотрел на берег, чтобы не выдавать своего интереса. Гуго же такие мелочи не замечал, он уже в нетерпении подпрыгивал у борта – так не терпелось тверду сойти на безопасную землю. Верный оруженосец Чешир залез в капюшон и оттуда спросил, как ни в чем не бывало:

- Мессир, ведьма собралась посетить местный храм, просит её сопроводить

- Само собой! Мы с Гуго сможем за себя постоять, а она все-таки девушка, вдруг хулиганы пристанут? – ответил Амур и подмигнул Агнешке.

Та слабо улыбнулась и закутала лицо платком. Ладья плавно причалила, матросы спустили сходни и принялись разгружать трюм. Капитан Тивас рекомендовал благородным пассажирам портовый трактир с аппетитным названием «Бараний бок», благо этих животных тут специально разводили на мясо в промышленных масштабах. В Колинаре даже присказка ходила «Ты что, с Ландорута?», намекавшая на тупость и упертость человека. Не так обидно, как назвать «бараном», но смысл примерно тот же.

Как и договорились, Агнешка с Чеширом сразу пошли в храм. Довольный Гуго скакал на берегу, разминая конечности, и выглядел сейчас самым счастливым твердом в мире. Матросы даже приостановили разгрузку, наблюдая за столь удивительным зрелищем – бородатый мужик поперек себя шире прыгает на коротких ножках, словно мячик, и вдобавок размахивает тяжеленым молотом, словно тросточкой!

Амур улыбался с тверда, но краем глаза наблюдал за Агнешкой, рядом с которой катился его верный оруженосец. Вот ведь, даже не обернется, стервец, так увлечен разговором с магиней! Дождавшись, когда парочка скроется за домами, виконт Орха спрыгнул с причала на берег и пошел следом.

- Ты куда собрался, э? – перестал скакать тверд. – Подожди меня!

- Гуго, топай в трактир, я скоро буду, у меня дела! – отмахнулся Амур, раздосадованный тем, что не удалось слинять по-тихому.

- Черта с два! Какие у тебя могут быть здесь дела, э? Пока мы не прибыли в Альпу, я за тебя отвечаю. Ты же мне такого коня подарил!

Амур уже понял, что Гуго от него не отвяжется, но рассказывать про свои подозрения в отношении друзей не хотелось. Возможно, в их скрытности и нет никакого криминала? Хорош же он будет, когда окажется, что Чешир с Агнешкой наедине обсуждают, например, последние веяния городской моды, а виконт Орха обвиняет их тут чуть ли не в измене Родине! Нет, сначала нужно аккуратно проследить за ними и убедиться, что его подозрения беспочвенны. По крайней мере, он на это сильно надеялся.

- Эй, любезный! – с дворянской непринужденностью позвал Амур ближайшего матроса, вручил ему монетку и попросил отвести коней на постоялый двор трактира, после чего развернулся к тверду: - Я тревожусь за Агнешку, хочу проследить, чтобы ей ничего не угрожало.

- Ну ты даешь! – удивился Гуго. – Она же магиня и сама может за себя постоять. К тому же с ней Чешир, а это чудо мохнатое кому хочешь глотку перегрызет и не подавится.

- Ты прав. Именно поэтому я хочу проследить за ними скрытно, чтобы не обижать их недоверием. Ты со мной?

- Конечно! Знаешь, как говорят у нас в горах, когда парень так тревожится за девушку, это делает ему честь, но её ставит в неудобное положение, которое разрешается только женитьбой.

- Никогда об этом не думал, - сказал Амур, набирая ход. – Смотри! Вон они!

Парочка шла вдоль по улице, в конце которой виднелся местный храм Сандрогара. Конечно, он не шел ни в какое сравнение со столичным – просто часовня с небольшой жаровней у входа. По улице в обе стороны спешил людской поток, жизнь в портовом городке бурлила, поэтому Амуру с Гуго даже не пришлось прятаться. Они остановились у лотка булочника и купили себе по пирожку с капустой, наблюдая, как Агнешка провела рукой над пламенем из жаровни и вошла в храм. Чешир вкатился следом, проигнорировав очищающий огонь, который вместе со скверной запросто бы очистил его еще и от шерсти.

- Ну что, убедился? Все в порядке? – спросил Гуго. – До трактира здесь рукой подать, пошли уже, э? Жрать хочу так, что кишки позвоночник грызут.

- Я не просил тебя идти со мной, - ответил Амур. – Подождем, когда они выйдут.

Они только доели пирожки, как Агнешка вышла из храма, о чем-то оживленно разговаривая с Чеширом. Лесовик возбужденно подпрыгивал на земле и порывался катиться вниз по улице, но знахарка сдерживала его и показывала рукой в другую сторону. В конце концов Чешир сдался и покатился вслед за Агнией. Шерсть у него топорщилась во все стороны, что выказывало крайнюю степень возмущения.

- Куда это они, э? – спросил Гуго. – Ведь трактир в другой стороне.

- Вот и я хочу это знать, - процедил Амур. – Идем!

Они вышли из центра города, миновали рынок, яркий платок Агнешки маячил впереди. Показалась окраина Ландорута. Неказистые домики уступили место огороженным фермам, где нагуливали диетическое мясцо круторогие бараны. Амур с Гуго остановились в тени ближайшего забора, наблюдая за парочкой, которая шла в сторону дубовой рощи.

- Чего их в лес потянуло, э? – вопросил Гуго. – Решили подышать свежим воздухом?

- Нам бы тоже не помешало, - буркнул Амур, зажимая нос от духовитого амбре фермы. – Пойдем, они уже скрылись за деревьями!

Светило солнце, в роще распевали птицы, прыгая с куста на куст. Амур с Гуго последовали их примеру и, перебегая от дерева к дереву, направились в ту сторону, где скрылась Агнешка с Чеширом. Тверд первым расслышал голоса и хлопнул виконта по плечу. Сравнявшись с травой, они ползком двинулись вперед. Вскоре уже и Амур услышал разговор.

- А я все равно считаю, что мы не должны скрываться от мессира! – заявил Чешир.

- Пожалуйста, не начинай снова, - попросила Агнешка. – Мы уже все обсудили. Если бабушка разрешит, я расскажу Амуру.

- Ведьма, я помогаю тебе только из-за уважения к Юстине! – продолжил ворчать лесовик. – Но это последний раз, когда вы будете обсуждать мессира за его спиной.

Амур сделал большие глаза, Гуго со значением покачал головой. Стараясь не шуметь, они ползком подобрались к поляне, где устроились конспираторы. Агнешка стояла, облокотившись на ствол векового дуба. Недовольный Чешир суетился рядом, чертя веточкой на земле какие-то символы.

Вскоре в глубине затрещало, земля взбугрилась, из неё полезли гибкие корни, сплетаясь в причудливую конструкцию. Лесовик словно дирижер взмахивал веточкой и руководил процессом, сбивая блестящие отростки в единое целое. Через несколько минут на поляне расцвел диковинный бутон. В центре выделялась клейкая от смолы резная шишка, деревянные края окаймляли её раковиной. Чешир закончил колдовать и откатился в сторону, неодобрительно косясь на знахарку. Та же подошла к свитому из корней бутону и постучала согнутым пальцем по шишке, словно пробуя чувствительность микрофона:

- Бабушка, ты дома?

- А где же мне еще быть, внученька? - раздалось через мгновение. – Это ты приключения на свою попоньку ищешь, а я уже все нашла.

Амур подобрал из травы выпавшую челюсть. Это что же, получается здесь и дальняя связь имеется?! Ну да, магия, обычное дело. Но ведь ею владеет Чешир, а лесовик мужского пола! Или на Перворожденных правила не распространяются? И почему Агнешка раньше не рассказывала про магический телефон? В следующий момент Амур понял – почему.

- Бабушка, я получила подтверждение. Амур как-то связан с Древними! Он приказал голему Глоту остановиться и тот ему подчинился.

- Ох, ты ж! Значит, помимо магической сущности он несет в себе наследие Инженеров а добра от Древних не жди.

- Да, и еще он постоянно пьет! Напивается с этим твердом каждый вечер и оправдывает все каким-то стрессом!

На Амура пахнуло чем-то знакомым, но уже несколько подзабытым. Так в том мире его ругала каждая подружка, которая встречалась с ним достаточно долгое время и уже мнила себя чуть ли не женой Казакова. Почему-то девушки считали, что выпить пару бутылочек пива после работы приравнивается к алкоголизму, и всячески отучали его от этой привычки. Но он не терпел тогда подобное насилие над собственной личностью, не потерпит и сейчас!