Бриллианты в мраморе

Из всех своих детей больше всего она гордилась сыном Николаем - их первенец, не проявляя никаких особых талантов к искусству, с рождения отличался спокойным нравом - почти не плакал, не досаждал родителей и нянь капризами, и мог часами сидеть за уроками, читая только то, что задавали ему учителя. Его не надо было ни о чём просить, увещевать, как других детей - Никола всё охотно делал сам. "Господь послал мне маленького ангела" - радовалась Санни. Когда сын вырос, после домашнего гимназического курса сам, несказанно обрадовав отца, захотел держать экзамен в академию Генерального штаба.

Поначалу всё у них было хорошо, но вот мрачный семейный дом отчего-то все время её тяготил. Они поселились здесь после их медового месяца и сразу, как только Санни перешла порог дворца, где долгие годы до них почти никто не жил, и за ними затворили входные двери, ощутила, будто провалилась в тёмный омут. Как в ней появилось это чувство она не могла объяснить и самой себе, а когда пыталась спросить об этом мужа, он отговаривался срочными делами или списывал всё на её женские капризы - некогда ему было думать о "всяких пустяках" - повелением жёсткого отца он возглавил морское министерство, и всё время проводил теперь на службе или сидя в своём любимом "морском" кабинете. Пришлось ей смириться, но любопытство не дало покоя. В то время ещё были живы, помнящие правление Екатерины II, слуги, и поскольку муж говорил об истории их дворца неохотно, то вскоре через свою доверенную фрейлину ей удалось найти одного пожилого, помнящего события полувековой давности, лакея и кое что у него узнать.