Темные улицы

Алена Сказочница

Темные улицы

Глава 1. Пустырь

Всё началось в обычный день. У Алисы все дни были обычные, похожие один на другой, как две капли воды из проржавевшего крана. С утра — мастерская Марка. Задания. Иногда небольшая реставрация картин, которые, скорее всего, покупали в этой же мастерской до неё. Иногда заказ для интерьера. Такое она брала на дом.

В тот день заказ был на несколько картин. Простенькие городские пейзажи — дома, деревья, серое небо. Она загрунтовала холсты, натянула на подрамники, сложила в переноску и вышла на улицу.

Осенний день был пасмурным, как множество других. Мокрые листья прилипали к подошвам, холодный ветер забирался под воротник, а внушительная сумка-переноска на плече только добавляла тяжести. Алиса отошла от шумного центра. Улицы опустели, в воздухе пахло дымом — мальчишки жгли костры на пустыре. Она затянула пояс пальто, но это не спасло. Ветер лез всюду.И тишина. Гнетущая, неправильная. Только шелест листьев под ногами и отдалённое шуршание колёс по мокрому асфальту. Она взглянула в сторону звука — но там не было ни машины, ни даже следа. Асфальт оставался пустым, влажным, нетронутым.А потом возникло чувство: кто-то стоит сзади и дышит в плечо.Она резко обернулась — никого. Ни рядом, ни вдали. Только холодный воздух, сухие деревья и туман, который медленно сползал между домами, как нечто живое. Алиса наклонила голову, чтобы затянуть шарф, и вдруг почувствовала прикосновение. Кто-то легко, почти невесомо, коснулся её волос.

— Тихо, — прошептало нечто прямо у уха.

Она замерла. Сердце замерло. Повернулась — никого. Но вдалеке, на перекрёстке, смутно угадывалась фигура. Человек? Алиса вгляделась — фигура не двигалась. И стояла как-то неестественно, будто её не держали ноги, а висела в воздухе.

Она ускорила шаг. Не побежала — нет, побег привлекает внимание. Так отец учил в детстве. Шире шаг, ровнее дыхание, не оглядываться. Она оглянулась. Улица была пуста. Фигура исчезла.

Но чувство чужого взгляда не прошло. Оно впивалось в спину, заставляло ускоряться снова и снова. Она не понимала, зачем оборачивается. Казалось, что если сделать это ещё раз — в последний, правильный момент — то увидишь Кого? Что? Она не знала.

Тёмный подъезд встретил запахом сырости и плесени. Алиса нащупала дверь, открыла, шагнула внутрь и привалилась спиной к холодному железу. Сердце колотилось где-то в горле. Она перевела дух. Рука потянулась к выключателю — и в этот момент в комнате что-то шарахнулось, пронеслось к шкафу и затихло под ним.

Алиса зажгла свет. В прихожей никого. В комнате — тоже. Она заглянула под шкаф. Пусто. Только пыль и старый клубок ниток.

«Мышь», — подумала она. — «Сбежала у кого-то из соседей»

Дома она разобрала холсты, но работать не смогла — руки дрожали. Алиса легла на диван, провалилась в тяжёлый сон без сновидений, а проснулась уже в сумерках.

В комнате было темно. Она включила лампу, села за мольберт. Незаконченная картина смотрела с него чёрным переулком и одинокой фигурой женщины. Собственное отражение. Только лица не было — Алиса никак не могла его дописать.

«Почему я всегда рисую их такими?» — подумала она. Но ответа не было. Только шелест под шкафом.

Она отложила кисть, откинулась на спинку стула, разминая затекшую шею. Её небольшая мастерская — заставленная холстами и баночками с красками — казалась единственным местом в этом городе, где можно было дышать свободно. За окном медленно гасли огни. Город жил своей жизнью — шумной, стремительной, равнодушной.

Глухой стук в дверь заставил её замереть.

Она подошла, прильнула к глазку. Темнота. Не просто темнота в подъезде — абсолютная, плотная чернота, будто кто-то закрыл глазок с другой стороны ладонью.

— Кто там?

Тишина.

Алиса ждала. С каждой секундой тишина становилась тяжелее. Ей казалось, что за дверью кто-то стоит и тоже ждёт. Считает её вдохи. Через щель между косяком и дверью тянуло холодом. Холодом, который пах сырой землёй.

Она отошла от двери и вернулась в мастерскую.

Утро застало её за работой. Алиса даже не заметила, как пролетела ночь. Кисть будто двигалась сама, выписывая детали, которых она не планировала. На холсте появились новые тени. Лишние. Она отставила мольберт к стене и подошла к окну.

Густой туман окутал город. Спать уже не имело смысла — через час надо было отвозить заказчику готовые картины. Но сначала кофе. Кафе Дэна находилось по ту сторону пустыря, работало круглосуточно, и там всегда можно было получить горячий напиток и доброе слово. Или хотя бы тишину без преследующих взглядов.

Алиса пошла на кухню, поставила турку на огонь и потянулась за коробкой печенья, которая стояла на верхней полке. Не успела она коснуться картона — коробка сама соскользнула с полки и мягко, почти ласково, легла ей в ладони.

Алиса замерла.

Коробка была холодной. Слишком холодной для того, что всю ночь простояло в тёплой кухне. Она посмотрела на свои руки — они не дрожали. Турка на плите зашипела. Алиса выключила газ, но шипение не прекращалось ещё несколько секунд.

Она не стала открывать кор