Неумолимая. Убежище. Изгой. Комплект из 3 книг

Питер со свистом выдохнул.

– Ничего безумнее в жизни не слышал. – Он тут же склонил голову. – Прости. Я не имел в виду ничего плохого. Просто ни разу не слышал, чтобы в человеке жил демон.

– Вообще-то слышал. Вы знали, что в вампирах тоже живут демоны-паразиты?

Они уставились на меня с тем же ошеломленным выражением лица. Роланд первым обрел дар речи:

– Николас рассказал тебе это?

– Да.

– Должно быть, разговор у вас получился увлекательным.

– Можно и так сказать.

Он провел пальцами по волосам, растрепав их во все стороны.

– Поверить не могу, что ты держала это в себе с прошлой недели. Неудивительно, что ты казалась такой отстраненной.

– Я боялась, что вы примете меня за какого-то выродка. Признайте, что все это очень странно.

Роланд громко засмеялся:

– Мы превращаемся в гигантских волков-мутантов. По-твоему, в этом нет ничего странного?

– Вы не можете сравнивать себя с демонами, – воскликнула я. – Демоны – зло. Из адского измерения.

Его глаза распахнулись, а улыбка спала с лица.

– Ты считаешь себя злом?

– Я не знаю, – честно ответила я. В глубине души я не считала себя плохим человеком, но уже увидела проблески темной стороны. Я не знала, на что способна. Что, если я потеряю контроль над демоном внутри себя? Что, если причиню кому-то еще большую боль, чем Скотту?

– Ты не можешь быть злом, – твердо заявил Питер.

Мне чертовски сильно хотелось поверить ему.

– Почему ты так уверен?

– Потому что я знаю тебя. Ты – хороший человек и никогда не причинишь людям боль, ну, помимо Скотта, хотя некоторые исключения вполне допустимы. Ты ненавидишь задир и всегда присматриваешь за Джеффри в школе. Сильно сомневаюсь, что злому человеку будет до него дело. Знаю, ты любишь Нейта, да и нельзя не заметить, как сильно любила своего отца. Не думаю, что злой человек может так любить. И ты добра к животным. Дядя Брендан говорит, что животные чуют плохих людей, и ни за что не подпустили бы тебя к себе, будь ты злом.

Роланд потянулся, чтобы взять меня за руку.

– Ты не можешь быть злом, кем бы ты ни была. Я думаю, зло – это осознанный выбор, а ты выбрала быть доброй. А демон твой спит, вероятно потому, что ты слишком хороша для него.

Я шмыгнула носом.

– Ты правда так считаешь?

– Да, – уверенно ответил Роланд. – Думаешь, Николас – зло?

– Нет.

Словом «зло» я описала бы Николаса в последнюю очередь. Суровый и прямолинейный, возможно, немного властный. Но также сильный и отважный. Он рисковал собственной жизнью, чтобы спасти меня, и был добр ко мне на причале.

– Я тоже, – к моему удивлению, сказал он. – Мохири, возможно, и высокомерные ублюдки, которые мне не нравятся, но они убивают вампиров. Этот демон, Мори, сам по себе может представлять угрозу, но они контролируют его и используют, чтобы стать хорошими охотниками. – Он указал на себя, а затем на Питера. – Нам пришлось научиться сдерживать внутреннего волка, чтобы тот не взял над нами верх. Не зря ведь существуют пугающие истории про оборотней. Не все они добряки, а иногда даже хорошие теряют контроль.

С моей груди будто бы свалился тяжеленный груз, и впервые за неделю я смогла сделать глубокий вдох. Я нервно рассмеялась.

– Когда ты стал таким мудрым и рассудительным?

Роланд криво мне улыбнулся.

– Эй, я не только красавчик.

Я откинулась на траву, почувствовав огромное облегчение.

– Поверить не могу, что позволила этому морочить мне голову.

– Может быть, в следующий раз, прежде чем изводить себя, ты сначала придешь к нам? – укорил Роланд. – Никогда не бойся довериться нам. И больше никаких секретов, ладно?

Я промолчала. Мое родство с Мохири – лишь один из моих многочисленных секретов. Что подумают обо мне друзья, узнав, что я распространяла желчь троллей на черном рынке? Как отнесутся к моей целительной силе или дружбе с Реми? И что скажут, узнав, зачем я на самом деле ездила тем вечером в «Аттик»?

Наш разговор прервал телефонный звонок.

– О черт! – пробормотал Роланд, вытаскивая телефон. – Я забыл забрать маму. Она оставила машину, чтобы ей починили тормоза.

Мы поспешили к пикапу и направились в город. Всеобщее настроение на обратном пути стало намного легче. Роланд и Питер сравнивали оборотней и Мохири, задаваясь вопросом, стану ли я сильнее и быстрее их, если задействую свою демоническую сущность. Я заявила, что им остается только гадать, потому что я не собиралась спускать его с поводка.

Нейт решил приготовить на ужин тушеную говядину, и я почувствовала исходящие из мультиварки ароматы, как только зашла в квартиру. Я накрыла на стол и потратила целый час на выполнение домашнего задания, пока из своего офиса не выехал Нейт.

– Вкусно пахнет, – объявила я, когда он поставил в духовку замороженные булочки.

Он искоса взглянул на меня.

– Похоже, сегодня у тебя хорошее настроение.

Я усмехнулась.

– Да, а еще я умираю с голода.

После ужина я прибралась на кухне и закончила домашнюю работу. Я ощущала себя такой бодрой и радостной оттого, что впервые за две недели села рисовать. Я уже почти завершила рисунок, когда поняла, что нарисовала Николаса, появляющегося из тени с выставленным впереди мечом, – его лицо было суровым и сердитым, как у мстительного ангела. Я долго всматривалась в лицо на бумаге, не понимая, почему нарисовала его. Он спас мне жизнь, но также служил напоминанием обо всем, что в моей жизни пошло наперекосяк. Я захлопнула альбом и отбросила его на стол. Мне не хотелось портить настроение, думая о Николасе или любых других негативных вещах сегодня вечером.

Я открыла ноутбук, чтобы проверить почту перед сном. Там было одно письмо от Роланда с забавным мультиком про оборотня у дантиста, который рассмешил меня. Я все еще улыбалась, когда зашла на форум.

Пять минут спустя улыбка рассеялась вместе с хорошим настроением. Ранее днем появилось новое обсуждение. «ИЩУ ИВМ». Ледяной узел завязался внутри меня, пока я читала десятки ответов в теме. Большинство из них оказывались шутками и язвительными комментариями, дающими автору поста понять, что он выиграет, скорее, в лотерею, чем найдет ИВМ. Некоторые пользователи причисляли его к легенде. Казалось, никто не воспринимал это всерьез.

Кроме меня.

ИВМ – малоизвестное сокращение, используемое для обозначения желчи троллей. Оно расшифровывалось, как «источник вечной молодости». Никто не упоминал Нью-Гастингс, меня или Мэллоя, но от этого поста по телу пробежали мурашки. Кто-то начал копать.

«Не паникуй». На меня не могли выйти, даже если пост не безосновательный. Сегодня я, в любом случае, ничего не могла с этим сделать. Я открыла новое письмо и отправила короткое сообщению Мэллою. Он рисковал так же сильно, как и я, если кто-то разнюхивал информацию. И у него имелось гораздо больше связей, чем у меня. Он во всем разберется. Надеюсь.

Я захлопнула крышку ноутбука и потерла руками лицо. Когда моя жизнь стала такой чертовски запутанной?

– Не одно, так другое, – простонала я и выключила свет.

Глава 8

«У Джино» была небольшой семейной пиццерией в двух кварталах от школы, которая пользовалась популярностью у школьников, пока в торговом центре не построили фуд-корт и не открыли кинотеатр. Поэтому теперь основными посетителями стали молодые пары и небольшие семьи. Папа Джино, как все его называли, сам готовил соус и тесто, а заведение обрело статус культового в нашем городе. Ни за какие деньги я не предам «У Джино» в пользу крупных сетей пиццерий.

Я ела кусок пиццы с пеперони и наблюдала за входной дверью из своей кабинки. Спустя пять минут взглянула на часы. «Он когда-нибудь приходит вовремя?»

Через минуту дверь открылась и внутрь вразвалочку зашел Мэллой. Он подошел к кассе, купил кусок пиццы и пиво и уселся напротив меня.

– Привет, детка.

– Мэллой.

Он сделал глоток пива.

– Ох, то что нужно после напряженного дня. – Затем он взял кусок пиццы и впился в нее зубами.

Я постучала пальцем по столу.

– Надеюсь, ты был занят тем, чтобы выяснить подробности.

Он выдохнул и положил пиццу на тарелку.

– Даже не дашь человеку поесть? – пожаловался он, вытирая рот бумажной салфеткой. – К твоему сведению, я занимался этим с того момента, как получил письмо. Ты не единственная, кому есть что терять.

Приятно было знать, что он воспринял ситуацию всерьез.

– Так у нас есть повод для беспокойства?

Мэллой отрицательно покачал головой.

– Не думаю. Мой знакомый, компьютерщик, проверил или отследил – или как он там это назвал, – тот аккаунт, с которого опубликовали пост. Говорит, было отправлено из старшей школы Нью-Джерси, и он считает, что это просто дурачится ребенок.

Я облегченно выдохнула.

– Уверен?

– Да. Послушай, детка, я очень серьезно подхожу к бизнесу. Даже если кто-то пытается что-то разнюхать, на меня им не выйти. Во-первых, я почти никогда не веду дела в этом захолустном городишке, а во-вторых, у меня предусмотрена некоторая защита. Это все, что тебе нужно знать.

Я сделала глоток содовой, оставив без внимания оскорбление моего города.

– Ты ведешь дела со мной.

– Я делаю исключения, – ответил он, криво улыбнувшись. – Не могу допустить, чтобы мои лучшие поставщики появлялись в моем городе, где их увидят конкуренты.

То есть я – лучший поставщик? Думаю, это имело смысл, учитывая, что я продала ему несколько недель назад. И это объясняло, почему Мэллой согласился встретиться со мной сегодня лично. Он сказал, что может сообщить все по телефону, но я не собиралась рисковать. Я хотела видеть его лицо, чтобы быть уверенной в том, что он честен со мной.

– Рада слышать, – отозвалась я спокойным голосом, который скрывал бурю эмоций, бушевавшую внутри меня. Я была ходячим клубком нервов, после того как увидела тот пост прошлым вечером.

Мэллой откусил пиццу и запил пивом. Он склонился ко мне через стол.

– Раз уж я здесь. Хотел спросить, не понадобятся ли тебе мои услуги в ближайшее время. С твоей валютой я достану все, что захочешь.

Я скомкала салфетку и бросила ее на объедки пиццы.

– Наверное, нет. Я сейчас на мели.

– А. – Он подмигнул мне. – Ну, если появятся деньги, дай знать.

– Ты узнаешь первым.

По правде говоря, ситуация напугала меня до чертиков и заставила вспомнить, что это – не игра. В этот раз тревога оказалась ложной, но в следующий раз нам может не повезти. Мне придется сказать Реми, что больше нельзя использовать желчь. Это было слишком опасно.

Мэллой закончил есть пиццу.

– Знаешь, здесь не так уж плохо. Нужно запомнить местечко, чтобы вернуться в следующий раз, когда буду в городе. – Он допил пиво и поднялся. – Еще увидимся, детка.

– Сара?

У меня чуть душа не ушла в пятки из-за голоса Роланда позади меня. Мысленно поежившись, я повернулась к нему и заметила, что он с подозрением рассматривал Мэллоя. Меньше всего мне хотелось, чтобы друзья узнали о моих незаконных сделках. Это раскроет очередной ящик Пандоры, с которым я пока не готова была разбираться.

– Привет, – сказала я, пытаясь придумать объяснение тому, почему я обедала с незнакомым мужчиной, который мне в отцы годился.

Роланд подошел ближе.

– Этот мужик достает тебя?

Я рассмеялась, надеясь, что звучала не так виновато, как себя чувствовала.

– Роланд, это Том Мэллой. Он… дядя Грега.

– Дядя Грега? Дядя-байкер?

Роланд с сомнением посмотрел на меня, и не без оснований. Я походила на байкера больше, чем Мэллой.

Мэллой рассмеялся и помахал руками вверх-вниз вдоль своего короткого тела.

– Из всех мотоциклов мне подходят лишь скутеры, а они не слишком-то брутальны, если ты понимаешь, о чем я. – Он поправил пальто и засунул руки в карманы. – Лучше пойду. Женушка, вероятно, совсем потеряла меня.

Роланд нахмурился, когда я поднялась на ноги.

– Он мне не нравится. Он похож на наркоторговца или чего похуже. Чего он хотел?

– Он ничего не хотел. Остановился, чтобы поболтать.

– А что ты вообще здесь делаешь одна?

Я пожала плечами.

– Соскучилась по «У Джино». – В любом случае, эта часть была правдой. – Ты тоже?

Роланд ухмыльнулся и приподнял большую коробку с пиццей.

– Ужин. У мамы ночная смена.

Джудит работала сиделкой в доме престарелых Святой Анны, а ее смены менялись каждые два дня. Но не то чтобы Роланд нуждался в поводе, чтобы съесть пиццу.

– Пошли. Подвезу до дома.

По пути к машине мой взгляд упал на блондина, одиноко сидящего за столиком перед кофейней на противоположной стороне улицы. Наши взгляды ненадолго встретились, прежде чем он отвернулся, а меня охватило странное ощущение, будто я его откуда-то знаю. Очень сомнительно. Даже отсюда я могла сказать, что он горяч, и точно бы не забыла настолько великолепного парня…

– Не может быть!

– Что случилось? – спросил Роланд, но я уже переходила улицу, направляясь прямо к блондину, который с легким интересом наблюдал за моим приближением.

– По-моему, я ясно дала понять, что не хочу иметь с вами ничего общего.

Он посмотрел на меня своими потрясающими темно-зелеными глазами, какие я никогда ни встречала раньше.

– Простите?

– Пожалуйста, не оскорбляй мой интеллект. – Я фыркнула от его невинной улыбки. – Крис, верно?

Его лицо едва ли выдало удивление. Я видела его меньше минуты тем вечером в «Аттике», но у меня была хорошая память. Да и кто бы забыл такое лицо?

– Где он? – Я просканировала взглядом улицу. – Очевидно, я недостаточно четко выразилась, и нам нужно кое-что прояснить.

– Сара, кто это? – спросил из-за моей спины Роланд.

– Видимо, один из моих давно потерянных кузенов или что-то вроде того, – с жаром ответила я, не отрывая взгляда от блондина Мохири. Губы блондина слегка изогнулись в усмешке, а Роланд резко втянул в себя воздух, но у меня были дела поважнее, нежели древняя вражда между оборотнями и Мохири.

– Мисс Грей, нет необходимости…

– Не надо мне тут любезностей. Он где-то здесь, или просто прислал тебя шпионить за мной?

Я скрестила руки на груди и посмотрела на него. Возможно, он и не заслужил моего гнева, но человека, на которого я по-настоящему злилась, здесь не было, чтобы кричать на него. Я пережила одну из худших недель в своей жизни, и все наконец-то начало налаживаться. Поэтому я не позволю этим людям взять и все разрушить.

Крис улыбнулся мне, показав две смехотворно милые ямочки на щеках, и в нескольких шагах от нас официантка уронила пустую чашку, которую убрала со стола. Она, покраснев, пробормотала извинение и поспешила зайти внутрь.

Я бросила на него сердитый взгляд, отказываясь поддаваться его обаянию.

– Ясно, – пробормотал он, едва заметно кивнув, будто разгадал загадку.

– Что ясно?

Проигнорировав мой вопрос, он вытащил мобильный телефон, набрал номер и протянул его мне. Я поколебалась пару секунд, но все же взяла телефон и поднесла его к уху.

– Как дела, Крис? – произнес знакомый голос на другом конце провода.

– Отличный вопрос, – резко ответила я.

– А я говорил Крису, что ты его узнаешь, если он подберется ближе.

Неужели я услышала в его голосе веселье?

– Супер. Ты выиграл пари. Купи ему пиво или что-нибудь еще. – Я взглянула на Криса: он явно наслаждался происходящим.

– Я думала, мы поняли друг друга, когда ты уехал отсюда на прошлой неделе.

– И что мы поняли?

Я стиснула зубы.

– Ты идешь своей дорогой, а я – своей, и мы живем долго и счастливо.

– Что-то я не припоминаю такого соглашения, – ответил он в свойственной ему раздражающе непосредственной манере. – Кажется, я сказал тебе, что мы еще увидимся.

Я открыла рот, но слова так и не сорвались с губ. Люди постоянно говорят «Еще увидимся», когда прощаются. И это никогда ничего не значит. Уж точно не означает, что они отправят своих друзей следить за тобой.

– Сара?

– Чего ты хочешь от меня, Николас? Я уже сказала, что хочу, чтобы меня оставили в покое.

Повисла недолгая тишина, а затем на другом конце раздался тихий вздох.

– Нам сообщили о повышенной активности вампиров в Портленде, и есть основания полагать, что тот вампир разыскивает тебя.

Как будто холодное дыхание коснулось моей шеи. Лицо Илая промелькнуло перед глазами, и у меня подкосились коленки.

Роланд подошел ближе.

– Что происходит, Сара? Что он сказал?

Я слабо улыбнулась и выставила руку вперед, дав ему понять, что расскажу все после окончания разговора.

– Я никого не знаю в Портленде, поэтому он не сможет отследить меня, верно?

– На человека можно выйти разными способами. – Голос Николаса ожесточился. – Не волнуйся. Мы защитим тебя. Крис останется рядом, пока мы не разберемся с этой ситуацией.

Отлично, и я снова стала «ситуацией».

– Мне не нужна нянька. Я не ребенок.

– Нет, не ребенок, – сухо отозвался он, и по телу растеклось тепло. – Но и не воин. Наш долг – защищать тебя, даже если ты не желаешь нашего покровительства.

Мне захотелось топнуть ногой, как двухлетний ребенок. У меня вообще было право выбора? Мой взгляд упал на Криса, когда я заговорила:

– Как близко он планирует держаться? Он очень выделяется, а я не могу допустить, чтобы мой дядя и другие люди задавали лишние вопросы.

Крис в замешательстве опустил взгляд на свои облегающие синие джинсы и черный свитер, а Николас спросил:

– Выделяется?

Я посмотрела на небо.

– Слушай, если вы, ребята, хотели слиться с толпой, то не стоило присылать сюда мистера Ямочки. Некоторые женщины так на него пялятся, что защищать его, в итоге, придется мне.

На другом конце раздался кашель, и Николас продолжил говорить с улыбкой в голосе.

– Я уверен, что Крис сможет о себе позаботиться. Он будет в городе на случай, если мы заподозрим неладное.

– Ладно, – с грустью ответила я. – Но как только все уладится, возвращайтесь домой, чтобы я могла вернуться к подобию нормальной жизни.

Не дождавшись его ответа, я пихнула телефон в Криса и повернулась к Роланду.

– Идем. Объясню по дороге.

Мы сели в машину, и я пересказала ему разговор с Николасом. Лицо Роланда омрачилось, когда я заявила, что Николас беспокоится, что Илай попытается выследить меня.

– Он будет самым тупым вампиром на всем белом свете, если заявится сюда, – уверенно заявил Роланд. – Это территория оборотней, и вампы не станут связываться с нами без лишнего повода, особенно на нашей родной земле. Я удивлен, что они до сих пор в Портленде, учитывая наших патрульных.

– Думаешь, Николас паникует?

– По словам Максвелла, Мохири очень щепетильны и любят со всем разбираться самостоятельно. Они не успокоятся и не поверят нам на слово, что здесь безопасно.

– Ну, а я не хочу, чтобы они ошивались тут. – Я застонала, испытав вспышку жалости к себе. – Я пытаюсь оставить все в прошлом.

Роланд припарковал пикап за машиной Нейта.

– Просто забей на них, – посоветовал друг, когда я открыла дверцу. – Кроме того, нам не повредит то, что они пару дней порыскают в округе.

– Легко тебе говорить. Не ты здесь на коротком поводке.

– Ага, поверь мне, в этом нет ничего веселого.

Он издал вой, и мы разразились смехом. Вытерев слезы, я вышла из машины и подошла к нему.

– Эй, давай займемся чем-нибудь в субботу, – предложил он. – Погуляем, повеселимся и забудем обо всем.

– Ладно, но в этот раз без вампиров.

– Даже из города выезжать не будем. – Он начал сдавать назад.

– Я узнаю, что будет в субботу, и дам тебе знать. Улыбнись. Это будет эпично.

Я забралась в пикап Роланда и втиснулась между ним и Питером.

– И куда мы направляемся?

– Мы сузили список вариантов до двух, так что тебе выбирать, – сообщил Роланд, пока мы ехали вдоль береговой линии. – Вечеринка дома у Делла Мэддена или вечеринка на маяке с группой Дилана.

– Значит, вечеринка или… вечеринка. – Я поднесла палец к губам. – И что же выбрать?

– Ну, ты говорила, что хочешь повеселиться.

– Ладно, едем на вечеринку на маяке.

Я знала Дилана куда лучше, чем Делла Мэддена. И на улице будет не так тесно.

Заросшая парковка у маяка была уже наполовину заставлена машинами, когда мы подъехали. Делл Мэдден выбрал неподходящий вечер для своей вечеринки, учитывая, что все, казалось, съезжались на тусовку Дилана.

Перед маяком был припаркован белый фургон, принадлежащий одному из друзей Дилана по группе. Были подключены две большие колонки, из которых вовсю орала музыка. Кто-то притащил целую кучу светильников на солнечных батареях и фонариков на батарейках и расставил их перед маяком, а на пляже у отвесной скалы компания парней разводила костер. Куда бы я ни посмотрела, повсюду стояли заполненные льдом холодильники.

Роланд полез за сиденье и достал упаковку из шести банок пива. Я вскинула бровь, и он улыбнулся в ответ, бросив ключи Питеру.

– Сегодня трезвый водитель – Пит.

Питер убрал ключи в карман.

– Моя очередь, – угрюмо пояснил он.

– Ну, если Роланд научит меня водить и я получу права, то в следующий раз сможете назначать трезвым водителем меня. – Тем более что выпивала я нечасто.

– Отличная идея! – Питер радостно закричал и дал пять Роланду.

Я покачала головой и последовала за ними к небольшой компании, стоящей около фургона.

Дилан одарил меня глуповатой улыбкой, и его карие глаза блеснули.

– Сара, за две недели я вижу тебя уже второй раз. Начинаю подозревать, что ты в меня втюрилась.

Я театрально вздохнула в ответ рыжеволосому парню.

– Ты ведь знаешь меня, я полна желания и всего такого.

Все рассмеялись, и Дилан представил меня остальными членам своей группы и их девушкам. Казалось, они хорошо знали Роланда и Питера. Барабанщик – блондин с длинными и вьющимися волосами, похожий на серфера, – улыбнулся, пожав мне руку, и предложил пиво. Я отрицательно покачала головой, сказав, что, возможно, выпью позже.

– Кажется, я видел тебя в «Аттике», когда мы играли там последний раз, – заметил Самсон, открывая банку пива.

– Да.

Я улыбнулась, хотя от упоминания того вечера внутри меня скрутился узел. Слушать соло Самсона оказалось последним проявлением нормальной жизни, прежде чем весь мир вокруг меня полетел к чертям. Решив оставить ту ночь в прошлом, я сказала:

– Вы, ребята, были круты. Намного лучше, чем попытки Дилана читать рэп.

– Эй, не придирайся! – запротестовал Дилан с наигранным возмущением.

Самсон рассмеялся, и это преобразило его лицо.

– Не нравится рэп?

– Сара тащится по старью, классическому року, – сообщил им Роланд. – Держу пари, она может назвать все альбомы Карли Саймон.

– Кто такая Карли Саймон? – поинтересовалась высокая брюнетка, девушка по имени Бет. Парни прыснули от смеха, а я старалась сохранить невозмутимый вид, объясняя Бет, кто такая Карли Саймон.

Роланд убрал свое пиво в холодильник Дилана, взяв себе одну банку.

– Пошли. Посмотрим, кто тут есть.

Многих ребят, знавшихся с Роландом и Питером, я видела впервые. Товарищи Дилана из группы учились в другой школе, а большая часть собравшихся была как раз таки оттуда. Но я все же заметила несколько знакомых лиц из школы Святого Патрика, и они явно были удивлены видеть меня на вечеринке. Нет, я не была затворницей. Я ходила на вечеринки и веселилась, просто не так часто, как остальные.

Учитывая то количество девчонок, которые подходили к нам, Роланд пользовался популярностью даже за пределами нашей школы. Некоторые девушки откровенно флиртовали с ним, а другие, что уже попытали счастья с ним, старались вести себя как можно более непринужденно в надежде, что он вновь обратит на них внимание. Иногда их попытки поймать его взгляд казались для меня просто смехотворными, и мне хотелось попросить их перестать выставлять себя идиотками. Если я когда-нибудь настолько сильно помешаюсь на парне, пусть кто-нибудь даст мне оплеуху и вобьет хоть немного здравого смысла в меня.

Мне стало жаль одну из девушек, которая выдавила из себя улыбку, когда Роланд поздоровался с ней. Кэссиди Даунс – последнее завоевание, с которой встречался Роланд до начала учебного года, – смотрела на него таким взглядом, который буквально кричал «Что я сделала не так?», отчего мне захотелось врезать своему лучшему другу. Пока Роланд заигрывал с другими девчонками, высокая брюнетка откинула волосы назад и старалась выглядеть безучастной, но в ее глазах читалась обида. Мы с Кэссиди не были друзьями, но я не могла смотреть, как кто-то страдает, поэтому отвела Роланда в сторону.

– Хватит быть придурком, – отругала его, когда мы оказались за пределами слышимости.