Вдали от двух столиц

– Что ты запомнил о нашей первой встрече? – и отстранилась от меня.

– Смотря какую считать первой. А ты от какой считаешь? – я немного растерялся.

– Эй, не шути так, вредный! Я про встречу, когда мы увиделись не в кафе! – она шлепнула меня по ноге.

– А я думал, не спросишь … Помню, ты пришла на встречу раньше меня и я подумал, что это даже странно. Ты сказала, «всего на пару минут раньше», я запомнил. В сквере с фонтаном в центре. Всё по традиции этого города, в общем. На тебе были синие джинсы, серый пиджак, сумка лежала на скамейке. И два кофе ещё было, из твоего кафе. Наверное, ты решила, что так будет более привычно, комфортно, что ли… Ну, или просто хотела меня подкупить, тебе ведь тогда нужна была помощь адвоката?

– Ты… такие мелочи подмечаешь… А я… Я всё это выдумала тогда. Чтобы с тобой увидеться. Просто не знала, что придумать лучше.

– И об этом я тоже тогда успел подумать – усмехнулся я.

– Смотрю, тебя не проведешь – она шагнула ко мне и начала расстёгивать мою рубашку…

– Смотрю, ты так серьезно и быстро намерена меня переиграть… Ай, щекотно…

***

Глава 5

Глава 5

Неспешно прогуливаясь среди фонарей и туристов, практически не глядя под ноги, чтобы не споткнуться о неровности гранитных и бетонных плит, которыми заполнены тротуары центра города, я потягивал невероятно крепкий ароматный кофе, взятый в кондитерской лавке за углом. Через полчаса нужно явиться в паб, на встречу с Кириллом, как мы и условились. Между тем, мои мысли, прежде всего, занимало недавнее примирение с Алёной. А может, лишь перемирие…

"Занятно, до настоящего момента эта мысль меня не посещала".

… Было ли в ней на самом деле то, что мне требуется от женщины, чтобы она была мне действительно нужна? Или же я просто в своем воображении наделил нужными качествами наиболее подходящую из всех моих знакомых, чтобы попросту реализовать свои нераскрытые желания, переживания и прочее? Ответа, даже для самого себя, у меня не было. Теперь не было. Или же я просто боялся признаться самому себе в очевидном? Но разве не в этом и кроется истинный смысл того, что все мы, по некоей навязанной нам схеме, называем любовью? И выстраиваем себе жизнь, опираясь каждый на собственные желания, на образы, сформированные с рождения? Не это ли и есть собирательный образ в виде этого, якобы универсального слова? И каждый понимает это слово по-своему.

"Слово, значит, есть, а любви, как таковой, нет? А вот с этого момента становится по– настоящему интересно".

Так или иначе, свои рассуждения в более-менее доступной форме я высказал Кириллу при встрече за бокалом пива в пабе, куда он, как примерный семьянин, практически никогда не отказывался заглянуть, или, возможно, сбежать на один час в неделю от своего семейного счастья и домашнего уюта. Он выслушал меня, не перебивая и даже не ухмыляясь, чего я не мог не заметить, при всём объеме информации, изложенной ему за короткое время.

– А ты как хотел? Конечно, всё так. В общих чертах. Это как с твоим пониманием справедливости, а оно ведь у каждого своё, разве нет? – задал он очередной риторический вопрос, глядя на меня.

– И это мне говорит человек, счастливо женатый много лет – спокойно возразил я.

– Счастливо? Это как посмотреть. – Кирилл подвинулся вперёд и положил руки на стол, словно школьник за партой, глядя перед собой мимо меня. – Если бы я тогда не женился, то, наверное, к настоящему моменту давно стал бы закоренелым холостяком и женоненавистником. – задумчиво произнёс он.

– А так ты просто женоненавистник? – сдерживая саркастический смех, переспросил я.

– Ну, вполне мог бы! – посмеялся он в ответ. – Учитывая, что я видел и знаю за многие годы. От разных семей, друзей, коллег и прочих знакомых.

– Все мы не идеальны, это понятно, у каждого свои особенности, но что, собственно, не так? – уточнил я, понимая, что не слежу за его мыслью.

Кирилл замолчал, задумавшись. Взяв свой бокал, он выпил не меньше половины. Затем продолжил:

– Как сказать… Начнём с того, что все ругаются, так, или иначе. По разным поводам, в основном, по мелочам. Тут главное – не доказать что-то, а, наоборот, смягчить, что ли. Кричать, пускать пену, стучать кулаком – это самое простое. Но лишь со временем понимаешь, что это не работает. Иначе надо.

– Ага… То есть, мягше и ширше, как в фильме говорилось? – похоже, сегодня моя саркастическая ухмылка была как основное блюдо и начинала мне мешать.

– Моя, вот, много фигни всякой творит – видимо, не слыша меня, продолжил Кирилл. – Я поначалу возмущался, доказывал, пытался воспитывать, строить, как некоторые любят говорить, а затем махнул рукой на всё.

– В тот момент, видимо, ты переосмыслил ситуацию? – я немного склонил голову и прищурился, словно в прокуренной комнате допрашиваю кого-то. Не хватало только лампы, направленной в глаза.

Кирилл пожал плечами:

– Я подумал: а ведь и она тоже много на что закрывает глаза, молчит. Молчит реже, конечно – он ухмыльнулся, но тут же грустно вздохнул.

– Вот такая она, бесконечность семейного счастья. Или безысходность? – не удержался я от язвительного замечания и поднял бокал, словно только что сказал тост.

Кирилл лишь снова молча вздохнул и, вслед за мной, снова приложился к бокалу, опустошив его.

– Ещё пива хочу! – выдохнул он, расслабленно раскинувшись на диване.

Зал паба понемногу заполнялся гостями. Публика была, в основном, средних лет, некоторые приходили не только компаниями, но и семьями, скорее, на ужин, чем просто выпить. Шумных компаний сегодня не было, все проводили свой вечер довольно тихо,

Мы выпили ещё.

Словно вспомнив что-то важное, Кирилл перевел взгляд на меня. Я приготовился слушать:

– Была у меня одна знакомая. Она и сейчас есть, но не об этом я. Так вот: мы вместе работали какое-то время. Она, так сказать, входила в доверие: сотрудничала всячески, нередко просила меня о помощи, так, по мелочи. Но, насколько мне известно, личность той дамы была довольно гадкая. Многих, с кем работала, она попросту кинула на деньги. С некоторыми водила дружбу и прочее; с теми, с кем выгоднее – спала иногда, по мере надобности, ну и так далее. Муж когда-то у неё был, но пил, избивал. С её слов сейчас говорю. Вывод какой напрашивается? Видимо, большинство женщин не в состоянии сделать адекватный выбор мужа, партнёра и так далее.

– Сравниваешь… Ну, тебе всё просто, в чёрно-белом цвете: здесь друзья, там враги. Тебе, как семейному человеку, меня, наверное, можно понять, но лишь со стороны. Как говорится, сытый голодному не товарищ?

– Завидуешь? Хм, может и так. Но не скрою, что иногда действительно предметом зависти белой становится то, что у тебя однозначно больше времени на себя и свои потребности, развлечения, и прочие причуды, если хочешь. Не пойми меня неправильно, но… Ты всегда был сам по себе. Самодостаточный, пусть мне и не очень нравится это модное слово. А значит, про большинство женщин можно сказать, что она тебе не пара. Но почему? Либо не твой уровень, либо тебе попросту неинтересна. Что, в общем, одно и то же. Так ведь?

Вопрос оказался риторическим. По крайней мере ответа на него Кирилл не ждал. Он, задумавшись, осмотрелся по сторонам, словно разгадывая ...... Затем, словно заглянув в некий колодец, посмотрел в свой бокал, осушил его в два больших глотка и аккуратно поставил на стол.

Ты – одиночка. – продолжил Кирилл. И она, Алёна твоя – тоже. И если ты весь такой из себя замечательный, то и встречаются тебе, с позволения сказать, всякие… Недоразумения… Но, как говорится, во вселенной есть баланс. Без него никак. Отсюда и твои … Как бы… Сложности… Вот и получается, что выбор твой выпадает не на тех, на кого следовало бы

– Да уж… За баланс!

Глава 6

Глава 6

Сообщение

Добравшись до квартиры Таньки, после недолгих приветствий и объяснений, подруги перебрались на балкон. Продолжать летний вечер практически под открытым небом, за небольшим столиком, который муж Таньки накрыл заранее по её звонку, было явно комфортнее, чем в шумном заведении в центре города. Во всяком случае, Таньке удалось разговорить Алёну практически обо всём, что происходило с той в последнее время.

Через полчаса Танька, по её мнению, была настолько же близка к разгадке смысла жизни Алёны, насколько далека от трезвости. Глядя куда-то вдаль, будто насквозь подруги, Танька, не стесняясь, рассуждала:

– А ничего так, с двумя мужчинами встречаться! Столько бонусов: встречи, ужины всякие в разных местах, приглашения в театр, цветы тоже нередко, ну и так, по мелочи, подарки иногда… Ничего не забыла? А, точно! Даже на море пару раз успела слетать!

– Не похоже, чтоб ты сейчас радовалась за меня… – Алёна смотрела на Таньку пустым взглядом.

– Сколько счастья сразу, ну и дела! – не унималась хмельная Танька. – Работать, наверное, некогда? Да что и говорить! На одних ужинах и обедах столько сэкономить, это ж немалая выгода, если посчитать! Блин, да если б я заранее так прикидывала, то и машину бы купила, как и ты, сейчас, а может и пораньше!

– Да поняла я: ты завидуешь. – Алёне явно переставал нравиться сегодняшний вечер, но виду пока старалась не подавать.

– Чему завидую? Тому, что ты мозги отключила? И долго ты так собираешься, одним днём жить? – Танька с вызовом смотрела на Алёну, словно хотела сейчас её побить.

– Да что ты хочешь-то от меня?! – раздражённо перебила её Алёна.

–Да так, ничего, – Танька развела руками. – Мужик твой, любовничек женатый, кстати, тоже ничего не хочет. Почти. Кроме эскорта на море, да и здесь, по желанию иногда.

– Он не женатый – возразила Алёна, встряхнув головой, изображая гордость.

–А, ну да: он разведённый. Дважды, если что. – Танька кивала, как будто игрушечная автомобильная собачка. – Надо же, как тебе повезло!

– Я смотрю по ощущениям! И мне комфортно, если что! – всё ещё пыталась отчаянно возражать Алёна.

– Так ты что же, думаешь, сможешь его контролировать? Серьёзно? Контролировать его будут его жены бывшие. С детьми. И деньги его тоже. Причем все деньги. Мужик-то этот, пока может, вволю тратится на свои развлечения. Заметь: свои развлечения. А ты, моя дорогая, где-то там, сбоку: захотел – позвал. Одно из развлечений. По мне, так проституцией попахивает. А ты разве ещё не успела почувствовать этот неуловимый аромат? Да погоди ты слезы лить: это ещё успеешь! – Танька, наконец, выдохнула, завершив свой воспитательный монолог.

Алёна молчала и даже не двигалась. Слёзы, уже наполнившие глаза, начали стекать по щекам.

– Да не смотри так! – Танька даже не пыталась свернуть тему. – Ты же вся такая правильная, а я просто на радостях за тебя напилась и мне всё это кажется? Да только утром я буду трезвая. А ты – как была наивной дурочкой, так и останешься. Не сопи ты так, я всё слышу! И то, что обо мне сейчас думаешь, тоже слышу!

– Всё я тоже слышу – сдавленным шепотом ответила Алёна и потянулась к сигаретам.

– Не мужчина тебе нужен. Не муж, не любовник, не партнёр, как его не называй. А банкомат. И эскорт на вечер. Или на тот же курорт. Иначе говоря – аксессуар. – заключила Танька и тоже закурила.

Несколько минут они молчали, глядя куда-то вдаль, в вечернее небо, вероятно, ожидая, что оттуда, из-за облаков, придёт какой-то ответ, забыв, тем временем, что вопросов никаких и не было.

– Адвокату своему напиши – нарушила молчание Танька, даже не глядя на подругу.

– Зачем? – Алёна повернулась, глядя на Таньку всё ещё мокрыми глазами.

– Затем, что мозги включи и напиши что-нибудь. Благодарить потом будешь. Или не будешь, неважно уже.

Алёна, всхлипывая, всё же послушно взяла смартфон и написала сообщение:

«Привет. Извини, что поздно пишу. Я наконец-то купила машину, как и мечтала. Конечно, не терпелось похвалиться. Так что, если хочешь, можем увидеться на днях. Пиши, звони».

На секунду задумавшись, Алёна добавила смайлик улыбающегося лица и игрушечного автомобиля и показала сообщение Таньке. Та молча кивнула, тоже взяла смартфон и вызвала Алёне такси.