Пророчества Ксении. Тест на жизнь

Из бокового кармана дорожной сумки он достал книгу «Путешествие в вечность» какого-то неизвестного для него иностранного автора. И откуда это? Я такое точно не купил бы. Размышляя, Николай открыл книгу… Книга была прочитана часам к двум ночи, прямо тут, в коридоре, на обувной банкетке, рядом с неразобранной дорожной сумкой. И все-таки, откуда она у меня?.. А… Да, Марина мне дала ее на прощание. Почему книгу? И почему именно эту?

Ее глаза. Эти по-детски, телячьи глаза он не мог забыть. Не мог, наверное, потому, что он их уже видел когда-то раньше. Память упорно не давала ему вспомнить. Что-то неуловимое, вот-вот поймаю… но нет.

К огромному списку задач Николай добавил еще одну: надо найти Марину. Вопросы типа: кому надо, зачем надо, его сейчас не волновали. А вот с чего начать и где искать? Он стал внимательно изучать выходные данные книги. Она вроде переводчик. Вот название издательства. Ага, это в Москве, уже проще. У Сергея, брата, когда-то был журнал, теперь вроде типография, вероятно, найдутся связи с издательствами. Николай понимал, прийти в издательство и спросить Марину-переводчика обыкновенная глупость. Во-первых, он не знал ее фамилии. А во-вторых, даже если бы и знал, вот так прямо и сказали бы человеку с улицы ее телефон.

На следующий день после обеда, Николай заехал к брату.

– О, пропащая душа. Вернулся, наконец.

Радостно приветствовал брат Николая, вставая из-за стола.

– Вернулся и уезжаю завтра опять. У меня к тебе просьба.

– Не может быть. Колька, ты?

Николай сразу как-то и не заметил, что брат был не один. Секретарша в приемной, перезвонив начальству, пригласила войти, и он совсем не ожидал, что в кабинете есть кто-то еще. Он посмотрел на мужчину и старался вспомнить его имя.

– Анатолий? Не может быть. Давно мы не виделись. Как ты? Как семья.

– Да все вроде потихоньку. Дочь выросла, закончила институт, сходила замуж не очень удачно, теперь вся в работе. Моя Татьяна на пенсию вышла, вот теперь и я за ней. Выслуга, задерживаться не стал – выдохся. Как сам? Брат говорит, ты все кочуешь?

Николай улыбнулся.

– Есть такое.

– Ну, может, все-таки, выберешь время – заглянешь. Татьяна будет рада – и, уже обращаясь к Сергею – Не буду мешать родственному общению. Спасибо Серега, заеду на следующей неделе. Удачи вам.

– Садись кочевник – рассказывай. Я не понял утром, по телефону, зачем тебе нужен переводчик – сказал Сергей, когда за Анатолием закрылась дверь – Ты что решил куда-то далеко совсем убежать? От себя не убежишь.

От последних слов Николай слегка поморщился, но сделал вид, что не услышал.

– Понимаешь, мне нужно найти одного переводчика. Ее зовут Марина, а вот фамилию я не знаю. Да не смотри на меня так, мне ее порекомендовали, я хочу перевести диссертацию для конференции. У меня есть название издательства, где она работает, но нет времени – завтра улетаю. Поможешь?

– Диссертация. Издательство. Марина. – Брат широко улыбался. – Ну понятно, рекомендовали… Конечно… А может и к лучшему. Не переживай, найдем прекрасную Марину.

Николай сидел в самолете и держал в руке ее книгу. Почему ее? С чего он решил, что это ее? Но внутренний голос говорил ему: потеряешь книгу – не найдешь ее. Самолет набирал высоту, в Москве оставался брат, который обещал помочь. Николай закрыл глаза и в первый раз, за долгое время, у него появилась причина, чтобы скорее вернуться домой.

Глава 3. Встреча

Марина стояла на набережной канала Грибоедова и любовалась Храмом Спас-на-крови. Чуть прохладное августовское утро с ослепительно ярким солнцем добавляло чувству внутреннего полета еще больший эффект. Одиннадцать месяцев напряженной и увлекательной работы в Питере закончились. Пространство вокруг храма начало заполняться потихоньку туристами, и Марина уже собиралась продолжить свою прощальную прогулку по городу, когда услышала за спиной разговор.

– Вот понимаешь, он прислал мне письмо вчера. Я его еще не читала и не знаю – читать или нет.

– Маруся, ответь сама себе на вопрос: это письмо может изменить твое отношение к нему? Как только честно ответишь – сразу поймешь, что делать.

«Этот голос… очень знакомый…» – подумала Марина и, не очень резко, обернулась назад.

В метрах трех от нее, стояли две девушки. Одна с ярко рыжими, вьющимися волосами задрав голову в небо, казалось, пыталась заглянуть куда-то дальше, туда за храм. Вторая, несколько постарше, смотрела на поверхность воды в канале, которую потревожил первый прогулочный катер. Что-то неуловимо знакомое было в этой девушке постарше, Марина напрягла память.

«Ну конечно, это же та… из аэропорта… кажется, ее зовут…Ксения!» – вспомнила она.

Как будто услышав Марину, Ксения оторвала взгляд от уже почти успокоившейся воды и обернулась в ее сторону. Их глаза встретились.

– А я вас помню, – сказала она, обращаясь к Марине – жуткий дождь в краснодарском аэропорту. Он Вас сильно тогда раздражал.

Марина улыбнулась.

– Странно, что вы меня помните.

– Почему странно? Вы помните меня, я помню вас, тот ливень и задержку рейсов.

Марина помнила ее.

Уже как-то улеглись страсти от той мимолетной встречи с Николаем. Переезд и новая интересная работа почти не оставляли времени на воспоминания. С головой нырнув в интересный проект, она все реже и реже вспоминала о нем, реже плакала от несчастной и мимолетной влюбленности, реже возникало желание все бросить и искать его. Ну, где, где я его буду искать? Что я о нем знаю? Врач из Москвы по имени Николай? Глупо.

А вот о Ксении она вспоминала. Она помнила ее слова, но больше помнила ту интонацию и безапелляционность, с которой они были сказаны. Внутренняя сила и уверенность в голосе тогда Марину больше удивили чем, то, что было сказано.

Марина хотела было напомнить Ксении о тех словах, но та вдруг сказала:

– День только начался, и он будет очень длинным.

Рыжая девушка посмотрела на Марину, потом перевела взгляд на свою спутницу и, рассмеявшись, сказала:

– Ксю, ты как всегда неподражаема. – И уже обращаясь к Марине – Меня зовут Маруся. Наша Ксю, иногда, любит говорить загадками, но никогда не ошибается.

– Просто не всегда есть возможность это проверить, – засмеялась Ксения.

– Интересно, мы с вами еще встретимся? – Марина посмотрела на Ксению.

– Как говорит Ксю: надо только захотеть – улыбаясь, сказала Маруся – Хорошего дня.

– Встретимся. – Сказала Ксения, обняла Марусю, и, весело болтая, они пошли в сторону Михайловского сада.

Марина смотрела им вслед и думала: что же может объединять таких разных людей. Юная, задорная Маруся и спокойная Ксения. Они явно не сестры – слишком разные даже внешне.

Продолжая размышлять о неожиданной встрече, Марина дошла до Невского проспекта и свернула в сторону Фонтанки. Проспект уже наполнялся толпами туристов, со всех сторон звучала многоголосье на разных языках. Она сильно полюбила Петербург за эти одиннадцать месяцев. И в этом красивейшем городе у Марины были свои любимые места. Одно из них, Анечков мост, был в списке прощальной прогулки.

Она уже подходила к мосту, когда зазвонил мобильный телефон. Продолжая свой путь, Марина приняла звонок.

– Привет, подруга. Ты когда в Москву? – затараторила Оксанка, – Ты мне тут так нужна, ну прям, жуть как.

Маринка улыбнулась.

– Окс, скоро буду. Хочу еще пару дней погулять по городу и…

Вдруг она услышала рядом такой родной и знакомый голос:

– Привет.

Марина резко обернулась и увидела его. Оксанка что-то там тараторила в трубку, Марина уже не могла разобрать слова. Казалось, что весь мир вокруг сошелся в одну только точку. Она смотрела на него и не могла понять: это реальность или…

– Окс, я его нашла…

Марина нажала кнопку отбой.

– Это кто еще кого нашел – улыбаясь, сказал Николай.

***

Они сидели на берегу Финского залива и смотрели на линию горизонта. Уже начинало светать.

– А она была права – сказала Марина.

– Кто она и в чем права? – спросил Николай. Нежно обняв ее и чуть запрокинув назад, он окунулся своими глазами в огромные глаза Марины.

– Она – это Ксения, а права она была дважды: когда говорила, что мы встретимся с тобой вновь через год, когда я перестану вспоминать о тебе. И сегодня, когда сказала, что день будет очень длинным. Я как-нибудь расскажу тебе о ней, —сказала Марина и, прикрывая рот рукой, зевнула.

– Кажется, кому-то надо поспать, – улыбаясь, сказал Николай, – Куда тебя отвезти.

Марина улыбнулась и прижалась к нему.

– В настоящее время я бездомная. Ключи от служебной квартиры я сдала утром, мой багаж в камере хранения на Московском вокзале, а в сумочке билет на поезд, который пару часов назад ушел без меня.

– Тогда посмею предложить квартиру моей тетушки. Поехали?

Войдя в квартиру, Марина ощутила себя посетителем музея. Обстановка была причудливо пафосной. В такой квартире должна была бы проживать минимум графиня. На стенах висели картины в тяжелых золоченых рамах, вся мебель была массивной и элегантной, большое количество разных форм и размеров вазы, огромные зеркала и даже камин. Высокие потолки с лепниной и красивые люстры, старые, местами выцветшие обои с причудливыми золотыми вензелями и тяжелые бархатные гардины на окнах со старыми деревянными рамами.

– Ого…

Только и смогла произнести Марина, проходя по комнатам и рассматривая все это сказочное великолепие.

– Причудливо, не находишь? Это квартира моей тетки. Она умерла три года назад и оставила нам с братом вот такое наследство. У нее не было своих детей. Мужей было, только на моей памяти, пять. А уж количество поклонников вообще не поддается исчислению.

В одной из пяти комнат, самой большой и светлой, на стене висел большой портрет. С него смотрела уже не молодая дама, лет так примерно за 70.

– Это она? – спросила Марина, указывая взглядом на портрет.

– Да. Тетушка Софи – так она просила себя называть. Это за год до смерти, очередной поклонник подарил ей на юбилей. Очень неординарная женщина была надо тебе сказать.

– А сколько ей лет тут?

– Восемьдесят пять, – ответил Николай. – Тебе может чаю или кофе? Что-нибудь из еды?

– Честно? – Марина несколько покраснела, – я очень хочу есть, – и улыбнулась.

– Тогда ты тут осмотрись, а я – на кухню.

Марина села на диван напротив картины и стала ее рассматривать.

«Интересно, какая я буду в старости? Мне бы очень хотелось так же красиво стареть». Она закрыла глаза, чтобы представить, какая она будет…

Она опять оказалась в этом длинном коридоре с множеством дверей без ручек. Этот сон снился ей последние несколько лет достаточно часто.

Вот Марина идет по коридору и начинает открывать двери.

Толкнула первую – там бабушка и дедушка сидят за круглым столом и пьют чай. По телевизору идет какой-то старый фильм… Они спорят о правдивости фильма, вспоминают, как в юности бегали смотреть кино в старый сельский клуб, кто кого первый заметил на сельских танцах…

За следующей дверью ее школьная подруга Оксанка старательно выводит левой рукой записку для очередной своей влюбленности. У нее не очень получается, и она протягивает Марине недописанный листок, мол, помоги…

Новая дверь – папа и мама собирают шкаф. Папа ворчит, что не совпадает со списком в инструкции. Мама вдруг вспоминает, что какую-то коробку они оставили у лифта за дверью…

Марина идет дальше. Дверь, открыла – ее одногруппники рисуют стенгазету к выпуску курса.

Следующая дверь – никого нет, но посреди комнаты огромная дорожная сумка ее бывшего мужа. Только вернулся, бросил, где пришлось, шум воды в душе…

Марина оказывается перед последней дверью.

Обычно в этот момент она просыпалась. При пробуждении было чувство сильной тревоги и досады. Ну почему не открыла.

Сейчас она твердо решила для себя открыть эту загадочную дверь. Толкнула рукой… Дверь не открылась. Марина внимательно осмотрела ее и обнаружила дверную ручку, взялась за нее и потянула на себя…

Дверь с легкостью открылась, и на Марину хлынул поток яркого света и тепла… Послышалось пение птиц, воздух вокруг наполнился причудливыми ароматами и среди них был какой-то очень знакомый.

«Знакомый запах, что же это? Так ведь это запах кофе».

Марина открыла глаза. В комнате было темно из-за плотно задернутых гардин, плавно втекали запахи свежесваренного кофе и чего-то жаренного. Она встала и отправилась на запах.

В просторной кухне, Николай что-то жарил у плиты. В ушах у него были наушники и по тому, как он слегка отбивал такт носком правой ноги, Марина поняла, что он слушает музыку. Она тихо подошла сзади и прижалась к его широкой спине.

– С пробуждением принцесса, – Николай вынул наушники и, повернувшись к ней, нежно обнял. – Прости, я вчера не успел – ты заснула. Полотенце в ванной, через 10 минут все будет готово.

– Это ты меня прости. Даже не знаю, как так вышло.

Ванная комната привела Марину в восторг. Большая чугунная ванна, которая по размеру больше напоминала мини бассейн, была украшена витыми золочеными ножками, всю противоположную стену занимало огромное зеркало с причудливыми светильниками в виде ангелочков. В форме большого рога изобилия, уходящего в стену, стояла раковина, а вода вытекала из кувшина маленького ангела, прикрепленного над раковиной.

– Ну и фееричная была у тебя тетушка. Я много видела ванных комнат, но такую – ни разу. – Сказала Марина, заходя на кухню, посвежевшая после водных процедур.

– Да, это была особенная женщина. Какие у тебя планы на сегодня?

– Я не знаю. Нужно купить новый билет, наверное.

Николай услышал грусть в ее голосе.

Весь этот год он не переставал думать о ней. Мечтал, представлял, как найдет, что скажет… Брат помог найти ее в Москве, но выяснилось, что она уехала в Питер. Только вчера рано утром он смог приехать сюда и опять неудача – проект, в котором, как ему сказали, она работала, закончился. И вот эта встреча…

Он стоял и рассматривал скульптуру укротителя коня на Анечковом мосту, когда вдруг услышал за спиной тот самый голос. «Ну, все, схожу с ума». Обернулся. Николай помнил из институтского курса психиатрии, что слуховые и зрительные галлюцинации могут возникать одновременно.

– Привет.

– Окс, я его нашла…

– Это кто еще кого нашел.

А дальше… В порыве, долгий и страстный поцелуй прямо посреди улицы. Мир сузился и вмещал только их двоих. Только сильное желание заглянуть в ее телячьи глаза, смогло оторвать его от этих губ.

Разговор не клеился, да и не было в нем особого смысла. Он утащил ее на прогулочный катер, обнял за плечи и всю экскурсию они так и просидели молча.

– А хочешь, я покажу тебе свой Питер? – спросил он у нее.

– Да.

Он заглянул в ее глаза и понял: что бы сейчас он не спросил или не предложил ответ будет один – ДА.

Николай встал, обойдя стол, подошел к Марине, взял за руку и, утопая в ее глазах, сказал:

– Покупку билета мы пока отложим.

* * *

Они лежали в постели и рассматривали лепнину на потолке.

– Вон там смотри – Марина указывала рукой на дальний правый угол – как маленький котенок. Свернулся и лежит.

– Ага.

Николай смотрел на нее, растрепанную и разрумянившуюся после любви. «Как я мог тогда тебя отпустить? Год просто потерял, болван.» Он перехватил ее руку и прижал к губам. Они сами стали медленно скользить по бархатной коже вверх. Локоть, плечо, шея… губы… К черту этот потолок… Он уже не мог остановиться, не хотел. Целовал, лаская, гладил. Ее тело отзывалось на каждое прикосновение. Она обняла его, и путешествие к центру души с новой силой унесло обоих.

* * *

Несколько дней пролетели как один миг. Большую часть времени они провели в постели, иногда выбираясь в ближайший магазин за продуктами. Даже до камеры хранения на вокзале, где оставались вещи Марины, они так и не добрались.

Марина лежала с закрытыми глазами в причудливой ванне с пеной и слушала музыку. Николай тихо прошел в ванную комнату и присел на коврик рядом. Несколько минут он просто смотрел на нее.

– Мариш.

Она открыла глаза и улыбнулась.

– Так хорошо, что вылезать совсем не хочется. Присоединяйся.

– У меня самолет через 4 часа. Срочно вызвали. Надо ехать. Ключи я оставил на столе. Ты береги себя. Как только приеду в Москву позвоню.

Он нежно поцеловал ее и вышел.

Марина снова закрыла глаза, музыка уже звучала иначе. «Сказка закончилась, надо возвращаться домой.»

Глава 4. Старая знакомая и новые пророчества

Марина вошла в квартиру и окончательно поняла: «Сказка закончилась». Еще стоя у окна отъезжающего поезда, у нее возникло ощущение, что все последние три дня ей приснились.

Одновременно со звуковым оповещением о смс-сообщении, раздался звонок в дверь. Это была Оксана. Подруге не терпелось поделиться новостями и расспросить Марину о причинах задержки в Питере.

– Ну и что ты там делала? Признавайся? – Оксана грациозно скинула туфли в прихожей и пронеслась мимо подруги на кухню с двумя увесистыми шуршащими пакетами.

– Гуляла. – Марина открыла смску, коротко и емко: «ЛЮБЛЮ». Она улыбнулась.

– Ого, плодотворненько, видать, погуляла. – Заглядывая через плечо подруги, и читая сообщение, провозгласила Оксана. – Давай, рассказывай.

– Пока нечего рассказывать. У меня вообще ощущение, что это все сон или мои фантазии.

– Ну, фантазии не шлют смс-ки, да и ты выросла из того возраста, когда сны так заставляли блестеть глаза. Кто он? Откуда? Лучше сама расскажи. Ты же меня знаешь – не отстану. – Оксанка засмеялась.

– О, да. Но сначала объясни, что стряслось? Ты меня забросала сообщениями, но я толком ничего не поняла.

Марина слишком хорошо знала Оксану. Необходимо просто переключить внимание на ее события и вероятность избежать допроса с пристрастием возрастала. Не хотела Марина сейчас рассказывать о Николае. Наверное, боялась расплескать, то чувство счастья, которое испытывала, пусть и не долго.

– Давай, излагай, что такого у тебя тут случилось, что я «жуть, как нужна».

– Мариш, – Оксана, молящими глазами кота из мультика, посмотрела на подругу, – сходи со мной к гадалке.

Марина от неожиданности чуть не выронила турку с кофе из рук.

– Я, конечно, понимаю, что с мужиками у тебя не складывается никак, но это уже перебор. Тратить деньги на это, прости, полная глупость.

– Ну, Мариш, ну пожалуйста. Проверенная тетка, мне про нее коллега рассказывала. Все видит и все может.

– Прямо так все?! – у Марины мелькнула шальная мысль: «Может и мне что скажет». – И когда ты собираешься?

– Я еще не уточняла, тебя ждала. Пойдешь?

Марина выдержала паузу.

– Пошли, а то разведут тебя доверчивую на деньги или еще что хуже подсадят на услуги.

Подруги еще поболтали с полчаса, но их милую беседу прервал телефонный звонок. Марину попросили подъехать в издательство. Оксана стала собираться домой, но в коридоре вдруг вспомнила и спросила:

– Так кто тот секретный автор смс-ки?

– Окс, я пока сама толком не поняла. Обещаю, все тебе обязательно расскажу, как станет понятно.

Из издательства Марина решила сразу поехать к родителям на дачу. Добиралась долго по загруженным будничным дорогам Москвы и, вырвавшись на киевское шоссе, с облегчением выдохнула. «Скоро буду у своих, отвыкла я от Москвы, пробок, да и за рулем давно не сидела».

В Питере она много ходила пешком, изредка спускаясь в подземку, чаще зимой, чтоб согреться. Однажды она попыталась покататься на служебной машине по городу, но плохо ориентировалась в городе и, забыв, что мосты разводят, ночевала в машине. Служебная квартира находилась в том же доме, где и офис. Утром Марине нужно было просто спуститься на два этажа вниз, чтоб оказаться на рабочем месте, а гулять по городу пешком ей нравилось больше.

Марина не стала загонять машину на территорию участка – вдруг понадобиться съездить в ближайший городок за чем-либо. С дороги она не стала звонить родителям, чтобы избежать ненужных ахов – вздохов и вопросов. Навстречу ей, по мощеной дорожке от дома выкатился пушистый клубок, приветствуя звонким лаем. Марина от неожиданности остановилась.

– Чапа, – услышала Марина голос матери из-за дома, – Чапа, кого ты там встречаешь? Мариша …

Мама расплылась в улыбке, увидев дочь, и поспешила ее обнять.

– Откуда такое чудо? – смеясь, спросила Марина, указывая на лохматый клубок, который не переставал лаять несмотря на то, что рядом появилась хозяйка.

– Это твоя маман от подруги привезла. – Ответил отец, выходя из-за огромного куста чубушника, – Здравствуй, дочка.

Марина обняла отца и только теперь поняла, как скучала по родителям.

Как-то так складывалась жизнь, что до замужества родители всегда были рядом. Пару раз, в студенческие годы, Марина оставалась ночевать в компании друзей, но надолго и далеко никогда не уезжала.

Сидя в беседке и разговаривая с родителями, возникало ощущение, что не было последних нескольких лет, не было мужа, работы вдали от дома. Тихая семейная идиллия как когда-то. Два негромких звуковых сигнала возвестивших о поступлении смс- сообщений, оборвали нахлынувшие воспоминания.

«Буду в Москве в среду. Скучаю. Целую.»

«Завтра в 18.00 в районе метро Митино. Созвонимся в обед.»

В тайне надеясь, что ураган «Оксана» передумает, Марина планировала побыть на даче пару дней, но…

* * *

– Как-то страшновато мне. – Вдруг сказала Оксана, когда они с Мариной уже поднимались в лифте на девятый этаж, где назначила встречу гадалка.

– Можем не идти, если боишься.

– Нет, надо. Я решила – значит идем.

В этот момент двери лифта открылись, и Оксана решительным шагом направилась искать квартиру с нужным номером.

Она позвонила в дверной звонок квартиры с табличкой «77». Почти сразу же подруги услышали звук открывающихся замков, дверь распахнулась и Марина увидела знакомое лицо.

«Не может быть… Так не бывает.»

На пороге стояла рыжеволосая улыбчивая Маруся.

– Добрый вечер. Проходите. Ой, вот мы и встретились вновь. Я помню Вас у храма. – Сказала Марине улыбающаяся Маруся.

– Это я даже и не знаю, как сказать… – Марина пыталась подобрать слова, но в голову ничего не приходило.

– Вы же хотели еще раз встретиться – так вот, желание исполнилось. Бойтесь желаний своих. – Раздался голос Ксении откуда-то из глубины квартиры.

Квартира оказалась однокомнатной и самой обычной. Никаких магических атрибутов типа чучел животных и хрустальных шаров не было. В просторной прихожей была вешалка для одежды, обувная тумба и два книжных шкафа, заполненных книгами.

– Проходите Оксана. Маруся, угости нашу старую знакомую кофе, а я побеседую пока с ее подругой. – Раздался голос Ксении из комнаты.

Оксана с опаской заглянула в комнату, кивнула, прошла и закрыла за собой дверь.

– Пойдемте, меня сегодня Ксю попросила зайти и по дороге купить кофе в зернах. Сказала, что сегодня будут гости, которые не пьют растворимый и обязательно нужен натуральный.

– Странно, моя подруга не говорила, что придет не одна и откуда Ксения знает, что я пью только натуральный кофе? – сказала Марина, проходя за Марусей на кухню и присаживаясь у стола на табуретку.

– Просто вы ее еще мало знаете, а мы с ней знакомы уже очень много лет, лет двадцать пять… – Маруся задумалась, – да, точно, даже больше. Мне было лет пять. Я уже привыкла, что все, о чем она говорит, происходит. Хотя бывают моменты, когда я не понимаю смысла в ее словах и тогда просто делаю то, что она просит.

Девушка поставила перед Мариной чашку ароматного кофе.

– А сколько Ксении лет?

– Это так важно? Допустим пятьдесят, – услышала Марина за спиной голос Ксении. – Мара, отнеси, пожалуйста, Оксане чашку чая, а мы пока поговорим.

Маруся налила в чашку из темно синего стекла чай, поставила ее на красивый плетеный поднос рядом с вазочкой, наполненной печеньем, и, одарив Марину лучезарной улыбкой, вынесла все это из кухни.

Ксения налила себе кофе и села напротив Марины:

– Будет сложно, но Вы справитесь. Самое главное берегите себя. С кофе придется расстаться. Это ваша последняя чашка, следующую сможете выпить, самое раннее, через год.

Марина смотрела на спокойную Ксению, которая вот так в близи и правда была похожа на даму лет сорока пяти, хотя в прошлые мимолетные встречи казалась моложе. Взгляд провидицы, гадалкой ее Марина никак не могла назвать даже внутри себя, был усталый и придавал возраста моложавому лицу.

«Почему? Что происходит?»