Развод — и никак иначе!

Решив, что двум смертям не бывать, одной не миновать, полезла в имеющуюся здесь же гардеробную. Тут было почти пусто, лишь на одной полке лежала пара мужских футболок и шорты. Все чистое, выглаженное и аккуратно сложенное.

Махнув на скромность и приличное воспитание, натянула на себя одну из маек. Свое нижнее белье простирнула в ванной под краном и развесила сушиться на батарее. Все это время кот хвостом ходил за мной и наблюдал, чем я занимаюсь. И вот честно, в его взгляде не было ни грамма осуждения! Наоборот, полное и безоговорочное одобрение моих действий.

Подбодренная такой мощной поддержкой, я еще раз проверила замки на входной двери, выключила свет и упала в пахнущую свежестью и кондиционером постель. Блаженно вытянулась под одеялом и закрыла глаза – все, вчерашний день закончился, и все мои проблемы остались в нем!

Матрас рядом со мной мягко спружинил. На одеяло осторожно наступила мягкая лапа, затем вторая, и вот на мне уже лежит уютная, мурлычащая тушка. Я выпростала руку из-под одеяла, погладила по голой, горячей кошачьей спине и провалилась в сон…

____

– Слезай с меня, – еще раз повторила делающему мне иглоукалывание коту. – Надо посмотреть, кто там названивает и пойдём завтракать. А потом Машеньке надо уходить из этого домика, пока хозяева не пришли: Михайло Иванович, его жена Настасья Петровна и их сынишка Мишутка. Не то будет точно, как в сказке про трех медведей: – «Кто сидел на моем стуле, кто ел из моей тарелки, кто спал в моей кроватке?» И большие неприятности для меня в финале.

При слове «завтракать» кот лениво приоткрыл глаза и стек с меня на пол. Я дотянулась до телефона, глянула на экран – номер звонившего был мне не знаком.

– Слушаю, – ответила, не ожидая никакого подвоха.

– Ссу-учка… – зазвучавший из трубки голос был похож на змеиное шипение. – Мерзкая, поганая тварь. Ты ответиш-шь мне за вс-се! Ходи и оглядывайся, жди наказания… Ты поплатиш-шься за сделанное…

– Лысая Лариса, это ты что ли с утра пораньше кобру изображаешь? Совершенно зря ты энергию на такое тратишь. Тебе бы спокойствие сохранять, да спать побольше – глядишь, волосенки быстрее отрастут, – проговорила я как можно небрежнее. Хотя от льющегося из трубки голоса мне вдруг стало очень не по себе, столько жгучей ненависти звучало в этом свистящем шепоте.

Сбросила звонок и, на всякий случай, выключила телефон – если снова захочет позвонить, пусть разговаривает с автоответчиком, я его все равно никогда не прослушиваю.

В ванной в одном из пустых шкафчиков неожиданно обнаружила целый склад упаковок с одноразовой зубной щеткой и крошечным тюбиком зубной пасты с логотипом известной сети отелей. Похоже, кое-кто подворовывает в гостиницах мыльно-рыльные принадлежности. Случайно не сам ли гондонистый Вова этим промышляет? Мог бы тогда и расчесочек одноразовых натырить, а то бедной девушке и причесаться нечем.

Почистив зубы и кое-как разобрав пальцами свалявшиеся за ночь волосы, я вышла из ванной. С облегчением отметила, что звуки перфоратора стихли, и по квартире разливается блаженная тишина.

Довольная, что уши больше не закладывает, сделала несколько шагов в сторону кухни, и в этот момент в дверь позвонили. Я как шла, так и замерла с поднятой в воздухе ногой. Заодно превратилась в соляной столб с выпученными в панике глазками.

«Может, квартирой кто ошибся? Позвонит, позвонит, да уйдет» – мелькнула оптимистичная мысль. Мелькнула и сбежала, потому что звонок снова подал голос.

В этот раз гораздо дольше и требовательней.

Я еще постояла, решая, как мне поступить. Затем перекрестилась, на цыпочках подкралась к двери и прильнула к глазку…