Багровый завет 2

Я была в ужасе от этой сцены. Как жесток этот мир! Казалось, судьба ребенка никого не заботила. Здесь, как и везде, действует закон выживания сильнейшего.

Я неодобрительно покачала головой, отгоняя желание помочь этому несчастному ребенку. Мне нельзя вмешиваться. Я не должна привлекать к себе внимание. У меня и так хватает проблем.

Я повторяла эти слова как мантру, отворачиваясь от женщины и продолжая свой путь.

– Нет! – раздался пронзительный крик, полный отчаяния и боли.

Я остановилась и обернулась.

На дороге, устланной брусчаткой, сидела женщина, прижимая к груди ребенка и раскачиваясь взад-вперед. Ее рыдания сотрясали все ее тело.

– Я еще пожалею об этом, – пробормотала я, направляясь к ней.

Неужели это и есть та самая сила, которая не позволяет пройти мимо, когда кто-то нуждается в помощи? Об этом писала в своем дневнике Каталина.

Под удивленные взгляды прохожих я присела перед женщиной и, прикоснувшись к ее руке, негромко спросила:

– Можно?

Мой тихий голос прозвучал словно крик в неожиданной тишине, которая повисла на улице. Я чувствовала, как прохожие замерли, забыв о своих делах. Они стояли неподвижно, словно статуи, не сводя с нас взглядов.

Я ощущала любопытство окружающих существ, их недоумение и растерянность. Мне было все равно на них. В очередной раз я порадовалась, что на мне плащ, который скрывал мою истинную сущность. Я сосредоточилась на женщине, глядя ей в глаза сквозь капюшон.

Под ее пристальным взглядом я осторожно взяла на руки ребенка. Это была девочка чуть старше года, очень бледная и худенькая. Ее глаза были закрыты, а дыхание едва заметно. Судя по тому, как ее ручки и ножки безвольно болтались, как у тряпичной куклы, малышка была без сознания.

– Как давно она в таком состоянии? – спросила я, взглянув на ее мать.

– Я,… – начала она и замолчала, всхлипывая.

Я осознала, что не получу ответа, поэтому проговорила, понимая, что счет идет на минуты.

– Ей нужно к целителю.

– У нас его нет, – сказала женщина сквозь рыдания.

Ее слова заставили меня нахмуриться.

Как же так? Орвиз рассказывал, что в каждом городе есть свой целитель. Существа не подвержены болезням, как обычные люди, но иногда какая-нибудь хворь все же заставляет их обращаться к целителю. Однако в основном его помощь требуется после нападения иных.

– Его убили во время последнего нападения, – вмешался кто-то из прохожих. – С тех пор нам так и не прислали другого, хотя мы несколько раз обращались к повелителю с просьбой об этом.

Я подняла голову, заметив, что вокруг нас начинали собираться жители.

Губы тронула едва заметная улыбка. Если бы они только знали, чем именно сейчас занят их повелитель. Интересно, как бы они отреагировали на правду?

– Тогда как вы здесь?.. – произнесла я, но не закончила фразу, прекрасно осознавая, как они здесь живут.

– Можно было бы отправиться в соседний город через Грань, но у нас здесь нет ни одного достаточно сильного существа, способного на это, – подал голос другой наблюдатель.

Грань… Я уже была там пару раз, и мне это не понравилось. Конечно, я могу использовать свою способность и перенести девочку, но… это лишь вызовет больше вопросов.

Да и куда ее переносить? К Орвизу? Но тогда я могу попасть в лапы Кьярана. К тому же я не уверена, что девочка сможет пережить перемещение. Она слишком слаба.

– Где находится дом целителя? – спросила я у матери девочки.

Она перестала плакать и посмотрела на меня недоуменно.

– Здесь, за углом, – бросил кто-то из толпы. – Но чем это вам поможет? Все, что было ценно, люди уже унесли оттуда.

– Веди! – сказала я, поднявшись вместе с ребенком на руках.

Женщина быстро встала и, подхватив юбки, почти побежала в сторону дома целителя. Я поспешила за ней, крепко прижимая ребенка к груди.

Дом находился совсем рядом. Это было одноэтажное светлое здание с невысоким порогом и большими окнами, которые выходили на улицу. Перед входом, по обе стороны от двери, над стенами были установлены широкие лавки. Вероятно, они предназначались для пациентов, чтобы им было удобно ждать в очереди.

Двери были не заперты, и мы сразу же вошли внутрь. Осмотревшись, я заметила высокий стол, на который обычно укладывают пациентов. Не раздумывая, я подошла к нему и опустила девочку.

Затем я повернулась к женщине, которая замерла на пороге, и приказала:

– Запри дверь и задерни занавески на окнах.

Она без лишних вопросов выполнила мои указания. И только после этого я сказала:

– Если ты хочешь, чтобы девочка выжила, ты должна поклясться на крови, что никому не расскажешь о том, что здесь увидишь.

Женщина вздрогнула, ее глаза расширились от испуга.

– Клятва не причинит тебе вреда, но если ты решишь кому-то рассказать, то умрешь в мучениях, – объяснила я. – Думай быстрее, у девочки осталось не так много времени. Как только она пересечет грань, я не смогу ей помочь.

Она посмотрела на дочь, затем прикусила губу, погружаясь в раздумья. Вероятно, женщина все же опасалась или считала, что жизнь ребенка не стоит того, чтобы рисковать своей.

– Можно поступить иначе, – произнесла я. – Ты уйдешь, оставив девочку здесь. Я вылечу ее, и через несколько дней ты сможешь забрать ребенка.

От этих слов она вздохнула и отрицательно замотала головой. Идея ей явно не понравилась.

Я присмотрелась к ней. Молодая. На вид не больше двадцати. Но кто их разберет, этих существ. Симпатичная, темные растрепанные волосы, смуглая кожа и ярко-оранжевые глаза. Интересно, какая у нее сущность?

– Я дам клятву, – произнесла девушка тихо.

Глава 8

У меня не поворачивается язык назвать ее женщиной.

– Хорошо, – сказала я, подходя к ней.

– Как тебя зовут? – спросила я, осознав, что без этого нам не обойтись.

– Дани.

– Дай руку, – произнесла я почти приказным тоном, когда девушка назвала свое имя.

Она словно еще сомневалась, но все же протянула ее. Я полоснула по ее ладони, отчего девушка вскрикнула.

– Повторяй за мной, – произнесла я, посмотрев ей в глаза. – Я идущими древними путями и своим естеством клянусь следовать этой клятве без сомнений и страха. Я отдаю свою кровь, свою жизненную силу, свою сущность в залог того, что никогда и ни при каких обстоятельствах не расскажу о том, что увижу в этих стенах. Мое слово, данное в крови и духе, истинно.

Как только клятва слетела с уст девушки, я с одобрением кивнула и, не мешкая, исцелила ее рану. Затем, потеряв интерес к ней, я отвернулась, полностью сосредоточившись на девочке.

Я склонилась над малышкой, прижав руку к ее хрупкому телу. Закрыв глаза, я прислушалась к ее состоянию. Мои брови нахмурились, когда я поняла, что не могу определить, что происходит с ребенком. Ее симптомы не были похожи ни на одну известную мне хворь, а я успела изучить немало недугов, спасибо вредному старику.

– Не понимаю, – пробормотала я, продолжая хмуриться.

– Что? – раздался тихий голос за моей спиной. – Что с моей сестренкой?

Я распахнула глаза и обернулась, чтобы посмотреть на девушку.

– Сестренкой? – повторила я, словно не расслышала.

И почему я решила, что она мать девочки? Ведь я видела, что Дани выглядит слишком молодо.

– Подойди, – приказала я.

Как только Дани подошла, я прикоснулась к ней и закрыла глаза, прислушиваясь к силе, которая текла в ее жилах. Наконец я поняла, что именно меня смущало. В девушке я ощущала сущность. Не могу сказать, какую именно, но отголоски ее силы отвечали мне. А у малышки…

– У твоей сестры две сущности, и каждая из них пытается взять верх. Маленькое тельце ребенка не может справиться с отголосками этого противостояния, – сказала я, отпустив Дани и вернувшись к ребенку.

– Но разве такое возможно? – дрогнул голос девушки.

– Кто знает. Я говорю то, что вижу, – недовольно прорычала я.

– И что теперь с ней… будет? – запнувшись, спросила Дани.

– Если ей не помочь, она умрет, – коротко ответила я.

– Ч-что? – выдохнула она, пошатнувшись.

Мне не следовало быть настолько суровой, но у меня не было времени на ее слезы и объяснения. Необходимо было действовать.

– Я могу усыпить одну из сущностей. Лучше было бы ее и вовсе убить, но ни я, ни ты не имеем права решать за девочку. Этот выбор она должна сделать сама. Но учитывая ее возраст… Возможно, когда она вырастет, то сможет справиться с обеими, – я вздохнула, осознавая, что времени остается не так много. – Решай быстрее! Согласна?

– Д-да, – произнесла она.

Как только она дала ответ, я вновь потеряла к ней интерес.

Время тянулось медленно, словно я потеряла связь с реальностью. Мои действия казались мне автоматическими, а разум был словно под властью магии. Память подсказывала мне нужные заклинания, и мои руки, словно бабочки, порхали над ребенком, прикасаясь к его ручкам, ножкам и даже к светлой головке.

Я чувствовала, как силы покидают меня, как слабость охватывает ноги и дрожь пробегает по рукам. Но я не останавливалась, понимая, что не имею права прерывать то, что делаю.

В голове не было ни одной лишней мысли. Хотя в глубине души появилось какое-то неприятное ощущение, я осознавала, что происходит что-то неладное, но решила подумать об этом позже.

Убрав руки от девочки, я выпрямилась, сделала глубокий вдох и на мгновение прикрыла глаза, ожидая, когда слабость немного отступит. Открыв глаза, я осмотрелась и заметила табурет у стены.

Пошатываясь на слабых ногах, я подошла к нему и почти рухнула на сиденье. Облокотившись на стену, я слегка запрокинула голову и вновь прикрыла глаза, давая себе немного времени, чтобы отдохнуть.

В небольшой комнате царила тишина. Я слышала тихое размеренное дыхание малышки, прерывистые вздохи ее старшей сестры и шум на улице. Девушка медленно приближалась к столу, чтобы убедиться, что с ее сестрой все в порядке.

На моих губах появилась легкая улыбка. Она все же переживает. А ведь сомневалась, стоит ли рисковать своей жизнью ради младшей сестры.

Она стояла у стола и нежно гладила макушку малышки. Я уже некоторое время наблюдаю за ней, и мне кажется, что я сделала неверные выводы. Дани любит свою сестру, это очевидно.

– Почему ты сомневалась? Считаешь, что твоя жизнь важнее ее? – спросила я хриплым голосом, удивив даже себя. Только сейчас я ощутила, как пересохло в горле.

Девушка вздрогнула и повернулась ко мне.

– Нет, что вы! – воскликнула она, встретившись со мной взглядом. – Просто у нас больше никого нет. Если со мной что-то случится, Арлетта останется совсем одна. Она не выживет.

Дани снова всхлипнула.

– Последнее нападение иных унесло слишком много жизней. Мои родители и старшие братья погибли, защищая нас. Я делаю все возможное, чтобы у моей малышки было все самое лучшее. Но… – она замолчала, осознав, что сказала слишком много лишнего.

По ее лицу тихо катились слезы.

Я смотрела на нее сквозь капюшон, осознавая, что правильно поняла ее чувства. Дани очень любит свою сестренку. Видимо, мои способности меняются. Раньше я не была способна на такие вещи, но сейчас чувствую страх девушки, ее неуверенность и неловкость.

Я могу ощущать эмоции? Как вампир? Это странно. Мне нужно обдумать это, но только когда я останусь одна. А пока…

– Как я понимаю, дом пустует? – задала я интересующий меня вопрос.

За все время нашего пребывания здесь никто так и не пришел проверить, кто хозяйничает в доме целителя. Даже староста не появился. Но кто-то же должен следить за порядком?

Раньше я никогда не задумывалась об этом, полностью полагаясь на Браака. Теперь я понимаю, что должна была поинтересоваться этим вопросом. Хотя бы ради таких неожиданных ситуаций. Но Браак предпочитал решать все важные вопросы самостоятельно, позволяя мне учиться и заниматься домашними делами.

– Дом ожидает нового хозяина, – ответила Дани.

– Ты хочешь сказать, что если мы останемся здесь на ночь, никто не придет выгонять нас? – уточнила я, чтобы быть уверенной.

– Если не придет целитель, – кивнула она.

– Понятно, – произнесла я. – Значит, стоит осмотреться. Думаю, здесь есть комнаты для отдыха.

Дана растерянно заморгала.

– Мне нужно последить за твоей сестрой, – пояснила я. – Если она переживет эту ночь, то будет жить.

Девушка вздрогнула, как от удара, испуганно глядя на меня.

Я устало вздохнула. Не хотелось объясняться перед ней, но все же стоит сказать правду, чтобы она не переживала.

– Я сделала все, что могла, просто хочу убедиться, что она справится, – сказала я, поднимаясь. – Мне нужно отдохнуть. Присмотри за сестрой. Если что-то случится, зови.

Я подошла к двери, которая находилась в углу. Почему-то мне показалось, что она ведет в жилые комнаты. Если судить по обстановке, то этот дом не сильно отличается от жилища Орвиза.

В первой большой комнате находилась приемная, где принимали больных. Рядом была кладовая, где хранились травы и мази. А за дверью скрывался сам дом хозяина.

Вредный старик никогда не приглашал меня к себе, поэтому я не знала, как выглядит жилище целителя.

– Простите, – прозвучал тихий голос, остановив меня в дверях. Я обернулась и взглянула на девушку.

– Как мне к вам обращаться? – спросила Дани.

Я склонила голову набок.

Казалось бы, нет смысла больше скрывать свое настоящее имя. Даже если Кьяран пока не понял, кто я такая, я уверена, что вскоре он это осознает. Да и Эшриал с Ахаеллом… Вряд ли они будут скрывать, что я жива. И все же я уже привыкла, что меня называли Каталиной.

– Каталина, – наконец произнесла я и поспешила скрыться за дверью.

Я оказалась в небольшой гостиной, обставленной скромной мебелью и украшенной деревянными панелями на стенах. В центре комнаты стоял диван, а рядом два кресла и небольшой столик.

Осмотревшись, я заметила несколько дверей и не смогла удержаться от любопытства. Мне захотелось узнать, что находится за ними. За первой дверью я обнаружила просторную спальню с небольшой двуспальной кроватью у стены, столиком у окна и шкафом. Вероятно, это была спальня бывшего хозяина дома.

За следующей дверью я увидела небольшую комнатку с единственной кроватью, вероятно, предназначенную для пациентов, за которыми требуется уход.

Затем я обнаружила ванную комнату, которая не сильно отличалась от той, что была в нашем с Брааком доме. И, наконец, за последней дверью я обнаружила кухню, на которой не было никаких продуктов.

Впрочем, это неудивительно. Кто знает, сколько времени дом пустует? Однако, судя по тому, что в доме не ощущался затхлый запах и не было пыли, кто-то регулярно присматривает за ним.

Я вернулась в гостиную и, сбросив плащ, присела на диван. Глянув в небольшое окно, я с удивлением заметила, что на улице уже стемнело. Сколько же времени я потратила на спасение ребенка?

Закрыв глаза, я сосредоточилась, вложив все оставшиеся силы в создание защиты вокруг дома. Конечно, она не такая сильная, как у нашего с Брааком дома, но все же должна была не допустить непрошеных гостей и предупредить об опасности.