Корабль мертвецов

Напротив нас из тумана, как демон из тьмы, появился наш пират, ой, профессор ботаники Игнат Тиниевич Столесов. Пребывая в бешенстве, он, ругался во всё горло, сжимая в руке портальный амулет, очень качественный, на неограниченное количество перемещений. Единственный глаз профессора метал молнии, а повязка на втором понемногу сползала на щёку. Он поправил её и продолжил возмущаться:

— Все адепты на каникулы разъехались, думал, отдохну от ваших выходок, так нет! Не отдыхается кому-то!

Мелкий дёрнул назад и спрятался за котёл. Мы с Максом, уважительно вытаращившись на пирата, по инерции сделали шажок назад, уж больно грозно он выглядел, а академическая привычка — молча выслушивать лекцию и не отсвечивать, до поступления соответствующего распоряжения профессора — так просто не забывается. Судя по реакции Макса, даже спустя пять годков после выпуска. Лёшка, нависая над котлом с половником наперевес, покраснел и втянул голову в плечи. Надо же, наш профессор ботаники засёк пропажу котла с впечатляющей скоростью и, не откладывая на потом, примчался выяснять, кто и зачем его упёр из академии.

Я, напомнив себе, что нахожусь не в академии на занятии, собралась, сориентировалась: мы же хотели проконсультироваться с ним, ну вот, пожалуйста, пират явился совершенно самостоятельно и как нельзя вовремя. Но даже обдумать первый вопрос не успела, не то чтобы его озвучить.

Профессор наконец остановил поток слов и перевёл взгляд в сторону, набрал в лёгкие воздуха для новой тирады… да так и застыл, нелепо распахнув рот и моргая как заведённый. Вытаращил глаз, наблюдая за выкрутасами жуткого тумана. Закрыл рот, снова поправил повязку, что-то пробормотал, посмотрел на нас в упор, сведя брови к переносице. Внимательно изучил котёл, Алину. Увидев паршивое состояние девушки, очнулся, втянул живот, и его единственный карий глаз стал похож на буравчик. Командирским тоном пират спросил у Лёшки (всё-таки он был его лучшим студентом):

— Отвечай быстро и коротко. Судя по окружающей действительности, похоже, вы попали в нехорошую переделку. Это ведь Край чёрных туманов? Я прав?

— Да! — кивнул с придурковатым видом Лёшка, с явным трудом захлопнув отвисшую нижнюю челюсть.

— И вы сюда потащились из-за девушки, Алины? — предположил профессор.

— Да, но откуда…

Вот только продолжать Лёшка не успел. Пират его недослушал и тут же перебил, но, как ни странно, ответил на незаданный вопрос:

— При поступлении в академию о состоянии девушки поставили в известность деканат и профессоров. Многие были против обучения Алины в академии под тем предлогом, что её состояние не стабильно, если не сказать, на грани смерти, а нагрузки в учебном процессе огромны. Но лекарь академии совместно с директором встали на сторону девушки, убедительно заявив, что это не повод отказывать талантливой адептке, а лекарь к тому же вызвался тщательно контролировать состояние её здоровья. Значит, помочь девушке решили? И поняли, каким образом это сделать? Хвалю, вы просто молодцы, — одобрил пират и указал на котёл. — Зелье, я вижу, уже готово. Почему не лечите?

Лёшка наконец-то пришёл в себя, вздохнул, заглянул в котёл, должно быть, собираясь с мыслями, и выдал:

— Травы этого леса, судя по записи в дневнике моего предка-лекаря, стали опасны, причём давным-давно, из-за чего он и спрятал все свои рецепты в сундуке на далёком острове. Узнали мы об этом буквально четверть часа назад, когда я уже приступил к варке зелья. Поэтому мы решили не бросать процесс на середине, но для начала, прежде чем лечить, необходимо проверить зелье на безопасность…

Пират прищурил глаза, переваривая полученную информацию. Другое было интересно: он ни чуточки не удивился, когда услышал о записях лекаря, это точно. Нет, информация, конечно, засекречена не была, если уж даже Алина смогла многое о них раскопать, но сам факт…

— Дела! Проверять знаешь как? — Игнат Тиниевич, о чём-то размышляя, почесал бороду.

— Да, я знаю надёжное заклинание для проверки безопасности лекарских зелий, мы его на практике частенько применяем. Кураторы-целители в академии нещадны, не доверяют болванам-адептам, — Лёшка кашлянул, покосился на профессора и забормотал над котлом.

Зелье почернело и в тот же час превратилось в пепел. Сердце моё оборвалось, глаза наполнились слезами. Как же так! Мы все до конца надеялись, что со времён написания дневника трава перестала быть опасной. Однако, судя по реакции зелья на заклинание, наши ожидания были напрасны. Химера болотная, что теперь делать — возопил мой смятенный разум! Как же хорошо, что у него был достойный оппонент в виде здравого рассудка! Ой, повезло! Что делать? Не расклеиваться и искать выход! Задрав подбородок, я упрямо сжала кулаки.

— Наглядно! Позвольте спросить, молодые люди, — начал лекторским тоном пират. — У вас список необходимых трав для этого зелья с собой? Не дадите ли мне его, хочу взглянуть.

Макс кивнул, порылся в карманах и со вздохом облегчения протянул ему листок, написанный Лёшкой для похода по лавкам. Пират лёгким движением бровей снял мои чары невидимости с последних строк — мастер. Прочитал, бурча под нос, и спросил:

— Вы купили всё точно по списку, травы весьма редкие? И, собирая растения в этом лесу, не ошиблись? — он сунул листок Лёшке.

— Конечно, не сомневайтесь, я перепроверил не один раз, и зелье после готовности проверю на безопасность, как обычно! — кивнул Лёшка.

— Вы начали варить зелье именно в этом котле? — продолжил въедливо допрос пират.

Лёшка замер, задумался, потом отрицательно помотал головой, вид у него был пришибленный. Макс прервал их диалог, заорав:

— Стой, Алина, куда!

Оказалось, пока пират общался с Лёшкой, девушка поднялась на ноги и, не обращая внимания на окрик, быстрым шагом удалялась от котла в чащу. Непроглядная мгла, сгустившаяся в густое марево, опустилась с небес на землю и, хищно клубясь, скрыла тонкую девичью фигурку.

— Алина, остановись! Извините Игнат Тиниевич, но она не в себе, — скороговоркой выпалил Лёшка и, отшвырнув половник, помчался следом.

Выругавшись сквозь зубы, Макс сорвался с места, обогнул котел и понёсся за ним. Я очнулась от ступора, несмело пересекла границу с туманом и, с трудом понимая, что впереди, перешла на бег, стараясь не упустить из виду парней. Полы плаща путались в ногах и ужасно мешали. Вспомнив обо мне, Макс притормозил, обернувшись, поджидая, пока я его догоню, и при этом неотрывно глядя мне за спину.

— Где наш пират? — хрипло спросил он.

Я обернулась, но профессор и котёл скрылись из виду. Что ж, Игнат Тиниевич точно здесь не пропадёт, в отличие от Алины. Лес вокруг нас в одночасье превратился в страшное, проклятое место из легенд. Я отлично знала, что ещё не пробило и семи часов вечера, но уже на расстоянии в десяток метров с трудом могла различить стволы деревьев.

— Потеряем Лёшку и Алину из виду — никогда не найдём! — рявкнула я и потянула его за рукав плаща. — Профессор жив, здоров, способен отправиться порталом куда угодно, прихватив и котёл. Алина беззащитна, а её состояние и так резко ухудшилось в лесу, он учуял новую жертву.

Сколько времени занял наш забег за ускользающим силуэтом Лёшки меж деревьев во тьме, я представления не имела. Не вечность, и уже хорошо! Наконец, держась за руки (бегать неудобно, но зато не потеряемся), мы с Максом очутились на лесной поляне — около десятка метров в неровной окружности. Лёшка стоял чуть впереди с прямой спиной, сжав кулаки.

— Лёш, что… — я схватила друга за руку, но сама увидела ответ на свой незаданный вопрос.

Девушка грациозно танцевала, легко ступая по мягкой траве, красиво, пластично, в такт только ей слышимой мелодии. Плаща на ней уже не было. Поначалу, Алина просто кружилась вдоль кромки деревьев, но постепенно танец изменился, движения её стали рваными, заторможенными, страшными. Лёшка попытался было сделать шаг вперед…

Она перестала танцевать, замерев у дальнего края поляны лицом к нам, склонила голову, улыбнулась. В следующий миг её руки опустились на плечи воображаемого партнёра. Пара закружилась в ритме вальса, несколько раз мне даже казалось, что я вижу силуэт молодого человека — высокого, стройного, в строгом тёмном костюме, темноволосого, со старинной причёской, но морок растаял непозволительно быстро, рассмотреть его внимательно у меня не получилось. Вихри тумана призрачным шлейфом вились вокруг девушки. Фигурка Алины становилась всё более прозрачной. Вдруг она резко выгнулась, руки взметнулись в стороны, по телу её прошла дрожь, а на груди расцвело тёмное пятно, и она упала на землю.

Лёшка от ужаса что-то заорал и сломя голову рванул к девушке, но не успел добежать всего-то несколько шагов. Туман скрыл от нашего взора лес вокруг, Алину и даже рассеянный лунный свет (ох, рановато для восхода небесного светила). Парень заметался по поляне, однако девушки и след простыл.

Нас осыпало листвой; с ветвей ближайшего дерева взвился ввысь размытый, неестественный силуэт огромного дракона, обликом совсем не схожий ни с рогатым мелким хулиганом, ни с обычными ящероподобными экземплярами. Перепончатые крылья били по воздуху, пасть раскрылась в безмолвном крике, демонстрируя хищный оскал. Дракон плавно изменил направление полёта и начал падать вниз, прямо на нас, но почти что сразу растаял, не оставив и следа. Он появился, а после исчез так быстро, что я даже ошалеть или перепугаться от нежданного зрелища не успела и хоть как-то отреагировать. Зато я всё же умудрилась зверюгу осмотреть и отчасти уразуметь, с чем мы столкнулись…

— Лёшка, — крикнула я, но не понимала, слышал он меня или нет. — Пятно на груди Алины, морок, такой же, как молодой человек и дракон. Поверь, пожалуйста!

Макс ловко поймал друга за шиворот, когда тот пронёсся мимо нас, выходя на третий круг панического забега. В самом центре поляны вспыхнули яркие молнии, осыпавшись всполохами по траве, занялся огонь, повалили клубы дыма. Пожар разрастался быстро, окружая нас, неумолимо зажимая в огненное кольцо; языки пламени полыхнули заревом и погасли.

— Ни жара от огня, ни гари. И, похоже, плащи очень неплохо справляются с ворогами! Мороки к нам не приближаются, пугают на расстоянии, — испуганно шаря глазами по чаще, пробормотала я.

— Нужно её искать! — завопил Лёшка, пытаясь вырваться из хватки Макса и опять начать бегать по поляне без смысла, толка и результата.

— Стой! — рявкнул Макс и душевно тряхнул друга за ворот. — Успокойся, так дело не пойдёт! Профессора мы тоже потеряли! Будем психовать, сгинем в этом лесу по одному или скопом, тут уж как повезёт. А я не хочу рассчитывать на шальное везение, дурная это затея, поэтому успокаиваемся и включаем головы!

Лёшка перестал вырываться, упёр руки в колени, запыхтел и наконец-то понял, что ему сказали, переварил, устало выпрямился, закрыв лицо руками.

— Не понимаю, почему и с кем она танцевала? Ты говоришь, рана Алины и молодой человек — морок, видение? Необычные они очень в этом жутком месте и выглядели на диво правдоподобно, я поверил! Кровавое пятно на груди Алины, ох, а потом дракон и кольцо огня…

— Зрелищно, но иллюзорно, Лёшка, не сомневайся! Только морок этот был неизвестного мне происхождения, скорее всего, именно так забавляются местные туманы, я разбираюсь в подобной магии, но с похожими иллюзиями не сталкивалась!

— Туманы, сам лес или, например, местные злобные духи? Мы, по сути, ничего об этом крае доподлинно не знаем! Одни слухи, а им веры мало, — глухо пробубнил Лёшка, и наконец убрал руки от лица.

— На эти вопросы я ответить не в состоянии, прости, слишком всё быстро произошло! С бухты-барахты такое выяснить непросто, а может, и вовсе невозможно. Сложные иллюзии плохо поддаются исследованию, — беспомощно развела я руками.

— Скорее всего, ты права, это и есть чёрные туманы и их иллюзии, не очень-то они опасные, пугают да и всё, — мрачно буркнул Лёшка.

— Хуже будет, если они на данном этапе просто разминаются, и самое интересное у нас впереди, — вздохнула я и невесело ухмыльнулась.

— Оптимистка! — Макс почесал макушку.

— Профессор где? У котла остался? — выдавил Лёшка, оказывается, он всё же прислушивался к нашим воплям.

— Ага, у котла! Мы-то понеслись как очумелые, а с его ногой, как ты понимаешь, особо не побегаешь! — сказала я.

Лёшка нервно кивнул, взъерошил волосы. Мимо прошуршала воронка смерча, подхватывая с земли веточки, листья, клочья тумана и скрылась за группой близко растущих деревьев. Проследив за ней ошеломлёнными взглядами, мы продолжили прерванный разговор. Коснувшись амулета в кармане, сдавленно охнула — дар не откликался, магия пропала! Новый неприятный сюрприз, я была права, расслабляться не стоило.

— Вернуться к котлу мы уже не сможем, это я понял, путь не запомнили с таким-то туманом и на бегу! — простонал Лёшка.

— Ох, перенестись никуда не выходит, я пыталась напитать магией амулет, да куда там! Дара будто и не было в помине! Слушайте, это уже слишком! — я помахала бесполезной стекляшкой, стараясь не сорваться на крик.

Парни не преминули проверить на практике моё утверждение, с понятно каким результатом — магия угасла!

— Думается мне, связано исчезновение магии с ночным временем суток. И чем гуще туман, тем больше видений и тем меньше у нас будет шансов выбраться из леса, а нам ещё нужно найти Алину. У кого-нибудь есть дельные предложения, что нам теперь делать? — вздохнул Макс с горечью, бросив бесполезные попытки призвать дар.

— Сохраняя остатки спокойствия, будем искать потеряшек по чаще, топая ножками и надеясь на чудо! Проблема только в том, что лес большой, а нас всего трое, и разделяться ни в коем случае нельзя, — застёгивая ворот плаща на пуговицы, ответила я, подавив панику. — И, кстати, придётся бродить осторожно, чтобы самим не потеряться и при этом не стать частью тумана, растаяв без следа с первыми лучами солнца, — ляпнула я.

— Несомненно, ножками потопаем! Двигаясь по нашей схематичной карте! — Макс захлопал по карманам и вытащил тонкий лист бумаги. — От неё, конечно, мало толку, но если выйти к реке, мне кажется, вот эта линия — она и есть. Можно попробовать идти вдоль течения, пока не вернётся магия...

— ... не наступит утро или туман хоть немного рассеется, — убито закончил Лёшка.

— Сильно устанем, сделаем небольшой привал, — пообещал Макс, но Лешка только отмахнулся.

Он развернул карту и, вручив мне одну её сторону (земля мокрая, а при развороте карта была не маленькая, размахнулся картограф с тремя линиями и кружочками), указал на полосу, которая тянулась по лесу, практически пересекая его пополам. Обозначение колодца было накарябано не так далеко от реки, но вот где именно и насколько вёрст от него мы очутились после забега, понять невозможно. Лёшка помолчал, недовольно хмурясь, и неохотно кивнул. Ведь другой план всё равно никому из нас на ум не приходил. Макс покрутился на месте с картой в руках, бормоча что-то под нос, вытащил из кармана круглую металлическую штуковину, похожую на часы.

— Осталось только определить, в какой стороне нам реку искать! — я обречённо выдохнула, а мои попытки поворожить в очередной раз с треском провалились.

— Это не сложно, — успокоил меня Макс. — На острове тоже были перебои с магией во время сильных штормов, но я предусмотрительный, не хотелось потеряться возле берега в трёх пальмах. Поэтому я прикупил артефакт, механический. Он указывает направление к воде! Нам туда!

Указал направо, на лице его я не заметила ни грамма сомнения. Убедительно вышло! Прошли мы всего ничего, с тревогой высматривая мороки леса. Заметили горку черепов и костей у корней искривлённого дерева, фигуру, отдалённо похожую на человеческую. Она брела во тьме параллельно нашему движению, почти сливаясь с чернильной темнотой леса, шагов её слышно не было. Пугали видения до полусмерти, но нападать по-прежнему не спешили. Вскоре в лесной тишине до нашего слуха донёсся тихий плеск реки.

— Почти пришли, идём по берегу, где это вообще возможно. За неимением другого плана, это лучший вариант! Алексей, мы её найдём, Алину, по крайней мере, постараемся, — тихо, но твёрдо сказал Макс.

Лёшка, не ответив, упёрто пошёл на плеск. Я отлично понимала его чувства и как лекаря, и как влюблённого парня (ох, я давно поняла, что и он попался).

— Мелкий тоже пропал куда-то! Кстати, сразу же после появления пирата я забыл вам сказать, — вздохнул Макс и подал мне руку. — Наверняка удрал на остров, подобру-поздорову.

— Надеюсь, удрал, и мы в лесу не заблудимся окончательно! Ох, идём, плеск слышен всё отчётливее, немного осталось дойти до реки, — кивнула я и крепко сжала его ладонь. — Лёшка, у тебя случайно с собой твоего экзаменационно-бодрящего зелья нет?

— Есть, — отмахнулся он и поправил висевшую через плечо сумку. — Но оставим на крайний случай. Как мне кажется, до него мы не дожили.

По здравом размышлении я с ним согласилась. Действительно, пока на ногах стоим и идём бодренько, жаловаться не на что.

Глава 11. Неожиданный поворот

Представить, что в этом дремучем, мрачном лесу с густыми кронами деревьев и непроходимым буреломом вообще бывает утро, росистая прохлада рассвета и горячие лучи солнца, получалось у меня с трудом. Да и в то, что нам всё-таки удастся найти Алину, не верилось, ну, если только случайно повезёт. А везение, как известно любому студенту (особенно в период экзаменов), дама взбалмошная, мало ли что ей взбредёт в голову.

Заклинаний поиска пропавших я не знала, не моя специализация, я же не дознаватель. Хотя и обдумывала всерьёз этот вариант, загадки я разгадывать любила, но к тому времени, как я подала документы в академию, на факультете дознавателей закончился набор студентов. А после, с головой втянулась в учёбу на Артефакторном и о переводе и не помышляла. Но по слухам, даже им это тонкое чародейство давалось далеко не каждому, очень сложный был ритуал, отнимающий прорву времени и сил, а в этом лесу подобное занятие ещё и бесполезно. По крайней мере, пока здешний туман не соизволит умерить пыл, вернув нам возможность магичить в своё удовольствие.

Странно, ведь когда мы попали в лес, магия откликалась, и пират, ой, профессор ботаники, к нам из академии перенёсся. Теперь дар молчал, словно его и вовсе никогда не было, и неспособность ощущать магию мне ужасно не нравилась, если не сказать больше. С раннего детства магический дар был частью меня, яркой, живительной, неотъемлемой. Теперь же я словно сама становилась туманом, без эмоций и теплоты. Остались лишь друзья, последняя опора, удерживающая меня на краю чёрной пустоты ночного леса.

Мы, шагая плечом к плечу, вскоре вышли к реке и огляделись. Я застонала, раздосадованно топнула ногой и тут же об этом пожалела. Под ногами оказалась лужа, ботинок увяз в грязи, на подол платья полетели мелкие брызги. Дело было в том, что рядом с водой, не отклоняясь от русла реки, идти точно не получится, тем более ночью: берег местами поднимался к лесу крутым песчаным обрывом или же зарос шелестящим на ветру камышом, ползучим, низкорослым кустарником, плакучими ивами, чьи ветви плескались в воде.

— Вношу коррективы в план, — вздохнул Макс, осматривая окрестности. — Предлагаю идти среди деревьев, но не выпуская полосу воды из виду. Или ориентироваться на слух в крайнем случае, когда придётся очень уж сильно углубиться в лес. Берег коварный, всякое возможно. Метку на речную воду не поставить, течение сильное, а жаль. С другой стороны, на котёл я её успел нацепить, благодаря чему не потерял вас при поиске цветочков, а что толку, метки будто и не было вовсе, постоянно пытаюсь определить направление, да куда там, глухо.

— Далеко отсюда до колодца, как думаете? По такой карте как у нас, расстояние не понять, на ней всего три ориентира на лист, — спросила я, почти не вслушиваясь в слова Макса.

Повертела головой, с опаской осмотрела берег, но к несказанному облегчению не углядела никаких пугающих видений, ещё один довод в копилку того что надо бы нам идти вдоль реки, почему-то лес возле русла не безобразничал и ничего жуткого нам не показывал.

— Бежали мы недолго, так что, надеюсь, нет, — ответил неуверенно Лёшка и вздохнул. — Ужасно, всё вышло, не понимаю, как Алину искать, голова не работает, идей нет…

— Лёшка, не нагоняй панику! Мы справимся. И магия, уверена, в скором времени вернётся. У нас кроме надежды и не осталось ничего, — протянула я. — Мы спешили помочь Алине, поэтому и потерялись, да и кто бы мог подумать, что в этом лесу нежданно-негаданно заглохнет магия. Я не слышала никогда ни о чём подобном и не сталкивалась в реальности, даже при выгорании дар не затухает настолько сильно, будто его и нет вовсе. Чувствую себя калекой!

Говоря откровенно, мы вообще никак к этой вылазке не подготовились: изучили карту, похожую на рисунок трёхлетнего ребёнка, спёрли из академии котёл, Лёшка по древнему рецепту сварганил настой. И мы рванули навстречу приклю… неприятностям, м-да, нужно быть честной.

— Ох, надеюсь, хоть мелкий додумался на остров смыться, домой. У драконов своя магия, ему, скорее всего, туманы и выверты леса нипочём. Давайте двигаться, — поманил нас за собой Макс. — Ситуация у нас тупиковая, куда ни глянь, пока, по крайней мере. Шевелим ногами, вдруг от активного движения кровь к извилинам прильёт и осенит идеей. Не забываем оглядываться по сторонам в поисках потеряшек, уворачиваясь от новых мороков, если они появятся на нашем пути.

— Не больно-то обнадёживающе, — пробубнил, пребывая в упадническом настроении, Лёшка.

Постепенно я, осматривая с подозрением местность, уразумела, что туман возле реки действительно был менее густой, белёсый, похожий на разреженные облака, запутавшиеся в ветвях и траве. По пути я упрямо, с завидной периодичностью, пыталась залечить царапину. Мне это удалось, с третьей попытки, но вышло плохо: на коже остался тонкий шрам, и боль никуда не исчезла. Однако я немного приободрилась и затопала активнее.

Макс тоже что-то попытался наколдовать, как мне показалось — соорудить вокруг нас защитную сеть. Пару раз прозрачная паутинка вспыхивала во тьме, но тут же неумолимо гасла. Мы, в гнетущем молчании, шагали по лесу, вдоль реки, старательно прислушиваясь к отдаленному плеску воды и шороху камыша на ветру.

Луна спряталась за тучи, вынуждая нас остановиться. Её света вполне хватало, чтобы пробираться вдоль реки по кустам и не переломать ноги, но стоило ей скрыться, и нас накрыло непроницаемым мраком.

Перед нами, словно призрак из тумана, снова появился Игнат Тиниевич. Перепугав до полусмерти! Он схватил в охапку всех троих, мы и пикнуть не успели (как это у пирата получилось, понятия не имею, хотя ручищи у него были огромные, но и мы не пятилетки) и перенёс нас куда-то. Правда, куда именно, понять поначалу у меня не вышло. Вокруг царила кромешная темнота закрытого пространства. Я в первое мгновение вообще ничего не видела, лишь чувствовала, что стоим мы не на земле, а в помещении: под ногами был скрипучий пол, небо закрывал потолок, пахло горящими поленьями, сыростью и травяным чаем. Слышался отчётливый размеренный стук и чьё-то дыхание. На всякий случай я чуток запаниковала, не упускать же такой удобный случай.