В погоне за луной

Вергиния Радченко

В погоне за луной

Пролог.

Обыкновенный двор сибирского городка.

Четыре хрущёвки образовывали прямоугольник, будто отгораживая маленький мир от шума центральной улицы. После дождя двор притих. Асфальт блестел мокрыми пятнами, в лужах дрожали отражения окон.

Бабушки уже выглядывали из подъездов, проверяя, можно ли снова собраться на лавочке и обсудить соседей.

Посреди двора стояла деревянная горка — одновременно детская крепость и сарай дворничихи. Сейчас боковая дверца была распахнута, и сама дворничиха выбирала метлу, какой удобнее согнать воду от подъездов. Дома были старые, двери располагались ниже уровня асфальта, и если не убрать лужи, жильцы снова побегут жаловаться в ЖЭК, что подъезды затопило.

Двое мальчишек лет семи в шортах и резиновых сапогах «меряли лужу», разлившуюся почти через весь двор. Посреди неё бил маленький фонтанчик.

— Мишка, смотри! Вода уже почти до верха сапог! — кричал кудрявый мальчишка с веснушками на щеках.

Но Мишка его будто не слышал.

Он упрямо двигался к самому фонтану. Его не смущало, что вода уже переливалась через края сапог.

— Мишка, не ходи туда! Там глубоко! — не унимался веснушчатый Сашка.

— Отстань. Я исследователь, — отмахнулся Мишка.

Тёмные волосы торчали в разные стороны, а упрямый взгляд голубых глаз был прикован только к цели.

Сашка, видя, как вода уже заливается другу в сапоги, попытался схватить его за руку.

И в этот момент Мишка исчез.

Только грязные брызги разлетелись по сторонам.

Через секунду из воды вынырнула взъерошенная голова.

Мишка удивлённо моргал голубыми глазами и пытался стереть с лица чёрную жижу. Оказалось, что в луже был открыт люк и именно из него бил тот фонтан, который так привлекал Мишку.

Татьяна, молодая полноватая женщина лет тридцати, вышла из подъезда и огляделась.

— Куда опять подевались эти сорванцы?..

Следом за ней вышла худенькая девочка лет девяти.

— Ева, иди поищи их.

— Хорошо, мама, — послушно ответила девочка и быстро побежала за угол дома.

Вдруг у соседнего подъезда бабушки зашумели, словно вспугнутые воробьи.

Татьяна, не видя из-за кустов, что случилось, заинтересованно пошла туда.

Навстречу ей по дорожке двигалось странное зрелище.

Один мальчишка был почти чистым, только руки по локоть перепачканы грязью. Он что-то возмущённо объяснял второму.

Второй больше напоминал глиняного голема из сказки. Грязь стекала с него ручьями, а он безуспешно пытался счистить её ладонями.

— Я же тебе говорил — не ходи туда! — возмущался Сашка.

Татьяна остановилась и, сдерживая смех, указала рукой на грязное существо:

— А это кто у нас такой?

Куча грязи моргнула голубыми глазами.

— Мама это я. Твой сын Миша

Бабушки тут же повыскакивали со скамейки.

— Ой, батюшки! Что за нечисть к нам пришла? — всплеснула руками худенькая старушка в огромных очках.

— Нет, это, наверное, чудо-юдо болотное пожаловало, — рассмеялась Татьяна, подходя ближе к сыну.

Потом повернулась к Сашке:

— Что случилось?

Понимая, что Мишка от обиды уже ничего не расскажет, она решила спрашивать друга.

— Мы играли в исследователей и меряли лужи. Я ему говорил туда не ходить

Пока Сашка рассказывал, он всё пытался помочь другу очиститься от вонючей жижи.

— Да уж — только и сказала Татьяна. — Вчера тебя с гаражей снимали, сегодня в колодец провалился. Что ж ты совсем не утонул?

— А там дно было, — серьёзно ответил Мишка.

Татьяна не выдержала и звонко рассмеялась.

Так легко и заразительно, что даже бабушки заулыбались.

Главное — с сыном ничего страшного не случилось.

Ева лежала на кровати, уткнувшись лицом в подушку, и тихо плакала.

Она старалась сдерживать всхлипы, чтобы никто не услышал.

Было обидно.

Опять её ругали из-за Мишкиных проделок.

«Ты старшая. Ты должна за ним следить».

Мамины слова всё ещё звенели в голове.

Но как можно уследить за Мишкой?

Разве она виновата, что он полез под кровать прятаться именно туда, где вчера потерял рыболовный крючок, собираясь с папой на рыбалку?

Ева снова заплакала, зажимая рот ладонями.

Какая всё-таки несправедливость.

Книга первая. Первое полнолуние или последнее лето детства Глава 1. Начало

Ева сидела за столом и рассматривала свой нос в старом, висевшем под наклоном над столом, зеркале.

- Чем им не нравится мой нос? -думала она. -Почему бабушки вчера спорили от кого достался мне такой нос?

Она случайно услышала разговор бабушек. Мамы родителей спорили на кого она похожа, а главное у кого такой некрасивый нос картошкой, да еще и длинный. Когда Ева вошла в комнату они замолчали и как-то сконфузились.

Вчера проводили на поезд бабушку Настю, которая привезла ее брата в деревню на целый год учится и восстанавливать здоровье, после того как его избили одноклассники в городе, за то, что он был самым маленьким в классе. Мишка полгода пролежал в больнице и не ходил в школу. Родители решили его отправить к папиной маме в деревню, чтоб он смог спокойно закончить 8 ой класс, а потом перевести его в другую школу. И было решено, что его отвезет мамина мама, бабушка Настя.

И вот учебный год закончен, начались каникулы. Отпуск у родителей планировался только в августе. А куда девать двух дочек на два месяца.

-Не в квартире же им сидеть? - сказала мама. – Еве ведь уже шестнадцать лет. Она сама может поехать к бабушке, да и мама уже писала, что, если мы не приедем, она просто бросит Мишку и уедет домой. А ты же знаешь мою маму, она так и сделает.

-Хорошо, давай отправим девчонок на поезде. Здесь посадим их, а там на станции твоя мама их встретит.

Так было решено сделать.

Ева, была рада такому приключению. Только вот довесок в виде младшей восьмилетней сестры ее немного пугал. Но приключения и свобода в деревне у бабушки, которая вообще никогда не контролировала своих внуков, ее увлекали. Перед дорогой была такая эйфория, да же страх перед незнакомыми людьми и мамины предупреждения, о том, что люди злые, не могли испортить ее ожиданий. И девочка помнила свое приключение в 12 лет. Так получилось, что они с двоюродной сестрой Леной летели на самолете сами в лагерь на море. Тогда их незнакомые люди не пугали, а всегда и везде помогали. Тогда родители не смогли купить сразу билеты на самолет на один день на всю семью. Родители с младшими детьми должны были лететь в первый день, а сестры одногодки на следующий день. А получилось, что родители опоздали на самолет, из-за разницы во времени. И девчонкам пришлось лететь самим, да еще и на автобусе ехать до пионерского лагеря. Было страшно и интересно. Правда тогда заводила Ленка и больше она разговаривала с тетей кассиром и с дядей водителем. Но Ева все-таки сама попросила дядю, занявшего ее место в автобусе, освободить ее место. Она была так горда тогда. И такого страха не было, как сейчас.

Два дня на поезде прошли спокойно. Они с сестрой больше смотрели в окно, любуясь природой. Было так увлекательно рассматривать, как меняется природа, как быстро мелькают деревья за окном.

И вот спустя неделю после приезда, она стоит в недоумении посредине большой комнаты в бабушкином доме. Три небольших окошка закрывают короткие шторки, на кровати с высокой периной возвышаются трехэтажные горы подушек, накрытые вышитой салфеткой. На стене криво висит покрывало с какими-то уродливыми медведями. Половину комнаты занимает русская печка, от нее пахнет известкой и золой, она еще теплая ведь бабушка утром пекла в ней пироги. В углу висит икона с красивыми занавесочками. А между окон под наклоном у самого потолка находится большое старое зеркало, перед которым и крутилась сейчас Ева.

На улице раздался какой-то шум. Ева выглянула в окно. Толпа ребят сгрудилась на дороге возле дома. Они что-то кричали и махали руками. В это время баба Варя вышла на улицу. Она сильно вскрикнула и опустилась на дорогу. Ева быстро выскочила на крыльцо. Младшая сестра Славка выбежала за ней. Ева не стала открывать калитку, а просто ее перепрыгнула, оттолкнувшись от изогнутой лозы винограда. Девушке данное сальто было выполнить совсем не сложно.

Она подбежала к бабушке, помогла подняться и отвела ее к скамейке, стоявшей у забора. Когда Ева помогла бабушке, усадив ее поудобней, ведь та находилась в каком-то отстраненном состоянии и смотрела в одну точку, потом посмотрела на ребят. И только сейчас заметила, что главным виновником был ее брат Мишка. Что же еще натворил ее бедовый парень? Он, стоял на дороге и держал у груди левую руку, рука была в крови, а он что-то разглядывал на ней. Когда девочка подошла ближе она расслышала как брат, трогая рану, говорит.

— Вот одна мышца, вот другая, а это сухожилие, хорошо, что вену не задел.

Ева подбежала к брату и увидела, что на руке брата зияет большущая рана, кровь он остановил клочком ткани, оторванной от своей рубашки. И раздвигая пальцами кожу, рассматривает, что же там внутри.

- Совсем обалдел со своей медициной, - заорала на него Ева, - Тебе, что совсем не больно?

- В начале больно было, а сейчас нет, просто до жути интересно.

Девушка забежала в дом схватила со стола салфетку, выбежала на улицу и замотала руку брату. На что тот стал жутко возмущаться и вырываться. Она усадила его на скамейку рядом с бабушкой и бросилась к соседнему дому.

Что за идиот, - думала она, стуча в калитку соседнего дома.

Брат уже несколько лет увлекался медициной, и два раза в неделю, когда учился в городе, ездил в «анатомку» при медицинском институте препарировать животных, изучать анатомию. А когда лежал в больнице, хвастался, что ему даже в морг разрешили заглянуть. Ева не понимала, его такого одержимого увлечения. Сама она никак не могла определиться, чем хочет заниматься. В балетную школу, в которую ее рекомендовала преподаватель не взяли из-за плоскостопия. Музыкальную школу она не закончила. Что ее увлекало, так это живопись в художественной школе, еще год и она с окончит и ее. Выпускной год в школе, а дальше видно будет.

Да и боли брат уже не боялся, с его везучестью и травмами уже к ней привык. Как-то он признался сестре, что боится только ожогов. И этим она иногда пользовалась, когда он был помладше. Если он сильно доставал, она брала не включенный утюг и говорила, что сейчас обожжет его. Но потом он понял, что это шутка и не реагировал уже на такие угрозы.

Тетя Дуся, миловидная, высокая и худая женщина средних лет, вышла из дома, соседка бабушки и спросила:

– Чего такого случилось, что так тарабанишь на всю улицу?

- Тетушка, родненькая, подскажите у кого поближе есть машина? Мишка руку поранил, а бабушка сидит как мертвая и ничего не говорит.

- Ох, ты ж, боже мой, - всплеснула руками соседка, - Беги, Евушка, на соседнюю улицу там у сына Митрича есть машина и он дома должен быть. Большой дом с красной крышей, его везде видно. Мимо не пройдешь. Беги, а я пока за бабушкой и Мишкой присмотрю.

Ева оглянулась, Мишка сидел, склонив голову на грудь и обнимал раненую руку, а баба Варя, так и сидела, уставившись в одну точку. И бросилась бежать через ручей в направлении куда указала баба Дуся.

Митрич, крупный бородатый мужчина, оказался дома, даже понял, что Ева просила, хотя она говорила сбивчиво и не очень понятно. Но мужик понял, что случилось, что-то серьезное и нужно отвезти в больницу Мишку. Он вытер руки об штаны и крикнул куда-то во двор,

- Васька, заводи машину нужно в поселок, в больницу пацана отвезти.

Из-за угла выглянул лохматый парень с курносым носом, с грязным лицом.

- Батя, я щас не могу, я мотоцикл разобрал.

- Кому сказал езжай, - подошел к нему Митрич и двинул парню подзатыльник.

Ева переминалась с ноги на ногу у забора и просто не знала куда девать руки от волнения, они то теребили косу, то чесали затылок, то просто размахивались, не слушая свою хозяйку.

Тут Васька заметил девушку.

- Пап, так это не пацан, а девчонка.

- Ну ты и дурак, брат ее уже куда-то снова залез. Помнишь баба Варя матери рассказывала какой у нее внук бедовый, так вот он руку поранил.

Васька нехотя пошел в дом за ключами от машины. Митрич сказал:

- Ладно сам отвезу, ты пока расшатаешься и конец мира настанет. Взял ключи, у вышедшего Василия и пошел открывать гараж.

Ева сидела на переднем сиденье старенького москвича и уже спокойно разговаривала с Митричем. Она очень удивилась, что про них с братом в деревне знают почти все, а она никого, кроме соседей бабушки, не знала. Они уже отвезли Мишку в больницу, в райцентр, где ему зашили руку. В их деревне был только фельдшерский пункт и там Мишке помочь не смогли и сказали ехать в больницу. Где они долго сидели в длинном и пустом коридоре, ожидая, когда придет, вызванный медсестрой хирург. Мишке поставили успокоительный укол, он теперь спокойно спал на заднем сидении. Еве написали, что нужно делать и сказали приехать через семь дней снимать швы.

Уже стемнело и они ехали по темной дороге, лес и горы, выделявшиеся на сизом небе, рисовали силуэты разных животных и чудовищ. Еву всегда завораживала и пугала ночная природа именно здесь в горах с таким густым лесом, воем шакалов у деревни. И она представляла как огромные великаны шагают по горной реке, протекающей возле дороги. Фары выхватывали из темноты, светящиеся в их отражении, глаза то дикой кошки, то зайца, то лисы, перебегающих через дорогу.

- Чевой-то они сегодня разбегались, дикие твари? Нужно будет на охоту сходить в конце лета, а то потом егерь разрешение не даст, - сказал Митрич неожиданно.

Ева вздрогнула и оторвалась от заворожившей ее темноты за окном.

- Что? – спросила она.

И Митрича понесло, он рассказал, как его в мае дикие пчелы покусали, когда он свою корову искал, рассказал, как его непутевый Васька экзамены в школе в прошлом году завалил и теперь будет сдавать в следующем году еще раз. А сейчас на стройку в соседнюю деревню ездит работать. Там его разнорабочим взяли, кирпичи таскать. За этими рассказами и не заметили, как подъехали к дому бабушки Вари. В большой комнате горел свет, а фонарь на улице не включили.

Ева вышла из машины и пошла включать фонарь. Митрич помог высадить Мишку, помахал рукой и уехал. Ева вспомнила, что даже не поблагодарила его.

Мишка сонный облокачиваясь на ее плечо, что-то бормотал, пока девушка провела его в спальню, уложила его на кровать рядом уже спящей младшей сестренкой. И только потом пошла в бабушкину комнату, где тетя Дуся сидела возле кровати бабушки Вари. Бабушка уже спала.

- Мы приехали, уже все хорошо, - сказала Ева, заходя и садясь за стол, - как бабушка и что вообще с ней произошло? Я ее никогда такой не видела.

- Ставь чайник, давай попьем чаю, и я тебе про бабушку расскажу, - сказала тетя Дуся, - я ей валерьянки накапала, она теперь до утра проспит. Я сама испугалась, когда ее первый раз такой увидела.

И она села за стол, положив руки на колени. Ева налила чаю и поставила чашку перед тетей Дусей. Хотя день был утомительный, спать девушке совсем не хотелось. Еве было интересно что же такого приключилось с бабушкой. Она облокотилась на руки, подперев ладонями щеки, и приготовилась слушать.

Хлюпая чаем, тетя Дуся начала свой рассказ:

- Я тогда еще девчонкой была. Твоему отцу Митьке было семь лет, он меня на десять лет младше. Тетя Варя тогда с ним вдвоем жили в домике за ручьем, сейчас от него только слива на пустыре и осталась. Так вот в ту зиму много снега выпало, да и холодно было, у нас речка и пруд не замерзают зимой почти никогда, а вот в ту зиму пруд замерз, а река у берега покрыта льдом была. Печку топить 2 раза в день приходилось. И вот вечером Митька домой не пришел, а уже смеркалось. Вдруг слышу крик на всю улицу. Я выбежала. Смотрю, тетя Варя как столб стоит, а потом как рухнет. Я к ней, она как не живая лежит. Только потом увидела, что Митька мокрый стоит, как приведение бледный. С пальто вода стекает и уже сосульки замерзли, зубы стучат, слова сказать не может. Я к нему, схватила давай мокрые вещи снимать, да домой на печку его тащить. Матери сказала, что тетя Варя на улице лежит. Мама ее привела, на стул у печки усадила. Так она до утра просидела, а утром встала как ни в чем небывало, забрала сына. Он на печке так и не отогрелся. Оказалось, что он на озере под лед провалился, еле выбрался. Потом долго болел. А вот что с тетей Варей произошло я так и не поняла, почему она так себя повела. Я у мамы спросила. Она мне и рассказала, что в войну, нашу деревню оккупировали немцы, но немцев они и не видели, в основном это какие-то восточные национальности были, наши предатели. Так тетя Варя, маленькая была ростом и щуплая, хоть ей и было 18 лет, она на 14-летнюю выглядела. Сама у мачехи росла не доедала. И оккупанты ее не тронули, а отца на ее глазах убили, долго его мучали, он раньше бухгалтером в колхозе работал, что им от него нужно было не знаю. Над многими девчонками поглумились тогда, издевались и убивали. А тетю Варю смотреть заставили. А мачеха ее с близнецами в лес убежала, а ее бросила. И вот с тех пор, как что случится так тетя Варя, кричит и в ступор впадает. Лечить ее никто не думал, мачеха ее не сильно жаловала, своих еще двое было. Прокормить бы.

-Тетя, Дуся, а потом почему не лечилась? - спросила Ева.

-Да, кто ж ее знает. Мы к такому привыкли. Она поспит или просто посидит, а потом встает и как будто ничего не было. Вот только не спрашивает, как дела у того, с кем беда приключилась. Так и отец твой на нее обижался, что она у него бессердечная.

Ева вспомнила как мама про бабушку говорила, что у той сочувствия нет. Та рассказывала случай, когда они с папой у бабушки в гостях были. У мамы поднялась температура и ангина жуткая была. Мама сама себе ложкой гланды прочищала. Так бабушка к ней даже не подошла. А как назло, папы рядом не было, он на рыбалку ушел. Вот теперь Еве стало понятно, почему бабушка так себя вела. И ей даже стало жалко ее немного.

- Тетя, Дуся, тебе еще чаю налить? - спросила Ева.

-Нет, домой пора. А то засиделась я у вас, —женщина встала из-за стола. -А ты спать ложись, дверь закрой, я утром к вам загляну.

Ева закрыла дверь. И пошла спать. Она долго не могла уснуть. Представляла, как бабушка в таком же возрасте как она сейчас такие ужасы пережила.

- Хоть мне ее и жалко, а все равно буду есть щавель и морковку с грядки, - пробурчала Ева, укутываясь в одеяло и проваливаясь в сон.

Глава 2. Первый поцелуй.

Ева, открыла глаза. Бабушка уже хлопотала на кухне. Брата и сестры не было в кровати. Девушка оделась и пошла во двор умываться. Старый умывальник висел на столбе, холодная вода освежила лицо. Не успела Ева вытереть лицо вышитым полотенцем, как младшая сестра кинулась к ней с кулаками.

- Вы все меня вчера бросили, ты, ты, ты – захлебывалась она словами в ярости колотя Еву.

Девушка выставила руки и удерживала сестру на расстоянии.

-Мишка, забери Славку, она опять с ума сошла, - крикнула Ева брату, который что-то искал в огороде, недалеко от них.

Мишка подбежал и схватил Славку одной рукой, потащил ее к бочке, которая стояла у дождевого слива, и была наполнена водой до краев. Окунул сестру головой в воду. И поставил на землю. Та сразу утихла, только зло смотрела на брата. Ева подошла к ней, присела на корточки, вытерла полотенцем лицо сестры.

- Ну вот теперь рассказывай, что с тобой произошло? - ласково спросила она.

- Вчера, мне было страшно оставаться дома одной, даже леший стучался в окно. А вы меня все бросили и ничего мне не сказали, - сказала она обиженно.

- Покажи мен в какое окно леший стучался, - попросила девушка сестру.

Слава взяла ее за руку и потащила в комнату. В самой маленькой комнате, где помещалась только одна кровать и было одно окошко, она остановилась.

— Вот тут, - показала она на окно.

Ева распахнула окно и непослушная ветка сливы, растущая рядом с домом, сразу проникла в дом.

- Смотри какие вкусняшки леший тебе принес, - сказала она сестре, срывая спелую сливу и протягивая ее сестре.

Та заулыбалась, схватила сливу и побежала ее мыть. Инцидент был исчерпан. Ева с облегчением вздохнула. Когда же приедут мама с папой? - подумала она.

Баба Варя позвала Еву с кухни. Девушка медленно пошла на кухню, открывая задвинутые шторы, которые служили дверью в маленькой комнате, ответила, что идет.

- Бабушка, что случилось? - спросила она, заходя в кухню.

- Я пирогов испекла, отнеси Митричу гостинец. А то вчера он помог.

- Хорошо, - схватила девушка пакет с пирогами и выбежала на улицу. Только сейчас вспомнила, что не спросила Мишку как его рука.

Подойдя к брату, который пытался вырвать морковину на грядке так, чтоб было незаметно, она спросила, как его рука. Мишка вздрогнул и подскочил как от тока.

- Тфу ты, пугаешь, - облегченно вздохнул он. – Рука, нормально. Ты же знаешь, на мне как на собаке все заживает.

И махнув рукой пошёл к бочке мыть выдернутую морковку. Ева с облегчением вздохнула и направилась к калитке.

Митрича дома не было, на стук вышел Василий. Его лицо было измазано и сам был грязный.

Ева подала ему пакет.

- Бабушка передала пироги в благодарность, что помогли нам.

- А хорошо, - Васька схватил пакет и быстро скрылся за забором, хлопнув калиткой.

- Что за странный парень, - подумала Ева и тихонько пошла домой.

Ее размышления перебил громкий голос брата.

- Евка, мне нужно в райцентр в больницу, а автобус уже ушел, - крикнул он девушке.

— Это зачем еще? - удивленно спросила Ева.

- Да, медсестра сказала, что у меня что-то не так с раной и нужно срочно ехать в больницу.

Ева развернулась и опять пошла к дому Митрича. Васька долго не выходил, а когда вышел стал возмущаться, что его опять отвлекают от ремонта мотоцикла. Ева спросила его, кто еще может отвезти их в больницу, на что он ответил, что у Витьки соседа есть мотоцикл с коляской и можно спросить у него.

Девушка пошла к маленькой хатке, на которую указал Васька. В ней жила одинокая женщина с сыном Витькой. Ева долго звала хозяев. Но когда вышел сонный взлохмаченный парень, Ева онемела и не могла и слова сказать. В конце концов она сказала, свою просьбу на что Витька ответил, чтоб девушка шла домой, а он подъедет к их дому как соберется.

Когда они приехали в больницу, хирург посмотрел на рану Мишки и сказал, что нужно резать, и Мишка останется на несколько дней в больнице. Пока оформили все документы и Мишку отправили в палату, на улице уже стемнело. Ева нашла Витьку у мотоцикла, который тщетно он пытался завести.

Идя рядом с Витькой, который толкал мотоцикл, Ева разглядывала парня. Было в нем что-то привлекательное. Черные кудрявые волосы, ростом выше ее на голову и еле заметные усы над верхней губой.

- Сколько тебе лет? - спросила Ева.

- На год старше тебя, в этом году школу закончил, - ответил парень. И как-то странно посмотрел на девушку. – Так мы до утра домой не придем. Давай посидим в парке, я устал.

- Хорошо, давай, - согласилась девушка и они свернули с освещенной улицы к парку.

В парке было темно, только несколько фонарей одинокими огоньками мерцали среди деревьев. Было жутковато. Витька подкатил мотоцикл к скамейке и плюхнулся на нее. Ева села рядом. И только сейчас она поняла, что в темноте холодно и страшно. Но ближе пододвинуться к парню боялась.

- Что замерзла? - спросил парень, ближе придвигаясь к девушке. Вдруг куда-то делась его скромность, и он обнял Еву и резко прижал к себе. Она не испугалась, ей стало тепло от его рук и любопытство распирало ее, а что же дальше?

Они сидели молча, наслаждаясь теплом друг друга. Говорить вообще не хотелось. Ева наслаждалась новыми ощущениями и мамин голос исчез внутри, она отпустила себя и отдалась на волю случаю.

Витька прижался к щеке губами, она не отстранилась и вообще не подала виду. Тогда он наклонился и поцеловал ее в губы, сначала тихонько, а потом все активнее. Девушка просто расслабилась и наслаждалась его теплыми губами. Хотя сердце колотилось так сильно, что ей казалось -Витька слышит. Что ей делать она не знала. В кино показывали поцелуй, просто прикосновение губ, а тут было что-то другое.

Когда ей стало не хватать воздуха, она отстранилась, и парень опомнился, но рук не разжал.

Когда начало светать, Ева посмотрела на часы - было четыре тридцать.

- В пять часов будет первый автобус, я побегу на него, - сказала девушка, вскакивая со скамейки. - Скажу Митричу чтоб за тобой приехал.

- Хорошо, - парень потянулся и с неохотой отпустил девушку.

Она побежала на автостанцию и запыхавшись влетела в автобус. Больше часа в пути у нее было ощущение, что руки Витки все еще обнимают ее.