Сиалон. Трилогия

Белая полоса, чëрная полоса, а дальше лишь хвост

Эйра поправилась, и теперь снова передвигалась по гостевой комнате и иногда бывала на кухне. Сиалон даже привык ко всем своим гостям. И смирился с мыслью о том, что, начинает считать их семьёй и подсознательно допускает, что все присутствующие могут остаться в его поместье и на очень долгий срок.

Эйра провалялась в постели Сиалона почти три дня. Сам дракон проводил с ней много времени, наблюдая за состоянием больной, а спать уходил в соседние комнаты. Сарма не знала ничего о случившемся и думала, что девушка просто предпочитает всё время проводить в комнате, так любезно выделенной ей господином Сиалоном. У Сармы же была иная цель…

Каждое утро она старалась приготовить вкусный завтрак для мужчин из весьма скудного запаса продуктов, что был у Сиалона, почти весь день проводила с Элиссоном, изучая музыку, а вечером всегда дожидалась хозяина поместья (не важно ждала ли она, пока тот просто спустится по лестнице или пока вернётся с несколькочасовой вечерней прогулки) и старательно исполняла выученные мелодии на лунной лютне. И если, когда мелодия закончилась, Сиалон был где-то поблизости и улыбался, то день для Сармы прошёл не зря. Ведь это именно то, чего она добивалась.

Элиссон и Сиалон стали хорошими друзьями. Ведь во всём поместье только между ними не было никаких недомолвок. Элиссон знал даже о содержании диалога Эйры и своего друга. И о том, что, по мнению Неба, действительно является правдой.

– Что думаешь о её просьбе? – после достаточно долгой паузы спросил Сиалон. Это было в тот день, когда Эйра уже пришла в себя и даже спустилась позавтракать со всеми. Поэтому дракон и заговорил об этом. Ведь женщина наверняка ждёт его решения. В связи с тем, что женщина, казалось, хранила больше всех тайн среди живущих в поместье Сиалон, снежный дракон настоял, чтобы Эйра осталась жить в комнате напротив комнаты самого Сиалона.

– Честно говоря, думаю, надо помочь. Сколько, говоришь, её ребёнку?

– Я не говорил. Не знаю, сколько ему. Но если это действительно её сын, и она же убила его отца, то… С одной стороны, хоть с кем-то из родителей всё же лучше, чем вообще сиротой. А с другой, если эта женщина способна на убийство, то, не будет ли ребёнок в опасности?

– Не думаю, что мать может причинить вред своему ребёнку.

– А что со вторым её ребёнком? Не может быть, что тоже?

– И это верно. И как понять, будет ли ребёнку хорошо с матерью?

– Да понять-то достаточно легко. Всего понаблюдать за его общением с матерью в течение нескольких дней.

– Тогда и проблем-то особо нет. Если общаться они будут плохо, оставим мальчишку здесь, потом разберёмся. Раз она действительно вся в синяках и ссадинах, правда может быть опасно в их поместье его оставлять.

– Думаешь, Эйра согласиться, если мы решим его оставить здесь?

– Скажешь, что берёшь его в ученики, – пожал плечами Элиссон, с удивлением наблюдая, как вскакивает его приятель и бежит в комнату к больной, услышав приступ кашля. Вернувшись, Сиалон сел на стул и устало прикрыл глаза. Элиссон лишь покачал головой.

– Слушай, завтра в городе ярмарка. Что думаешь?

– Надеюсь, в моём поместье не прибавится жильцов.

– Я не об этом! Обе беглянки, которые живут в твоём доме несколько дней, сбежали без вещей. А эта, – Элиссон кивнул в сторону комнаты, откуда только что вернулся дракон, – Так вообще без обуви. И, раз даже она сама сказала, что из весьма обеспеченной семьи, ей, наверняка, крайне некомфортно без покрова.

– Значит сходи с Сармой, – пожал плечами дракон, – Что насчёт Эйры… Завтра как вы вернётесь, ты останешься с ними, а я слетаю, найду ей что-нибудь. Кстати, с Сармой так и не поговорили?

– Нет. Но она каждый день приходит играть на лютне. И, кажется, остовной её целью являешься ты.

– Угу, – мрачно кивнул Сиалон, – Я заметил. Каждый день у меня в комнате появляется тарелка с кашей.

– Каша – это хорошо, – улыбнулся Элиссон.

– Отлично! Значит ты этой кашей завтра и поужинаешь. Я не шучу!

***

– Господин Элиссон, мы действительно идём в город? Но зачем?

– Сегодня там ярмарка, а у вас почти нет одежды.

– Но у меня нет денег, господин!

– У меня есть, – равнодушно пожал плечами Элиссон.

– Но я не могу принять ваши деньги! – запротестовала Сарма. Юноша тяжело вздохнул. Чего-то подобного он и ожидал.

– Деньги на это выделил господин, в чьём поместье мы проживаем, – сказал он. Хотя вчера он же убедил этого господина, что одежду Сарме купит на свои деньги. После этой фразы, Сарма смерилась и последовала дальше, как и предполагал Элиссон. Улыбаясь, он несколько часов наблюдал за тем, как девушка, по привычке пыталась экономить, при этом делая вид, что экономить вовсе не хочет. В конце концов, девушка осознала, что денег достаточно и призналась себе, что одежда подороже всё же ещё и покрасивее. А тем более для того, кому она приготовила такой "вкусный" ужин.

В целом, день прошёл именно так, как и планировали мужчины. Сарма, под чутким наблюдением Элиссона, насладилась как процессом выбора одежды, так и самими покупками. Эйре повезло меньше.

За окном было уже темно, когда дверь распахнулась, показывая хозяина поместья. Узнав его, Эйра вскочила с кровати и опустилась в низком поклоне.

– Держи, – даже не поклонившись в ответ, протянул Сиалон ей несколько свёртков.

– Что это, господин? – удивилась та.

– Не задавай лишний вопрос, если можешь открыть и без слов получить ответ, – ответил дракон. За дни, что женщина болела, они первый раз оказались наедине, когда Эйра была в сознании и ещё не спала. Сиалон надеялся, что она уже уснула.

– Прошу прощения, господин, – пробормотала женщина и начала открывать свёртки.

Всё самое лучшее уже раскупили, так что выбор у Сиалона был невелик. Он приобрёл одно платье голубого цвета, два покрова: неполный и средней длины (доходящий лишь до плеч, зато полностью закрывающий лицо) и валенки. Дракон был уверен, что головные уборы и обувь не сильно порадуют девушку, а вот на платье он возлагал надежды. Но именно платье Эйра первым отложила в сторону. А вот серые, грубые, ничем не украшенные валенки женщина несколько минут держала в руках. Потом опомнилась.

– Это?.. Вы хотите узнать моё мнение, какие из этих вещей лучше подарить на Новый год госпоже Сарме? – спросила Эйра, заставив Сиалона широко раскрыть глаза от удивления и, быть может, даже доли возмущения. Он никак не ожидал такого вопроса.

– Она всё же назвала тебе своё имя? – приподнял бровь дракон.

– Да, господин. Думаю, эта обувь из слегка грубого материала, что может не понравиться госпоже, а вот…

– А тебе эта обувь понравилась бы? – прервал Эйру Сиалон.

– Да, – ответила девушка, намереваясь что-то ещё сказать. Но дракон вновь не дал.

– Это тебе. Хоть прогуляться сможешь, не одалживая обувь у Элиссона. К тому же, его валенки тебе велики.

– Но как же госпожа? – захлопала она ресницами.

– В городе сегодня ярмарка. Элиссон был там вместе с Сармой, вещей приобрели достаточно. Потом и я посетил это место и выбрал эти вещи тебе из того, что оставалось. И, честно говоря, рассчитывал на немного другую реакцию.

– Прошу прощения, господин! – с какой-то немного испуганной реакцией выдохнула Эйра и упала на колени перед драконом.

– Ты издеваешься! – слегка повысил голос хозяин поместья. Эйра вздрогнула и сжалась, опустив голову и протянув Сиалону руки.

– Простите меня, господин. Я готова понести наказание, – дрожащим голосом сказала женщина. Глаза Сиалона полезли на лоб.

– Встань. Это далеко не та реакция, которую я имел ввиду, – выдохнул Сиалон. И перехватил девушку, которая после его слов, снова хотела встать на колени.

– Эйра! Эйра? Посмотри на меня. Посмотри на меня, я говорю! – говорил дракон, заметив подрагивающие плечи. Спустя минуту женщина выпрямилась и, как ни в чём не бывало, посмотрела на Сиалона.

– Сколько я должна вам за одежду, господин? – спросила она.

– А у тебя есть деньги? – усмехнулся мужчина.

– Н…нет. Как я могу вам отплатить? – голос Эйры вновь задрожал.

– Это ты о чём сейчас подумала? – возмутился Сиалон, – Закрыли тему! Давай лучше рассказывай, кто там у тебя дома остался.

– Господин, вы действительно поможете мне?

– Если ты снова решишь разбивать коленки об пол или извиняться, то нет.

– Благодарю вас, господин.

– Вот такие же слова я хотел услышать, вручая одежду, а не это всё, – пробормотал Сиалон себе под нос. Но Эйра услышала и понуро опустила голову. Дракон лишь покачал головой. Это где и с кем она жила, что будучи не чьей-нибудь служанкой так на всë реагировать?

– Его зовут Мерт, – тихо сказала Эйра.

– Необычное имя, – отметил Сиалон. Схожие по звучанию имена чаще давали детям, что рождались на Южных землях, – сколько ему лет?

– Шесть. Семь скоро исполнится, – подняла голову женщина. Сиалон внимательно осмотрел собеседницу.

– А тебе сколько?

– Двадцать шесть, господин.

Узнав всë то, что рассказала Эйра, Сиалон покинул комнату. Он собирался обговорить всë с Элиссоном, который ужинал в холле этажа Сиалона. Именно там, на небольшом столике и оставляла тарелки с записками Сарма. Со сложными планами мужчины решили не заморачиваться и в успехе были уверены. Поэтому спокойно разошлись по комнатам и уснули.

А вот утро прошло не так радостно, как предшествующий день.

Все, проживающие в поместье Сиалона впервые собрались за одним столом, на девушках был неполный покров, что позволило им есть в присутствие мужчин. Непривычно тихой была Сарма. И непривычно бледным был Элиссон. Начав завтракать, юноша резко закашлялся, а после заметил и капли крови на рукаве, которым прикрывал рот. Заметив это, Сиалон нахмурился и посмотрел в глаза своего друга. Девушки тоже были в замешательстве.

– Идëм за мной, – сказал дракон Элиссону, вставая и направляясь к своим комнатам. Но как только юноша встал, в глазах у него потемнело и лишь то, что он успел схватиться за стол, помогло удержаться на ногах. Снежный дракон подхватил Элиссона под руку и быстро переместил того в комнату на верхнем этаже, где хранились лекарства.

– Что с тобой такое? – спросил Сиалон, намереваясь вылететь в окно за лекарем. Элиссон лишь беззвучно засмеялся. Он знал своë тело и чувствовал, сколько остаëтся времени.

Какогó было удивление лекаря, когда на него сверху напрыгнул мужчина и, схватив того за руку, понëсся куда-то с нечеловеческой скоростью!

***

– В его организме очень сильный яд. Боюсь, он может не дожить и до завтрашнего утра.

– Что?! А противоядия какие-то там, лекарства?

– Яд, что находится в организме у господина, смертелен, и противоядие к нему пока не найдено.

Спустившись к ожидающим девушкам, Сиалон несколько минут молчал. Яд не может появиться просто так. Значит кто-то его добавил в еду. Скорее всего в еду. Получается, что этот кто-то – это одна из них.

– У господина Элиссона тяжëлая болезнь. Лекарь даже не уверен, что ему удастся дожить до утра, – ответил он на немой вопрос и ушёл к своему другу.

***

– И ты туда же! – выдохнул Сиалон, увидев вечером в холле своего этажа, стоявшую на коленях Сарму, – Чего тебе?

– Умоляю, помогите господину Элиссону! Господин!

– Ты думаешь, я всесилен и никак не пытаюсь помочь своему другу? – прошипел Сиалон.

– Прошу простить, господин. Просто, то что произошло с господином Элиссоном так неожиданно, что я… Прошу, сделайте всë, что в ваших силах, господин!

Мерт

Это была бессонная ночь. Сарма не могла найти себе места. Она допустила ошибку. Эйра тоже не могла уснуть, переживая за Элиссона. А Сиалон сидел на полу, рядом с кроватью, где лежал его друг и непрестанно что-то бормотал. И снежинки выходили из центра лба дракона и текли в рот Элиссону, который был в сознании, но не мог ничего понять, не мог ничего сделать.

Ненамного стало светлее: утро заволокло тучами. Сиалон лишь вздохнул, заметив это. Отец решил отдохнуть от наблюдения за кем-либо. Интересно, почему?

Стараниями снежного дракона, пока что Элиссон остался жив. И хотелось надеяться, что срок, на который Сиалону удалось продлить жизнь друга, не такой короткий.

Несмотря ни на что, тот, кого Небо нарекло сыном, намеревался сегодня исполнить обещание, данное одной из его гостий. И, как бы грустно не звучало, одной из подозреваемых в отравлении… Сиалону казалось, что за время, проведённое вместе, он уже узнал девушек и что никто не желал никому зла. Откуда же взялся яд? Случайно? Нет, это слишком глупо! Ведь, даже если у кого-то из них с собой был яд просто так, на всякий случай, они должны были знать о нём. И о том, что нет противоядия! Значит храниться и беречься это должно было крайне осторожно.

Сейчас с Элиссоном находился лекарь, пытаясь сделать хоть что-то. Хотя бы узнать, каким образом яд попал в организм. Сиалон же уже собирался лететь к поместью Цанрен. Конечно, когда друзья обсуждали это, то думали, что будут вдвоём. Но сейчас дракон старательно избегал встречи с приятелем, чтобы тот остался дома. И чтобы не спрашивал, какой ценой остался жив. Потому что сам Сиалон этого пока не понял. А точнее, лишь предполагал.

На улице трещал мороз, обжигая холодом даже драконью чешую. Неудивительно, что и в городе никого не было на улице. Дракон мягко приземлился на снег, осматриваясь по сторонам. По описанию Эйры, он был где-то рядом с поместьем, где она жила.

"Мерт, где ты, покажись ветру," – мысленно выдохнул Сиалон, наблюдая, как лёгкие порывы вестра начинают кружиться вокруг него, постепенно отдаляясь в разные стороны. Осталось надеяться, что ребенок почувствует зов. А если не почувствует, то дракону придётся искать дом самостоятельно. Тоже несложно, конечно. Если бы не потраченная ночью энергия.

И ветер принёс образ ребёнка, сидящего на кровати. Его взгляд был решительным. Ведь он всё же мужчина, значит несмотря на всё происходящее вокруг и на слова бабушки с дедушкой, он должен сам во всём разобраться. Он сидел за столом и, качаясь на стуле, пытался хоть что-то понять. Пока не получалось. "Мерт… Покажись… Мерт…" – вдруг услышал ребёнок. Он решил, что ему показалось, но на всякий случай открыл окно и огляделся. После чего разочарованно вздохнул и, закрыв окно вернулся на место. Сколько бы все вокруг не говорили, что маменька его бросила и что папеньки больше нет, он ждал. Ждал хоть кого-нибудь! Ему очень хотелось уйти отсюда. Лучше, конечно, с родителями, но, если такова судьба мальчика, то хотя бы просто уйти. Уйти оттуда, где все кричат друг на друга, где бьют палками по ладоням за малейшую оплошность и неповиновение, оттуда, где каждый стал считать его сыном убийц.

Сиалон удивлённо покачал головой. По внешности Мерт и Эйра были полными противоположностями! Вместо чистых голубых глаз, как у женщины, у ребёнка были глубокие карие. Волосы тоже. Чёрные, без каких либо примесей. Даже кожа смуглая. Дракон засомневался, действительно ли это тот ребёнок, о воссоединении с которым умоляла Эйра? Все сомнения рассеялись, когда Сиалон подошёл к его поместью. Да, это именно оно.

Легче всего будет, если ребёнок сам согласиться идти с Сиалоном. Комната его на третьем этаже. Оглядевшись и убедившись, что вокруг никого нет, дракон создал снежное облако и, встав на него полетел к окну, из которого несколько минут назад с надеждой выглядывал мальчик.

С опасением, Мерт открыл окно, после короткого стука.

– Доброго дня, господин, – поклонился мальчик, – Что вы делаете у окна моих покоев и как держитесь на такой высоте?

– Здравствуй, Мерт. Могу я войти? – опомнился Сиалон. Лишь взглянув на этого ребёнка, он увидел особое переплетение потоков в его ауре и ненадолго замер в недоумении. Многие до сих пор считают подобное переплетение неким дефектом. Но Сиалон, как сын Неба, знал, что это значит. Очень редкий дар! Если немного позаниматься, то мальчишка очень точно будет различать, когда ему говорят правду и когда лгут. Сейчас он просто ещё не знает о своих возможностях и, наверняка, чувствует лишь явную ложь. Это как же кипят его мозги, если в одном предложении ему говорят и чистую правду, и чистую ложь?

– Заходите, – внимательно оглядев мужчину в окне, разрешил хозяин комнаты.

– Я хочу забрать тебя отсюда по просьбе госпожи Эйры. Ты ведь знаешь такого человека? А держался я с помощью магии, – ответил Сиалон, присаживаясь на ещё один стул и внимательно наблюдая за реакцией ребёнка. Тот, поразмышляв несколько секунд, удовлетворённо кивнул. Имя маменьки он знал и, отчего-то верил этому незнакомцу.