Взрослые удовольствия. Сборник эротических рассказов с разницей в возрасте

Едва она завершила фразу, как я мысленно окрестил ее леди. Конечно же, продолжать бессмысленные споры из-за куска известняка не входило в мои планы.

– Неважно, – сказал я, поднимая с галечной поверхности ракушку и протягивая ее женщине. – Будем считать, что уступаю.

– Спасибо. Мой младший внук попросил меня привезти что-то интересное с моря.

– У меня такое же поручение, только от дочери, – разъяснил я свою ситуацию. – У нее аквариум. Сказала, чтобы без морских сувениров не возвращался.

– Строгая она у вас. В отца?

Я засмеялся:

– Скорее в бабушку. По маминой линии.

Леди широко улыбнулась, обнажив ряд белоснежных зубов.

– Еще раз спасибо вам, – сказала она.

– Хорошего отдыха, – кивая, ответил я.

Мы уже почти отвернулись друг от друга, чтобы разойтись по своим делам и больше никогда не встретиться, как вдруг она спросила меня:

– Молодой человек, а где вы брали кофе?

– Это чай, – ответил я. – Но там все продают. Пойдемте, я вам покажу, мне как раз в ту сторону.

– Если вас не затруднит.

Мы медленно пошли по пляжу, слушая, как шуршат камни от наших шагов. Я повернул голову в сторону своей спутницы и обнаружил, что она внимательно меня изучает.

– Извините, просто кое-кого вспомнила, глядя на вас, – начала оправдываться леди.

– Надеюсь, воспоминания хорошие? – уточнил я.

– Да, они шикарные.

– Это радует.

Мы молча поднялись по небольшой лестнице, ведущей с пляжа, и влились в неплотный людской поток, шагающий по широкой пешеходной зоне в разных направлениях. Протиснувшись сквозь него, мы оказались у ларька с горячими напитками. Я кивнул в его сторону:

– Вот это место.

Показалось, что леди явно ожидала чего-то большего, чем просто будка с сидящей внутри девушкой.

– Не переживайте, здесь хорошо варят кофе, – поспешил я сгладить впечатление от не слишком масштабного вида объекта торговли.

– Конечно. Благодарю.

На секунду мы оказались заложниками неловкой молчаливой паузы, которую я решил прервать вовсе не прощанием:

– Позвольте, я вас угощу. Что вы предпочитаете?

Не знаю, почему мой разум вдруг решил, что нам надо продолжить знакомство. Может, это был интерес к такой необычной персоне, может, недостаток общения в отпуске сказался, и любой разговор для меня превратился в высокоценную беседу. Ну, или, может, магия теплого южного города, заполненного такими же отдыхающими, сыграла свою роль, и некоторое шестое чувство подсказало мне: «Поговори с ней еще. Она тоже этого хочет».

– Нет, – сразу же ответила женщина. – Я не могу. Вы и так отдали мне свою находку.

– И сделал это от чистого сердца. А сейчас хочу купить вам кофе.

– Не нужно, правда.

– Возражения бессмысленны. Что вы будете?

– Ох, ладно. Еще раз спасибо!

Изучив вывеску с замысловатыми названиями, она выбрала пряный раф с малиной. Себе я взял еще один чай, на этот раз гречишный.

– Вы знаете, я просто невоспитанная особа, – сказала леди, отпивая из бумажного стаканчика.

– Почему это? – отозвался я.

– Потому что вы столько всего для меня сделали, а я даже не спросила, как вас зовут.

– Ничего страшного. Меня это тоже касается. Я Влад.

– Я Наталья Пет… Наталья.

– Пройдемся?

– Да, конечно.

Я почти не сомневался, что она согласится, но все же, услышав утвердительный ответ, обрадовался всеми нитями души. Мы опять неспешно шагали по залитой солнцем брусчатке.

– Итак, Наталья, откуда приехали? – спросил я.

– Из Москвы.

– Я из Саратова.

– Бывала.

Мы шли по набережной в сторону санатория, где остановилась Наталья, и разговаривали. Я коротко рассказал ей о себе: недавний развод с женой, есть дочь, не просто пережившая это событие, работа в консалтинговой организации, поездка сюда, в Сочи, в целях отвлечься от семейных перипетий и перезагрузиться.

Наталья, в свою очередь, поведала свою историю. Приехала сюда неделю назад. Специально взяла путевку с лечением («Чтобы не просто отдохнуть, но еще и здоровье поправить»). Оказалось, что она владеет довольно успешным московским пиар-агентством, которое основала еще в девяностые годы вместе с мужем.

– Тем не менее, приехали сюда одна, без супруга? – удивился я.

– Он умер около двух лет назад.

Мне стало не по себе.

– Прошу прощения, Наталья, – тихо сказал я. – И мои соболезнования.

– Спасибо. Все нормально, много времени прошло. Боли уже нет, осталась только бесконечная благодарность по отношению к нему и всему, что было между нами.

– Ну что же, очень разумный подход к прошлому.

Наталья улыбнулась и слегка кивнула. Так, в неспешных разговорах о жизни обычной и туристической, мы подошли к серой будке пропускного пункта санатория, в котором остановилась Наталья.

– Вот я и на месте, – сообщила она.

– Замечательная локация, – присвистнул я, вспомнив свой, довольно средний отель.

– Думаете?

– Конечно. До моря совсем недалеко. Внутри я, конечно, не был, но не сомневаюсь, что там здорово.

– То, что не были, это легко исправить. Приходите вечером в гости.

По мере приближения еще одного, ненужного, несвоевременного и неприятного момента прощания, я снова и снова прокручивал в голове, как бы пригласить Наталью завтра на дневную прогулку вдоль моря. И тут, на тебе, она сама предложила кое-что получше.

– В гости? – переспросил я.

– Да. Ну, не лично ко мне. Посмотрите территорию и как тут внутри.

– Приду. Конечно, приду. Спасибо.

– Прекрасно. Буду ждать.

Мы договорились на восемь часов вечера и уже без всякой неловкости разошлись. По дороге домой я не переставал думать, что именно меня зацепило в Наталье, почему так не хотел расставаться и с какой целью собираюсь прийти к ней сегодня вечером. Неужели только внешний вид и манеры делали ее такой интересной?

Наверное. Хотя, еще, конечно, сказался недостаток общения. Причем, не только сейчас, в период отпуска, а вообще в последнее время. С момента развода прошло уже более двух месяцев, и все это время мои мысли были заняты лишь работой – так я пытался отвлечься. Друзья, само собой, помогали, как могли, но и с ними все разговоры, так или иначе, выходили на бывшую жену, попившую немало моей невкусной крови. А тут, случайная встреча, красивая женщина, пусть и в годах (лет, примерно, пятьдесят – пятьдесят пять, по моей прикидке), ни к чему не обязывающая болтовня, много солнца и тепла. Да, пожалуй, что именно так. Мы проведем вместе время здесь и только здесь, а потом просто разъедемся по домам.

В назначенный час я подошел к уже знакомому забору, ограждающему санаторий от другого мира. Наталья предупредила охрану, чтобы пропустили меня, и вот я оказался на недоступной простому смертному территории.

Наталья, как истинная леди, действительно выбрала место отдыха под стать себе. Чистая широкая дорожка из тротуарной плитки вела меня через зеленый парк с различными субтропическими растениями. Я не знал, как они называются, но точно понимал, что ухаживать за такими, несмотря на благоприятный климат, непросто и, как следствие, не дешево. По пути мне встречались гуляющие постояльцы этого пятизвездочного санатория, так сильно напоминавшие Наталью.

Их похожесть с ней заключалась во все тех же неторопливых, чопорных движениях, легких, но уверенных шагах и негромких разговорах. Однако, различия тоже были: такого осознанного взгляда и искренней улыбки я не видел ни у одного из тех, что повстречались мне на пути.

Через пару минут я оказался у главного корпуса – восьмиэтажного здания с белыми стенами и большими зеркальными окнами и вошел в него. Внутри тоже все было по высшему разряду. Высокие потолки, мягкий рассеянный свет, теплый камень и дерево с безупречной фактурой. В воздухе стоял едва уловимый аромат трав и цитрусов. Наверное, именно так и должен пахнуть статус.

Затем я увидел Наталью, шедшую мне навстречу. На этот раз она была леди лишь наполовину. В остальном она стала девушкой. Не лишенной чувства стиля, веселой, озорной и… очень сексуальной. Не следуя никаким стереотипам, она оделась в черную кофту, заправленную в такого же цвета юбку до середины бедра. Ее тонкие ноги, обтянутые колготками, можно было обозревать лишь частично – лаковые темно-оливковые сапоги доходили почти до колен. Поверх она накинула легкую куртку, кожаную, и конечно же, тоже черную.

– Наталья… – я попытался сделать вид, что нисколько не удивлен, увидев ее в таком виде. – Отлично выглядите.

– Да? – улыбнулась она. – А вот мои дети сказали бы, что этот образ явно не для моего возраста.

– Не возраст определяет допустимость того или иного образа, я думаю.

– Да будет так. Осмотрелись здесь? Еще прогуляться хотите?

– Давайте что-нибудь выпьем? – предложил я.

– Хорошо, – не стала протестовать Наталья. – Тогда пошли в бар.

Минув стойку ресепшена, просторный холл с низкими диванами и глубокими креслами с обивкой из натуральных тканей, мы оказались перед большой двустворчатой дверью. «Ресторан «Веранда» гласила вывеска над входом.

Оказавшись внутри, первым делом я увидел сцену, на которой несколько человек настраивали музыкальные инструменты – совсем скоро должен был начаться танцевальный вечер. Мы прошли мимо и сели за неприметный столик в углу зала. Приветливая официантка снабдила нас меню, пожелала приятного вечера и удалилась.

Вечер и правда складывался хорошо. Мы заказали себе по бокалу вина, сыры, фрукты и продолжили нашу дневную беседу.

– Как ваш день? – спросил я.

Наталья к тому времени уже сняла кожаную куртку, и стало видно, что черная кофта у нее без рукавов. Я не сразу отвел взгляд от полностью обнаженных рук – длинных, тонких, удивительно изящных, даже несмотря на заметную сетку складок в районе плеч.

– Хорошо. Бассейн, прогулка, ужин, – ответила Наталья. – Но давай на ты? А то как-то неуютно себя чувствую. Я понимаю, что старая уже, но все же.

– Ну вот, опять вы… ты говоришь про возраст.

– Увы, от этой мысли никуда не деться. Поймешь, когда тебе будет столько же.

– Столько же – это сколько?

Наталья назвала цифру. Она оказалась больше, чем я предполагал.

Я изо всех сил попытался сделать вид, что эта новая информация никак меня не удивила, однако ничего не вышло. Моя собеседница, конечно же, все заметила.

– Что, не ожидал? – грустно улыбнулась она.

– Не ожидал, что в таком возрасте можно так хорошо выглядеть, – произнес я то, что думал на самом деле.

– Спасибо. Хотя и не заслуженно.

– Ты реально не выглядишь на свой возраст!

– Ладно, возможно. Это все гены. Мои предки из Азии, а они там стареют медленнее.

В этот момент музыканты на сцене закончили все приготовления и начали играть. Наш столик находился довольно далеко от них, поэтому громкая музыка почти не мешала нашему разговору. Хотя то, что происходило на танцполе, я видел очень хорошо. Там сразу несколько девушек, поддавшись магии музыки, вышли в центр зала и начали лихо крутить всеми частями тела под заводной трек. Невольно я залип на это зрелище.

– Хотя кое в чем мне уже никогда не сравниться с молодыми, – произнесла Наталья.

– Ты про что? – спросил я, снова фокусируясь на событиях в районе нашего столика.

– Не делай вид, что не понял. Так, как они, я уже не смогу.

– Умение танцевать – это не главное в женщине.

– Возможно. Но вам, мужчинам, нравится.

– Мужчинам многое нравится, – сказал я, ухмыляясь.

Наталья внезапно рассмеялась.

– Да ладно, – произнесла она. – Я же все понимаю. Девушки действительно красивые. Хочешь, подойди к кому-нибудь из них и познакомься.

– Вот зачем ты так? Я пришел сюда с тобой. С тобой и уйду.

– Ого. И куда ты собрался меня уводить?

– Я имел в виду, что мы вместе выйдем отсюда.

– Да поняла, поняла.

Музыканты заиграли «Perfect» Эда Ширана. Медленная композиция заставила разойтись почти всю молодежь, предпочитающую более ритмичные песни, и на танцполе осталось лишь две пары.

– Ладно, а так ты сможешь? – решился я, глядя на них.

– Что? – не поняла Наталья.

– Пойдем танцевать, вот что.

– Ааа. Значит, ты так приглашаешь? В мое время это делали иначе.

Я встал со стула и, чуть склонившись, протянул руку Наталье:

– Разрешите вас пригласить на танец! Не окажите в такой чести!

Мы оба заулыбались.

– Вот теперь другое дело, – поддалась Наталья, взявшись за мою ладонь. – Пошли.

Оказавшись в самом центре танцпола, я не стал изображать из себя восьмиклассника на пятничной дискотеке и довольно безцеремонно положил обе ладони на талию Натальи. Ее руки, в свою очередь, тут же оказались на моих плечах. Мы медленно задвигались в такт.

Мысль о том, что я прикасаюсь к настоящему женскому телу, пусть и через тонкий слой одежды, отозвалась во мне вполне понятным образом, учитывая срок воздержания. Нет, никакого резкого стояка не было – этот аспект пока поддавался контролю, но легкое головокружение, горящие щеки и учащенный пульс проявлялись слишком отчетливо. Без сомнения, Наталья почувствовала мое состояние. Я старался не смотреть на нее, чтобы не заводиться еще больше, но в какой-то момент дал слабину, и наши взгляды сошлись.

– Я должна тебе кое-что сказать, – произнесла она сразу же.

Возможно, мне это показалось, но в тусклом свете ресторанных софитов ее глаза блестели от влаги.

– Мой покойный муж… – продолжила Наталья. – Мы познакомились здесь, в Сочи. Много-много лет назад. Так же, как и с тобой сегодня, на набережной. И когда мы сегодня заговорили, я невольно искала в тебе что-то общее с ним.

– Нашла?

– Поначалу думала, что да. Но теперь поняла, что ни в коем случае. Он навсегда останется собой. А ты – это ты. Что, безусловно, хорошо.

– Точно?

– Да. Потому что ты мне нравишься сам по себе, без всякого сравнения с кем-то.

Я наклонился и поцеловал Наталью. Бережно, нежно, касаясь только поверхности губ и почти не давя на них, словно проверяя, можно ли так близко. Она ответила. Потянулась навстречу. Повторила мои движения, так же деликатно, но мне этого было достаточно.

– Не знаю, что ты со мной делаешь, но мне это нравится, – произнес я, когда мы закончили.

– Мне тоже, – едва слышно ответила Наталья. – И я не хочу останавливаться.

– Черт, какая же ты классная.

– Влад. Я уезжаю завтра.

– Значит, у нас еще есть время.

– Да.

– Пойдем к тебе?

– Да.

Теперь возбуждение пронзило меня насквозь – я почувствовал тот самый импульс, пробуждающий те самые мышцы, благодаря которым мужчина остается мужчиной. Все мое тело, включая член, возвещало, что хочет женщину по-настоящему. И не любую, а именно Наталью. Она заставила почувствовать то, что я давно уже не ощущал. Голод. Страсть. Похоть. Желание целовать и трогать.

Так быстро, как только смогли, мы забрали свои вещи и рассчитались, а затем вновь оказались в уже знакомом холле. Я мимоходом представил себе, как это все выглядит со стороны: женщина, мужчина с оттопыренными брюками, держатся за руки, шагают быстро… Двух мнений тут быть не может – эти двое явно торопятся в постель.

Мы зашли в лифт. К счастью, другие пассажиры нас не сопровождали, и как только дверь кабинки закрылась и она пришла в движение, я прижал свою спутницу к стене, и наши губы снова встретились. Впрочем, это был уже другой поцелуй. Мы вкушали друг друга. Сначала медленно, потом быстрее и быстрее, и снова медленно, смакуя каждое касание языками.

В то же время моя рука задрала короткую юбку Натальи и оказалась между ее ног. Я провел по бархатной ткани колготок, под которыми явно прощупывалась ластовица трусиков.

– Ты не оставляешь мне шансов, – прошептала Наталья, на секунду высвободив свой рот из моего плена.

– Так же, как и ты мне, – задыхаясь ответил я.

Динамик лифта протяжно пискнул, известив о прибытии на нужный этаж. Быстро поправив прическу и юбку, первой выскользнула Наталья, а я последовал за ней, не отрываясь смотря на ее покачивающиеся ягодицы.

Еще немного, секунда, другая, третья, и вот мы в заветном номере. К тому времени меня буквально распирало от желания. Стоящий во всю член уперся в ткань плотных брюк, отчего было физически больно. Я слабо понимал свое нынешнее состояние, как будто вернулся в подростковый возраст, когда мощное возбуждение приходит быстро и внезапно, буквально от одного взгляда на совершенно безобидное изображение женщины на упаковке шампуня или фразу «трусики-танга» в рекламе прокладок по телевизору.

Едва мы успели разуться, как Наталья вновь оказалась у стены, подаваясь моему натиску. Но на этот раз я не собирался так просто ее отпускать. Кожаная куртка, которую она несла в руках, упала на пол. Там же оказались черная кофточка-безрукавка и кружевной лифчик. Мы не включали свет, но вполне можно было бы предположить, что он тоже черного цвета. Не теряя ни секунды, я прикоснулся к только что высвободившимся выпуклостям Натальи.

Кожа там была слегка прохладной, сухой, с едва заметной бархатистостью. Грудь сразу же, без резкого сопротивления, приняла форму моей ладони, однако, никакой дряблости не чувствовалось, лишь естественная плавность. Продолжая нежно поглаживать полусферы, я наклонился и припал губами к соскам.

– Мммм, – протяжно застонала Наталья.

Мои руки опустились ниже, трогая хоть и морщинистый, но плоский живот, талию. Я развернул ее. Наталья прислонилась к стене и положила на нее руки. Мы стали похожи на полицейского, задерживающего преступника, который, впрочем, и не особо сопротивляется. Я нащупал края юбки и потянул ее вниз. Наталья приподняла ноги по очереди, помогая мне, пока юбка не соскользнула на пол.

Опустившись на колени, чтобы быть еще ближе к самому заветному и вожделенному месту на этом теле, я зацепил верх колготок вместе с трусиками.

– Ты такая соблазнительная, – бормотал я, освобождая Наталью от остатков одежды.

Впрочем, сделать это до конца у меня не вышло – я остановился на уровне колен. Пропитанные желанием трусики и колготки теперь сковывали ноги Натальи, не давая развести их шире, но открывая мне то, что я так жаждал. Где-то там сверху я чувствовал тяжелое дыхание разгоряченной женщины, пусть уже не молодой, но не утратившей из-за этого своего женского начала. И сейчас оно было от меня очень близко. Не в силах сдержаться, я раздвинул ягодицы Натальи и уткнулся в эту манящую расщелину.

Пьянящая смесь из запахов выделений и мочи ударила мне в нос. Мои губы и язык касались ложбинки между двумя дырочками, впитывая в себя все без остатка.

Выпрямившись во весь рост, я положил руки на талию Натальи. Все так же стоя лицом к стене, она прогнула спину и выпятила зад – мы поняли друг друга без слов. Чуть раздвинув и подогнув свои ноги, чтобы компенсировать разницу в росте, я в одно мгновение, оказался внутри нее. В тот момент ее влагалище стало для меня самым теплым и самым райским местом на всей планете.

Глаза уже успели привыкнуть к темноте, и, проникая раз за разом в Наталью, я вполне различал ее искаженное от удовольствия лицо, вплотную прижатое левой щекой к светлым гостиничным обоям, а также ее руки, упершиеся в стену, словно удерживая бетонную конструкцию от падения.

Ноги Натальи по-прежнему были скованы поясом колготок и резинкой трусиков, однако это только усиливало ощущения – изголодавшееся по сексу лоно со всех сторон ласкало мою плоть тугой и горячей массой.

Затуманенный мозг почти не контролировал процесс, и я чуть было не кончил раньше времени. Недопустимый поступок с такой женщиной. Взяв себя в руки, я вытащил подергивавшуюся плоть. Несколько капель спермы, уже успевшие выйти из меня, упали на пол. К счастью, остатка запала хватило, чтобы я мог продолжать дальше.

– Все хорошо? – дрожащим голосом спросила Наталья.

– Да, – ответил я. – Просто хочу видеть тебя.

Она сама повернулась ко мне и прикоснулась рукой к мокрой головке.

– Какой же он твердый, – прошептала Наталья.

Следующим движением она ловко избавилась от колготок и трусиков, застрявших где-то на ногах, видимо, инстинктивно догадываясь, что теперь они будут только мешать. Она была чертовски права, потому что я схватил Наталью за бедра и, немного приподняв, вновь припечатал к стене.

Она обхватила меня за шею и скрестила ноги на моей талии. В каком положении моему члену не оставалось ничего другого, как снова провалиться в манящее раскрытое влагалище, и мы продолжили.

Я никогда не был половым гигантом, но, вероятно, из-за небольшого роста и стройности партнерши, эта поза очень хорошо удавалась мне. Я крепко держал Наталью, сжимал ей ноги и ягодицы, а стена, в которую та упиралась спиной, забирала на себя часть веса. Мы могли полностью сосредоточиться на удовольствии. За проникновением тут же следовало следующее, а степень нашей близости уже почти достигла гигантских масштабов. В некотором смысле мы продолжали танец, только с наивысшим уровнем чувственности и без одежды.

– Да, милый, да! – покрикивала Наталья, все это время крепко смыкавшая свои руки на моем затылке.

Ее голова металась во всех возможных направлениях, оказываясь то на моем плече, то повыше, в поисках моих губ, то неестественным образом загибалась назад, предоставляя уже мне возможность целовать ее в морщинистую шею.

Приближающийся оргазм у Натальи я почувствовал сразу. Сперва она резко и больно укусила меня в районе ключицы, а затем мышцы ее влагалища начали бешено пульсировать, передавая этот импульс на другие части тела – губы, руки и ноги.

– Милый! – стонала она. – Милый! Да! Даааа! Боже! Ты бог! Ты самый лучший.

Если честно, то эти слова окончательно лишили меня контроля и сделали безудержным. Я больше не мог сдерживаться ни физически, ни эмоционально, и через пару секунд фитиль, подожженный Натальей, догорел и взорвался.

Спермы было много, даже слишком. Сказалось долгое отсутствие интимной близости. Мы успели несколько раз поцеловаться, а она все выходила и выходила. Быстро заполнив пространство внутри Натальи, горячие капли вновь падали на пол, растекаясь по нему белыми метками – свидетельствами нашей близости.

Не отпуская Наталью, я аккуратно переместился вместе с ней на кровать. Только сейчас, вытянувшись на белой простыне и прикрывшись легким одеялом, мое тело дало понять, как сильно устало. Болели руки, ноги, пресс. Впрочем, оно того стоило. Лежащая рядом Наталья закрыла глаза, а ее губы сложились в ту самую, ни с чем не сравнимую улыбку хорошо оттраханной женщины.

– Прости меня. Прости, – пробормотала она.

– За что? – удивился я.

– За то, что не сохранила себя лучше.

– Даже не вздумай так говорить, ты прекрасна.

– Правда?

Вместо ответа я распрямился и поцеловал Наталью. Снова. Еще раз. Она обхватила меня и со всей силы прижала к себе. Мы снова стали единой массой, словно два магнита, нашедшие правильную полярность.

– Знаешь, когда ты раздевал меня, – мечтательно заговорила Наталья, когда мы оторвались друг от друга. – Ты снял белье, а потом…

– А потом у нас был прекрасный секс, – закончил я.

– Нет. То есть, да, конечно, да. Но сначала ты прикоснулся. Языком. Там…

– А, ты про это.

– Да. Мне тогда понравилось.

– Мне тоже.

– Я серьезно. Мне давно не целовали… Ну, письку. Мой муж. Он… Он не любил.

Я погладил щеку Натальи. Она смущенно смотрела куда-то мимо меня. В целом, было вполне понятно, что ей сейчас необходимо.

– Это несправедливо, – сказал я. – Такая женщина, как ты, достойна всех видов ласк.

– Не знаю. Наверное.

– Не наверное, а наверняка. Я сделаю тебе куни.

– Влад, я не к этому сказала, просто…

Прежде, чем она успела закончить, я склонился над ее грудью. Сейчас, когда необузданная страсть уже удовлетворена, можно плавно и неторопливо оценить, каково ласкать зрелую женщину. И, надо сказать, это было великолепно – проводя языком по ее несовершенной коже, я не чувствовал в ней ни натянутости, ни напряжения, только жизнь. Причем как в Наталье, так и в себе.

В конце концов, спускаясь от сосков и ниже, я оказался между ее раздвинутых ног. Она успела тщательно вытереться салфетками, но тем не менее запах собственной спермы и пота с нас обоих вытеснил уже знакомые мне ароматы.

Уделив, как следует, внимание внутренней поверхности бедер я прикоснулся к сморщенным складкам кожи, обрамляющим вход в ее чрево. Да, конечно же, время внесло свои коррективы и здесь – вульва Натальи не отличалась ни полнотой, ни упругостью. Однако, внешне эта промежность выглядела очень узко и аккуратно. Ничего не выпирало и не вываливалось, почти, как у юной девушки. Сухости тоже не было, по крайней мере в этот момент – мой язык прекрасно компенсировал недостаток влаги.

Где-то там, ближе к изголовью кровати, на которой мы лежали, зазвучали протяжные звуки, состоящие, преимущественно из букв «м» и «а». Мысль о том, что прямо сейчас Наталья познает одно из самых главных удовольствий, на которое способно ее собственное тело, заводила и меня. Мой давно вставший член уперся в жесткий матрас и уже причинял мне жуткий дискомфорт. Протянув руку, я слегка подправил его положение. Стало немного легче.