Сквозь костры иллюзий

– Да кто же их знает. Давай переждем. Мне за тебя влетит будь здоров.

– Ладно, – согласилась я, плотнее запахивая куртку. Самой не хотелось слушать нотации от командира.

– Все, тихо. – Рома прижал к губам указательный палец, а затем указал на наемников.

Двери автомобиля распахнулись, и на дорожку из гравия ступили две пары тяжелых черных ботинок.

– Я не хочу об этом говорить, – громко и четко произнес Сережа.

– Потому что знаешь, я прав, – холодный тон Никиты даже на расстоянии пробирал до мурашек. Парень громче, чем следовало бы, захлопнул дверь и в два шага оказался рядом с главарем наемников. – Она целыми днями сидит на диване, жалуется на головную боль и пялится в телек. Она бесполезная!

Его и без того ледяные слова кристаллизовались и сотнями иголок воткнулись в сердце. За что он так со мной? Я видела его отчужденность, раздражение и колкость, но открытую ненависть ко мне наблюдала впервые. Он был так зол, что кричал об этом на весь лес.

Невольно пригнувшись, я плотнее запахнула куртку. В ту секунду хотелось спрятаться от наемников, от колючих слов Никиты, да и от всего мира. Каждый день дар выедал меня изнутри, и я никому не могла о нем поведать. И эти яркие костры в моем разуме Никита принимал за слабость. Почувствовав на плече тяжелую руку Ромы, я мельком глянула в его сторону.

«Прости», – одними губами произнес он. Мое лицо исказилось в подобие улыбки. На большее не хватило. Я вернулась к разговору, напрягая все мышцы. Пусть этот несносный, упрямый хакер меня ненавидел. Ладно. Важнее то, что ответит Сережа.

– Если наверху считают, что так лучше, то наша задача подчиняться. – Командир водил указательным пальцем перед носом Никиты. Хакеру это не понравилось, и он смахнул чужую руку, как если бы пытался отделаться от назойливого комара.

– Даже если это противоречит здравому смыслу? Она не может сидеть тут вечно!

– Это не обсуждается, – оборвал его Сережа.

– Да она ни черта не помнит! Хватит с ней нянчиться, пусть катится. Она нам не нужна.

– Никита! – взревел командир. Он ткнул хакера пальцем в грудь и на несколько секунд замер, не сводя жесткого взгляда. Ростом командир был чуть ниже подчиненного, но это не мешало ему выглядеть достаточно угрожающим. – Не нравится – уходи.

Волна ужаса захлестнула меня. И на самом деле все равно, если Никита уйдет. Без него в штабе будет спокойнее. Больше потрясло то, как безжалостно Сережа отказывался от своего человека, с которым через многое прошел. И все из-за меня.

Время остановилось. Стук собственного сердца отдавался в ушах. Он был таким громким, что я боялась прослушать ответ. Я не хотела стать причиной их бед и привнести разлад в неидеальную, но все же команду. Машинально потянулась к кулону, но стоило пальцам сомкнуться на камне, как ноющая пульсация напомнила о себе. Лучше вообще было не трогать украшение, но руки сами собой тянулись к нему.

Будто почувствовав на себе чужой взгляд, Никита обернулся, а мы с Ромой пригнулись. Я зажала рукой рот, потому что собственное дыхание казалось слишком громким. В один момент меня даже рассмешила абсурдность этой ситуации. Ну подумаешь, вышли на улицу, что такого? Но после всего увиденного и услышанного, я понимала, что этот поступок подорвет шаткое доверие, и тогда я точно не увижу белого света.

Выглядывать было рискованно, так что мы со снайпером слушали. Раздалось шуршание гравия, затем захлопнулась автомобильная дверь.

– Не дождешься, – выпалил Никита. – Иди уже за деньгами.

Я выдохнула. Но вместе с облегчением накатила тоска. Теперь я точно знала, что бесполезно шутить, быть дружелюбной и демонстративно носить обувь. В любом моем добром поступке хакер увидит вражду.

Высунув нос, я снова могла подглядывать. В этот момент Сережа склонился к хакеру и что-то тихо сказал. До нас не долетели его слова, но Никите они не понравились. Я поняла это по тому, как сильно скривилось его лицо. Но командир не заметил гримасы. Он уже скрылся за воротами ангара.

Время остановилось. Ноги затекли, мороз не щадил кожу, а Сережа все не возвращался. Все это время Никита наворачивал круги у машины, словно зверь, загнанный в угол. Каждый круг становился уже, шаги быстрее. И тут он со всей силы пнул колесо.

– Черт! – выкрикнул хакер, стукнув по шине еще. И еще. И еще несколько раз. Я переглянулась с Ромой, но тот лишь пожал плечами. Он и сам не понимал, почему хакер так завелся.

Оставив в покое колеса, Никита облокотился на капот, но простоял так недолго. Заметив что-то на земле, он поднял предмет с пола, покрутил его в руках и стремительным шагом направился в ангар. Я толкнула снайпера в плечо, но тот непонимающе покачал головой. Ни один из нас не мог разглядеть находку хакера.

Ветер усилился. Казалось, он нарочно пытался подкинуть вверх мои рыжие кудри, чтобы нас заметили. Я пригладила волосы, а концы спрятала под куртку. Минуты тянулись как паутина с потолка ангара. Я уже подумала, что нас раскрыли, но тут оба наемника вышли из штаба, молча сели в машину и уехали так же быстро, как и появились здесь.

– Фух, чуть не попались. – Снайпер выполз из нашего убежища, разминая затекшие конечности.

– И часто ты по кустам прячешься от незваных гостей? – Я повторила его действия и растерла руки, желая согреться. Теперь я не прочь была бы вернуться в тепло и заварить горячий чай в красную кружку.

– Да сюда никто не забредет просто так. – Рома кивнул в сторону штаба, и я побрела следом за ним. – Но даже если какой-то зевака и окажется тут, с виду ангар заброшен, мало кто сюда полезет. Маринка усовершенствовала откатную систему, так что для такой махины ворота открываются тихо. Ну, ты сама слышала. Изнутри все стены укреплены, одной болгаркой снаружи не отделаться. Пробраться сюда невозможно, не переживай.

– Странно, что Марина так хорошо разбирается в технике, – искренне изумилась я. Гравий приятно шуршал под нашими ногами, до ворот осталось несколько метров.

– Она вообще удивительная девушка. – Рома произнес слова с таким восхищением, что это не укрылось от моих ушей.

– Так вы встречаетесь? – От догадки я чуть не задохнулась. Как ребенок, тыкала в Рому пальцем. Очень уж мне хотелось убедиться в своей правоте.

Снайпер усмехнулся, и на его щеках заиграли ямочки. Он провел рукой по коротко стриженным волосам, но внезапно улыбка сошла с его лица.

– Нет, – как на духу выпалил он. Очередной смешок застрял у меня в горле. – Она давно мне нравится, но все никак у нас не клеится. Мы слишком… – Парень замолчал, пытаясь подобрать нужные слова.

– Взрывные, – закончила я за него, понимающе кивая.

– Именно. Каждый раз, когда я пытаюсь к ней подступиться, она воспринимает любые действия как наглость, отвечает мне тем же, ну а я уже не могу остановиться.

– А ты не пробовал с ней просто поговорить?

– Когда дело касается Марины, у меня башню сносит. – Рома покачал головой. – И я веду себя как полный придурок.

Кутаясь в куртку, я украдкой взглянула на Рому. Из-за его предельной честности разговоры с ним выходили скомканными и рваными, как первый блин на масленицу. Но если он раскрывался – по-настоящему, как в этом лесу, – то общение становилось таким же легким, как дыхание. Поэтому я не успела подумать прежде, чем следующие слова вырвались наружу.

– А ты слышал что-нибудь про двенадцать артефактов?

Рома чуть заметно замедлился, выдав себя. Конечно, слышал. Они наверняка расшифровали послание, которое пришло ночью на ноутбук. Пока я пыталась разгадать Рому, он снова зашагал с прежней скоростью, вернув на лицо маску безмятежности.

– Не-а, – пожал он плечами. – Ты что-то вспомнила?

– Только это. Думала, ты что-то знаешь.

К счастью, не пришлось дальше увиливать от этой темы ни ему, ни мне. Не успели мы коснуться стальных стен, как ворота распахнулись, и на пороге появилась Марина.

– Что это было?! – взревела блондинка, как только ее испепеляющий взгляд нашел Рому.

– Ребята бабки забыли, – как ни в чем не бывало объявил Рома и, проходя мимо девушки, щелкнул ее по носу. – Вот поэтому я всегда распихиваю все по карманам. Эля, у тебя там нет моих сигарет? Не могу понять, куда…

– Ты прикалываешься? – не унималась Марина. – Они могли проверить!

– Но не проверили же. – Снайпер улыбался так лучезарно, что любая девушка бы сдалась под натиском этих ямочек и густых ресниц, но Марина не относилась к их числу.

Я забежала внутрь, спасаясь от холодного ветра, и остановилась возле кодовой панели. Пока я мялась у ворот, Рома уже скинул куртку и вернулся на маты. Своей непринужденностью он только злил гонщицу еще сильнее. Девушка набрала комбинацию цифр и понеслась следом. Кажется, он так просто от нее не отделается.

Они ругались на повышенных тонах, превышая допустимые децибелы. Наверное, уже вся Прага слышала их возгласы. Зная про их отношения чуть больше, я чувствовала себя неуютно рядом с ними, и мне хотелось как можно быстрее закрыться в своей комнате. Нырнув в карман куртки, я замерла. Сигарет там не оказалось, зато я нащупала купюры. Много купюр. Видимо, замешательство отразилось на моем лице, потому что Рома тут же кивнул мне, безмолвно спрашивая про сигареты. Я покачала головой и вернула куртку на крючок.

– Тебе явно мало досталось в прошлый! – не унималась блондинка. Она подняла с пола бинты, которые снайпер кинул перед побегом, и яростно швырнула ему в лицо.

– Так давай это исправим, – усмехнулся Рома, подкидывая в воздух перчатки.

Ох, ситуация накалялась.

– А давай! – Гонщица приняла вызов. В считанные секунды они натянули амуницию, и в следующую минуту начался спарринг.

Пока парочка занималась друг другом, я решила проверить одну безумную теорию. Прошмыгнула в конец ангара, к той самой двери напротив туалета. Из-за невнимательности гонщицы мне удалось подглядеть код от основных ворот. Возможно, он подойдет и к этим.

К счастью, удары и колкие фразы перекрыли писк клавиш. Быстро я набрала код, но ошиблась последней цифрой, и дверь выругалась на меня.

– Эй! Ты что творишь?! – выкрикнул Рома, а я вмиг отпрыгнула от двери и с ужасом уставилась на наемников.

– А мы не договаривались о честной борьбе! – ответила Марина, и я выдохнула. Они все еще были слишком поглощены друг другом.

Собравшись с мыслями, я снова набрала код. Теперь медленно, проверяя каждую цифру. 0209#. Красная кнопка подмигнула мне и дала зеленый свет. Не мешкая ни секунды, я нырнула в темноту комнаты.

Меня встретил гнетущий мрак. Прижавшись спиной к двери, я водила руками по обе стороны, пытаясь нащупать выключатель. Кнопка нашлась быстро. Щелк – и крохотная комната наполнилась светом.

Сначала я подумала, что попала в гардеробную: помещение едва дотягивало до трех квадратных метров, а вдоль стен выстроились шкафы. Я подошла к первому. Стоило потянуть на себя ящик, как он тут же мягко выехал вперед, обнажив содержимое. Мои глаза округлились до неимоверных размеров.

Передо мной лежали все виды оружия, которые только мог припомнить мой искалеченный разум. Пистолеты, револьверы, винтовки, ружья и даже дробовики. Я поспешила закрыть ящик, но следующий оказался еще хуже. Не нужно было обладать специальной подготовкой, чтобы распознать гранаты, самодельные бомбы и взрывчатки. Теперь понятно, почему эту комнату скрывали от меня. Но я не собиралась уходить, пока не осмотрю все пугающие шкафы. Как знать, быть может, один из них навеет новое видение, и я наконец узнаю, почему меня похитили.

Чем больше ящиков я открывала, тем сложнее и хитроумнее находила приспособления. Предназначение многих из них я даже не разгадала. Одни напоминали орудия пыток, другие – стоматологические инструменты. С каждой проведенной секундой в этой комнате стук сердца становился быстрее и громче. Я уже ни на что не надеялась, но стоило заглянуть в последний шкаф, как легкая улыбка коснулась моих губ. Документы. Много секретных документов.

Разумеется, я хотела найти свое досье. Пропустив многочисленные файлы с тайными операциями, которые никак ко мне не относились, я опустилась в самый низ, где нашла разграничитель по алфавиту. Для того, чтобы найти свой файл, потребовалось несколько минут. Вот только я не ожидала, что увижу такое.

В руках у меня оказался документ, полностью перечеркнутый черными квадратами. Даже фамилия, и та была засекречена. Вверху угрожающе значилась фраза «центральный разведывательный департамент», а внизу стояла печать «секретно». Нахмурившись, я принялась изучать те крохи информации, что остались доступными.

Из досье узнала, что мне двадцать два года, училась я на факультете истории и проживала в Москве. Статус «похищена» перечеркнули и поверх него знакомым угловатым почерком вывели слово «содержится в штабе». Сразу узнала, что над этим поработал хакер. Но последняя строчка выбила меня из равновесия.

«Цель в рамках операции: приманка».

Искра № 7

Кажется, стены маленькой жуткой комнаты стали сужаться. Иначе почему еще я стала задыхаться? Буквы поплыли перед глазами. Я схватилась за грудь, чтобы справиться с приступом. Приманка. Вот кем я была для наемников. Мелким червяком, запертым в прозрачной банке. И я догадывалась, что за рыбу они хотели поймать.

Из коридора послышались голоса. Если десять минут назад я бы закатила глаза, слушая очередную перепалку, то теперь наемники нагоняли на меня ужас. Внезапно все их дружелюбие и забота показали свое истинное лицо: они не думали обо мне. Лишь берегли в рамках миссии.

В крохотной комнате я почувствовала себя такой беззащитной и слабой, какой не ощущала даже в том заброшенном аэропорту. Тогда я не понимала, что происходит. Сейчас же скрывалась от одних злодеев в логове других. Затолкав досье обратно, я вернулась к первому ящику и резко выкатила его на себя. Вытащила револьвер и оглядела его со всех сторон. Оружие легко пронести в комнату, но оно не показалось мне достаточно угрожающим. Потому положила его на место и взяла другой пистолет. Я не знала, как он назывался, были ли в нем патроны, да и вообще не умела им пользоваться, но это не имело значения. С тяжелым, внушающим страх предметом я чувствовала себя сильнее. Понадеявшись, что он никогда мне не пригодится, я засунула его за резинку лосин и накрыла футболкой. Осталось незамеченной проскочить в комнату.

Хлопнув по выключателю, я прильнула к двери. Отдаленные голоса подсказывали, что наемники находились достаточно далеко. Потянула на себя ручку и через маленькую щелку выглянула наружу. Рома с Мариной все еще выясняли отношения на ринге, правда, пыл их поутих, и словесная перепалка перешла в сосредоточенный спарринг. Марина сделала подсечку и закрутила Рому так, что оба стояли спиной ко мне. Я тут же выбежала в коридор, захлопнула за собой дверь и помчалась в комнату.

Первым делом стянула с себя громоздкие неудобные ботинки. Пусть Никита со своими правилами катится куда подальше! Следом вытащила из-за пазухи пистолет и затолкала под матрас рядом с запиской. Без оружия стало легко, хоть и немного страшно.

Забралась под одеяло, пытаясь согреть как свое тело, так и душу. Мало того, что хакер готов был втоптать машину в землю от злости ко мне, так еще все остальные наемники врали мне все это время. Я чувствовала себя загнанной в угол и не понимала, что делать. Проворочившись около часа, решила, что поможет только сложенный вчетверо листок. Возможно, из послания удастся узнать больше информации.

Еще раз перечитала зашифрованное письмо от заказчика. «Relic-12». Даже название отряда переводилось, как «Артефакт-12», хотя снайпер утверждал, что слышал об этом впервые. Обманщик! Натянув одеяло до подбородка, я снова и снова перечитывала строки, пытаясь разгадать смысл письма.

Сережа говорил, что похитительница – религиозный фанатик. Возможно, в тексте ее назвали мейстером, а свита – ее приспешники. Но наемники и так знали эту информацию. Глупо им об этом напоминать.

С дырявой памятью разгадывать шифры сложнее, чем я думала. Я попробовала сложить предложение из первых букв каждого слова, но у меня снова получилась ерунда. Тогда я взяла первую букву каждого предложения – тоже ничего. Пыталась прочитать задом наперед – нет. Я билась над шифром несколько часов, но все мои попытки провалились.

Внезапно дверь распахнулась, и в комнату бесцеремонно ворвался Никита. От неожиданности я чуть не подпрыгнула. Тут же смяла листок и засунула его под подушку.

– Ты ошибся дверью. – Я старалась вложить в голос как можно больше силы, чтобы не выдать свою нервозность.

– В штабе нет понятия личного пространства, – отчеканил он, закрыл за собой дверь и медленно подошел к матрасу.

Я тут же выпрямилась и вжалась спиной в стену. Валяться перед хакером звездочкой не было никакого желания, а от близости с ним мне становилось холодно и некомфортно.

Никита заметил мои попытки отдалиться, отчего уголки его губ дернулись в подобии улыбки. Эта эмоция меня кольнула, напоминая о болезненных шипах в сердце, что я получила на улице днем. Теперь его слова приобрели совсем другой оттенок. Если остальные наемники удерживали меня взаперти как приманку, то хакер хотел поскорее вручить в лапы моего похитителя. А теперь он завалился в мою комнату и насмехался надо мной.

– Ничего не хочешь рассказать? – Хакер подошел вплотную к моей импровизированной кровати и присел на край матраса. Внутри все органы мгновенно покрылись тонким слоем льда. То ли от того, что он мог меня вычислить, то ли от его присутствия.

– Например? – Я вздернула подбородок. Не собиралась казаться перед ним слабой. Все-таки под моей попой прятался пистолет, и это придавало уверенности.

– Скажи, почему тебя похитили.

От услышанного у меня перехватило дыхание, а мысли перенеслись в первый день в штабе. Я тоже спрашивала их об этом, но они не ответили. Сережа просил довериться ему и подождать, и вот к чему это привело.

– Вы не знаете, – прошептала я, а от моих слов Никита скривился и отвернулся. Больше на меня он не смотрел. – Поэтому мы сидим здесь, да? Вы ждете, пока я вспомню?

– В твоих интересах сделать это как можно быстрее, Эля. – Хакер напряг челюсть. Казалось, его раздражало само мое существование.

– Зачем?

Мой вопрос застал его врасплох. Даже бровь, задетая шрамом, слегка подпрыгнула. Во мне же сильнее закрепилось желание молчать. Если дырявая память сможет отсрочить мою гибель – то я даже рада, что ничего не помню.

– Ты ненормальная, – покачал головой хакер. – Чем быстрее ты все вспомнишь, тем быстрее вернешься домой. От этого зависит твоя жизнь.

– А я думала, она зависит от вас.

Серые глаза за секунду сузились и стали напоминать прищур хищного зверя. Парень резко выпрямил спину и теперь смотрел на меня сверху вниз.

– Здесь не все вращается вокруг тебя. – Он наклонился ко мне так близко, что я чувствовала его дыхание на своих щеках. Сердце упало в пятки. Его ледяной голос пробирал до костей. – У нас есть и другая работа. Более важная, чем защищать вредную студентку с факультета истории.

– Раз ты столько обо мне знаешь, почему не рассказал? Может, так я бы быстрее все вспомнила!

– Это засекреченная информация.

– Это моя жизнь! И я ее не помню. – Я тоже подалась вперед, не желая сдаваться. Злость и обида раскрывали огромный словарный запас, которым, к несчастью, я не успела воспользоваться. Ядовитая змея напротив меня продолжала выплескивать свой яд.

– Хочешь узнать о себе больше? Ладно. Ты выбрала самый бесполезный факультет из всех существующих. Мечтаешь путешествовать по миру и изучать культуры народов мира, что уже само по себе абсурдно.

Я резко втянула носом затхлый воздух, но хакер снова не дал мне и шанса на защиту.

– При этом ты упертая и дурная. Врешь маме, что учишься бесплатно, когда сама не прошла на бюджет, и теперь каждый вечер работаешь в баре, где к тебе пристают толпы пьяных вонючих мужиков. А знаешь почему? Дело в твоих огненных волосах. Всех этих придурков просто тянет на экзотику.

Шлепок. Звон эхом отскочил от стен и развеялся в воздухе. Ладонь горела от пощечины. Надеюсь, как и щека Никиты. Его голову отбросило в сторону. Теперь он сидел ко мне профилем и не сводил глаз с гипсокартонной стены. Я видела, как он сжимал челюсти, а на его щеке начал расползаться красный след от моей руки.

В глубине души мне хотелось, чтобы он развернулся и я ударила бы его еще раз уже с левой. В памяти вдруг всплыло, что та рука сильнее. Но он не повернулся. Резко поднялся с матраса и вышел из комнаты, хлопнув дверью так сильно, что стены затряслись.

Стоило ему выйти, как я в ту же секунду почувствовала тяжесть на душе, будто там копошились опарыши. Их было так много. Легких не хватало, чтобы вдохнуть полной грудью. Никита словно отравил воздух своим ядом, и теперь я медленно умирала в своей же комнате. Интересно, сколько еще пройдет дней прежде, чем я действительно здесь умру? Двенадцать, как количество правил в списке? Или как название их отряда?